double arrow

Наука в контексте искусства и философии


Наука — важнейший элемент духовной культуры. Ее существование в исторически определенной культурной среде неминуемо порождает проблему самоопределения науки, демаркации с другими элементами культуры, но также и взаимовлияние с ними. В частности, наука, как правило, дистанцировалась от вненаучных форм знания. А в XX веке многими представителями философии и методологии науки ставится вопрос об отказе от традиционного негативизма по отношению к вне- научным формам знания. Например, В. И. Вернадский полагал, что необходимо считаться с мистическими прозрениями и откровениями, так как в них, возможно, содержатся элементы будущей науки. Со­временные ученые также полагают перспективными использование древнейших учений, например, индуизма, отличающегося широкими космическими обобщениями. Еще более категоричен П. Фейерабенд, утверждающий, что паранаука (например учение об экстрасенсорных возможностях некоторых врачевателей) превзошла традиционную на­уку.

Наиболее плодотворным для науки является взаимодействие фило­софии и науки. В социально-гуманитарном познании значительное вли­яние на науку оказывает искусство и философия. Одно из свидетельств этому - взаимодействие и взаимообогащение языков философии, нау­ки и искусства. Философия и наука активно заимствуют средства выра­жения из ресурсов образно-символического языка искусства. В прак­тике философствования мы постоянно наблюдаем примеры такого плодотворного синтеза логико-понятийных и образно-символических языковых средств. По существу философия и литература используют равнозначные языковые практики. Понять и объяснить эти возмож­ности можно лишь при условии понимания общих гносеологических предпосылок синтеза выразительных средств философского и научно­го языка. Нильс Бор отмечал: «Причина, почему искусство может обо­гатить нас, заключается в его способности напоминать нам о гармони­ях, недосягаемых для системного анализа» (Бор Нильс. Атомная физика и человеческое познание. М., 1961. С. 151).




Особенно плодотворным для философии и науки является взаи­мовлияние научного и литературно-художественного языка. Взаимов­лияние науки и философии базируется на целостности человеческого познания: глубина понимания обусловлена тем, что мысль о пред­мете должна включать не только его сущностные характеристики, но и условия переживания мысли. Литературная форма, включающая повествовательность, сравнения, метафоры, аналогии, является способом приближения к неуловимой, не фиксируемой в понятиях грани между познанным и непознанным, всякий раз ускользающим бытием. В этом смысле художественная литература онтологична: она приобщает чело­века к проблеме бытия. А ее специфическая образно-символическая форма выражения смысла наиболее адекватно передает содержание социально-гуманитарных наук. Литература выступает как универсаль­ный способ познания бытия и как первоисточник языка, делающего человеческое существование означенным, осмысленным, подлинным. Это соответствует и языковой природе философствования. По мысли Гадамера, философия, лишенная своего поля референции, обретает свой предмет в мире смыслов (подробнее о демаркации науки и вне- научного знания смотрите в следующей главе).







Сейчас читают про: