double arrow

Темы докладов и рефератов


Литература

Наука в условиях средневековых университетов

Трактовка человека

Христианская теология определяет человека как образ и подобие Бога. Подобно тому, как Бог — Творец мира, так и человек — творец (но

с маленькой буквы, в отличие от Бога-Творца). Бог даровал человеку свободу, и потому человек способен на поступок. Поступок — всегда действие, но результат действия есть синтез Провидения и судьбы. («Человек предполагает, а Бог располагает», утверждает русская по­словица.) Идея вочеловечения Бога определяет путь причащения Богу, к достижению спасения. Этот путь — самопознание, которое призвано открыть человеку Бога в себе самом. Но самопознание возможно в акте исповеди, призванной помочь человеку раскрыть душу, покаяться, очистить ее в истовой молитве от греховных помыслов и принять ис­купление. Исповедь призвана поставить под контроль сознания лич­ности все помыслы, все движения души (Христос: «Не согреши в мыс­лях»). Институт Исповеди оказал значительное влияние на человека, преобразил его, поскольку исповедь побуждала его рефлектировать, осмысливать свои действия, соизмерять их с христианской моралью. В истории культуры исповедь стала не только ритуалом, но и особым литературным жанром («Исповедь» Аврелия Августина, «Исповедь» Жан Жака Руссо, Н. В. Гоголя, JI. Н. Толстого). Европейская культу­ра в высшей степени психологична — в этом также просматривается влияние исповеди как неотъемлемого элемента духовной жизни хри­стианина.

Обширная литература эпохи Средневековья свидетельствует о воз­никновении особого типа учености, а процесс институализации хри­стианской церкви, монастырей, религиозных орденов, церковной власти завершился образованием средневековых университетов как учреждений образования и науки. В течение XII—XIII веков возникли Болонский и Парижский, Оксфордский и Кембриджский, Падуанский и Неапольский университеты. Схоластика — результат возникновения университетской науки, формировавшейся и развивавшейся в атмосфе­ре диспутов, а также научных трудов, содержащих суммы истин (у Фомы Аквинского, например, «Сумма теологии», «Сумма против язычников» ит. д.).

В этих условиях дискуссия о природе общих понятий связывается с проблемой сущности и существования, проблемой познаваемости мира, с обсуждением возможностей естественного, т. е. человеческого познания природы, с определением методов научного познания, про­блемой связи и соотношения веры и истины, а значит, философии и бо­гословия.

Одна из проблем средневековой схоластики - проблема соотно­шения сущности и существования. Существование предшествует сущ­ности, но сущность как Промысел Бога предшествует существованию. Данное противоречие имеет конкретные проявления. Например, чело­век соединяет в себе божественное и животное начало, он сам форми­рует свою сущность, и, значит, существование предшествует сущности, а поскольку в человеке проявляется и божественное, и животное на­

чало, постольку существование может противоречить сущности. Осо­бое внимание этой проблеме уделил Ф. Аквинский. Пожалуй, заслуга Ф. Аквинского прежде всего в том, что он предложил свой вариант ра­ционального обоснования бытия Бога (в отличие от мистических обо­снований прошлого). Ф: Аквинский признал, что Бог создал мир для человека, что послужило основанием для научного изучения природы.

Обращаясь к проблеме связи и соотношения философии и богосло­вия, ученые и богословы не ограничивались определением места фило­софии как служанки богословия. Широкое хождение приобретает вы­двинутая учеными и богословами Парижского университета идея «двух истин», т. е. истины философии, нуждающиеся в доказательстве, и ис­тины веры, основывающиеся на Откровении. Это положило начало по­степенному обособлению философии от богословия. Как относительно самостоятельные дисциплины оформляются логика, теология, этика.

Задача постижения Бога предполагала определение возможностей и путей его познания. Попутно отметим различие между восточным и западным христианством, в частности, в решении проблемы позна­ваемости Бога. Восточное христианство считает, что Бог познаваем, по­скольку Он является верующим (подобно Фаворскому нетварному све­ту) в момент истовой молитвы. Западное христианство утверждает, что Бог не является человеку, божественная сущность постижима только через постижение его творений. Отсюда — установка на исследование природы.

Хотя идея экспериментального исследования неявно предполага­лась уже в условиях античной науки, такой практики, как эксперимент, в античной науке не было. Почему? Природа для древнего грека не была обезличенным неодушевленным веществом, она представлялась живым организмом, в котором отдельные части - вещи — имеют свое назначение и функции. Античному мыслителю была чужда идея пости­жения мира через препарирование его частей и их изучения в несвобод­ных, не свойственных их естественному бытию обстоятельствах. Иное дело — Новое время, в которой идея экспериментального исследования полагает субъекта в качестве активного начала, противостоящего при­родной материи, изменяющего вещи и подчиняющего их себе. Однако идея экспериментальной науки возникает значительно раньше, она вы- чрсиает в средневековых университетах, где ученые-монахи создавали •кспериментальную науку. Правда, понятие опыта (эксперимента) ас­социировалось с «пыткой» (опыт) природы, посредством которой ис- с исдователь должен был выведать у природы ее сокровенные тайны.

Среди виднейших представителей средневековой философской и научной мысли можно выделить Дунса Скотта, Роджера Бэкона, Уильяма Оккама. Духовная атмосфера этого периода была сложной: с одной стороны, царили религиозный догматизм и идеологическая не- и-риимость, но, с другой, это были оживленные дискуссии по проблемe не только богословия, но и философии. Одна из таких дискуссий — шк куссия о природе общих понятий, которая имела прямое отношение

к определению методов научного познания. Обращаясь к определению понятий бытия, сущности и существования, свойств формы и материи, философы так или иначе прокладывали путь к экспериментальной на­уке. Особая заслуга в обосновании экспериментального метода в науке принадлежит Р. Бэкону (1214-1294), который высказывал весьма сме- . лые для своего времени мысли. Так, он считал, что Аристотеля надо чи­тать в подлиннике, а не по комментариям Авиценны; что современная европейская культура далеко уступает языческой древности в красоте нравственных добродетелей, отстала от арабской культуры в изучении природы, погрязла в бесполезном многословии проповедников. База познания, утверждал Р. Бэкон, математика. Большинство его научных работ посвящено оптике. Он утверждал, что все человеческое познание направляет и применяет экспериментальная наука, под которой он по­нимает овладение силами природы. Он противопоставляет магии нау­ку, которая призвана превзойти магию в чудотворстве, полагаясь не на волшебство, а на искусство и исследование бесчисленного множества вещей, свойства которых остаются нам неведомыми единственно из-за нашей лени и небрежности в изысканиях.

Дунс Скот строит свои рассуждения, исходя из определения поня­тия бытия: «Первый объект разума есть сущее» (здесь и далее цит. по монографии: Демина Л. А. Парадигмы смысла. М., 2005. С. 80). Сущее - предельно широкое понятие по объему, а реально существующее сущее виртуально содержит в себе все существующее. Как же соотносятся по­нятия единичного и общего? Не повторяя терминологию Дунса Скота (см ..Демина Л. А. Парадигмы смысла. М., 2005. Гл. III. С. 3), переведем его на современный язык. Как следует из его высказываний, Дунс Скот говорит о реальности универсального и единичного как различных ре­альностей одной и той же вещи. Отсюда следует, что, отталкиваясь от индивидуального, познание приходит к постижению универсального, которое предстает как результат познания, но оно открывается позна­нием в самих вещах.

У. Оккам (1285—1349) — последовательный номиналист. Он полагал, что устранение универсалий как онтологических аналогов абстрактных общих понятий автоматически приведет к устранению из мира необхо­димости, помимотой, что полагалась свободным волеизъявлением Бога. Знание о мире, полагал Оккам, можно построить, не апеллируя к по­добного рода сущностям. Поэтому, следуя методологии Оккама (бритва Оккама), сущности не следует умножать без необходимости, и то, что может быть сделано на основе меньшего числа предположений, не сле­дует делать, исходя из большего их числа. Без необходимости не следует предполагать и многообразие. Оккам отрицает существование универ­салий как в Боге, так и в сотворенном им мире. Если интеллект спосо­бен постигать объект, непосредственно взаимодействуя с ним, то ему не нужен никакой посредник. Прямой контакт с объектом достигается в акте интуитивного познания. И значит, опыт составляет важнейшее условие познавательного процесса.

Таков далеко не полный перечень предпосылок, позволявший ис­пользовать имеющиеся знания в качестве строительного материала нау­ки. Выработка умений, навыков практической деятельности позволила накопить значительный массив знаний и рецептур деятельности. Одна­ко эти знания еще не отпочковались от религиозно-мифических пред­ставлений, которые сложились исторически.

1. Демина Л. А. Парадигмы смысла. М., 2005.

2. Знание за пределами науки. М., 1996.

3. Исаев И. А. Метафизика власти и закона. М., 1998.

4. Исаев И. А. Власть и закон в контексте иррационального. М., 2006.

5. Лешкевич Т. Г., Мирская Л. А. Философия науки: интерпретация забытой тра­диции. Ростов-н/Д, 2000.

6. Микешина Л. А. Философия познания. М., 2005. Ч. 1. Г. 1.

7. Режабек Е. Я. Мифомышление (когнитивный анализ). М., 2003.

8. Рожанский И. Д. История естествознания в эпоху эллинизма и Римской им­перии. М., 1988.

9. Рузавин Г. И. Эволюционная эпистемология и самоорганизация // Вопросы философии. 1999. № 11.

10. Степин В. С. Теоретическое знание. М., 2003. Г. 1. С. 45—72.

11. Философия. Учебное пособие под ред. проф. В. Д. Губина и проф. Т. Ю. Си- дориной. М., 2004. Гл. 3.

12. Фоллмер Г. Эволюционная теория познания. М., 1998.

13. Хюбнер К. Истина мифа. М., 1996.

1. Миф как форма донаучного знания. Современные мифы и состояние обы­денного сознания как факторы противоправного поведения.

2. Культура античного полиса и становление первых форм теоретической нау­ки.

3. Античная философия как протонаука: социально-исторические условия и особенности развития.

4. Феномен древнегреческой софистики и современность. Софистика и демаго­гия в судебном процессе.

5. Философия и метод Сократа в контексте формирования и развития научного мышления. Возможности и ограничения в юридической науке и практике.

6. Средневековая ученость как культурный феномен.

7. Христианская теология и манипуляции с природными объектами как факто­ры сакрализации власти и закона.

8. Схоластический идеал научного знания как парадигма средневекового типа рациональности.

9. Роль греко-римской философии в формировании юриспруденции как само­стоятельной науки.


Сейчас читают про: