double arrow

Александрийская школа – кузница иудохристианства

Платон, несведущий в славянстве сын ваятеля и повитухи, принялся изобретать новую религию – как противостоящую основной и единой в то время во всём мире. Противостоящую славянству. Израилистирующую. И давшую впоследствии это страшное орудие геноцида – христианство. «Идеи Платона послужили исходной основой многовековой традиции платонизма и неоплатонизма» [35]. Неоплатонизм развивался Александрийской школой – так обозначают ряд религиозных течений, сменявшихся в Александрии с 3 в. до н.э. по 4 в. н.э.; старшая школа богословов (2 – 3 в.) работала «над согласованием христианства с учениями платонизма и стоицизма» [47].

Точнее, эта единственная в своём роде школа была представлена исключительно иудеями и выходцами из Египта. «Настоящими последователями его (Платона – авт.) были александрийские евреи как Филон, и отчасти неоплатоники» [78, ст. Платон], которые и в настоящее время подтверждают это соответствующими статьями в своей энциклопедии:

«Одним из важнейших источников каббалы считается небольшое псевдоэпиграфическое произведение «Сефер-иецира» («Книга творения», написана между 2 в. и 6 в. н.э., а по некоторым данным – в 8 – 9 вв.). Центральной темой этой книги, проникнутой неоплатоническими идеями, является описание 32-х элементов мироздания – 22-х букв ивритского алфавита и десяти первочисел – сфирот. Понятие сфира стало впоследствии одним из основных понятий каббалы, наделившей его новым смыслом. В каббале десять сфирот приобрели значение ипостасей сокровенного Бога, каждая из которых наделена специфическими качествами» [1532, ст. Каббала].




Каббала (буквально – предание) соединила пантеистические построения неоплатонизма (3 в.) и мифологемы гностицизма [35].

Именно евреям из Александрийской школы удалось сконцентрировать здесь некоторые из священных славянских книг – Веды, Авесту и некоторые другие, – с которых эти новые изобретатели принялись лепить «свою» «монотеистическую» «религию».

Первая проблема, с которой столкнулись александрийские евреи, состояла в том, что у т.н. евреев не было своего языка – ни устного, ни письменного – им, как кочевникам, исторически приходилось (питаться словом) говорить и писать на (как прикочевавший вирус в теле заражённого носителя) языке того народа, в котором т.н. евреи проживали. А поскольку практически все народы того времени были славянскими (или просвещёнными славянами ариями), то и говорили практически на одном языке (см. п. 4.4.1.1. гл. VI). И александрийский диалект был единственным, хоть сколько-нибудь отличным от славянского языка, сформировавшимся «под влиянием египетских и еврейских элементов». Именно на нём и в этом «плавильном котле» путём перемалывания, компиляций и ковровых заимствований из славянских Вед и Авесты была составлена доктрина иудаизма и христианства – Библия – «была переведена библия, и писали многие церковные писатели» [47]. Ещё и в 3 в. н.э. один из отцов церкви и руководитель старшей Александрийской школы катехизаторов Климент Александрийский (Тит Флавий, умер 216) трудился над созданием христианской догматики из платонизма и стоицизма.



Чуть раньше, на рубеже тысячелетий, в той же иудейско-алескандрийской школе над созданием религии для своего кочевого народа трудился «иудейско-эллинистический философ» Филон Александрийский, еврей (см. выше; Philon Alexandreus, 21/28 до н.э. – 41/49 н.э.; от него филонить – прогуливать, ничего не делать). В основе его иудо-философии лежат два принципа. Первый – абсолютная трансцендентность бога, то есть противостояние некого бога (изгнанного Велеса) (славянскому) миру и (славянскому) человеку – это есть воплощение принципа израилизма. Второй – стоическо-платоническое учение. В соответствии с платонической концепцией еврей Филон учил о логосе как самом высоком и совершенном творении бога [1551, 1552, с. 77 – 165]. Позже Логос слился с Христом. Филон развивал ещё и анагогическое толкование, придающее словам Библии не буквальное, а символическое, таинственное значение [47] (см. п. 4.4.1.4.1. гл. VI).

Ещё более подробно о деятельности иудейско-александрийской школы мы узнаём из следующей цитаты:

«Откуда же тогда достопочтенный доктор Джовет узнал, что истолкования различных священных книг народов, сделанные неоплатониками, представляют собою «абсурдности»? И опять – где же он получил возможность изучать эти «истолкования»? История нам говорит, что все такие труды были уничтожены отцами христианской Церкви и их фанатиками-новообращенными, где только они им попадались» [1547].

В которой мы отчётливо видим суть вредоносного платоновского следа в истории. В которой мы видим указание на прямой плагиат евреями-александрийцами из священных славянских книг Веды и Авесты (и других книг других народов) при создании «своей» «монотеистической» «религии». И в которой отчётливо звучит обвинение в адрес евреев и христиан о совершённом ими преступлении перед цивилизацией – уничтожении славянских священных религиозных книг.






Сейчас читают про: