double arrow

ВОЗНИКНОВЕНИИ ЖИВОТНЫХ. «Так выросло много голов без шеи»,30 а йатем говорит, что они срастаются




«Так выросло много голов без шеи»,30 а йатем говорит, что они срастаются. Но это, оче­видно, немыслимо, ибо части, не имеющие души и какой-либо жизни, не могут сохранить свое существование, как и животные, если их несколько, не могут срастись, образовав одно целое. Но это приходится говорить имен­но тем, которые утверждают, что семя отходит от всего: что тогда происходило на земле вследствие дружбы, то они говорят о происходящем в теле. Невозможно ведь, чтобы части возникали как нечто связное, и отхо­дили, сходясь затем в одном месте. Затем, как могут разъ­единяться верх и йиз, правая и левая сторона, перед и зад? Ведь все это бессмысленно. Далее, части отличаются друг от друга одни по способностям, другие — по свой­ствам: части неоднородные — по способности делать что-либо, например, язык и рука, а части однородные— по своей твердости, мягкости и другим подобным свой­ствам. Но в таком случае, не может быть ни крови, ни мяса. зг В самом деле очевидно, что отходящее не мо- 723а жет быть одноименным с частями, и кровь отходить от крови или мясо — от мяса. Однако, если кровь возни­кает из чего-нибудь другого, то не может быть причи­ной сходства то, что утверждают некоторые: именно, что семя отходит от всех частей. Ведь если кровь возни­кает не из крови, то достаточно, чтобы семя отходило только от одного чего-нибудь. А почему бы и всему не возникать из одной части? Такое воззрение похоже на учение Анаксагора в том отношении, что ни одна из од­нородных частей не возникает; только он утверждал это о всех вещах, а теперь это подводится только под возник­новение животных. 32 Далее, каким образом будут уве­личиваться эти отходящие от всего тела частицы? Ведь Анаксагор совершенно правильно говорит, что мясные частицы приходят к мясу через пищу; каким же образом для тех, которые не говорят этого, а утверждают, что они исходят от всего тела, оно будет увеличиваться за счет другого приходящего, если это приходящее остается без изменения? Но, если приходящее может изменяться, то почему же семени с самого начала не быть способным образовать кровь и мясо, вместо того, чтобы самому



АРИСТОТЕЛЬ


быть и кровью, и мясом? Ведь и того невозможно утвер­ждать, что оно увеличивается впоследствии путем сме­шения, как вино по прибавлении воды; тогда каждая часть вначале была бы несмешанной, теперь же такими являются много позднее и мясо, и кость, и каждая из прочих частей. Но утверждать, что семя является ка­ким-то нервом или костью, это выше нашего понимания. Кроме того, быть может самец и самка отличаются друг от друга в процессе зачатия, как говорит Эмпедокл:

«Если оно [семя] изольется в чистое место, то, встре­тивши холод, Женщинам даст порожденье».33

Изменения женщин и мужчин из бесплодных в рож­дающих и из рождающих девочек в рождающих мальчи­ков показывают, что причина этого состоит, не в отхож-дении семени от всего тела, а в соразмерности или несо­размерности семени, отходящего от женщины и муж­чины, или в чем-нибудь другом подобном. Ясно поэтому, что при таком предположении женский пол возникает не вследствие отхождения семени от какой-нибудь ча­сти и, следовательно, нет ни одной части, принадлежащей собственно самке или самцу, раз одно и то же семя мо-з^сет порождать и самку, и самца при отсутствии этой части в семени. В чем же разница? Будем ли мы говорить 72зь об этих или о других частях? Ведь если от матки не воз­никает никакого семени, то это будет относиться и ко Ьсем прочим частям. Далее, некоторые животные про­исходят не от однородных с ними и не от животных, раз­личных по роду, как, например, мухи и роды так назы­ваемых блох. От них, правда, возникают животные, но совсем не похожие на них по своей природе, а известный род червей. Отсюда ясно, что разнородные существа воз­никают не путем отхождения частей от целого; ведь они должны быть подобны родителям, раз сходство является доказательством отхождения семени от всего тела. Да­лее, от одного совокупления некоторые животные рож­дают несколько детей, а у растений это бывает всегда так: ясно ведь, что от единого движения растение приносит. весь годичный плод. И однако, как это было бы возможно,



Сейчас читают про: