double arrow
Глава 18. Кто-то со спины вцепился Томасу в майку и резко дёрнул его влево; он не удержался на ногах и упал, оказавшись позади контейнера

Кто-то со спины вцепился Томасу в майку и резко дёрнул его влево; он не удержался на ногах и упал, оказавшись позади контейнера, и вовремя: раздался звон бьющегося стекла, и ангар заполнился треском разрядов. Несколько электрических дуг пронзили воздух вокруг ящика и над ним. Не у спели беглецы и глазом моргнуть, как на контейнер обрушился град пуль.

– Кто освободил этих гадов? – заорал Минхо.

– Да какая разница! – прокричал в ответ Ньют. – Это что, сейчас так важно?

Они все, пригнувшись, сбились в кучу позади ящика – слишком тесно, в такой позиции не повоюешь. Только будут мешать друг другу.

– Они нас окружат в любую секунду! – воскликнул Хорхе. – Надо открывать ответную стрельбу!

Несмотря на царящий вокруг хаос, Томас уловил самый главный смысл в возгласе Хорхе:

– Так значит, ты с нами!

Пилот покосился на Бренду и пожал плечами.

– Если она помогает вам, значит и я. И на случай, если ты не заметил: они и меня пытаются прикончить!

Несмотря на владеющий им страх, Томас почувствовал некоторое облегчение. Теперь им остаётся лишь добраться до одного из «айсбергов».

Нападающие на время прервали огонь, и Томас услышал топот ног и отрывистые, лающие команды. Если приютели собираются дать отпор, действовать надо быстро.

– Что будем делать? – спросил он у Минхо. – Принимай командование.

Друг вперился в него острым взглядом и резко кивнул.

– О-кей. Я стреляю справа, Ньют – слева. Томас, Бренда, вы шпарите поверх ящика. Хорхе, попробуй проложить для нас дорогу к твоему «айсбергу». Стреляй во все, что шевелится или носит чёрное. Приготовиться!




Томас присел на корточки, готовый вскочить по сигналу Минхо. Бренда скорчилась справа от него, в руках она держала пистолеты, а не лончер. В глазах её полыхал воинственный огонь.

– Собираешься кого-нибудь прикончить? – спросил Томас.

– Не-а. Буду целить в ноги. Но ведь никогда не угадаешь, может, какая-нибудь пуля и угодит повыше. Случайно.

Она сверкнула улыбкой. Да, эта девушка нравилась Томасу всё больше и больше.

– Готовы? – вскрикнул Минхо. – Огонь!

Каждый выполнил своё задание. Томас привстал, поднял лончер над краем ящика и выстрелил в слепую, не рискуя выглянуть и осмотреться. Услышав, как разорвалась граната, он резко выпрямился и выглянул из-за контейнера в поисках точной цели. Через зал к ним подбирался человек, вот в него-то Томас и выпустил следующую гранату. Та ударила нападающего в грудь и разразилась фонтаном молний. Человек опрокинулся на пол, корчась в судорогах.



Пространство ангара наполнили грохот стрельбы, крики людей и треск электричества. Несколько охранников вышли из боя, зажимая раны – в основном на ногах, как и обещала Бренда. Остальные рассыпались по сторонам в поисках укрытия.

– Ага, драпают! – крикнул Минхо. – Но долго это не протянется. Им, наверно, не приходило в голову, что у нас есть оружие. Хорхе, который из этих «айсбергов» твой?

– Вон тот. – Хорхе указал на дальний левый угол ангара. – Вон она – моя детка. Прыткая, на подготовку к полёту много времени не надо.

Томас взглянул в ту сторону. Откинутый входной люк «айсберга», точно такой, каким он помнил его при спасении из Топки, одним концом упирался в пол ангара, словно ждал, когда по его наклонной рампе побегут пассажиры. Очень завлекательное зрелище.

Минхо выпустил ещё одну гранату.

– О-кей. Перезаряжаемся. Потом Томас, Хорхе и Бренда бегут к машине, а мы с Ньютом прикрываем вас. Хорхе, ты сразу же запускаешь двигатели, а в это время Томас и Бренда прикрывают нас из-за люка. Ну как вам план?

Все принялись распихивать дополнительные боеприпасы по карманам.

– А лончеры не повредят «айсбергу»? – спросил Томас.

Хорхе потряс головой.

– Если и повредят, то незначительно. Эти зверушки крепче, чем самый матёрый верблюд в Топке. Пусть стреляют! Промахнутся и попадут в машину – нам же лучше. Ну что, muchachos?

– Пошли! Пошли! Пошли! – внезапно и без предупреждения взорвался криком Минхо. Он и Ньют принялись палить, как сумасшедшие; гранаты, рассекая воздух, густо сыпались на открытое пространство перед их «айсбергом».

Томас почувствовал безумный приток адреналина. Он и Бренда заняли позиции с обоих боков Хорхе, и вся троица стремглав вылетела из-под прикрытия грузового контейнера. Грохот выстрелов разрывал воздух, но в нём было столько дыма и пляшущих разрядов, что прицельный огонь был невозможен. Томас палил на бегу, Бренда не отставала от него. Он мог бы поклясться, что слышит, как пули свистят мимо, каким-то чудом не задевая его. В разлёте стеклянных осколков и вспышек света справа и слева от беглецов взрывались гранаты.

– Скорей! – завопил Хорхе.

И хотя ноги у Томаса и без того уже горели от усталости, он заставил себя бежать ещё быстрее. Кинжалы молний перечёркивали пол во всех направлениях; пули рикошетили от металлических стен ангара; повсюду клубами взвивался дым. Но для Томаса, сосредоточившего своё внимание исключительно на «айсберге», всё происходящее смазывалось в сплошную туманную полосу. До планолёта оставалось всего несколько десятков футов.

Они были уже почти рядом, когда в спину Бренде угодила граната. Девушка вскрикнула и упала, ударившись лицом о бетонное покрытие ангара; вокруг её тела завилась паутина электрических разрядов.

Томас на всём бегу остановился, крикнул: «Бренда!» – и упал на пол, чтобы в него было труднее попасть. Щупальца молний змеились по телу девушки, дымными струйками извивались по полу. Томас лежал на животе в нескольких футах и, как мог, уклонялся от бешеных зигзагов белого пламени, одновременно пытаясь подобраться поближе к Бренде.

Ньют с Минхо, по всей вероятности, поняли, что события принимают катастрофический оборот, и перестали следовать плану. Они кинулись бежать к Томасу, отстреливаясь на ходу. Хорхе добрался до машины и скрылся во входном отверстии, но тут же вынырнул обратно, стреляя из какого-то другого вида лончера: его гранаты, угодив в цель, расплёскивали фонтаны огня. Несколько охранников разразилось воплями, когда их объяло яростным пламенем, другие оттянулись назад перед лицом новой опасности.

Томас лежал на полу недалеко от Бренды и проклинал себя за то, что ничем не может ей помочь: ему приходилось ждать, пока электрические разряды не угаснут; и только после этого он сможет потащить девушку за собой к «айсбергу»; однако точно определить, когда это можно будет сделать, он не мог. Её лицо стало мертвенно-белым, из носу капала кровь, изо рта сочилась слюна, руки и ноги конвульсивно дёргались, а туловище, содрогаясь, подпрыгивало на бетонном покрытии ангара. В широко распахнутых глазах застыл ужас.

Ньют с Минхо, добежав до него, тоже упали на пол.

– Нет! – крикнул Томас. – Продолжайте идти к «айсбергу», укройтесь за люком, дождитесь, когда мы начнём двигаться, а тогда прикрывайте нас. Стреляйте, как ненормальные, пока мы не доберёмся до машины.

– Брось, пошли сейчас! – проорал Минхо и схватил Бренду за плечи. У Томаса дыхание перехватило: друг скорчился – по его рукам просверкнуло несколько зигзагообразных разрядов. Но энергия уже значительно ослабла, поэтому Минхо удалось встать. Он поволок Бренду за собой.

Томас продел руки в подмышки девушки, Ньют подхватил её за ноги. Ангар превратился в преисподнюю: грохот, дым, вспышки огня… Ногу Томаса обожгло – её процарапала пуля, из раны полилась кровь. Какой-нибудь дюйм в сторону – и он, скорее всего, охромел бы на всю жизнь, а то и истёк кровью до смерти. Томас испустил дикий вопль. Ну, держитесь, сволочи! – теперь каждый одетый в чёрное казался ему именно тем, кто его подстрелил.

Он незаметно бросил взгляд на Минхо – лицо у того исказилось от натуги. Бушующий в крови адреналин толкнул Томаса на риск: одной рукой он продолжал поддерживать Бренду, другой поднял свой гранатомёт и принялся палить по всем направлениям.

Они достигли люка «айсберга». Хорхе немедленно бросил свой устрашающий лончер, скатился по рампе и ухватил Бренду за руку. Томас отпустил девушку, Минхо и Хорхе потащили её в планолёт; её ноги безвольно подпрыгивали, ударяясь о выпирающие звенья рампового настила.

Ньют снова принялся стрелять, рассыпая гранаты направо и налево, пока у него не кончились боеприпасы. Томас выстрелил ещё один раз – в его лончере тоже не осталось зарядов.

Нападающие отлично понимали, что им надо поторапливаться. Целая орава их рванулась к планолёту и опять открыла огонь.

– Ньют! Брось, не перезаряжай! – крикнул Томас. – Уходим!

Ньют повернулся и принялся карабкаться по рампе. Томас наступал ему на пятки. В тот момент, когда его голова уже находилась выше порога трюма, что-то ударило его в спину и с треском раскололось. Он мгновенно почувствовал, что его словно охватило огнём: тысячи молний одновременно пронзили всё его тело. В глазах у него потемнело; юноша опрокинулся на спину, кубарем скатился вниз и, упав на бетонный пол ангара, остался лежать там, корчась и дёргаясь в конвульсиях.






Сейчас читают про: