double arrow

Французская революция и Европа

Вестфальская система международных отношений оконча­тельно рухнула под ударами Французской революции конца

" 67


XVIII века. Французский народ восстал против своего абсолю­тистского правительства в 1789 г., т.е. всего лишь через 6 лет после заключения Версальского мирного договора. И это не простое совпадение. Оба события — Война за независимость в Северной Америке и Французская революция — настолько ду­ховно, идейно родственны между собой, что некоторыми исто­риками они рассматриваются как последовательные эпизоды одного и того же исторического явления, которое они называ­ют «Атлантической революцией». Во всяком случае, обе они — и война, и революция — во многом исходили из теории наци­онального суверенитета.

Но в отличие от Войны за независимость в Северной Аме­рике, которая с самого начала вызвала серьезные международ­ные потрясения, поскольку речь шла об отделении колоний от метрополии, т.е. фактически одного народа от другого, ре­волюция во Франции началась как явление внутренней жизни этой страны. Конфликт возник на почве противоречий по во­просу о целесообразности, форме, темпах и способах осущест­вления различных реформ внутреннего устройства. Накануне революции огромного размера достиг бюджетный дефицит, причем, он возник именно в годы Войны за независимость в Северной Америке. Франция помогла повстанцам добиться победы, отправила в Америку экспедиционный корпус и флот и сильно на этом поиздержалась. Рост расходов не был ком­пенсирован увеличением доходов, и проблема дефицита стала одним из острейших вопросов внутренней политики, которые привели к революции. Остро стояли и более общие вопросы о привилегиях дворянства и духовенства, сеньориальном строе в деревне, об ограничении королевского абсолютизма, народ­ном представительстве и др. В любом случае вопросы внешней политики Франции и международных отношений не занимали центрального места в дискуссиях накануне и в начале рево­люции.




Первые годы революции вплоть до 1791 г. французские ре­волюционеры даже не особенно задумывались о внешнеполи­тических последствиях своих действий. Внешняя политика, международная обстановка не очень их волновали. Потому что в это время все основные европейские державы были заняты решением других, более важных для себя проблем. Россия и монархия Габсбургов воевали на Востоке против турок. В ав­густе 1787 г. Порта предъявила России ультиматум, требуя воз­вращения Крыма, признания Грузии вассальным владением султана и осмотра русских судов, проходящих через Черномор­ские проливы. Поскольку Россия отвергла ультиматум, 13(24) августа Османская империя объявила ей войну. В январе 1788 г. в войну против Турции вступила Австрия, но война ве-




лась вяло, поскольку внимание России отвлекала война со Швецией1. Заключение мира со Швецией позволило русским войскам осенью 1790 г. начать наступление на Дунае. В декаб­ре войска под командованием А.В. Суворова штурмом овладе­ли крепостью Измаил, а уже в июне 1791 г. русские войска под командованием Н.В. Репнина переправились через Дунай и на­несли турецкой армии ряд поражений. На Кавказе была взята Анапа. После разгрома Ф.Ф.Ушаковым турецкого флота при Калиакрии с Османской империей 29 декабря 1791 г. (9 января 1792 г.) был заключен Ясский мирный договор, по которому к России отошла территория между Южным Бугом и Днестром, а также подтверждено присоединение Крыма.

Кроме войны с Турцией монархия Габсбургов была озабо­чена тем, что в 1787—1788 гг. восстали подданные в Южных Нидерландах. Причиной восстания послужили антиклерикаль­ные реформы, которые проводили в своих владениях прави­тельница монархии Габсбургов Мария-Терезия и император Священной римской империи Иосиф П. Они изъяли из веде­ния католической церкви школы и благотворительные заведе­ния, запретили деятельность Ордена иезуитов, закрыли боль­шое количество католических монастырей. Эти меры вызвали недовольство жителей Южных Нидерландов, как недопустимое вмешательство иностранного по сути правительства в их внут­ренние дела.

Восстание в Южных Нидерландах привело к обострению противоречий между монархией Габсбургов и Пруссией. С одной стороны, Габсбурги попросили Пруссию оказать помощь в подавлении восстания в Южных Нидерландах. Прусский ко­роль действительно направил туда свои войска. С другой сто­роны, прусский король считал возможным воспользоваться трудностями Габсбургов для того, чтобы поднять авторитет своей монархии. Эти события обеспокоили Великобританию, которая еще не оправилась после поражения в Северной Аме­рике. Разгоравшаяся война в Южных Нидерландах прямо угро­жала ганноверским владениям английских королей (с 1714 г. в Великобритании правила ганноверская династия). Кроме того, британское правительство было обеспокоено успехами русских и австрийских войск в войне с Турцией на Балканах. Великоб­ритания хотела контролировать кратчайший путь из Европы в Южную Азию, который проходил через Балканы, Малую Азию

1 Русско-шведская война 1788—1790 гг. была обусловлена стремлением Швеции вернуть утраченные в прошлом территории в Восточной Прибал­тике. Эта война закончилась Верельским мирным договором, подтвердив­шим приобретения России по Ништадтскому 1721 г. и Абоскому 1743 г. договорам.


и Египет, и боялась, что он может попасть в руки других дер­жав, в первую очередь России. Ведь возможный раздел турец­ких владений на Балканах и завоевания в Закавказье открыва­ли России доступ в восточное Средиземноморье и теплые моря (моря, омывающие берега Южной Азии). Лучшим и самым практичным способом помешать этому было, с точки зрения британских правящих кругов, сохранить территориальную це­лостность Османской империи, подчинив ее британскому вли­янию.

На фоне всех этих событий и проблем международной жизни революция во Франции сначала не произвела особого впечатления на европейские правительства. Они были озабоче­ны своими проблемами. Кроме того, они не без некоторого злорадства наблюдали за трудностями французской монархии, которая успела перессориться с большинством государств и ко­торую считали самой консервативной, политически самой от­сталой в Европе. Действительно, в течение XVIII в. Франция сильно отстала от других стран, таких как Пруссия, монархия Габсбургов и Россия, по размаху и глубине реформ, проводи­мых в духе просвещенного абсолютизма.

Таким образом, первые год-два Французская революция протекала в весьма благоприятных международных условиях. Это обусловило в целом миролюбивую внешнюю политику ре­волюционных властей, заявлявших о своем стремлении под­держивать добрососедские отношения с другими государства­ми. В конституции Франции, принятой 3 сентября 1791 г. и закрепившей важнейшие достижения первых лет революции, в т.ч. отмену сословных привилегий и сеньориального строя в деревне, учреждение основных политических и экономи­ческих свобод, разделение властей, представительное прав­ление и пр., особый раздел был посвящен «отношениям французской нации к иностранным нациям». Конституция гласила: «Французская нация отказывается от ведения каких-либо завоевательных войн и ни в коем случае не станет об­ращать свои вооруженные силы против свободы какого-либо народа».

Между тем, в 1791 — 1792 гг. произошло резкое обострение политических противоречий во Франции. Недальновидная фи­нансовая политика правительства привела к инфляции, росту цен и ухудшению жизни городского населения. В августе 1792 г. в Париже вспыхнуло восстание, в результате которого Людовик XVI был свергнут и заключен вместе с королевой и детьми в тюрьму. Месяц спустя монархия была упразднена, Франция провозглашена республикой. А вскоре над Людови­ком XVI был организован суд, который в январе 1793 г. вынес ему смертный приговор, вслед затем приведенный в исполне-


пие. Спустя еще полгода к власти во Франции пришла револю­ционная группировка якобинцев, установившая суровый режим диктатуры и террора.

Одновременно с радикализацией революции начали пор­титься и отношения Франции с соседями. Поводом к тому по­служили действия самого революционного правительства. В конце 1789 — начале 1790 г. оно осуществило конфискацию церковных земель, переданных в фонд национальных иму-ществ, а также ввело гражданское устройство духовенства. Эти меры решительно осудил римский престол, который поддержа­ли другие католические государства. Одновременно отмена се­ньориального строя в деревне вызвала протесты ряда герман­ских князей, имевших мелкие владения в Эльзасе. Они обрати­лись с жалобой на действия французского правительства в гер­манский рейхстаг, а также потребовали защиты со стороны ев­ропейских держав.

Отрицательно отнеслись иностранные государства и к дей­ствиям революционного правительства по отношению к ста­ринным владениям папы римского на юге Франции — городу Авиньону и графству Венессен1. Их население выступало за присоединение к Франции. 14 сентября 1791 г. Национальное собрание удовлетворило их желание, не считаясь с существую­щими международными договорами и обязательствами, руко­водствуясь единственно принципом национального суверени­тета.

С февраля 1791 г. между Пруссией и монархией Габсбургов начались тайные переговоры о совместных действиях против революционной Франции. В августе 1791 г. император Лео­польд II (брат французской королевы Марии-Антуанетты) и прусский король Фридрих-Вильгельм II подписали в саксон­ском замке Пильниц совместную декларацию. В ней выража­лись озабоченность событиями во Франции и готовность вме­шаться в ее внутренние дела для защиты института монархии и королевской семьи. В феврале 1792 г. Пруссия и монархия Габсбургов заключили военный союз против Франции.

Попытки иностранных государств вмешаться во внутренние дела Франции встретили решительный отпор революционных группировок. Они справедливо считали, что над Францией на­висла угроза контрреволюционной интервенции, и призыва­ли не ждать нападения, а первыми объявить войну реакцион­ным монархиям. Их не смущало то обстоятельство, что в

1 Авиньон и графство Венессен — старинные владения пап римских. 13 Авиньоне с 1309 по 1377 г. размещалась папская резиденция (в период т.н. «авиньонского пленения пап»). Папа Климент VI приобрел Авиньон у Франции в 1348 году.


конституции Франции, принятой в 1791 г., содержался фор­мальный отказ от ведения завоевательных войн. Революционе­ры говорили, что речь идет о войне не против других народов, а против их реакционных правительств, угрожающих Франции порабощением. В апреле 1792 г. Франция объявила войну сна­чала «королю Богемии и Венгрии» (т.е. монархии Габсбургов, которая не имела собственного названия и в состав которой входили королевства Богемия и Венгрия), а затем и Пруссии.






Сейчас читают про: