Студопедия


Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и прикладные исследования в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ Развитие экономики ЕС Чрезвычайные ситуации ВКонтакте Одноклассники Мой Мир Фейсбук LiveJournal Instagram

Глава пятая. На ошибках учатся?




В четыре часа в палату вошла Аки. Я выронил телефон. Кроха несла в руках воздушные шары, штук десять, наверно. И все черные, блин. Вот приколистка! А сама подружка была одета в корсетное платье с пышной юбкой. На ногах как обычно платформы. Но весь траур был разбавлен ядовито-розовыми аксессуарами, ленточки там, браслетики…

- Привет! – объявила Кроха и отпустила шары.

Те медленно поплыли к потолку и закачались там, ударяясь о поверхность. Я перевел взгляд на девчульку. Та поставила пакет на стол и кинулась обниматься.

- Кроха, ты капец! Задушишь!.. Аки!..

- Ой, как же я рада, что ты живой! – Аки, казалось, не слышала, пережимая мою шею.

- Так я помру щас! Расстроишься же.

Она отпустила меня и улыбнулась.

- Эт че? – я легонько дернул за розовую ленту ее корсета.

- Это от эмо осталось. Не пошла бы я в больницу во всем черном.

- Ты, страус, курево мне принесла?

Ну, страусы ж такие есть. Эмо. Или как там?

- Принесла-принесла.

- Пошли курить!

*****

Мы сидели в курилке. Аки болтала ногами, я языком.

- … Короче, я выпишусь дня через два где-то.

- Тебе не снимут швы через два дня! – возразила подружка.

- Я сам сниму. Ты в общаге этого зяблика не видела?

- Какого?

- Сайто.

- Я не заходила в общагу. Из универа сразу к тебе. А чего такое?

- Да не, ниче. Он тетради забыл. Отвезешь ему?

- А, конечно. Значит, ты его отблагодарил за заботу справкой от главврача? И как он отреагировал?

- Нормально, как. Вроде.

- Как у вас дела-то?

- Аки. Тебе поговорить не с кем было?

- Я ж с трупами работаю. А они, по причине прекращенной жизнедеятельности, не особо разговорчивы.

- Ты седня лабораторки по трупам делала?

- Да. По лягушачьим, правда. Но тоже с ними не потреплешься. Ты с темы-то не спрыгивай.

- Я не знаю, как у нас дела, Аки! Никак.

- Ты его даже не обзываешь больше? Зяблика придумал. А то все дебил, урод, кретин… Помягчел ты, Кобаяши. Это хорошо. Мне нравится. Может, он тебя научит по-человечески разговаривать?

- Поздно меня учить уже!

- Ну на медика ж ты учишься? Вот и говорить можно научиться.

- Бля, Аки… Ты меня достала.

- А не, показалось. Хироки, вот скажи, что ты к нему чувствуешь?

- К кому?

- К зяблику своему!

- А… Химия, Крох. Химия… Только посмей ржать. Я не посмотрю, что ты девочка и джиу-джитсу знаешь. Я сам тебя всем приемам научил!

Но Кроха даже не улыбалась. Просто смотрела на меня тепло так, по-дружески. Потом кивнула.

- Химия, значит? Принял?

- Угу… Куда деваться-то? – я со вздохом взял зажигалку и прикурил новую сигарету. – Это ж моя химия. Я с ней не спорю. Это как с колокольчиком. Я знаю, что он не заткнется. Значит, надо просто привыкнуть. Я привык. И к Зоу привык. Может, я так внимание уделял ему? Опыты ставил, красил, идиотничал… Аки… Я, по-твоему, гомик?




- Глупое слово для того, кто влюблен. Какая разница, кто твой избранник? Девушка, парень… Если тебя к нему тянет, то это не принципиально. Помнишь, когда я на первом курсе думала, что лесби? Мне тогда девчонка одна очень-очень нравилась. Это тоже была химия, Кобаяши.

- Ну че-то припоминаю. Вы ж вроде мутили?

- Я ее вспугнула. Она отчислилась и уехала.

- Как ты ее вспугнула-то?

- Поцеловала.

Я выронил сигарету.

- Ну пизда мне… И этот уедет… - прошептал я. – Он как раз все талдычил мне о том, что хочет отчислиться, чтобы больше в моей жизни не маячить…

- То есть? Хироки! – Кроха снова стала похожа на чибика из аниме. – Ты что… Ты его поцеловал?

- Мм, - мрачно промычал я, поднимая сигарету и туша ее в банке. – Сегодня.

- Епт твою мать…

- Это че щас было?

- Восхищение. Офигеть же! Ты правда… Кобаяши! Обалдеть!!

- Да не вопи ты, - сморщился я. – Ну а че мне делать было? Он весь такой капец сахарный… Вишней пахнет…

- Ты его нюхал? – Аки выгнула бровь. – Ты точно на него запал. Это, конечно, психическое отклонение, что тебе нравится людей нюхать, но…

- Мне не всех нравится нюхать! – возразил я. – Че ты из меня извращенца делаешь? Просто… Он меня тянет. А я его отпугнул. Все. Край.

Я закрыл лицо ладонями. Я ж ему нравился-то, небось, вовсе не потому, что он педик. Может, он просто дружить хотел, а я сразу лобзаться… Ой я кретин… Он ведь убежал. Значит, я его напугал. И все? Нет больше зяблика? И колокольчик его меня по утрам будить не будет?..



- Зашибись. Этот овощ из меня гея сделал и свалил.

Аки прыснула со смеху. Я глянул на нее. Кроха зажала рот рукой.

- Смешно тебе?

Она не сдержалась и захохотала в голос. Я покрутил пальцем у виска и взял пачку с зажигалкой.

- Ну прости! Хироки! Я не специально!..

*****

Аки сидела рядом на кровати. Я лопал банан и шоколад, запивая шипучкой. Обожаю сладкое.

- Надо было тебе чего-нибудь вишневого купить…

- Аки, - я угрюмо посмотрел на подругу.

- Прости, - расплылась она в улыбке. – Ну я серьезно. Может, он вернется. Если я его в общаге увижу…

- Не «если», а увидишь – тетради ему верни.

- Ну да. То позвоню тебе и скажу, собирает он вещи или нет. Угу?

- Угу.

- А сам-то чего не позвонишь ему?

- А че я ему скажу? Я ж не умею говорить нормально на такие темы. Я ж не сексопатолог.

- Просто извинись, - пожала плечами подружка, зажевав дольку шоколадки.

- Не многовато ли извинений ему? Я и так стараюсь быть вежливее, чем обычно!

- Это да. Правда стараешься. Странно. Это он так на тебя влияет? Молчу-молчу.

Я тоже молчал.

- Не буду я за это извиняться, - наконец, сказал я. – За это никто не просит прощения.

- «Это», «это»… Не можешь сказать «За поцелуй»?

- Аки, мать твою, я и так уже весь до пяток смущенный! Кончай меня дразнить!

- Ну прости-и-и… - она легла головой на мои колени. – Просто это так мило…

- Че тебе мило, яойщица? Твой друг, между прочим, осознал, что он педик! Че в этом милого, нихера не пойму.

- Перестань выражаться. Ничего ты не гей. Тебе ж девушки тоже нравятся.

- Ну так-то да… Но у меня сейчас ни одной девчонки в голове не вертится, понимаешь?

- Конечно, ты же в Хиденори влюблен. Он и будет у тебя в голове. Это нормально. Ты что, не влюблялся никогда по-настоящему?

- Ну, выходит, что нет. Блин, это обязательно должен был быть парень? Да еще и этот зяблик.

- Да тебе что, Анжелина Джоли нужна? – Аки закатила глаза.

- Нет…

- Бред Питт? – она выгнула бровь.

- Аки! На кой хер мне этот Питт?! У него семеро детей, притом половина не от него! Ну или сколько их там? Пофиг. Короче, я не о том. Почему он? Вот только съедь опять на химию.

- Тогда мне нечего ответить.

Я откинулся на подушку.

- Да и какая теперь разница… Я напугал его. Он точно свалит. Может, я так успокоюсь поскорее. Надо выписываться, у меня уже хер в потолок упирается, как я о нем подумаю. Мне нужен секс.

- Боже, - девчуля закатила глаза. – Ты такой противный.

- Ну так я ж тебе не предлагаю. Хотя мог бы.

- Да. Странно. А ему бы предложил?

- Ему?.. Чтоб он меня опять отпиздил? – я усмехнулся. – У него ниче так удар… Хлесткий. Кулаком так вообще бы мне зубы выбил. Кстати, я его никогда не бил-то… Ну, заламывал там, или скручивал. Но не бил. Ни разу. Прикинь?

- Прикинула…

- Аки, ты устала от меня уже. Спасибо за гостинцы, но вали домой. И шары свои могильные забери.

- Нет, это тебе. Завтра приехать?

- Да че тебе мотаться туда-сюда? В общаге уже увидимся.

- Так ты тут со скуки помрешь! – Кроха встала и принялась собираться.

- Тетрадки этого охламона не забудь. Не помру. Ты ж мне судоку принесла. Уж если от ножевой не умер, то от скуки точно не скопычусь. Иди чмокай меня и беги, юбка.

Подружка звонко припечатала мою щеку поцелуем и упорхнула. А я остался. С ощущением неудовлетворенности и полным бардаком в голове. Аки нифга не помогла разобраться. Только понять – я влюбился в пацана. Но на это всех своих тараканов не спишешь.

Уедет он? Ну и отлично. Прекрасно! Просто зашибись! А я вернусь к обычной гетеросексуальной жизни. Юбки, готки, медички. Ножки, титьки, попки. И никаких глазастых рыжих зябликов.

*****

Ночью я плохо спал. Бок тянуло, за окном шел дождь. Теперь мои ранения будут, как у старика с подагрой, реагировать на погодные изменения? Не рановато ли?

Так как датчик сердца я отключил, несмотря на все протесты медсестры, то в палате было тихо. Я плюнул на то, что не могу уснуть. Включил свет, дотянулся до барсетки, наскреб на дне мелочь. Погремел ею. Звенит. Не как колокольчик, но похоже немного.

У Сайто колокольчик звенит, как рождественский, который любят впихивать в игрушки. Ну там погремушки всякие, звенелки… А скоро ж Рождество. Семестр почти к концу подошел, и я даже не озаботился, как его проведу. Если мне автоматом зачет по анатомии не поставят, то я на допсессию останусь, мне экзамен придется переучивать заново. Я ж хоть и умный, но не настолько, чтобы все запоминать. На память не жаловался, но не с анатомией.

Перебирая мелочевку пальцами, я вспоминал. Не строение скелета, конечно. Поцелуй. Мягкость губ. Легкую царапучесть из-за обветренности. Такие ощущения нежные… Может, когда он уедет и больше не будет маячить, то я скорее забуду о зяблике? О том, что его запах у меня в носу до сих пор. Его ничем не перебить, ни больничным духом, ни лекарствами, ни даже нашатырем. Вишня в волосах… Рыжие пряди, щекочущие мне нос… Да что за дела? Я ж не могу вытерпеть.

Рука поползла по животу вниз. Пальцы нырнули под резинку больничных штанов. Хочется… Его хочется. Черт, это же невозможно!..

Я выдернул руку и сжал кулак. Я не онанирую. Никогда. И уж тем более, я не буду дрочить на пацана! Но я хочу его. Сильно хочу. Я так ни одну красотку не хотел, как этого задохлика. И это – ошибка! Так не должно быть, плевал я на эту химию!

Швырнув монетки на покрывало, я закинул руки за голову и выдохнул. Поотжиматься бы, так бок еще не дает – перетянули сегодня слишком сильно. Я не знаю, как я проведу оставшееся время в больнице, я хочу в общагу. Хоть сегодня же. Но мне тогда сильно влетит. А за эти два дня запах вишни выветрится из носа. Я забуду о Хиденори Сайто.





Дата добавления: 2015-05-14; просмотров: 392; Опубликованный материал нарушает авторские права? | Защита персональных данных | ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ


Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Учись учиться, не учась! 9174 - | 7033 - или читать все...

Читайте также:

 

34.229.194.198 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.


Генерация страницы за: 0.005 сек.