double arrow

Я посмотрела на нее. Она ничем не отличалась от остальных.


– А почему именно эта?

– Потому что там висит ключ.

Он был прав. На дверной ручке болтался ключ, подвешенный на синей веревочке. Я схватила веревку, и, к моему удивлению, ключ оказался у меня в руке‑

– А может, это ключ от какой‑нибудь другой двери? – засомневалась я.

Рене пожал плечами. Джиму явно было скучно. Из кухни доносился шум шагов и голоса; я торопливо вставила ключ в замок и повернула его, затем ворвалась в какое‑то помещение.

– Один ноль в твою пользу, – прошептала я, шаря в поисках выключателя. Раздался щелчок, и мы обнаружили, что стоим на лестничной площадке; вниз уходил ряд узких ступеней. – Ты молодец, Рене.

Он довольно улыбнулся:

– Я же сказал тебе, что я пригожусь.

– Никогда не говорила обратного, но я хочу, чтобы при первых признаках неприятностей ты отсюда уходил. Джим и я о себе позаботимся.

– Ты думаешь? – с сомнением переспросил Джим. Я ничего не ответила. Что тут можно было сказать?

Я отнюдь не чувствовала уверенности в своих силах, но была полна решимости не впутывать Рене в ужасную неразбериху, в которую превратилась моя жизнь.

Беззвучно, насколько это было возможно, если учесть деревянные ступени, скрипевшие и стонавшие при каждом шаге, мы спустились вниз и обнаружили очередную дверь, расположенную в нише в каменной стене. Дверь была заперта на висячий замок.




– Voila. – заметил Рене. – Наверняка это хранилище, да?

– Скорее всего, да. Хотя я думала, что человек, которому много лет приходилось заботиться о своей безопасности, постарается получше спрятать ценности, – прошептала я и с помощью ключа на бечевке открыла замок. – Все картины и вазы просто так расставлены там, наверху, и всего один замок на двери? Дядя Дэмиен мог бы кое‑что сказать по этому поводу.

Я положила замок на пол и осторожно открыла дверь.

Наверное, вам уже давно стали очевидны два факта: во‑первых, я никогда особенно не отличалась проницательностью в житейских вещах, а во‑вторых… ну, то же самое, что и во‑первых.

– Ух ты! – выдохнул Джим, когда в хранилище автоматически зажегся свет.

Рене со свистом втянул в себя воздух и пробормотал нечто мне непонятное. Я вцепилась в дверную ручку, хлопая глазами при виде открывшегося перед нами зрелища. Это была настоящая сокровищница, клад в чистом виде. Повсюду сверкало золото – настоящее, не подделка. Золотые блюда, золотые кубки, золотые статуи… Сокровищница Дрейка была уставлена витринами и богато украшенными деревянными шкафами, забитыми золотыми предметами.

– Вы когда‑нибудь видели что‑нибудь подобное? – прошептала я, медленно входя в комнату.

– Гав.

– Никогда, – выдохнул Рене, следуя за мной.







Сейчас читают про: