double arrow

Вопрос о словах категории состояния (безлично-предикативных словах) в лингвистической литературе. Объём и границы лексико-грамматического класса безлично-предикативных слов

Понятие о безлично-предикативных словах (словах категории состояния). В современной лингвистике вопрос о безлично-предикативных словах (словах категории состояния) не получил однозначного решения. Назовём основные точки зрения.

1. Слова категории состояния представляют собой самостоятельную часть речи (В.В. Виноградов, Е.М. Галкина-Федорук, Н.С. Поспелов, А.Н. Тихонов и др.).

2. Слова категории состояния нельзя рассматривать как самостоятельную часть речи; они включатся в состав наречий, имен прилагательных и существительных на правах особых групп слов в каждой из названных частей речи (И.И. Мещанинов, А.Б. Шапиро, В.Н. Мигирин, Грамматика –1960, Русская грамматика –1980, И.Г. Милославский и др.).

О дискуссионности анализируемых слов свидетельствует и наличие 5 (!) названий: слова категории состояния (Л.В. Щерба, В.В. Виноградов и др.), безлично-предикативные слова (А.М. Пешковский), предикативы (А.В. Исаченко и др.), предикативные наречия (Д.Н. Овсянико-Куликовский и др.), бессубъектные прилагательные (В.Н. Мигирин). При этом из названных только два первых термина характеризуют исследуемые слова как отдельную часть речи, а два последних в своем названии содержат отрицание частеречной самостоятельности данных слов (их относят к наречиям или именам прилагательным). Некорректным является и третий термин – предикативы, ибо он используется для характеристики синтаксического явления и не относится к морфологии.

Признавая за данной группой слов право на частеречную самостоятельность, мы отдаём предпочтение термину «безлично-предикативные слова» в силу того, что он содержит в себе и семантическую, и синтаксическую характеристику одновременно, в то время как термин «категория состояния» отражает только семантическую характеристику данных слов, причём далеко не в полном объеме.




Семантическая характеристика безлично-предикативных слов была объектом внимания ещё в работах А.А. Барсова, А.Х. Востокова, Г.П. Павского и др. Н. Колшанский, учитывая их синтаксическую энергетику, способность выступать в роли главного члена безличного предложения, включал их в глаголы. А.М. Пешковский обратил внимание на функционирование безлично-предикативных слов, но не назвал их частеречную принадлежность. А.А. Шахматов называл данную группу слов спрягаемыми краткими прилагательными.

В некоторых грамматиках, например в учебнике Н.С. Валгиной и др., говорится: «Впервые в особую часть речи выделил наречия Л.В. Щерба в работе «О частях речи в русском языке», назвав их категорией состояния и включив в неё не только безлично-предикативные слова, но и наречия, употребляемые в функции сказуемого в личном предложении, а также краткие прилагательные со значением состояния и долженствования (например, настороже, без памяти, грустен, должен, намерен и др.)» [Валгина, Розенталь, Фомина, 1987, с. 260].



Обратимся к работе Л.В. Щербы «О частях речи в русском языке», впервые вышедшей в 1928 г. Рассматривая такие слова, как нельзя, можно, надо, пора, жаль, холодно, светло, весело, автор отмечает, что подведение их «под какую-либо категорию затруднительно». Они неизменяемы, но не могут быть отнесены к наречиям, так как не зависят ни от глагола, ни от имени прилагательного, ни от другого наречия, имеют связку. «Под форму среднего рода единственного числа прилагательных они тоже не подходят, так как прилагательные относятся к существительным, а здесь этих последних нет, ни явных, ни подразумеваемых. Может быть, мы имеем здесь дело с особой категорией состояния…» [Щерба Л.В. Избранные работы по русскому языку. – М.: Учпедгиз, 1957. – С. 74].

Формальными признаками этой категории Л.В.Щерба называет неизменяемость и употребление со связкой. Но автор лишь высказывает предположение о возможности выделения слов категории состояния в самостоятельную часть речи, сомневаясь в том, следует ли это делать. «Если не признавать в русском языке категории состояния (которую за неимением лучшего термина можно назвать предикативным наречием, следуя в этом случае за Овсянико-Куликовским), то такие слова, как пора, холодно, навеселе и т. п., все же нельзя считать наречиями, и они просто остаются вне категорий…» [Там же, 76]. Более того, состав слов категории состояния у Л.В. Щербы разнороден и не имеет четких границ. Сюда включаются не только названные выше формы, но и краткие прилагательные типа готов, должен, рад, способен, болен, дружен и выражения типа быть навеселе, наготове, настороже, замужем, в состоянии, в сюртуке и т. п. Таким образом, заслугой Л.В. Щербы следует считать не решение вопроса о категории состояния путем выделения ее в самостоятельную часть речи, а привлечение внимания к нему и попытку придать особую значимость совокупности таких слов.

Впервые как самостоятельную часть речи квалифицировал их В.В. Виноградов в книге «Русский язык (грамматическое учение о слове)»: «Все это выделяет категорию состояния как новую для русского языка, но очень активно развивающуюся часть речи» [Виноградов В.В., 1972, с. 339]. «Под категорию состояния подводятся несклоняемо-именные и наречные слова, которые имеют формы времени (для прошедшего и будущего времени аналитические, образованные посредством присоединения соответствующих форм связки быть) и употребляются только в функции сказуемого» [Виноградов, 1972, с. 320].

Категория состояния складывается на почве сложного грамматического переплетения свойств имени, глагола и наречия. «В её грамматическом строе скрыты зародыши, источники новых грамматических сдвигов (особенно в области имён существительных и прилагательных… Всё это выделяет категорию состояния как новую для русского языка, но очень активно развивающуюся часть речи» [Виноградов, 1972, с. 335].

В 50-е годы ХХ в. слова категории состояния были объектом дискуссии на страницах журналов. На московской дискуссии 1954 г. о частях речи против выделения слов категории состояния в самостоятельную часть речи выступили А.Б. Шапиро, М.И. Стеблин-Каменский, В.М. Жирмунский, А.В. Миртов (см. обзорные статьи о дискуссии в журналах «Вопросы языкознания», 1955, №1; «Иностранный язык в школе», 1955, №1). В 1955–1956 гг. дискуссия о словах категории состояния была продолжена журналом «Вопросы языкознания», опубликовавшим 4 статьи. Мнение А.Б. Шапиро поддержал чешский академик Ф.Травничек (см.: 1955, №1; 1956, №3). Н.С. Поспелов назвал свою статью «В защиту слов категории состояния» (1955, №2). А.В. Исаченко (1955, №6) говорил о развитии категории состояния в славянских языках, но предложил назвать их предикативами.

Таким образом, слова категории состояния (безлично-предикативные слова) выделяются не всеми лингвистами; они были и остаются предметом дискуссий. В дальнейшем теорию слов категории состояния (безлично-предикативных слов) разрабатывали Н.С. Поспелов, Е.М. Галкина-Федорук, А.Н. Тихонов, Н.Ф. Вердиева, Е.И. Воинова, О.К. Кочинева, А.А. Ломовцева и др.

Безлично-предикативные слова служат специализированным средством выражения категории состояния в системе частей речи.

Категория состояния – разноуровневая категория. Она изучается не только в лингвистике, но и в других науках, в том числе – в философии. Состояние рассматривается как одна из форм существования объекта, его качественная предметность, это стадия в генетическом развитии целого, момент устойчивости в изменении. В.Н. Мигирин определяет состояние как фазу в существовании, характеризующуюся одновременностью качеств [Мигирин В.Н. Язык как система отображения. – Кишинев: Штиинца, 1973. – С. 174].

Состояние в морфологии выражается различными частями речи: специально предназначенными для этого безлично-предикативными словами (В комнате светло), именами прилагательными (Комната светлая), глаголами (На востоке светлело), именами существительными (Сон освежил его силы), редко – наречиями (Он соннопотянулся и встал).

Безлично-предикативные слова как лексико-грамматический класс слов (часть речи) и составляют ядро семантической категории состояния. Считается, что эта часть речи – чисто славянское явление. В других западноевропейских языках ей соответствуют конструкции «я имею».

Объём и границы безлично-предикативных слов. В состав безлично-предикативных слов (при условии выделения их в качестве самостоятельной части речи) включают прежде всего:

1) слова на , омонимичные наречиям и кратким прилагательным: весело, трудно, пасмурно, жарко, досадно, удобно, сыро, ветрено, пыльно, тепло, приятно и т. д.;

2) небольшую группу слов, не имеющих соответствий в кратких прилагательных и наречиях: можно, нужно, нельзя, надобно и т. д.;

3) слова, омонимичные именам существительным: охота, лень, неволя, время, недосуг и др.;

4) слова, омонимичные кратким причастиям: накурено, набросано, насорено, натоплено и под.

Чтобы определить, является ли рассматриваемая группа слов самостоятельной частью речи, необходимо установить набор её дифференциальных признаков, основанных на критериях разграничения частей речи, то есть изучить ее семантику, морфологические и синтаксические особенности, выявить категориальное значение, способ отображения объективной действительности, сопоставить с соответствующими признаками смежных частей речи.






Сейчас читают про: