double arrow

Манипулятивный уровень


На манипулятивном уровне по крайней мере один из партне­ров пытается прибегнуть к различного рода ухищрениям и уловкам с целью получения определенной выгоды для себя.

Приемы, используемые манипуляторами, могут иметь доволь­но широкий диапазон.

Одни манипуляторы предпочитают демонстрировать своему партнеру агрессивность, враждебность или высокомерие. Исполь­зуя жесткие методы воздействия, они сознательно создают не­удобную для партнера атмосферу общения, в которой тот будет чувствовать себя неуютно, проявит большую покладистость, по­корность и готовность выполнить волю манипулятора.

Другие манипуляторы демонстрируют свое дружеское распо­ложение, готовность принять участие в решении проблем, сто­ящих перед партнером по общению. Они получают свой выигрыш за счет дружеских отношений и оказания услуг партнеру.

Есть манипуляторы, которые сознательно прикидываются не­счастными, больными, нуждающимися в помощи или опеке. Они столь искусно изображают свою беспомощность и зависимость от других лиц, что довольно удачно подчиняют окружающих своему влиянию.

Встречаются манипуляторы, умело сочетающие различные манипулятивные приемы и ловко пускающие их в ход в различных ситуациях.

Независимо от используемых приемов всех манипуляторов объединяет нечто общее: благодаря своим манипуляциям они вынуждают партнера по общению совершать выгодные им шаги. Манипуляции — это обман. Но не обычный, примитивный об­ман, а более тонкая игра.

Школьники довольно часто прибегают к использованию раз­личных манипуляций как в общении со сверстниками, так и в общении со своими родителями и учителями. Обратимся к приме­ру из известной повести Г.Белых и Л.Пантелеева «Республика ШКИД».

Прозвенел звонок, кончилась перемена. В класс четвертого отделения вошел Косталмед, он же Костей. — На гимнастику, живо! Ребята нехотя поплелись из класса.

— Живо! — подгонял Костец, постукивая круглой полированной па-дочкой.

Когда все вышли из класса, за партами остались сидеть Японец и Янкель.

— А вы что? — подняв брови, спросил Костец.

— Не можем, — скривив лицо, проговорил Японец. — У нас ноги болят.

Больные шкидцы по приказанию Викниксора освобождались от гим­настики.

— Покажите, — сказал Костец.

Японец, прихрамывая, подошел к воспитателю и поднял босую ногу. Нога на пятке пожелтела, вздулась, и в самом центре образовалось от­вратительное на вид нагноение.

— Нарыв в последней стадии, — стонущим голосом отрекомендовал Японец. — В уборную еле хожу, не только что на гимнастику.

— Ладно, оставайся, — сказал Костец. — А ты? — обратился он к Янкелю.

Янкель чуть ли не на четвереньках подполз к халдею.

— Сил нет, — прохрипел он. — Замучила, чертова гадина.

Он загнул брюки. На изгибе колена и дальше к бедру проходил страшный, красный с синеватыми прожилками шрам.

— Где это тебя угораздило? — поморщившись, спросил Костец.

— Дрова пилил, — ответил Янкель. — Пилой. Ходить не могу, дядя Костя, тем более упражнения делать.

— Оставайся, — согласился Костец и вышел из класса. Когда он вышел, Янкель плотно закрыв за ним дверь, сказал:

— Ну, брат, сейчас, пожалуй, можно и вылечиться.

С этими словами он подошел к своей парте, загнул брюки и, пому­солив ладонь, одним движением руки смыл страшную рану. То же самое сделал и Японец.

(Белых Г., Пантелеев Л. Респуб­лика ШКИД. — М.: Правда, 1988. — С. 221.)

Обладавший художественными способностями Янкель доволь­но часто украшал себя и своих товарищей язвами, ранами, опу­холями и другими «болячками», что позволяло манипулировать учителями и отлынивать от уроков и других нежелательных дел.

Однако к манипуляциям прибегают не только школьники, но и их учителя. Обратимся еще к одному примеру.

Он нарочно сунул палец в флакончик и измазал нос тушью. Тут уж Никто без смеха не мог на него смотреть. В классе стало шумно.

Зинаида Ивановна сначала никак не могла понять, в чем тут дело, но она скоро заметила Федину кляксу и даже остановилась от удивления.

— Это чем ты лицо испачкал, тушью? — спросила она.

— Ага, — кивнул головой Федя.

— А какой тушью? Этой?

Зинаида Ивановна показала на флакончик, который стоял на парте.

— Этой, — подтвердил Федя, и рот его разъехался чуть ли не до ушей.

Зинаида Ивановна надела на нос очки и с серьезным видом осмот­рела черные пятна на лице Феди, после чего сокрушенно покачала головой.

— Напрасно ты это сделал, напрасно! — сказала она.

— А что? — забеспокоился Федя.

— Да, видишь ли, тушь эта химическая, ядовитая. Она разъедает кожу. От этого кожа сперва начинает чесаться, потом на ней вскакивают вол­дыри, а потом уже по всему лицу идут лишаи и язвочки.

Федя перепугался. Лицо у него вытянулось, рот сам собою открылся.

— Я больше не буду мазаться тушью, — пролепетал он.

— Да уж думаю, что больше не будешь! — усмехнулась Зинаида Ива­новна и продолжала урок.

Федя поскорей принялся стирать пятна туши носовым платком, по­том повернул свое испуганное лицо к Грише Копейкину и спросил:

— Есть?

— Есть, — шепотом сказал Гриша.

Федя снова принялся тереть лицо платком, но черные пятна глубоко въелись в кожу и не стирались.

Гриша протянул Феде ластик и сказал:

— На вот. У меня есть замечательная резинка. Потри попробуй. Если она тебе не поможет, то пиши пропало.

Федя принялся тереть лицо Гришиной резинкой, но и это не помог­ло. Тогда он решил сбегать умыться и поднял руку. Но Зинаида Иванов­на, будто нарочно, не замечала его. Он то вставал, то садился, то при­поднимался на цыпочки, стараясь вытянуть руку как можно выше. Нако­нец, Зинаида Ивановна спросила, что ему нужно.

— Разрешите мне пойти умыться, — попросил жалобным голосом Федя.

— А что, уже чешется лицо?

— Н-нет, — замялся Федя. — Кажется, еще не чешется.

— Ну тогда посиди. На переменке успеешь умыться.

Федя сел на место и снова принялся тереть лицо промокашкой.

— Чешется? — озабоченно спрашивал Гриша.

— Н-нет, кажется не чешется... Нет, кажется, чешется. Не разберу, чешется или не чешется. Кажется, уже чешется! Ну-ка, посмотри, нет еще волдырей?

— Волдырей еще нет, но вокруг уже все покраснело, — шепотом сказал Гриша.

— Покраснело? — испугался Федя. — Отчего же покраснело? Может быть, уже волдыри начинаются или язвочки?

Федя снова стал поднимать руку и просить Зинаиду Ивановну отпус­тить его умыться.

— Чешется! — хныкал он.

Теперь ему было не до смеха. А Зинаида Ивановна говорила:

— Ничего. Пусть почешется. Зато в другой раз не будешь мазать лицо

чем попало.

(Носов Н.Н. Фантазеры. — М.: Дет­ская литература, 1977. — С. 126— 128.)

В этой ситуации к манипулированию прибегает учительница Зинаида Ивановна. Ее серьезный вид, сокрушенное покачивание головой проинформировали Федю о том, что он совершил глу­пость, за которую может горько поплатиться. Естественно, после этого ученик уже не мог даже думать о том, чтобы исполнять роль шута в классе, а был обеспокоен собственным здоровьем. А учи­тельница получила свой выигрыш в виде нормального поведения этого ученика и рабочей обстановки на уроке.

Американский психолог Э. Шостром в своей книге «Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор» утверждает, что практи­чески каждый человек прибегает к манипуляциям в тех или иных ситуациях своей жизни, чтобы добиться для себя того или иного блага. Описывая различные способы манипулирования, автор вы­деляет четыре типа манипулятивных систем: активный, пассив­ный, соревнующийся и безразличный манипулятор. Рассмотрим их более подробно.

Активного манипулятораотличает использование активных ме­тодов воздействия на партнера по общению. Он энергичен, ини­циативен. У него всегда есть вопросы и предложения к партнеру, есть варианты необходимых действий и решений. Он сам ищет и, как правило, находит возможности для встречи с партнером с целью решения своих проблем.

Активный манипулятор максимально использует свое соци­альное положение: директора, начальника, учителя, попечителя, родителя, старшего по возрасту или званию. Философия актив­ного манипулятора заключается в том, чтобы главенствовать и властвовать любой ценой, чтобы строить общение с партнером путем пристройки «сверху». Поэтому он довольно часто использу­ет атрибуты авторитарного стиля воздействия: приказной тон, строгий голос, сердитый взгляд, категоричные высказывания, угрозы наказаний или других нежелательных для партнера послед­ствий.

Активным манипулятором может быть не только взрослый че­ловек, но также школьник или дошкольник, умело использую­щий активные методы воздействия на своих сверстников, учите­лей или родителей.

Пассивный манипуляторэто полная противоположность ма­нипулятора активного. Он получает свой выигрыш не за счет ак­тивного давления на партнера, не за счет пристройки «сверху», а благодаря разыгрыванию пристройки «снизу». Пассивный ма­нипулятор предстает перед партнером то беспомощным, то глу­пым, то бестолковым. Всем своим видом он дает понять, что у него сейчас очень сложные проблемы, что он несчастен, что у него не хватает ни способностей, ни сил, чтобы справиться с конк­ретной учебной задачей или жизненной ситуацией. Демонстри­руя свою вялость, пессимизм и пассивность, такой манипулятор

подвигает своего более активного партнера (сверстника или взрос­лого) думать и работать за себя, а следовательно, и на себя.

Соревнующийся манипуляторвыбирает довольно гибкую так­тику взаимодействия со своими партнерами. Для него жизнь — это постоянный турнир, состоящий из серии побед и пораже­ний. В этой жизни он отводит себе роль бдительного бойца, вни­мательно изучающего сильные и слабые стороны своих партне­ров по общению. И в зависимости от особенностей того или иного партнера он умело пускает в ход активные или, напротив, пас­сивные методы взаимодействия с ним. Если партнер слаб, то соревнующийся манипулятор энергично использует активные ме­тоды воздействия на него, умело пристраивается «сверху». Если же партнер является сильным соперником, то в ход идут пассив­ные методы взаимодействия, используется пристройка «снизу». Главное — получить свой выигрыш и добиться желаемого ре­зультата, а средства достижения не имеют существенного значе­ния для такого манипулятора. Следует, однако, отметить, что активный манипулятор не опускается до примитивного уровня общения, его активные методы хоть и оказывают давление на партнера, но выглядят более корректно, нежели у примитивно­го партнера.

Безразличный манипуляториграет в безразличие и индиффе­рентность. Всем своим видом он демонстрирует, что его мало вол­нуют происходящие события, не интересуют окружающие люди, что он безразличен к конкретному партнеру по общению и готов с легкостью расстаться с ним. На самом деле это безразличие ис­кусственное, напускное. И происходящие события, и окружаю­щие люди, и конкретный партнер по общению далеко не безразлич­ны такому манипулятору. Манипулирование безразличностью как раз и затевается с определенной целью — удержать партнера возле себя, заставить его поуговаривать себя, подчинить его себе.

Педагоги и родители также используют различные виды мани­пуляций в общении с детьми.

Ученые отмечают, что общаться с манипулятором довольно сложно. Ведь манипуляции и используются для того, чтобы пере­играть партнера по общению и добиться получения своего выиг­рыша. Некоторые люди, понимая, что ими манипулируют, пыта­ются также прибегнуть к манипулированию. Однако это удается далеко не всем. Ведь манипулятор сознательно затевает свои ма­нипуляции, заранее рассчитывает определенные ходы. Его мани­пуляции выглядят естественно, действия логически связаны друг с другом и вплетены в ткань естественного разговора по какой-либо существенной проблеме. А партнер, пытающийся экспром­том отвечать манипуляциями на действия манипулятора, как правило, к подобному не подготовлен ни психологически, ни логически, ни технологически. Поэтому если человек чувствует, что им начинают манипулировать, то лучше попытаться найти противоядие против манипулятора не через контригру, а через уход от его игры1.


Сейчас читают про: