double arrow
III. Что такое климат и как влияет он на душевный строй и телесное сложение человека?

Самые неподвижные точки нашего земного шара — это два полюса; не будь полюсов, и не было бы возможным обращение Земли вокруг своей оси, не была бы, по-видимому, возможна и форма шара. Если бы мы знали, как произошли эти полюса, если бы мы знали законы магнетизма, знали, как магнитное поле нашей Земли влияет на различные тела, то мы, по всей вероятности, нашли бы ту основную нить, ту основу, которую природа, создавая живые существа, пронизала затем иными силами — силами более высокого порядка. Но поскольку, несмотря на ряд изящных опытов, в целом о магнетизме не известно почти ничего17*, то темным остается для нас и базис всех наклонений (климатов14) к полярной области Земли. Быть может, некогда магнит в царстве физических сил был тем же, чем неожиданно стал он для нас теперь на море и на суше.

Вращение земного шара вокруг своей оси и вокруг Солнца подсказывает нам более конкретную характеристику различных климатических зон, однако и в этом случае практическое применение всеми признанных законов сложно и приводит к ошибочным результатам. Полученные в новое время знания о чужих частях света не подтвердили существования тех географических поясов, какие предполагали древние, и вообще нарисованная ими картина основана была, с физической точки зрения, как раз на незнании других частей света. То же самое — расчет тепла и холода в зависимости от количества солнечных лучей, приходящихся на Землю, и от угла их падения. Соответствующая математическая задача решена




16* «Собрание путешествий», т. V, с. 145. Другие примеры — у Руссо в примечаниях к «Discours sur I'inegalite parmi les hemmes»12 [«Рассуждение о причинах неравенства среди народов» Ж.-Ж. Руссо]

17* См. «О магнетизме» Бругманса 13, тезис 24—31

с полной точностью, но если бы философ-историк стал делать безусловные выводы из полученного правила, то математик справедливо счел бы это извращением его результатов18*. Близость моря, ветер, высота над поверхностью моря, горы, дожди, туманы — все это придает локальную определенность всеобщему закону, так что соседние области Земли могут отличаться диаметрально противоположным климатом. Кроме того, новые исследования показывают нам, что всякое живое существо по-своему воспринимает и расходует тепло, так что чем органичнее строение живого существа, чем более выражена наружно его собственная деятельная жизненная энергия, тем сильнее выражена и его способность порождать относительное тепло и холод19*. Уже опровергнуты на опыте старые суждения о том, что человек может жить только в условиях такого климата, где температура воздуха не превышает температуру крови, однако новейшие системы, трактующие происхождение и действие животного тепла, еще и отдаленно не достигли такого совершенства, чтобы можно было думать о климатологии хотя бы только человеческого тела, не говоря уж о душевных силах человека и их применении, зависящем от стольких обстоятельств. Конечно, всякий знает, что тепло расширяет волокна тела, так что они становятся более вялыми, что соки от тепла разжижаются и усиливается испарение и что со временем даже твердые члены тела могут становиться ватными, слабыми; закон этот в целом вполне сохраняет силу20*; с помощью этого и противоположного ему закона холода уже объяснено немало физиологических феноменов21*, но что касается общих выводов, которые делались на основании такого, взятого изолированно, принципа или даже его частичного применения, что касается попыток перенести свойство вялости, испарения и т. д. на целые народы, на целые большие области Земли и, более того, на тонкую сферу деятельности человеческого духа, то следует сказать: чем более остроумно, чем более систематично продумывали и формулировали подобные выводы, тем рискованнее были они. Их шаг за шагом опровергают примеры, взятые из истории, даже физиологические аргументы, — потому что одновременно действует много сил, даже много противоречивых сил. Даже великого Монтескье упрекали в том, что климатический дух законов он основал на обманчивом опыте с «бараньим языком»20. Конечно, люди — это податливая глина в руках климата, но пальцы создают такие разнообразные формы, а противодействующие законы стольмногообразны, что,быть может, лишь сам Гений человечества может составить уравнение всех этих сил.



18* См. Кестнер. Объяснения к методу измерения температуры по Галлею в «Гамбургском журнале», т. II, с. 42915.

19* См. Крелль. Опыт о способности растений и животных порождать и уничтожать тепло. Хельмштедт, 1778; опыты о способности животных порождать холод Крофорда в «Philosophical transactions», vol. 71 p. 216.

20*«Патология» Гаубиса, гл. V, X, — логика всякой патологии17.

21* См. Монтескье, Кастийона, Фолкнера18, не говоря о множестве худших сочинений типа «Esprit des nations», «Physique de l'histoire»19.

* * *

Не только жаром и холодом веет на нас воздух, но воздух, согласно новым наблюдениям, — это огромное хранилище всяких благоприятных и вредных для нас сил. В воздухе действует электрический огненный поток, стихия могучая и еще не изученная в своем животном влиянии, ибо мы мало что знаем и о внутренних законах ее природы, и о том, как человеческое тело воспринимает и перерабатывает ее. Мы живем, вдыхая воздух, но что это за бальзам, что за питательная сила жизни заключена в воздухе, — мы не знаем. А если мы еще прибавим сюда почти неисчислимое множество местных особенностей — в зависимости от испарения тел, если мы вспомним примеры, когда ужасные явления порождались невидимым злокачественным семенем, которому врач и может только дать название «миазмов»21, причем целые столетия не способны справиться с их последствиями, — если вспомним о неведомом яде, приносящем оспу, чуму, сифилис, — болезни, пропадающие с приходом новых времен; если мы задумаемся над тем, что мы не знаем не только, что такое герматтан н саммиэль, сирокко и северо-восточный ветер Татарии, но и вообще, что вызывает ветры на земном шаре и что вызывается самими ветрами, то мы поймем, что нам недостает еще целого множества исследований, для того чтобы мы могли приступить хотя бы к физиолого-патологической климатологии, не говоря уж об общей климатологии всех умственных и эмоциональных сил человека! Но всякий проницательный и остроумный опыт ждет тут славный венец, и несомненно — потомство наградит наш век такими благородными венцами22*.

* * *

Если говорить теперь о высоте, на которой расположена та или иная область земли, о ландшафте, о плодах и растениях, о пище и питье людей, об образе жизни человека, о его занятиях, об одежде, даже об излюбленных позах человека, о его развлечениях и искусствах и тьме прочих обстоятельств, которые производят свое действие в живой взаимосвязанности целого, то все это составляет картину климата, всякий раз приносящего с собой столько перемен. Чья рука способна хотя бы упорядочить весь этот хаос причин и следствий и создать целое, где всякому явлению, всякой области будет воздано по заслугам и ничто не будет ни переоценено, ни недооценено? Самое лучшее — следовать Гиппократу23* проницательно и просто характеризовать отдельные области, а затем без торопливости и спешки — переходить к общим выводам. Естествоиспытатели и врачи — вот кто тут physicians, ученики природы и учителя философии: благодаря им уже не одна область земли внесла свой вклад в общее учение о климате, о влиянии климата на человека; и потомство будет благодарно им. Но сейчас речь у нас не может идти об отдельных

22* См. Гмелин. О новых открытиях в учении о воздухе. Берлин, 178422.

23* См. «De aere, locis et aquis» Гиппократа23, особенно вторую часть. Для меня Гиппократ — главный из всех, кто когда-либо писал о климате.

наблюдениях, а мы пойдем своим путем и ограничимся общими замечаниями.

1. Коль скоро Земля наша —это шар, а суша это поднимающаяся над поверхностью моря возвышенность, то благодаря множеству обстоятельств на Земле поддерживается климатическая общность, необходимая жизни всех живых существ. Не только день и ночь и не только хоровод сменяющих друг друга времен года периодически изменяют климат каждой области земли, но здоровью всего живущего благоприятствует определенное сочетание стихий, без которого решительно все погрузилось бы в дремоту и разложение, — это спор стихий, противодействие суши и моря гор и низменностей, периодически дующих ветров, возникающих вследствие движения земного шара, смены времен года и времен суток и бесчисленных конкретных причин. Итак, одна атмосфера окружает нас со всех сторон, в одном электрическом море живем мы все, но и воздух, и электрическое море, а, вероятно, и магнитный поток пребывают в вечном движении. Море испаряет влагу, а горы ее притягивают и изливают ее на землю потоками дождя и рек. Ветры сменяют друг друга, и так года и цепочки лет исполняют сумму своих климатических дней. Разные области, разные времена поддерживают друг друга и несут друг друга на своих плечах. Все взаимосвязано на нашем шаре земном. Если бы Земля была плоской или прямоугольной, как фантазировали китайцы, то, конечно, на углах ее могли бы рождаться климатические уроды, о которых не дает ни малейшего представления правильное строение и плавное движение существующих на земле живых организмов. Оры ведут свой хоровод вкруг трона Юпитера, а что слагается в их плавных шагах, — это лишь несовершенное совершенство, основанное на соединении разнородных явлений; но из проникновенной любви и бракосочетания стихий рождается дитя природы: чувственная правильность и красота.

2. Вся населенная живыми существами земля на земном шаре собрана в известных областях, где все живое может существовать в наиболее удовлетворяющем их природу виде,географическое положение частей света влияет на их климат. Почему в Южном полушарии холод начинается уже в такой близи к линии экватора? Естествоиспытатель ответит так: «В Южном полушарии слишком мало твердой земли, а потому холодные ветры и айсберги Южного полюса поднимаются высоко на север». Мы сразу же догадываемся, какая судьба ждала бы нас, если бы вся суша на нашей Земле была бы разделена на острова и разбросана по всей поверхности шара! Теперь три части света, соединенные между собой, греют друг друга; четвертая24 лежит на удалении от них, а потому и климат там холоднее, а на Южном океане, чуть южнее линии экватора, суши мало, а потому очень скоро начинается вырождение и вырастают уродливые формы. Итак, нужно предполагать, что более совершенных животных тут будет меньше; Южное полушарие было предназначено для того, чтобы служить водным резервуаром для всего земного шара, — для того, чтобы Северное полушарие могло пользоваться лучшим климатом. И географически, и климатически роду человеческому суждено было жить вместе, по соседству.

чтобы один народ передавал другому и климатическое тепло и прочие благодеяния, — но, увы, передавал и чуму, и болезни, и всяческие климатические пороки.

3. То, что вся суша примыкает к горным хребтам, послужило причиной бесчисленных изменений климата, в котором живут бессчетные живые существа, и препятствием к вырождению человеческого рода, насколько вообще было возможно воспрепятствовать ему. Горы нужны были земле, но населен только один горный хребет — монгольско-тибетский, а высокие Кордильеры и другие их собратья не населены. И пустынь на земле стало меньше оттого, что вся суша примыкает к горным хребтам, — потому что горы как бы отводят влагу небесную на землю и изливают рог изобилия плодородными потоками. Пустынные берега, холодные или мокрые морские обрывы возникли лишь позднее, и люди тоже могли заселить их лишь позднее, уже напитавшись жизненными силами. Несомненно, что долина Кито была заселена раньше, чем Огненная Земля, Кашмир — раньше, чем Новая Голландия25 или Новая Земля. Лежащие в середине обширные пространства, область с самым наилучшим климатом расположена между морем и горными хребтами, — на ней воспитывался род человеческий, и теперь еще это наиболее заселенная часть земли.

Но коль скоро климат — это совокупность сил и влияний, совокупность, служащая всему живому в своей многогранной взаимосвязи, совокупность, в которую и каждое растение, и каждое животное вносят свою лепту, нет ни малейшего сомнения в том, что и здесь человек поставлен господином земли, чтобы изменять ее своим искусством. С тех пор, как человек похитил огонь с небес и взял в руки железо, с тех пор, как он заставил жить вместе с ним животных и даже своих собственных собратьев, принудил служить себе и растения и животных, он многообразно содействовал изменению земли. Европа прежде была болотистым лесом, то же и другие области земли; теперь непроходимая чаща прорежена, а вместе с климатом изменились и сами обитатели земли. Не будь порядка, не будь искусства, и Египет погряз бы в илистых наносах Нила, но египтяне отвоевали сушу у Нила; здесь, как и во всей Азии, все живое приспособилось к климату, созданному искусством людей. Мы могли бы представить себе человеческий род в виде горстки смелых великанов — но только совсем не исполинского роста! — они постепенно спускаются с гор, покоряют землю и изменяют климат своими слабыми руками. А чего достигнут они в конце концов, покажет будущее.

4. Если допустимо говорить что-либо общее о том, что целиком зависит от конкретного — от места и времени, то я приведу сейчас те пункты, которые указывает Бэкон24* в своей теории катаклизмов, и только соответственно изменю их. Климат действует на тела любого рода, но прежде всего на менее плотные, как-то: жидкости, воздух, эфир. Действие климата распространяется не столько на индивидов, сколько на массы тел, и действие на индивидов происходит через посредство масс. Действие осу-

24* Васо de augm. scient. I, 3 26.

шествляется не в отдельные мгновения, а в течение целых периодов времени и нередко открывается, становится явным благодаря незначительным обстоятельствам и с запозданием Наконец: климат не принуждает, а склоняет, — во всех нравах, во всем образе жизни укоренившихся в своей почве народов можно заметить трудно уловимую предрасположенность к определенному климату; заметить эту предрасположенность можно, но наглядно представить ее как таковую весьма трудно. Быть может, найдется когда-нибудь такой человек, чуждый преувеличений и предубеждений, который отправится в путь только затем, чтобы исследовать дух климата. А наше дело, скорее, видеть те живые силы, ради которых создан климат и которые уже самим своим существованием многообразно изменяют его.






Сейчас читают про: