double arrow

Психогенные факторы конфликтного поведения осужденных



На личность человека в условиях социальной изоляции воздействуют разного рода психогенные факторы, которые при­водят к невротическим реакциям, суицидальным попыткам, психическим расстройствам и т. д. Тюремное заключение час­то приводит к необратимым изменениям в психике. В специ­альной литературе, посвященной анализу психогенных факто­ров экстремальных условий, приведено девять групп факто­ров, отрицательно воздействующих на психику человека в экстремальных условиях: групповая изоляция, монотонность, изменение восприятия пространственной структуры, одиноче­ство, информационная истощаемость, угроза для жизни и здоровья, десинхронизация ритмов сна и бодрствования, обезличенность среды, деформация восприятия времени.

Одним из примеров самых экстремальных условий можно считать пребывание в местах лишения свободы. Существен­ным фактором, воздействующим на психику заключенного, является групповая изоляция. Заключенный находится в отно­сительно небольшом коллективе таких же, как и он сам. Груп­повая изоляция сопровождается постоянной публичностью и невозможностью уединиться, поэтому через некоторое время после попадания в заключение у человека развивается состоя­ние, которое специалисты называют «экспедиционным бешен­ством». Это психологическое состояние, когда самый покла­дистый человек брюзжит, сердится, злится, наконец, прихо­дит в ярость, потому что его поле зрения постепенно сужается настолько, что он видит лишь недостатки своих товарищей, а их достоинства уже не воспринимаются. В результате в кол­лективе осужденных появляется напряженность во взаимоот­ношениях, растет количество конфликтов, усиливается откры­тая враждебность и, как следствие, появляются изолирован­ные и отвергаемые члены группы. Их появление закреплено так называемым «воровским законом», и они, как правило, уже не в силах повысить свой статус в уголовной иерархии.




Серьезным психогенным фактором пребывания в местах лишения свободы является монотонность, ведущая к сенсор­ной депривации. В обычных условиях на все органы чувств человека воздействует множество раздражителей. В местах лишения свободы у большинства заключенных происходит фор­мирование чувства утраты связи с реальностью, дни кажутся однообразными и похожими друг на друга, количество новых лиц, сведений, любой новой информации сильно ограничено.



Важным фактором является изменение восприятия про­странственной структуры. Количество объектов вокруг за­ключенного ограничено. У многих из них, особенно долгое время находившихся в закрытом помещении (тюремный ре­жим или следственный изолятор), появляется даже боязнь открытого пространства. Подобные пространственные ограни­чения формируют у осужденных либо апатию, либо повышенную агрессивность. Это приводит к астении, мышечной слабости, неспособности прилагать какие бы то ни было воле­вые усилия даже в особо значимых ситуациях.

Для любого заключенного информация является жизнен­но необходимой. Они стараются наладить обмен ею, часто идя на нарушение режима содержания, тем более, что количество писем от родственников и друзей ограничено. Длительное от­сутствие известий от родных вызывает ощущение заброшен­ности, покинутости, приводит порой к истинным суицидаль­ным попыткам, которые иногда заканчиваются трагически. При длительном отсутствии известий появляется состояние тре­вожности, депрессии, нарушается сон. Однако при предостав­лении необходимой информации, как правило, все невроти­ческие явления исчезают, за исключением случаев явной пси­хической патологии.

В условиях групповой изоляции и постоянной публичнос­ти не менее серьезным фактором является одиночество. Ко­нечно, его нужно воспринимать как субъективно понимаемый фактор. Осужденные имеют достаточно возможностей в пре­делах камеры общаться с себе подобными, но у них очень быстро наступает информационная истощаемость. Это связа­но как с ограничением притока новой информации, так и с низким интеллектуальным уровнем окружающих людей. Ощу­щение одиночества сопровождается сильнейшим чувством стра­ха и жалости к себе. Психологическими исследованиями уста­новлено, что одиночество формирует весьма тяжелые психо­тические состояния. В памяти возникают «яркие образы членов семьи, друзей».

Несмотря на жесткий режим и наблюдение со стороны персонала, постоянная угроза для жизни и здоровья является одним из мощнейших факторов, деформирующих психику за­ключенного. Как правило, такая угроза бывает вызвана про­блемами межличностных взаимоотношений, строгой иерар­хичности, кастовости «тюремного общества». Постоянная уг­роза для здоровья (заболевания и слабость медицинского обслуживания) и невозможность или нежелание заниматься физкультурой приводят к развитию астенических состояний.

Важным моментом для понимания состояния заключен­ного является десинхронизация ритмов сна и бодрствования. Невозможность занять большинство обитателей мест лише­ния свободы общественно полезным трудом или учебой при­водит к тому, что многие из них впадают в своеобразную «спячку». Спят много не только ночью, но и днем, при этом Сон отличается беспокойностью, тревожностью. Можно ска­зать, что они постоянно находятся в просоночном состоянии, между сном и бодрствованием. По всей видимости, это явля­ется одной из защитных реакций организма на постоянное воздействие психогенных факторов окружающей среды.

Исключительно важен для понимания психического состо­яния заключенного феномен обезличенности тюремной сре­ды. В этих условиях человек должен быть либо чрезмерно агрессивным и постоянно поддерживать в себе высокий уро­вень агрессивности, либо незаметным. Такая альтернатива на­прямую связана с неопределенностью жизненных правил в местах лишения свободы. Как правило, нормы поведения, осо­бенно неформальные, доводятся до заключенного одновременно с санкциями за их нарушение.

И, наконец, существенным психологическим фактором вы­ступает деформация восприятия времени. Своим временем за­ключенный практически не располагает. Его могут оторвать от личностно значимой деятельности как представители адми­нистрации, так и лидеры неформальной структуры.

Резюмируя изложенное выше, можно утверждать, что все эти факторы деформируют личность заключенного. Восприя­тие официальной власти как жестокой, карающей, лишающей свободы, а власти неформальных лидеров как агрессивной и угрожающей физическому существованию накладывается на абсолютное отсутствие каких-либо властных полномочий у са­мого заключенного.

В результате при видимой внешней покорности осужден­ный стремится избежать любого внимания со стороны мили­ции, социальной службы, службы занятости и т. д. Формиру­ется то, что можно назвать недоверием к власти. Заключен­ный не считает предосудительным для себя и своего окружения обмануть любого представителя государственной власти, даже во вред себе.

Он стремится играть двойную роль при общении с пред­ставителями государственных структур. С одной стороны, он покорен и представляет собой именно то, что от него ждут. С другой стороны, он постоянно испытывает недоверие к тому, что говорят ему представители властных структур. Причем это недоверие вызвано не личностными особенностями чело­века, а социальными условиями жизни, окружением. Кроме того, из-за недоверия к представителям властных структур деформируется и чувство ответственности. Ответственность за себя, семью и свое будущее он стремится переложить на внеш­нее окружение.

У осужденных сильно деформирован материальный фак­тор. В «зоне» тот, у кого деньги, получает продуктовые и вещевые передачи. Отсюда большинство заключенных делает вывод: «Больше нищим в зону не приду». Это говорит также и об устойчивой внутренней готовности к повторному возвра­щению в тюрьму, криминальном стереотипе поведения.

Помимо деформации личности заключенных совокупное действие перечисленных факторов приводит к развитию пси­хогенных состояний — временно проявляемые патологические нервно-психические расстройства, возникающие в ответ на чрез­мерные для данной личности психотравматизирующие воз­действия, в клинической картине которых превалируют те или иные психопатологические (невротические, психотические) симптомокомп лексы.

Безусловно, что пребывание в заключении формирует оп­ределенные психические состояния, в первую очередь состоя­ние ожидания. Заключенные постоянно чего-то ждут: оконча­ния следствия, суда, приговора, встречи с адвокатом или род­ственниками, насилия со стороны других, освобождения и т. д. Находясь в социальной изоляции, человек часто впадает именно в психотическое состояние. В этой ситуации обостряется па­мять, оживляются ассоциации, меняется мышление (появля­ются вязкость, обстоятельность, застревание на определенных представлениях или, наоборот, ускоренность мышления), возникает отклоняющееся воображение— «обращенная вспять мысленная жизнь», обусловленная переживаемой ситуацией. В условиях изоляции у индивида в результате разрыва су­ществовавших психологических контактов меняются характер, содержательная сторона контактного общения, его диапазон, избирательность, глубина, которые только отчасти можно " объяснить дефицитом общения, появляется стремление к ком­пенсации выявившегося дефицита. Повседневное принудитель­ное общение вызывает антипатию, порождает напряженность контактов. Это все крайне неблагоприятно сказывается на эмо­ционально-волевой сфере, формирует ущербную личность, не­способную к эффективному общению с окружающими.

В этой ситуации естественным является стремление разря­дить эту напряженность, например, нарушением режима со­держания или совершением самоповреждения.

Помимо этого, нужно учитывать, что в целом заключен­ные избегают проявления активности, что происходит на бес­сознательном уровне. Любая активность приводит в действие механизм стресса, который осуществляет функции адаптации к возникшей трудности. Однако преодоление стрессового со­стояния требует больших физических затрат, а многие заклю­ченные просто не способны на такое, поэтому у них, как пра­вило, возникает состояние стойкой дезадаптации.

Состояние ожидания, таким образом, характеризуется по­вышенной напряженностью и активизацией или затуханием психической деятельности, а также физиологических функций организма. Состоянию ожидания, как правило, сопутствует нетерпение — своеобразное психическое состояние, проявляю­щееся у человека в ожидании предстоящих, особенно важных для него событий, которые его волнуют и исход которых ему пока неизвестен. Заключенный хочет скорейшего наступления этих событий, но это не в его власти, а отсюда чрезвычайно тяжело переживаемое ощущение бессилия и зависимости. Со­стояние нетерпения в зависимости от индивидуально-психоло­гических особенностей личности может проявляться от аффек­тивно-расторможенных реакций, когда заключенные бросают­ся на сотрудников, до аффективно-тормозных. Очень образно описывает это состояние В.М. Шукшин в рассказе «Степка». Главный герой Степан Воеводин сбежал из колонии за 3 меся­ца до окончания срока, т. е. на почве сильных эмоциональных переживаний он совершает поступок, совершенно не уклады­вающийся в рамки здравого смысла.

Ситуации ожидания присуща тревога — тяжело пережива­емая эмоция, которая вызывается неопределенностью инфор­мации и переживается как неприятная, негативно окрашенная' с направленностью в будущее. Заключенный заранее рисует себе самые мрачные перспективы, связанные с судом, жиз­нью в колонии или на свободе. Большинство ученых опреде­ляют тревогу как сложный личностный процесс и рассматри­вают ее как последовательность когнитивных, аффективных и поведенческих реакций, актуализирующихся в результате воз­действия на человека различных форм стресса, т.е. когнитив­ная оценка опасности влечет за собой возникновение состоя­ния тревоги.

Таким образом, для заключенных свойственно проявление широкого спектра реакций в условиях пребывания в изоля­ции — от астенических, депрессивных до аффективных, бур­ных. Все они развиваются на фоне крайне ограниченной двига­тельной активности, скученности и постоянной публичности, поэтому последствия этих реакций могут быть непредсказуе­мыми не только для персонала мест лишения свободы, но и для самого заключенного.



Сейчас читают про: