double arrow

РольЛомоносова в развитии жур-ки.статья о должности журналиста

Учение Ломоносова о 3 штилях

Все слова русского языка Ломоносов делит на 3 рода «речений». К первому роду он относит слова, к-ые употребляются и «у древних славян», и «ныне у россиян». («Бог», «слава», «рука», «почитаю» и др. ) Ко второму роду «речений» относятся слова церковнославянские, малоупотребительные, но понятные всем грамотным людям. («господень», «отверзаю»). К 3 роду – слова исконно русские, которых нет в церковных книгах («ручей», «говорю», «лишь»). Особую подгруппу составляют низкие слова, простонародные. Соответственно этим 3 родам «речений», т. е. 3 группам слов, Ломоносов устанавливает «3 штиля»: высокий, посредственный (средний) и низкий.

К высокому стилю относятся слова первого и второго рода, т. е. слова, употребляемые и в церковнославянском, и в русском языке. Средний стиль образуют слова первого и третьего рода (слова, «больше в русском языке употребительные»). В среднем стиле допустимо в отдельных случаях употребление слов второго рода, но Ломоносов предупреждает, что делать это надо «с великой осторожностью, чтобы слог не казался надутым». Можно допустить и употребление простонародных, «низких слов», но так, чтобы «не опуститься в подлость». Наконец, «низкий стиль» состоит из слов, употребительных в третьем роде, которые могут быть смешаны со словами среднего рода «речения».

Далее Ломоносов указал, что стилистическое многообразие русских слов дает возможность творить в разных жанрах. В основу разработанной Ломоносовым жанровой иерархии положена теория трех «штилей».

Высоким стилем Ломоносов рекомендует писать «героические поэмы, оды, прозаические речи о важных материях», средним стилем следует писать театральные сочинения, однако в тех случаях, когда в пьесах надо отразить «геройство и высокие мысли», можно обратиться к высокому стилю. Средним стилем кроме театральных сочинений разрешается писать сатиры, эклоги, стихотворные дружеские послания, ученые сочинения.

Низкий стиль употребим в комедиях, эпиграммах, песнях, прозаических дружеских письмах.

Теория 3 стилей не была придумана Ломоносовым, о ней говорилось еще в античных поэтиках и старых славянских риториках и поэтиках 12 – 18 вв. Ломоносов воспользовался этой теорией как «удобной рамкой для схематического разграничения основных контекстов русского литературного языка».

Стилистические задачи изучения русского языка в понимании Ломоносова «не исчерпываются описанием его функциональных разновидностей». Ломоносов хорошо знал, что все богатство, все выразительные средства русского языка не вмещаются в границы 3 стилей. Исходя из этого, часть современных исследователей считает целесообразным говорить о стилистической теории Ломоносова, а не о теории 3 штилей.

Явившись истинным «насадителем российского слова», Ломоносов ( и в этом историческое значение реформы) создал единый литературный язык, внес порядок в существовавшее до его реформы беспорядочное смешение церковнославянского, русского языка с заимствованными словами. Огромное значение теории «трех штилей» состоит и в том, что она положила начало осознанию языка с точки зрения той эстетической роли, которую язык призван выполнять в произведениях искусства.

Заботясь о развитии русского просвещения, Ломоносов понимал, какую большую роль в распространении и пропаганде научных знаний, в развитии русской культуры играет журналистика. При Санкт-Петербургских «ведомостях» выходят приложения «Исторические, генеалогические и географические примечания». В этом журнале в 1741 г. по возвращении из-за границы сотрудничает Ломоносов как переводчик и автор. Здесь были опубликованы 3 оды Ломоносова.

Позже, в мае 1748 г. Ломоносову было поручено Академией редактирование «Санкт-Петербургских» ведомостей».

Благодаря инициативе и энергии Ломоносова в январе 1755 стал издаваться при Академии наук первый крупный научно-литературный журнал «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие», издатели которого обязывались публиковать «сочинения, какие только обществу полезны могут быть». Журнал стал выходить 2000-м тиражом (12 раз в год), потом – 1200 экземпляров. Журнал был предназначен для широкого читателя.

Особое место в истории журналистики принадлежит полемической статье М. В. Ломоносова «Рассуждение об обязанностях журналистов при изложении ими сочинений….» Поводом к написанию статьи послужила необходимость ответить немецкому рецензенту, подвергшему в 1752 году в лейпцигском журнале критике разработанную Ломоносовым теорию теплоты.

Ломоносов не ограничивается полемикой только по научным вопросам, он поднимает ряд принципиальных проблем, касающихся прав и обязанностей журналистов вообще.

«Силы и добрая воля – вот что от них требуется. Силы – чтобы основательно и со знанием дела обсуждать те многочисленные и разнообразные вопросы, которые входят в их план; воля – для того, чтобы иметь в виду одну только истину, не делать никаких уступок ни предубеждению, ни страсти». Требуемых качеств Ломоносов не находит у европейских журналистов.

В заключение статьи он излагает 7 правил, которые следует «затвердить как Лейпцигскому журналисту, так и всем подобным ему».

Во-первых, он считает, что «журналист должен взвешивать свои силы, способен ли он «уметь схватить новое и существенное в сочинениях, принадлежащих иногда людям самым гениальным».

Второе: «чтобы быть в состоянии произвести приговор искренний и справедливый, надобно освободить свой ум от предрассудка, от всякого предубеждения».

Третье: журналист должен уметь аргументировать свои возражения, он «должен неоднократно взвесить то, что намерен сказать для того, чтобы быть в состоянии оправдать свои слова, есть понадобится».

Далее: «Журналист не должен торопиться порицать гипотезы. Они позволительны в предметах философских, и это даже единственный путь, которым величайшие люди умели открыть истины самые важные».

«особенно же пусть журналист запомнит, что всего бесчестнее для него красть у кого-либо из своих собратьев высказываемые мысли и суждения и присваивать их себе, как будто бы сам придумал их».

Ломоносов пишет, что одни сомнения и вопросы не дают журналисту права осуждать сочинение и он не должен считать, что «непонятное и необъяснимое для него, таково же и для автора…»

Последнее, седьмое правило говорит о том, что журналист «никогда не должен иметь слишком высокого мнения о своем превосходстве, о своем авторитете и о достоинстве своих суждений».

Из этих правил, изложенных Ломоносовым, вырисовывается нравственный облик истинного, серьезного журналиста.


Сейчас читают про: