double arrow

Евгений Онегин» А.С.Пушкина: композиция


Евгений Онегин» А.С.Пушкина: автор и герои.

Говоря о романе, в целом Белинский отмечает его историзм в воспроизведённой картине русского общества. “Евгений Онегин” , считает критик, есть поэма историческая, хотя в числе её героев нет ни одного исторического лица. Белинский называет народность романа. В романе “Евгений Онегин” народности больше, нежели в каком угодно другом народном русском сочинении... Если её не все признают национальною- то это потому, что у нас издавна укоренилось престранное мнение, будто бы русский во фраке или русская в корсете- уже не русские и что русский дух даёт себя чувствовать только там, где есть зипун, лапти, сивуха и кислая капуста. “Тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи.” Глубокое знание обиходной философии сделало “Онегина” и “Горе от ума” произведениями оригинальными и чисто русскими. “Онегина” можно назвать энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением” , - утверждает критик, указывая на реализм “Евгения Онегина” : “Пушкин взял эту жизнь, как она есть, не отвлекая от нее только одних поэтических ее мгновений; взял ее со всем холодом, со всею ее прозою и пошлостию” , - отмечает Белинский. “Онегин” есть поэтически верная действительности картина русского общества в известную эпоху.” В лице Онегина, Ленского и Татьяны, по мнению критика, Пушкин изобразил русское общество в одном из фазисов его образования, развития. Критик говорит об огромном значении романа для последующего литературного процесса. «Вместе с “Онегиным” Пушкина... “Горе от ума” ... положили основание последующей литературе, были школою, из которой вышли Лермонтов и Гоголь». Белинский дал характеристику образам романа. Так характеризуя Онегина, он замечает: “Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека!.. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям... Онегин не любил расплываться в мечтах, больше чувствовал, нежели говорил, и не всякому открывался. Озлобленный ум есть тоже признак высшей натуры, потому только людьми, но и самим собою” . Онегин- добрый малый, но при этом недюжинный человек. Он не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его. Онегин - страдающий эгоист... Его можно назвать эгоистом поневоле, считает Белинский, в его эгоизме должно видеть то, что древние называли рок, судьба. В Ленском Пушкин изобразил характер, совершенно противоположный характеру Онегина, считает критик, характер совершенно отвлеченный, совершенно чуждый действительности. Это было, по мнению критика, совершенно новое явление. Ленский был романтик и по натуре и по духу времени. Но в то же время “он сердцем милый был невежда” , вечно толкуя о жизни, никогда не знал ее. Он полюбил Ольгу, и украсил ее достоинствами и совершенствами, приписал ей чувства и мысли, которых у ней не было и о которых она и не заботилась. “Ольга была очаровательна, как все “барышни” , пока они еще не сделались “барынями” ; а Ленский видел в ней фею, сельфиду, романтическую мечту, нимало не подозревая будущей барыни” , - пишет критик. Люди, подобные Ленскому, при всех их неоспоримых достоинствах, нехороши тем, что они или перерождаются в совершенных филистеров, или, если сохранят навсегда свой первоначальный тип, делаются этими устарелыми мистиками и мечтателями, которые так же неприятны, как и старые идеальные девы, и которые больше враги всякого прогресса, нежели люди просто, без претензий, пошлые. Татьяна, по мнению Белинского, - существо исключительное, натура глубокая, любящая, страстная. Любовь для нее могла быть или величайшим блаженством, или величайшим бедствием жизни, без всякой примирительной середины. При счастии взаимности любовь такой женщины ровное, светлое пламя; в противном случае- упорное пламя, которому сила воли, может быть, не позволит прорваться наружу, но которое тем разрушительнее и жгучее, чем больше оно сдавлено внутри. Счастливая жена, Татьяна спокойно, но тем не менее страстно и глубоко любила бы своего мужа, вполне пожертвовала бы собою детям, но не по рассудку, а опять по страсти, и в этой жертве, в строгом выполнении своих обязанностей нашла бы свое величайшее наслаждение, свое верховное блаженство “Это дивное соединение грубых, вульгарных предрассудков с страстию к французским книжкам и с уважением к глубокому творению Мартына Задеки возможно только в русской женщине. Весь внутренний мир Татьяны заключался в жажде любви, ничто другое не говорило ее душе, ум ее спал...” , - писал критик. По мнению Белинского, для Татьяны не существовал настоящий Онегин, которого она не могла ни понимать, ни знать. “Татьяна не могла полюбить Ленского и еще менее могла полю бить кого-нибудь из известных ей мужчин: она так хорошо их знала, и они так мало представляли пищи ее экзальтированному, аскетическому воображению...” , - сообщает Белинский. “Есть существа, у которых фантазия имеет гораздо более влияния на сердце... Татьяна была из таких существ” , - утверждает критик. Посещения дома Онегина и чтение его книг приготовили Татьяну к перерождению из деревенской девушки в светскую даму, которое так удивило и поразило Онегина” . “Татьяна не любит света и за счастие почла бы навсегда оставить его для деревни; но пока она в свете - его мнение всегда будет её идолом и страх его суда всегда будет ее добродетелью... Но я другому отдана, - именно отдана, а не отдалась! Вечная верность таким отношениям, которые составляют профанацию чувства и чистоты женственности, потому что некоторые отношения, не освящаемые любовью, в высшей степени безнравственны... Но у нас как-то все это клеится вместе: поэзия - и жизнь, любовь - и брак по расчету, жизнь сердцем - и строгое исполнение внешних обязанностей, внутренне ежечасно нарушаемых.

Роман “Евгений Онегин” — произведение удивительной творческой судьбы. Он создавался более семи лет — с мая 1823 г. по сентябрь 1830 г. Но работа над текстом не прекращалась вплоть до появления первого полного издания в 1833 г. Последний авторский вариант романа был напечатан в 1837 г. У Пушкина нет произведений, которые имели бы столь же длительную творческую историю. Роман не писался “на едином дыхании”, а складывался — из строф и глав, созданных в разное время, в разных обстоятельства, в разные периоды творчества. В течение семи лет план романа менялся, менялись его герои, для каждого полагалось по несколько развязок. Так, Ленский мог бы стать гениальным романтическим поэтом, или же превратиться в заурядного помещика, а Онегин мог с первого взгляда влюбиться в Татьяну. Тем самым романтическая идея поправлена в духе реализма. Именно в работе над “Евгением Онегиным” с наибольшей полнотой раскрылось движение Пушкина к “поэзии действительности”. При этих изменениях, сам Пушкин оставался неизменным. Поэт запечатлен в « Евгении» и свой духовный рост, и развитие своих героев. Пушкин смотрела на них глазами современника, для которого они уже стали историческими типами. В связи с этим, Пушкин разрешил себе некую широту и непринуждённость авторских оценок по отношению к героям, их судьбам. Он даже рассказывает читателям, какие трудности возникают у него, как он справляется с ними, словом, он делает себя полноправным героем романа. Все его реплики, юмористические, исторические, житейские, лирические столь же неразрывно связаны с сюжетом романа, что их никак нельзя назвать просто «лирическими отступлениями». Они составляют особый сюжет – « сюжет автора», равноправный «сюжету героев». Сдержанность, сжатость, экономия художественных средств, обычная для Пушкина, здесь нарушена. Скудость эпической, повествовательной фабулы и щедрость лирического освещения эпохи обеспечивает гармонию, по словам Ахматовой, этой « воздушной громады». Такие же противоречия встали перед исследователями романа, которые пытались выяснить – лирика или эпика – имеют в романе доминирующее значение. Так, Непомнящий считал, что эпизодами правомерно считать отступления от «сюжета автора», то есть судьбы героев, а Эткинд придерживался точки зрения, что главное в романе всё же повествовательный сюжет, эпическое начало.








На самом деле, если подсчитать количество строк, отданных и тому и другому, то пропорция получится абсолютно равной. Пушкин строго соблюдал равновесие. Лотман и Бочаров считали, что подобные точки зрения вызваны тем, что в поэме представлено сочетание двух романов, - романа жизни и романа героев. Роман жизни облечён в лирическом ключе, роман героев – в повествовательном.

Думая о форме романа, Пушкин в начале работы ещё сам смутно представлял какие поправки внесёт жизнь в ход повествования ( Я сквозь магический кристалл…). Поскольку сквозь судьбу героев в поэме отражена историческая эпоха, то это произведение считается романом. Так считал и сам Пушкин, называя его только не просто романом, а «Романом в стихах». Ещё в письме к Вяземскому он указал: «Пишу не роман, а роман в стихах – дьявольская разница!».. Стихотворная форма романа потребовала от Пушкина упорной работы над стихом, побудила его к созданию новой строфической формы. Изобретённая им так называемая « Онегинская строфа» состоит из 14 стихов четырехстопного ямба, перекрёстная, парная, кольцевая рифмовки и заключительное двустишие. Каждая строфа замкнута ( тема в ней развита и завершена), и разомкнута, обращена к следующей строфе, которая её продолжает. Повествовательное начало воплощено в сюжете. Он чрезвычайно прост и захватывает ограниченный круг героев – две пары Онегин и Татьяна, Ленский и Ольга. Остальные персонажи играют второстепенные роли. Отсюда ясно, что сюжет строится не на динамике событий, а сосредоточен на внутренней жизни героев, их размышлениях и нравственных исканиях. Характеры героев построены не по литературным схемам, хотя и часто сопоставлены с другими литературными героями, а по законам реальной жизни. Они не делятся на положительных и отрицательных, они многогранны.

Пушкин в романе не судья, а друг, очевидец, отдельный персонаж, повествователь, который даёт свою субъективную оценку как самим героям, так и происходящим событиям. Что придаёт роману ещё большую объективность и близость к реализму. Десятая глава знаменита тем, что Пушкин начинает сменяет маску Автора на маску самого Онегина, обращаясь к читателям от лица своего героя.







Сейчас читают про: