double arrow

Экспансия и подготовка войны. 1937 — 1 сентября 1939 г

Провал идеи создания общеевропейской системы безопасности, укрепление нацистского режима внутри страны и на международной арене позволили Гитлеру сделать в последующие годы те шаги, которые привели к кризису международных отношений в Европе и, в конечном итоге, подготовили новую мировую войну.

Для утверждения сильного положения Германии в Европе решающее значение, по мнению нацистских дипломатов, имели дальнейшие поиски союзников. «Ось Берлин-Рим» считалась недостаточно прочной. Самым надежным представлялся союз с Англией, от которой следовало добиваться согласия с нацистскими планами экспансии на континенте. Гитлеровский посол в Лондоне Иоахим фон Риббентроп (1893-1946) настойчиво работал в этом направлении. Однако дальше заключения соглашения по флоту дело не пошло.

Тогда Риббентроп стал активно работать с Италией и Японией над формированием «треугольника Берлин-Рим-Токио», чтобы побудить эти государства к основательному пересмотру их внешней политики в ущерб Великобритании. В ноябре 1937 г. к Антикоминтерновскому пакту присоединилась Италия, в феврале-марте 1939 г. — Венгрия и Испания. Потом его членами станут Болгария, Финляндия, Румыния. Таким образом, пакт де-юре оформил складывавшийся с начала 30-х г. блок стран-агрессоров, который под предлогом борьбы с мировым коммунизмом вел подготовку к новой мировой войне.

В ноябре 1937 г. на встрече с руководителями министерства иностранных дел и вермахта Гитлер дал понять, что будет переходить к военным завоеваниям, не оглядываясь на Англию. При этом он заявил, что «вопрос о жизненном пространстве для немцев должен быть решен не позднее 1943-1945 гг.» и что для этого необходимо покорить Австрию и Чехию, овладев их человеческими и материальными ресурсами. Гитлер заверил слушателей, что завоевание Чехословакии не вызовет ответных действий со стороны Запада.

Планы Гитлера относительно Чехословакии выходили далеко за пределы старых немецких экспансионистских планов. Гитлером были отвергнуты осторожные и чисто военные возражения против них, высказанные военным министром Бломбергом и верховным главнокомандующим сухопутной армии Фричем. Последовала их отставка («кризис Бломберга-Фрича»). Одновременно диктатор заменил консервативного политика, министра иностранных дел Нейрата, на нациста Риббентропа. Эти события означали усиление национал-социалистов в ущерб старым консерваторам во внешнеполитическом и военном ведомствах.

Начинается экспансионистская фаза внешней политики нацистов, приведшая к новой мировой войне. Эту фазу можно понять только в тесной связи с политикой Запада. В ноябре 1937 г. лорд Галифакс (будущий министр иностранных дел Англии в правительстве Чемберлена) в беседе с Гитлером дал понять, что Лондон не будет возражать против изменения границ Австрии и Чехословакии в пользу Германии. Он также сказал о готовности Англии обсудить вопрос о вольном городе Данциге (Гданьске), находившемся на территории Польши под защитой Лиги Наций (Германия требовала его возвращения). Это предложение было началом политики «умиротворения» Германии со стороны западных держав, которую с 1937 г. стал решительно проводить новый премьер-министр Англии Невилл Чемберлеи.

Австрия оказалась первым независимым государством, подвергшимся захвату нацистами. Они использовали невиданные ранее методы давления на австрийское руководство: от провокаций австрийских фашистов до требования включить своих людей в правительство. Так, министром иностранных дел и государственной безопасности Австрии стал гитлеровский ставленник Артур Зейсс-Инкварт (1892-1946).

Западные страны и Италия не оказали никакой помощи австрийскому канцлеру Шушнигу в попытках сохранить независимость страны. После ухода его в отставку, права канцлера присвоил Зейсс-Инкварт и «попросил» германское правительство ввести войска в республику. 12 марта 1938 г. немецкие войска оккупировали Австрию. В стране был развязан настоящий террор против всех политических противников. На следующий день Гитлер подписал «Закон о воссоединении Австрии с Германией» («аншлюс»). Он превращал Австрию в немецкую провинцию «Восточная марка». С этого момента термин «аншлюс» приобрел окраску насильственного захвата территории.

Немцы и подавляющее большинство австрийцев расценило это как огромный успех Гитлера. Западные страны обошлись ничего не значащими заявлениями, а Муссолини выразил удовлетворение аншлюсом. Только Советский Союз выступил с предостережениями и призвал к мерам коллективной безопасности. Но его голос не был услышан Западом. С присоединением Австрии улучшилось геополитическое положение Германии в Центральной Европе, расширились экономические и людские ресурсы, облегчалось продвижение Германии в юго-восточном направлении.

Фактическое согласие Англии и Франции с аншлюсом Австрии вдохновило правительство Германии на действия против Чехословакии. Она стала второй жертвой нацистской экспансионистской политики. Как и в случае с Австрией, Гитлер стремился держать чехословацкое правительство под постоянным давлением.

На этот раз заложником нацистской политики стало более чем двухмиллионное немецкое население, проживавшее главным образом в Судетской области Чехословакии. Фашистская пропаганда трубила об «угнетении» немцев в Чехословакии, о «подавлении их прав» и требовала передачи этой области Германии. 6 сентября 1938 г. на партийном съезде в Нюрнберге, носившем название «Великая Германия», Гитлер, как никогда прежде, резко атаковал чехословацкое правительство. Он называл его «террористическим», «преступным» и открыто пригрозил военной расправой в случае отказа от решения Судетского вопроса по своему варианту. Одновременно сходные претензии Гитлер выдвинул по отношению к Польше и Венгрии.

Чехословацкое правительство президента Бенеша, тем не менее, решило твердо противостоять попыткам расчленения страны. Советский Союз также подтвердил Чехословакии свои союзнические обязательства по отношению к ней. В этих условиях Гитлер был вынужден отступить и прибегнуть к посредничеству Англии и Франции.

Английская дипломатия — в лице премьер-министра Н. Чемберлена и французская — в лице главы правительства Э. Даладье в ходе нескольких встреч попыталась склонить Чехословакию к соглашению с Гитлером. Несмотря на это, 21 сентября 1938 г. чехословацкое правительство отвергло передачу Судетской области Германии. Но одновременно оно отказалось и от предложения СССР о помощи. До сих пор остается открытым вопрос о реальной возможности помощи со стороны Советского Союза, который не имел общих границ с Чехословакией.

Немецкое правительство, чувствуя себя уверенно, выдвинуло ультиматум, согласно которому Судеты должны были быть переданы Германии не позднее 2 часов дня 28 сентября 1938 г. Одновременно нацисты продолжали пропагандистскую обработку своего народа и европейской общественности. Выступая на грандиозном митинге во Дворце спорта, Гитлер заявил о стремлении присоединить Судеты любой ценой. Чтобы успокоить Запад, Гитлер заявил одновременно, что «Судеты будут последним территориальным притязанием Германии».

Когда был получен отрицательный ответ чехословацкой стороны, Гитлер, как Верховный главнокомандующий, отдал приказ о выдвижении на границу с Чехословакией 19 дивизий для подготовки нападения. Они стояли там, в ожидании приказа о начале наступательной операции. Однако его не последовало. Буквально в последние минуты западным странам удалось добиться от Муссолини согласия на посредничество при решении конфликта. Гитлер решил принять это предложение, чтобы не выглядеть поджигателем войны в глазах своего народа и мировой общественности. Вопрос о Судетах решался без участия Чехословакии, и соглашение между Германией, Италией, Англией и Францией выглядело как сговор против суверенного государства.

29-30 сентября 1938 г. в Мюнхене состоялась конференция глав правительств Германии, Англии, Франции и Италии: Гитлера, Чемберлена, Даладье и Муссолини, где было достигнуто так называемое Мюнхенское соглашение. Согласно ему, с 1 по 10 октября 1938 г. Чехословакия должна была очистить Судетскую область от своей армии и управленческих структур. Великобритания и Франция выступали гарантами оставшейся части Чехословакии в случае нападения на нее. Германия и Италия присоединялись к этим гарантиям после урегулирования проблемы польского и венгерского меньшинств.

Мюнхенское соглашение по Чехословакии означало катастрофу для этого государства. Оно было принесено в жертву «политике умиротворения» западных стран. С момента конференции вопрос о ликвидации «остатков» Чехословакии был лишь вопросом времени.

Дальнейшие цели немецкой внешней политики были сформулированы поздней осенью 1938 г. в двух тайных выступлениях нацистских руководителей. От имени фюрера Гиммлер заявил перед высшим руководством СС, что «Гитлер создает такую великую германскую империю, которая еще неизвестна истории, и это означает покорение всего мира». Позднее, в доверительной беседе с узким кругом избранных журналистов, Гитлер сказал им, что время мирной пропаганды, которой занимался Третий рейх из внешнеполитических соображений, прошло, что немецкий народ надо постепенно психологически переориентировать на понимание того, что есть проблемы, которые «не поддаются мирному решению, и их надо решить военным путем».

Осенью 1938 г. были подготовлены распоряжения по ликвидации остатков Чехословакии, а также по захвату немецкими войсками автономной Мемельской области Литвы и аннексии города Данцига.

24 октября 1938 г. Германия предложила Польше возвратить Данциг под управление Германии, создать коридор на польской территории для свободного сообщения с Восточной Пруссией, продлить пакт о ненападении от 1934 г. на 25 лет и вступить в Антикоминтерновский пакт. С этого времени Польша становится следующим объектом давления Германии.

То, что Гитлер был настроен на войну, и только на нее, показывает его выступление перед руководством армии 10 февраля 1939 г. Успехи 1938 г. он оценивал лишь как промежуточный этап своих далеко идущих планов: «Мы должны снова восстановить то, что утратили три столетия назад... Со времени Вестфальского мирного договора наш народ пошел дорогой, которая уводила нас все дальше от великой державы к нищете и политическому обессиливанию». Далее он заявил, что «обновление, которое началось в Германии с 1933 г., — это не конец, а лишь начало нового пути». Гитлер прямо заявил, что «следующая война будет мировоззренческой войной, а это означает, что она будет народной, расовой войной».

Это выступление свидетельствовало, что программа нацизма выходила далеко за пределы империалистической программы, сформулированной старой консервативной элитой. Когда Гитлер говорил о «мировой державе», он представлял ее не как равную среди других, а как господствующую над всеми, значит, — над всем миром. В этой связи понятно, почему в конце января 1939 г. правительство отдало распоряжение о строительстве мощного надводного флота, а в марте создало имперское колониальное ведомство.

Гитлер уже принял решение в самое короткое время покончить с «остатками» Чехословакии. 14 марта 1939 г. он пригласил чешского президента Э. Гаху в Берлин и, угрожая вторжением в страну вермахта, принудил его к капитуляции. 15 марта 1939 г. немецкие войска оккупировали «остальную Чехию», как говорили немцы. Под названием «Протекторат Богемии и Моравии» эти старинные чешские земли были включены в состав Третьего рейха. В тот же день (формально — по просьбе словацкого президента Й. Тисо) Германия взяла на себя «защиту» Словакии, которая фактически стала марионеточным государством.

Успех аннексии «остатков» Чехословакии воодушевил немецкое правительство, и характер требований к восточным соседям Германии стал ультимативным. От Литвы она немедленно потребовала возвращения Мемельской области, и уже 23 марта 1939 г. немецкие танки вошли на ее территорию. Толпа местных жителей приветствовала возращение бывшей части Восточной Пруссии в немецкий рейх. За сравнительно небольшой промежуток времени Германии удалось, таким образом, повернуть международные дела в благоприятное для себя русло. Этому содействовала позиция западных держав.

События весны 1939 г. показали, что нацистская Германия не устоит ни перед чем, чтобы осуществить свои агрессивные замыслы. Даже на Западе все меньше оставалось политиков, которые питали иллюзии относительно «мирных намерений» нацистов. Англия и Франция 22 марта 1939 г. договариваются между собой о взаимопомощи в случае нападения другой страны.

Третий рейх активно готовил почву для нападения на Польшу и искусственно усиливал напряжение в польско-германских отношениях. 21 марта 1939 г. Германия предъявила Польше ультиматум о безоговорочном возвращении Данцига. В ответ на это Англия заявила о поддержке Польши (консультативный пакт от 23 марта и гарантии сохранения ее территориальной целостности от 31 марта 1939 г.). Еще раньше гарантию ее поддержки выразила Франция. «Спор о Данциге» был в действительности лишь поводом для давно запланированной агрессии против Польши.

Польша отвергла ультиматум. Тогда командование вермахта разрабатывает план военной кампании против Польши с предполагаемым началом —1 сентября. Вся предыдущая политика западных стран убеждала нацистского диктатора, что они не намерены давать серьезный отпор Германии. В их правящих кругах царило убеждение, что следующим объектом агрессии будет СССР. Даже выступление 28 апреля 1939 г. Гитлера в рейхстаге, где он объявил о расторжении германо-польского пакта о ненападении, а также соглашения по флоту с Англией, не переубедило их.

Германия предприняла усилия к дальнейшему укреплению отношений с Италией, подписав с ней 22 мая 1939 г. военно-политический договор, так называемый «Стальной пакт», тайный дополнительный протокол которого предусматривал взаимную дипломатическую и военную помощь в случае агрессии третьей державы. «Ось Берлин-Рим» получила военное оформление.

После Мюнхенского соглашения и оккупации Чехословакии СССР разуверился в возможности установить с Западными державами эффективную систему коллективной безопасности и отпора агрессивным действиям Германии. В марте 1939 г., выступая на XVIII съезде ВКП(6), Сталин дал понять, что при разногласиях с нацистским режимом, Англия и Франция больше не могут рассчитывать на советскую помощь.

С апреля 1939 г. начинается потепление отношений между СССР и Германией. Обе страны были в этом заинтересованы, так как ни та, ни другая еще не были готовы к войне друг против друга. Гитлер говорил: «СССР — слишком крепкий орешек. Не с него я буду начинать». Все же Советский Союз не полностью переориентировался на Германию, а взаимодействовал некоторое время и с ней, и с западными странами.

Оказалось, что Германия могла предложить Советскому Союзу больше, чем западные страны и их союзники. Переговоры СССР с Англией и Францией о взаимопомощи, в случае войны, которые проходили в Москве весной-летом 1939 г., оказались в точке замерзания. В этих условиях Советский Союз сделал резкий поворот к сближению с Германией. Советское правительство взамен М. М. Литвинова назначило министром иностранных дел более влиятельного политика — председателя СНК В. М. Молотова, которому и поручило вести переговоры с Германией.

Германия тоже была заинтересована в сближении с СССР, так как Гитлер не был вполне уверен, что Англия и Франция не выполнят своих обязательств в отношении Польши, и ему нужен был крепкий тыл на случай войны с ними. Кроме того, представлялось выгодным экономическое сотрудничество с Советским Союзом.

23 августа 1939 г. Германия и Советский Союз заключили договор о ненападении сроком на 10 лет («пакт Молотова-Риббентропа»). В нем стороны договаривались не применять силу в отношении друг друга, консультироваться по всем спорным вопросам и не поддерживать никоим образом третью державу, если она совершит нападение на одну из сторон. Договор предусматривал отказ участвовать в какой-либо группировке, направленной против одной из сторон. Договор содержал также секретный протокол о разделе сфер влияния за счет Польши, Финляндии, прибалтийских стран и стран юго-восточной Европы.

Этот пакт вызвал шок у всех: у западных стран, у антифашистов, коммунистов, и даже в рядах самих нацистов. Нацистская пропаганда перестала твердить о «еврейском большевизме» и борьбе с ним. Соответственно, в Советском Союзе была прекращена антифашистская пропаганда. Некоторые сторонники Гитлера расценили этот шаг как ревизию политики Германии по отношению к большевистской России, которую Гитлер всегда рассматривал как своего главного врага.

О «пакте Молотова-Риббентропа» написано много трудов. Спор ведется о его значении в развязывании Второй мировой войны. В этом вопросе существуют полярные оценки: от ярко оправдательных мнений до столь же ярко обвинительных. Не вдаваясь в обсуждение вопроса ответственности Советского Союза за развитие событий, приведших к войне, отметим, что с его стороны заключение пакта было попыткой выйти из изоляции перед лицом усилившейся Германии и глубокого недоверия Сталина к «англо-французскому империализму». Сказывалась также давняя неприязнь Советской власти к режиму в Польше и желание получить выгоду от германской агрессии против нее. Что касается Германии, то пакт о ненападении был для нее, по словам российского историка Д. М. Проэктора, «...во-первых, формой нажима на Англию и Францию... и одновременно демонстрацией Польше безнадежности ее положения. Во-вторых, средством обеспечения тыла в случае войны на европейском Западе. В-третьих, способом дезориентации Советского Союза перед неминуемой войной с ним».

Гитлер еще до подписания пакта, 22 августа 1939 г., на совещании высших офицеров германской армии, флота и авиации заявил: «Прежде всего будет разгромлена Польша. Я дам пропагандистский повод для начала войны». Таким поводом стала инсценировка войсками СС нападения «поляков» на немецкую радиостанцию в пограничном городе Глейвице 31 августа 1939 г.


Сейчас читают про: