double arrow

Студенческое движение


Ярким явлением, наложившим существенный отпечаток на общественно-политическую ситуацию в 1960-е гг. и оказавшим значительное влияние на ее последующее развитие, было студенческое движение, которое стало отражением сдвигов в обществе. В 60-е в сознательную жизнь вступало поколение родившихся после войны, чьи представления и ценности были иными, чем у их родителей. «Конфликт поколений» ярко проявился во всех развитых странах, он сопровождался попытками молодежи поставить под сомнение утвердившиеся правила и авторитеты, создать свою «контркультуру», отличную от ценностей и норм старших поколений. Вместо конформистских настроений, стремления сохранить и приумножить достигнутое, прежде всего в материальной сфере, характерных для 1950-х гг., дух времени стали определять требования «перемен» и готовность активно им содействовать.

Важным фактором активизации студенческого движения стала растущая значимость образования в процессе социализации личности и общественного прогресса. Но в международном сравнении ФРГ существенно уступала другим ведущим странам по количеству учителей, студентов, по доле расходов на образование в ВНП. Активная часть студенчества ставила вопрос о демократизации высшей школы, что предполагало не только ее большую доступность для всех социальных слоев, но и возможность «соучастия» в решении вопросов внутривузовской жизни со стороны студентов.




Значительная часть студенческого движения оказалась на леворадикальных позициях. Его ядром был Социалистический немецкий союз студентов (СНСС), который за попытки дать свою интерпретацию социалистической теории и практики в 1961 г. был официально отлучен от СДПГ. Его позиции стали определять «новые левые», взгляды которых представляли собой смесь левосоциалистических, коммунистических, анархистских и романтически-утопических идей. Существенное влияние на взгляды «новых левых» оказала «критическая теория», сформулированная в трудах философов и социологов Макса Хоркхаймера (1895-1973), Герберта Маркузе (1898-1979), Теодора Адорно (1903-1969) и др.

Эта теория резко критиковала капиталистическую систему как несправедливую, бесчеловечную и даже авторитарную. Насаждаемое властью потребительство, по мнению ее авторов, формирует «ложное сознание», превращает индивида в объект манипуляции. В отличие от «старых левых», которые считали главной задачей изменение форм собственности на средства производства, «новые левые» в качестве приоритета выдвигали децентрализацию и демократизацию общественных отношений. Общество «прямой демократии» — таков был романтизированный политический идеал «новых левых». Путь к нему они видели в пробуждении общественного сознания, в «раскачивании» буржуазного общества с помощью «провокативных действий». «Новым левым» удалось увлечь значительную часть политически активного студенчества, в немалой степени благодаря одному из лидеров «антиавторитарного движения» Руди Дучке (1940-1979), обладавшему ярким политическим темпераментом, блестящими ораторскими и организационными способностями.



Акции студенческого движения первоначально были направлены против устаревших структур, содержания и форм образования. Массовые выступления студентов Свободного университета в Западном Берлине в 1965 г. против ректората и профессуры под лозунгом «Под мантиями — тысячелетняя затхлость», благодаря средствам массовой информации, в первую очередь телевидению, стали широко известны и распространились на другие университеты. Спектр объектов студенческого, протеста был широк: от традиционного авторитета преподавателей и родителей до войны США во Вьетнаме и диктаторских режимов.

В ходе студенческих митингов и демонстраций звучали требования слома существующих общественных структур с их разделением на «верхи» и «низы», с устаревшими моральными нормами и правилами. Полицейские, обязанные сохранять общественный порядок, рассматривались участниками акций как олицетворение власти и силы «истэблишмента» и поэтому вызывали особую ярость. Когда 2 июня 1967 г. во время демонстрации протеста в Западном Берлине от пули полицейского погиб один студент, последовала эскалация студенческого протеста с применением силы. Был совершен поджог здания издательства медиамагната Акселя Шпрингера (1912-1985), который считался столпом «системы», и выдвинут лозунг «Экспроприировать Шпрингера!». Проводились захваты аудиторий и целых вузов с тем, чтобы нарушить учебный процесс; вместо лекций и семинаров велись дискуссии по общественно-политическим проблемам, получившие название «критические университеты». Демонстративные сидячие забастовки на улицах и площадях нарушали движение транспорта. Новую волну беспорядков и столкновений с полицией вызвало покушение на Дучке в апреле 1968 г.



Студенческое движение было активным участником «внепарламентской оппозиции», выступавшим с наиболее радикальных позиций. Создание «большой коалиции» расценивалось как бессилие существующей системы, как симптом «дедемократизации», а активизация НДП — как угроза нового фашизма. Часто акции студенческого движения носили вызывающий характер, отличались нетерпимостью и ожесточением. Распад «внепарламентской оппозиции» ускорил идейный кризис студенческого движения. Большинство его участников разделяло выдвинутую Дучке идею о «долгом марше» по институтам буржуазного общества (госаппарат, судебная система, учреждения образования, бундесвер, СМИ) для изменения их характера путем замены прежних кадров новыми, с «базисно-демократическим» сознанием, что должно привести к «преодолению» существующей системы и замене ее «демократией граждан». Формой их общественно-политической активности стали различные «альтернативные проекты», а также феминистское, экологическое, антиядерное и другие движения. Радикальное меньшинство сделало ставку на террор как способ борьбы с «системой».

Студенческое движение стало катализатором изменения общественно-политического и духовного климата в ФРГ, и имело последствия долговременного характера: проведение реформ в системе образования, изменение взаимоотношений в семье и других структурах общества, активизацию дискуссии о прошлом и будущем Германии. Оно стало своего рода «культурной революцией», способствовало слому многих стереотипов и догм, либерализации общества, выявлению новых ценностных ориентации, прежде всего молодого поколения. Молодежь стала активным участником политического процесса. В целом, «движение 68-го» стало вехой в истории ФРГ. Требования изменений, «новой политики» во многом подготовили смену политического курса, при этом большинство молодежи связывало свои надежды с СДПГ.

Конец «большой коалиции»

Отношения между ХДС/ХСС и СДПГ с течением времени изменились, особенно после того, как были решены наиболее острые финансово-экономические проблемы. Все больше обнаруживались различия в позициях обеих партий по принципиальным, а также конкретным вопросам внешней и внутренней политики. Приближение очередных выборов в бундестаг, намеченных на осень 1969 г., существенно влияло на отношения внутри «большой коалиции» и на расстановку политических сил в целом. При очевидном росте взаимного дистанцирования между ХДС/ХСС и СДПГ важное значение приобретала позиция СвДП.

После разрыва коалиции с ХДС/ХСС в 1966 г. партия либералов начинает поиск нового места в политической системе на основе более четкого определения собственных позиций. Создание «большой коалиции» стимулировало этот процесс, поскольку СвДП оказалась перед опасностью утратить политическую роль третьей из ведущих партий и лишиться шансов на участие в правительстве. Экономический спад 1966-1967 гг., студенческое движение, активизация правого радикализма также оказали влияние на ее позиции. Пересмотр подходов СвДП был обусловлен и изменениями в социальной структуре общества: численность и значение так называемых «старых средних слоев» , «самостоятельных», которые были традиционной опорой СвДП и составляли большинство ее избирателей, уменьшились. В то же время стала расти численность «новых средних слоев» — связанных с НТР, квалифицированных, работающих по найму («белые воротнички»).

Для создания стабильной избирательной базы на перспективу, СвДП должна была соответственно скорректировать свои позиции. Были сформулированы новые подходы в области внешней, в частности восточной, политики. Пересмотр СвДП своих позиций во второй половине 1960-х гг. существенно сблизил ее с подходами СДПГ по основным принципиальным вопросам. Смена руководства — в 1968 г. вместо Менде председателем СвДП был избран Вальтер Шеель (род. 1919), сторонник сближения с СДПГ, — ускорила этот процесс.

Пробным камнем для возможной коалиции обеих партий стали выборы нового федерального президента в марте 1969 г. СДПГ впервые решила выдвинуть собственного кандидата — министра юстиции Густава Хайнеманна (1899-1976), который при поддержке депутатов от СвДП получил большинство голосов. Выборы федерального президента продемонстрировали, с одной стороны, фактический конец «большой коалиции», а с другой — готовность СДПГ и СвДП к совместным действиям. В последние месяцы перед выборами в бундестаг контакты между двумя партиями стали более интенсивными. Не только СвДП, но и СДПГ была заинтересована в коалиции: выборы в ландтаги в 1966-1969 гг. не принесли партии заметных успехов, поскольку часть ее традиционных избирателей не одобряли вхождения в коалицию с ХДС/ХСС; были сомнения относительно возможности СДПГ получить большинство на предстоящих выборах в бундестаг. В этих условиях решающее слово о желательности коалиции со СвДП принадлежало лидеру партии Брандту, который в первую очередь выступал за изменение восточной политики и отношений с ГДР.

«Большая коалиция» была временным союзом двух разных политических сил, который был создан в определенных общественных условиях для решения конкретных политических и экономических задач и который просуществовал недолго. Однако оценка «большой коалиции» только как «переходного» правительства не раскрывает в полной мере ее значения и места в истории ФРГ. Деятельность правительства «большой коалиции» была одной из самых успешных, она дала толчок модернизации во всех сферах общественной жизни. Последующая политика социал-либеральной коалиции во многом продолжила основные направления экономической и социальной политики правительства Кизингера.

Заслугой «большой коалиции» стало также совершенствование парламентской системы. Особое значение опыт компромиссов и ответственности имел для СДПГ, что подготовило смену власти. В то же время идеологические и политические разногласия между ХДС/ХСС и СДПГ делали коалицию непрочной. Не удалось согласовать подходы по ряду важных проблем, прежде всего в области внешней политики. После решения наиболее актуальных задач «большая коалиция» исчерпала себя.

На результатах состоявшихся 28 сентября 1969 г. выборов з бундестаг отразилось изменение политического климата в ФРГ, произошедшее во второй половине 60-х гг. Обещания ХДС/ХСС гарантировать сохранение достигнутого на основе большого опыта в управлении страной уже не находили прежнего отклика среди избирателей. На первый план вышли ожидания новых идей, реформ, перемен в области внутренней и внешней политики. Этим настроениям отвечал предвыборный лозунг СДПГ «Мы создаем современную Германию!». В отличие от ХДС/ХСС, делавших ставку на своих традиционных избирателей, СДПГ попыталась расширить круг избирателей, прежде всего за счет молодежи: ей были адресованы лозунг «Отважиться на большую демократию» и обещания широких реформ. Выборная кампания всех основных партий была отмечена убедительной агитацией против правого радикализма в лице НДП как угрозы демократическому порядку.

После подведения итогов выборов, которых напряженно ожидали все участники, стала очевидной смена политической власти. Больше других партий голосов в свою поддержку получила СДПГ — 42,7 % (в 1965 г. — 39,3 %), в значительной степени благодаря высокому авторитету Шиллера и его успешной деятельности в должности министра экономики, а также за счет поддержки большинства молодых избирателей. Показатели ХДС несколько ухудшились — 36,6 % (38,1 % в 1965 г.), ХСС — остались прежними: 9,5 %. СвДП получила 5,8 % голосов (в 1965 г. — 9,5 %). За НДП проголосовали 4,3 % избирателей, тем самым она не получила представительства в бундестаге, а в течение нескольких последующих лет потеряла мандаты и в ландтагах.

СДПГ предложила СвДП сформировать коалиционное правительство, поскольку обе партии располагали в бундестаге 254 мандатами против 242 у ХДС/ХСС. 21 октября 1969 г. Вилли Брандт был избран новым федеральным канцлером, а Шеель стал вице-канцлером и министром иностранных дел. Закончился период политического господства ХДС/ХСС, итоги выборов отразили существенные изменения в настроениях западногерманского общества. Приход к власти «малой коалиции» стал важным рубежом в истории ФРГ.







Сейчас читают про: