double arrow

Создание Красной Армии


Испытывая быстро нараставшую в первые месяцы гражданской войны угрозу утраты власти, большевики действовали в присущем им стиле — решительно и целенаправленно.

Еще в январе 1918 г. Совнарком принял декреты об организации на добровольческих началах Рабоче-Крестьянской Красной Армии и Флота. Но с развертыванием боевых действий все очевиднее становилась необходимость массовой, а главное — регулярной, строго дисциплинированной армии. К ее формированию приступили с конца мая 1918 г., когда было принято решение о первой мобилизации призывных возрастов рабочих и крестьян. На основе регулярно проводившихся в дальнейшем мобилизаций численность армии быстро росла. Если в добровольческий период в рядах Красной Армии сражалось до 300 тыс. человек, то к концу 1918 г.— свыше 1 млн., а осенью 1920 г.— уже около 5,5 млн. человек (из них свыше 3 млн. находилось во внутренних военных округах и запасных частях).

С июня 1918 г. стала проводиться мобилизация военных специалистов, без которых невозможно было создать современную регулярную армию. Это позволило привлечь в советские Вооруженные Силы до 75 тыс. бывших генералов и офицеров — лишь немногим меньше, чем было их в рядах белых формирований (около 100 тыс. человек). Остальные офицеры из 250-тысячного офицерского корпуса царской армии вовсе не приняли участия в вооруженной борьбе: обратились, как тогда говорили, в «первобытное состояние», рассеявшись по всей территории страны, или эмигрировали.

Переход от добровольческого принципа к мобилизации заметно усилил политическую неустойчивость командного состава Красной Армии, опасность измены «пролетарскому делу» со стороны бывших офицеров. В связи с этим расширяются права военных комиссаров, назначаемых в войсковые части уже с весны 1918 г.— обычно из Числа профессиональных революционеров и рабочих-коммунистов с дооктябрьским партийным стажем. Без их подписи приказы командиров не имели силы, при отказе от выполнения распоряжений вышестоящих штабов военспецы тут же подлежали аресту. Семьи офицеров были превращены в заложников. «Каждый комиссар должен точно знать семейное положение командного состава вверенной ему части для того, чтобы немедленно арестовать членов семьи в случае измены или предательства командира»,— говорилось в одном из директивных документов того времени. Специальным постановлением ЦК большевистской партии устанавливалась и строгая ответственность комиссаров (вплоть до расстрела) в случае перехода на сторону противника опекаемых ими офицеров. Суровая кара грозила также красноармейцам за дезертирство из рядов Красной Армии (оно тем не менее достигало в среднем 30% от призванных на военную службу рабочих и крестьян).




Не все коммунисты одобряли превращение добровольческих формирований в регулярную армию с жесткой дисциплиной, привлечение туда в качестве военспецов бывших офицеров и генералов. В марте 1919 г. на VIII съезде РКП(б) открыто выступила так называемая военная оппозиция (А. С. Бубнов, К. Е. Ворошилов, Г. Л. Пятаков и др.), отстаивавшая полупартизанский принцип в строительстве Вооруженных Сил республики. Однако поддержки делегатов съезда она не получила.

Превращение республики в «единый военный лагерь»

2 сентября 1918 г. ВЦИК объявил Советскую республику «единым военным лагерем». Был создан Реввоенсовет во главе с Л. Д. Троцким, осуществлявший непосредственное руководство армией и флотом, а также всеми военными и морскими ведомствами. Учреждалась должность Главнокомандующего Вооруженными Силами РСФСР (с сентября 1918 г. ее занимал бывший полковник И. И. Вацетис, с июля 1919 г.— бывший полковник С. С. Каменев). В ноябре 1918 г. создан Совет рабочей и крестьянской обороны под председательством В. И. Ленина. Он сконцентрировал в своих руках всю полноту государственной власти. Осенью 1919 г. Советы во фронтовых и прифронтовых районах были подчинены чрезвычайным органам — революционным комитетам. В июне 1919 г. существовавшие тогда советские республики — Россия, Украина, Белоруссия, Литва и Латвия — заключили военный союз, предусматривавший единое военное командование, управление финансами, промышленностью, транспортом.



Большевики, следуя проверенной тактике концентрации в решающий момент и на решающем направлении максимума сил своих сторонников, с середины 1918 г. систематически проводили массовые коммунистические, комсомольские и профсоюзные мобилизации, умело маневрировали войсковыми резервами. Здесь на руку им сыграло то обстоятельство, что советская власть прочно укрепилась в центральных районах страны, где существовала довольно густая сеть железных и прочих дорог. Это позволяло оперативно перемещать войска и подкрепления на любой участок фронта и достигать там временного, но подавляющего перевеса в силах.

Стремясь сцементировать тыл и парализовать политических противников, большевики еще в конце февраля 1918 г. восстановили смертную казнь, отмененную II съездом Советов, значительно расширили полномочия карательного органа — ВЧК. В сентябре 1918 г., после покушения на жизнь В. И. Ленина и убийства руководителя петроградских чекистов М. С. Урицкого, СНК объявил о красном терроре против лиц, «прикосновенных к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам». Власти в массовом порядке стали брать заложников из среды дворянства, буржуазии и интеллигенции. Многие из них были затем расстреляны. В том же году в республике начинает развертываться сеть концлагерей. По официальным данным, к 1921 г. туда было брошено около 80 тыс. человек. В январе 1919 г. в большевистском руководстве принимается решение приступить к «беспощадной войне со всеми верхами казачества путем их поголовного истребления. В результате этой жестокой акции, вскоре прекращенной из-за протестов в самой компартии, станицы Дона, по словам очевидцев, «обезлюдели».

Не надо думать, что чекистский меч падал на головы только случайных жертв большевистского произвола. Немало людей, преимущественно из числа интеллигентов, не желали смириться с владычеством коммунистов и вели тайную антиправительственную работу, готовили заговоры и мятежи. Самой крупной военно-политической организацией белого подполья был Национальный центр с отделениями в Москве, Петрограде, Екатеринбурге, Харькове, Новороссийске и других городах. Образованный кадетами и монархистами летом 1918 г., НЦ энергично действовал в тесном контакте со штабами генералов А. И. Деникина и Н. Н. Юденича до своего разгрома в июне — сентябре 1919 г.

Под бдительным надзором ВЧК находились и социалистические партии.

Провал затеи правых эсеров и меньшевиков с созданием антисоветских демократических правительств способствовал выработке ими новой позиции. На рубеже 1918—1919 гг. лидеры ведущих социалистических партий выступили с осуждением вооруженной борьбы с советской властью, оставляя за собой право вести «обычную политическую борьбу». В ответ ВЦИК отменил решение об исключении эсеров и меньшевиков из Советов. Но это мало что изменило в их положении. Они по-прежнему подвергались репрессиям ВЧК и фактически действовали подпольно (особенно правые эсеры).

Реальная легализация затронула лишь те социалистические группировки, которые заявили о своем признании советской власти (часть левых эсеров и анархистов, эсеры-максималисты, отколовшаяся в 1919 г. от партии правых эсеров группа «Народ» и др.; в апреле 1920 г. к ним присоединилось официальное руководство меньшевиков). Они, кроме меньшевиков, получили возможность издавать газеты и журналы. ЦК РКП(б) явно желал ввести деятельность этих политических сил в русло признания ими «руководящей роли компартии» со всеми вытекающими из этого последствиями. Хотя такой цели и не удалось в целом достичь, гибкая тактика большевиков по отношению к «мелкобуржуазным» партиям принесла свои плоды: социалистическая оппозиция была дезорганизована, а ее непримиримые элементы в значительной степени нейтрализованы.

На путь тесного сотрудничества с РКП(б), начиная со второй половины 1918 г., вступили: партии народников-коммунистов и революционных коммунистов (они образовались из левых эсеров, осудивших вооруженный путч своего ЦК в июле 1918 г.), левая часть союза эсеров-максималистов и ряд других. Все они в конечном счете влились в 1919—1920 гг. в ряды РКП(б), что объяснялось главным образом их малочисленностью и отсутствием поддержки в народе.

Огромную роль в обеспечении политического и морально-психологического единства советского тыла играла агитация и пропаганда, в которой большевики показали себя непревзойденными мастерами. В республике повсеместно открывались курсы и кружки «политграмоты», курсировали агитпоезда и пароходы, широко использовались кино и диски с грамофонными записями речей В. И. Ленина и других советских лидеров, миллионными тиражами печатались листовки, брошюры, газеты, распространявшие коммунистические идеи. Улицы городов украшались флагами и транспарантами, плакатами и памятниками революционерам разных эпох и народов, на площадях устраивались грандиозные театрализованные действа и митинги. К воплощению в жизнь ленинского плана «монументальной пропаганды» и иных форм «наглядной агитации» удалось привлечь признанных мэтров русского искусства: М. В. Добужинского, П. В. Кузнецова, Б. М. Кустодиева, А. В. Лентулова, В. Э. Мейерхольда, братьев А. А. и В. А. Весниных и др. В работе большевистского «агитпропа» причудливо переплетались два мотива.

Первый из них — интернационалистический. Граждан Советской России убеждали в том, что они начали дело «международной пролетарской революции», несущей в себе удовлетворение вековечной мечты человечества о свободе, равенстве, братстве и социальной справедливости, что «жертвенный подвиг» русских рабочих и крестьян в борьбе за социализм находит горячий отклик в мире, где их «братья по классу» также поднимаются на свержение «буржуазного владычества». Мощная волна революционных выступлений в странах Западной и Центральной Европы в 1918—1920 гг. давала богатейший материал для агитационных упражнений большевистских властей, создавая впечатление жизненности и достоверности.

Второй мотив — патриотический. Начало ему, как и первому, положил В. И. Ленин, призвав народ в февральские дни германского нашествия 1918 г. на защиту Отечества, пусть и «социалистического». Интервенция Антанты в поддержку белых позволила большевикам развить эту агитационную линию и заявить о себе как о защитниках свободы и независимости Родины: они обороняли Россию от иноземных захватчиков, сообщники которых могли считаться только «врагами народа». Своего пика патриотический мотив в пропаганде достиг во время советско-польской войны. В июне 1920 г. бывший Верховный Главнокомандующий царской армии А. А. Брусилов по инициативе властей обратился к офицерам с воззванием, в котором настоятельно просил забыть все обиды и не допустить «расхищения России». В противном случае, предупреждал генерал, «наши потомки будут нас справедливо обвинять за то, что мы из-за эгоистических чувств классовой борьбы загубили свою матушку-Россию».

Комбинированная и умело проводимая «политико-воспитательная» работа большевиков находила заметный отклик в разных слоях населения России, нередко вызывая подлинный энтузиазм первооткрывателей и защитников нового мира. Яркое свидетельство тому — массовые «коммунистические субботники», когда сотни тысяч людей безвозмездно трудились на оборону республики.

Политика «военного коммунизма»

Социально-экономическая политика большевистской власти в годы войны, имевшая своей целью сосредоточение всех трудовых и материальных ресурсов в руках государства, привела к складыванию своеобразной системы «военного коммунизма». Ее характеризовали следующие основные черты:

национализация промышленных предприятий, включая мелкие («с числом рабочих более десяти или более пяти, но использующих механический двигатель»); перевод на военное положение оборонных заводов и железнодорожного транспорта;

сверхцентрализация управления промышленностью (через ВСНХ и его главки), не допускавшая какой-либо хозяйственной самостоятельности на местах. В стремлении контролировать все и вся Москва заполняется учреждениями типа Главкрахмал, Главспичка, Главкость или Чеквалап — Чрезвычайная комиссия по заготовке валенок и лаптей;

дальнейшее развитие принципа продовольственной диктатуры и полное официальное запрещение свободы торговли (хотя на деле она продолжала существовать в виде «мешочничества» и «черных рынков»; в 1920 г. нелегальный частноторговый оборот равнялся почти половине общего оборота товарных ценностей в стране). В январе 1919 г. была введена продразверстка, по которой государство фактически бесплатно изымало у крестьян все излишки хлеба (а зачастую — и необходимые запасы). В 1920 г. разверстка распространилась на картофель, овощи и другие сельскохозяйственные культуры;

натурализация хозяйственных отношений в условиях практически полного обесценивания денег (если осенью 1917 г. бумажный рубль упал в цене в 15 раз по сравнению с 1913 г., то к концу 1920 г.— уже в 20 тыс. раз); выдача рабочим и служащим наряду с потерявшей значение денежной зарплатой продовольственных и промтоварных пайков; бесплатное пользование жильем, транспортом, коммунальными и прочими услугами;

введение трудовой повинности: в 1918 г.— для представителей «эксплуататорских классов», в 1920 г.— всеобщей; создание трудовых армий.

Некоторыми чертами «военный коммунизм», сложившийся в основном под давлением чрезвычайной обстановки гражданской войны, напоминал то бесклассовое, свободное от товарно-денежных отношений общество будущего, которое большевики считали своим идеалом,— отсюда и его название. При этом важно подчеркнуть: многими большевиками, включая партийное руководство, «военно-коммунистические» меры воспринимались не столько как вынужденные, сколько как закономерные шаги в верном направлении — к социализму и коммунизму. Недаром немалая часть таких мер была принята в 1920 г., когда война уже затихала.

VIII съезд РКП(б) одобрил новую программу партии. Главной целью она провозгласила построение социалистического общества в России на базе «диктатуры пролетариата» как «высшей формы демократии» и «превращения средств производства в собственность Советской республики, то есть в общую собственность всех трудящихся». В качестве первоочередной выдвигалась задача «неуклонно продолжать замену торговли планомерным, организованным в общегосударственном масштабе распределением продуктов» и осуществить ряд мер, «расширяющих область безденежного расчета и подготавливающих уничтожение денег».

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: