double arrow

История Древнего мира, том 2. 32 страница


Херсонес поддерживал связи с многими греческими городами, в том числе с Дельфами и Делосом. На Делосе даже проводились специальные празднества — «Херсонесии» (на деньги, пожертвованные херсонесскими гражданами). Херсодес был очень красивым городом. Здания украшались росписями и мозаикой. Интересны религиозные культы Херсонеса. Кроме культов общегреческих божеств (Дионис, Геракл) в Херсонесе существовал культ божества, олицетворяющего город («Херсонес»), и главный в городе культ Богини-Девы, покровительницы города. Этот культ был заимствован херсонесцами у тавров и эллинизован.

Расцвет греческих городов-государств Северного Причерноморья (как и Боспорского царства) продолжался недолго: со второй половины III в. до н.э. начинается наступление на них скифов и других местных племен. Усиление этого натиска было обусловлено как стремлением скифской знати к захватам (в этот период складывается скифское государство), так и тем, что самих скифов теснили родственные им племена сарматов, проникшие с востока в Причерноморские степи. О трудном положении Ольвии в конце III в. до н.э. свидетельствует декрет, принятый в честь её гражданина Протогена, неоднократно оказывавшего материальную помощь городу, который находился в тяжелом положении «вследствие войн и неурожаев», на сторону врага перешли и миксэллины. Во II в. до н.э. большинство сельских поселений на территории Ольвии прекращает существование; во второй половине этого же века на агоре разрушаются лучшие здания. Ольвия подчиняется скифским царям: на ее монетах появляются их имена. В 1 в. до н. э., как сказано в одном декрете, «город был обуреваем войнами». В этом же веке Ольвию захватило и разрушило фракийское племя готов. В первые века нашей эры город отстраивается заново, но уже в меньших размерах.

Ожесточенную борьбу со скифами в конце III — II в. до н.э. ведут Боспорское царство и Херсонес. В этот период в Крыму находился центр Скифского царства Неаполь, расположенный около современного Симферополя.

И связи с набегами скифов меняется характер сельских поселений Боспорского царства, они укрепляются или переносятся в труднодоступные места.

Скифы ведут наступление на владения херсонесцев: к середине II в. до н.э. весь Северо-Западный Крым оказался в руках скифов. Борьба с ними нашла отраженно в декрете Херсонеса конца II в. до н.э. в честь Диофанта — полководца, посланного в Крым понтийским царем Митридатом[79]. Херсонес и Боспор обратились к нему за помощью, и только благодаря понтийским войскам скифы были разбиты; однако и Херсонес и Боспор оказались под властью Митридата. Одним из эпизодов этой борьбы было выступление против боспорского царя скифов под предводительством Савмака в 107 г. до н.э. — после того, как войско Диофанта покинуло Пантикапей. Скифы захватили столицу и убили царя Порисада. В научной литературе обсуждался вопрос о том, ком был Савмак — рабом пли свободным. Новейший филологический анализ текста декрета в честь Диофанта, проведенный рядом советских исследователей (С.Я. Лурье, Э.Л. Грейс, А.И. Немировским), показал, что он не содержит никаких указаний на рабское положение как самого Савмака, так и его сподвижников. По всей вероятности, здесь мы имеем дело с выступлением местного населения Боспора, поддержанным извне Скифским царством. Это движение также было подавлено понтийскими войсками.

В I в. до н.э. римские войска разгромили Понтийское царство. Города Северного Причерноморья и Боспорское царство перешли под власть Рима.

Литература:

Свенцицкая И. С. Македония, Греция и Северное Причерноморье в период эллинизма./История Древнего мира. Расцвет Древних обществ. - М. .-Знание, 1983 - с. 353­367

Лекция 19: Эллинистическая культура.

Общие черты Эллинистической культуры.

Развитие культуры в странах Восточного Средиземноморья в III — I вв. до н.э. определялось теми социально-политическими изменениями, которые произошли в этом районе после завоеваний Александра, и усилившимся вследствие этого взаимодействием культур.

Хотя в отдельных областях и отдельных государствах процесс взаимодействия шел по-разному и сохранялись местные особенности в религии, литературе, искусстве, все-таки возможно характеризовать культуру эллинистического времени в целом. Выражением культурной общности этого периода было распространение двух основных языков в странах Западной Азии и Египте — греческого койнэ (койнэ по-гречески означает «общая [речь].» — имется в виду общегреческое наречие, вытеснившее местные диалекты) и арамейского языка, которые были и официальными, и литературными, и разговорными языками (при сохранении рядом народностей и своих древних языков) (Так, в Египте сохранялся позднеегипетский язык; и Малой Азии были еще живы хетто-лувийские языки: лидийский, кашинский, ликийский и др. наряду с кельтским (Галатия), фракийским (Мисия, Вифиния) и (возможно, родственными последним) фригийским и армянским; Финикия, Иудея, Вавилония сохраняли свои языки наряду с арамейским.).

Широкая и довольно быстрая эллинизация городского населения (за исключением населения ряда древних гражданско-храмовых общин) объясняется комплексом причин: греческий язык был официальным языком царской администрации; эллинистические правители стремились насадить в своих разноплеменных державах единый язык и по возможности единую культуру. В городах, организованных по греческому образцу, вся общественная: жизнь строилась по типу, сложившемуся в полисах Греции (административные органы, гимнасии, театры и т.п.). Соответственно и боги должны были носить греческие имена. Напротив, самоуправляющиеся общины Вавилонии сохраняли свой язык, аккадских богов, свою правовую систему и обычаи; иудой также сохраняли свой культ, свой язык и свои обычаи (отгораживаясь от чужаков, не являющихся членами общины, системой запретов: запрет смешанных браков, запрет всех культов, кроме культа Яхве, и т.п.).

В эллинистической культуре существовали разнообразные и противоречивые тенденции: выдающиеся научные открытия - и магия; восхваление царей — и мечты о социальном равенстве; проповедь бездействия — и призывы к активному исполнению долга... Причины этих противоречий крылись в контрастах жизни того времени, контрастах, которые стали особенно ощутимы из-за нарушения традиционных связей между людьми, изменения традиционного быта.

Изменения в быту были связаны с появлением новых государств, с развитием больших и малых городов, с тесными контактами между городским и сельским населением. Городской и сельский быт значительно отличались друг от друга: во многих городах, не только в греческих, но и в восточных, например в Вавилоне, существовали гимнасии и театры; кое-где было налажено водоснабжение, проведены водопроводы. Сельские жители часто стремились переселиться в город или по возможности подражать городской жизни: в некоторых деревнях появляются водопроводы, общественные здания, сельские общины начинают ставить статуи и делать почетные надписи. С подражанием городу связана поверхностная эллинизация тех сельских поселений, которые располагались вблизи полисов.

Но в целом разница между основной массой зависимого сельского населения, жившего своим традиционным бытом, и свободными горожанами была настолько ощутима, что порождала постоянные конфликты между городом и деревней. Эти противоречивые тенденции — и подражание, и противопоставление городу — нашли свое отражение и в идеологии периода эллинизма, в частности в религии (своеобразие локальных деревенских божеств, которые, сохраняя все свои местные черты, нередко носили имена главных греческих богов), в литературе (идеализация сельской жизни).

Создание эллинистических монархий, подчинение

самоуправляющихся городов царской власти оказало существенное влияние на общественную психологию. Неустойчивость политического положения, невозможность для рядового человека оказать сколько-нибудь заметное влияние на судьбы своей родины (своего города и даже своей общины) и в то же время кажущаяся исключительная роль отдельных полководцев и монархов приводили к индивидуализму. Нарушение общинных связей, переселение, широкое общение друг с другом представителей разных народностей определили появление идеологии космополитизма (космополит по-гречески — «гражданин мира»). Причем эти особенности мировоззрения были свойственны не только философам, но и самым различным слоям общества; их можно проследить на примере изменения отношения гражданина к своему городу.

В Греции классического периода индивидуум не мыслился вне государства. Аристотель писал в «Политике»: «Кто живет вне государства вследствие своей природы, а не вследствие случайных обстоятельств, тот или сверхчеловек, или существо недоразвитое...» В период эллинизма идет процесс отчуждения человека от государства. Слова философа Эпикура о том, что «самой настоящей безопасность бывает благодаря тихой жизни и удалению от толпы», отражали сдвиги в социальной психологии широких масс. Граждане стремились избавиться от обязанностей по отношению к полису: в почетных декретах эллинистических городов отдельные граждане освобождаются от военной службы, от литургий (повинностей зажиточных граждан). Отказываясь от служения полису по обязанности, богатые люди при этом прибегали к частной благотворительности: снабжали город деньгами и зерном, организовывали празднества за свой счет, за что им ставили статуи, их восхваляли в надписях на камне, увенчивали золотым венком... Такие люди стремились не столько к действительной популярности у граждан, сколько к внешним атрибутам славы. За пышными, но трафаретными фразами эллинистических декретов трудно угадать подлинное отношение народа к чествуемому лицу.

Существование крупных держав облегчало переселения из города в город, из одной местности в другую, которые продолжались на протяжении всего эллинистического времени. Никакой патриотизм теперь не удерживал богатых людей от переезда в другое место, если им это было выгодно. Бедные же уходили искать лучшей доли — и часто становились на чужбине наемниками или неполноправными переселенцами. В небольшом малоазийском городе Ясосе сохранилось общее надгробие пятнадцати человек — выходцев из самых разных районов: из Сирии, Галатии, Мидии, Скифии. Киликии. Финикии и т.д. Возможно, это были наёмники.

Идеи космополитизма, человеческой общности существуют и распространяются в течение всего эллинистического периода, а в первые века нашей эры они проникают даже в официальные документы: так, в постановлении небольшого малоазийского городка Панамары об организации празднеств сказано, что в них могут принимать участие все граждане, чужеземцы, рабы, женщины и «все люди населенного мира (ойкумены)». Но индивидуализм и космополитизм не означали отстутствия коллективов и объединении. Как своеобразная реакция на разрушение гражданских связей в городах (где состав населения был более пестрым и в этническом и в социальном отношении) возникали многочисленные товарищества, союзы, иногда профессиональные, большей частью религиозные, которые могли объединять и граждан и неграждан. В сельских местностях возникали новые общинные объединения из переселенцев. Это было время поисков новых связей, новых нравственных идеалов, новых богов-защитников.

Наука и техника эллинистического периода.

Характерной чертой интеллектуальной жизни периода эллинизма было отделение специальных наук от философии. Количественное накопление научных знаний, объединение и переработка достижений разных народов вызвали дальнейшую дифференциацию научных дисциплин.

Общие построения натурфилософии прошлого не могли удовлетворять уровню развитии наук, требовавших определения законов и правил для каждой отдельной дисциплины.

Развитие научных знаний требовало систематизации и хранения накопленной информации.

В ряде городов создаются библиотеки, самые знаменитые на них — в Александрии и Пергаме. Александрийская библиотека была наиболее крупным книгохранилищем эллинистического мира. Каждый корабль, прибывавший в Александрию, если на нем имелись какие-либо литературные произведения, должен был или продать их библиотеке, или предоставить для копирования. В I в. до н.э. александрийская библиотека насчитывала до 700 тыс. папирусных свитков. Кроме основной библиотеки (она называлась «царской») в Александрии была построена еще одна, при храме Сараписа. Во II в. до н.э. пергамский царь Евмен II основал библиотеку в Поргаме. соперничавшую с Александрийской.

Именно в Пергаме был усовершенствован материал для письма из телячьей кожи (пергамен, или «пергамент»): пергамцы были вынуждены писать на коже в связи с том, что вывоз папируса из Египта в Пергам был запрещен.

Крупные ученые обычно работали при дворах эллинистических монархов, которые давали им средства к существованию. При дворе Птолемеев было создано специальное учреждение, объединявшее ученых, так называемый Мусейон («храм муз»). Ученые жили в Мусейоне, проводили там научные исследования (при Мусойоне находились зоологический и ботанический гады, обсерватория). Общение ученых между собой благоприятствовало научному творчеству, но в то же время ученые оказывались в зависимости от царской власти, что не могло не влиять на направление и содержание их работы.

С Мусейоном связана деятельность Евклида (III в. до н.э.) — знаменитого математика, который подытожил достижения геометрии в книге «Начала», служившей основным учебником геометрии в течение более двух тысячелетий. В Александрии ряд лет жил и один из величайших ученых древности — Архимед, математик, физик и механик. Его изобретения послужили на пользу родному городу Архимеда Сиракузам при обороне от римлян.

В развитии астрономии велика была роль вавилонских ученых. Кидинну из Сипнара, живший на рубеже IV и III вв. до н.э. вычислил продолжительность года весьма близко к истинной и, как предполагают, составил таблицы видимых движений Луны и планет.

Астроном Аристарх с о-ва Самос (III в. до н.э.) высказал гениальную догадку о вращении Земли вокруг Солнца. Но он не мог доказать свою гипотезу ни с помощью расчетов, ни с помощью наблюдений. Большинство астрономов отвергли эту точку зрения, хотя вавилонский ученый Селевк Халдеянин и некоторые другие выступали в её защиту (II в. до н.э.).

Крупный вклад в развитие астрономии внес Гиппарх из Никеи (II в. до н.э.), использовав вавилонские таблицы затмений. Хотя Гипиарх выступал против гелиоцентризма, его заслугой было уточнение календаря, расстояния Лупы от Земли (близко к действительному); он подчеркивал, что масса Солнца во много раз больше земной. Гиппарх был также и географом, разработавшим понятия о долготе н широте.

Военные походы и торговые путешествия вызвали повышенный интерес к географии. Самым крупным географом эллинистического времени был Эратосфен из Кирены, работавший в Мусейоне. Он ввел в науку само слово «география». Эратосфен занимался вычислением длины окружности земного шара; он считал, что Европа-Азия-Африка — это остров в мировом океане. Он высказал предположение о возможном морском пути в Индию вокруг Африки.

Из других естественных наук следует отмстить медицину, которая объединила в этот период достижения египетской и греческой медицины; науку о растениях (ботанику). Эта последняя обязала многим ученику Аристотеля Феофрасту, автору «Истории растений».

Эллинистическая наука при всех ее достижениях носила в основном умозрительный характер.

Гипотезы высказывались, но экспериментально не доказывались. Главным методом научного исследования были наблюдения; Гиппарх, выступая против теории Аристарха Самосского, призывал «охранять явления», т.е. исходить из непосредственных наблюдений. Логика, доставшаяся в наследство от классической философии, была главным инструментом построения выводов, Эти особенности приводили к тому, что появлялись различные фантастические теории, которые спокойно соседствовали с подлинно научными знаниями. Так, наряду с астрономией широко распространилась астрология — учение о влиянии звезд на жизнь человека, причем астрологией иногда занимались и серьезные ученые.

Науки об обществе были развиты слабое естествознания: при царских дворах не было возможности заниматься политическими теориями; в то же время бурные события, связанные с походами Александра и их последствиями, вызывали интерес к истории: люди стремились осмыслить настоящее через прошлое. Появляются описания истории отдельных стран (на греческом языке): жрец Манефол написал египетскую историю; его деление этой истории на периоды по царствам и по династиям до сих пор принято в исторической пауке; вавилонский жрец и астроном Берос, работавший на о-ве Кос, создал труд по истории Вавилонии; Тимей паписал сочинение, где рассказывается об истории Сицилии и Италии. Даше в сравнительно небольших центрах были свои историки: так, в III в. до н.э. в Херсонесе был принят декрет в честь Сириска, написавшего историю Херсонеса. Однако успехи исторической науки были в целом количественные, а не качественные. Большинство исторических трудов носило описательный или нравоучительный характер.

Только крупнейший историк эллинистического времени Полибий (II в. до н.э.), развивая идеи Аристотеля о наилучших видах государственного устройства, создал циклическую теорию слюны государственных форм: в условиях безвластия и хаоса люди выбирают себе вождя: возникает монархия; но постепенно монархия вырождается в тиранию и сменяется аристократическим правлением. Когда аристократы перестают заботиться об интересах народа, их власть сменяется демократией, которая в процессе развития опять приводит к хаосу, расстройству всей общественной жизни, и снова появляется необходимость в выборе вождя... Главную ценность истории Полибий (вслед за Фукидидом) видел в той пользе, которую изучение ее может принести политическим деятелям. Такой взгляд на историческую науку был типичен для эллинистического периода.

Появилась и новая для греков гуманитарная дисциплина — филология. Филологи занимались главным образом критикой текстов древних авторов (отделение подлинных сочинений от подложных, устранение ошибок) и комментированием их. Уже в ту эпоху существовал «гомеровский» вопрос: появилась теория «разделителей», которые считали «Илиаду» и «Одиссею») написанными разными авторами.

Технические достижения эллинистических государств проявились главным образом в военном деле и строительстве, т.е. в тех отраслях, в развитии которых были заинтересованы правители этих государств и на которые они тратили большие средства. Совершенствуется осадная техника — метательные орудия (катапульты и баллисты), которые бросали тяжелые камни на расстояние до 300 м. В катапультах использовались скрученные канаты из сухожилий животных. Но наиболее прочными считались канаты из женских волос: их обильно смазывали маслом и сплетали, что гарантировало хорошую упругость. Во время осад женщины часто отрезали свои волосы и отдавали их на нужды обороны родного города. Были созданы специальные осадные башни — гелеполы («берущие города»): высокие деревянные сооружения в форме усеченной пирамиды, поставленной на колеса. Гелепола подводилась (с помощью людей или животных) к стенам осажденного города; внутри нее находились воины и метательные орудия.

Прогресс осадной техники вызывал совершенствование оборонительных сооружений: стены становились выше и толще, в многоэтажных стенах делались бойницы для стрелков и метательных орудий. Необходимость возведения мощных стен повлияла на общее развитие строительной техники.

Крупнейшим техническим достижением того времени было строительство одного из «семи чудес света» — маяка, расположенного на о-ве Фарос (Остальные шесть чудес света: египетские пирамиды, «висячие сады» в Вавилоне, статуя Зевса работы Фидия в Олимпии, огромная статуя бога солнца Гелиоса, стоявшая у входа в порт Родоса («колосс родосский»). храм Артемиды в Эфесе, гробница Мавсола, правителя Карий IV в. до н. э. (Мавзолей).), у входа в александрийскую гавань. Он представлял собой трехъярусную башню высотой около 120 м. В верхнем этаже горел огонь, топливо для которого доставлялось по пологой винтовой лестнице (по ней могли взбираться ослы). Маяк служил также наблюдательным пунктом, в нем размещался гарнизон.

Некоторые усовершенствования можно наблюдать и в других отраслях производства, но в целом труд был слишком дешев, чтобы вызвать серьезные изменения в технике. Показательна в этом отношении судьба некоторых открытий. Крупный математик и механик Герои Александрийский использовал свойства пара: он создал прибор, состоявший из котла с водой и полого шара. Когда вода подогревалась, пар по трубе поступал в шар и выходил из него по двум другим трубкам, заставляя шар вращаться. Герон создал и кукольный театр автоматов. Но и паровой шар, и автоматы остались только забавой; их изобретение не оказало влияния на развитие производства в эллинистическом мире.

Религия и философия.

В религиозных верованиях народностей Восточного Средиземноморья ясно отразились черты социальной психологии, о которых говорилось выше. В период эллинизма широкое распространение получили культы различных восточных божеств, объединение культов богов разных народов (синкретизм), магия, верования в богов-спасителей. С падением значения независимого полиса его культы перестали удовлетворять духовные потребности народных масс: греческие боги не были ни всемогущи, ни милосердны; им не было дела до страстей и бедствий человеческих. Философы и поэты пытались переосмыслить древние мифы, придать им нравственную ценность. Но философские построения оставались достоянием лишь образованных слоев общества. Восточные религии оказались более притягательными не только для основного населения эллинистических государств, но и для переселившихся туда греков. Во многих случаях, даже когда божества носили имена греческих богов, сам культ был совсем не греческим.

Интерес населения Восточного Средиземноморья к новым культам вызывался желанием найти богов наиболее могущественных и заручиться их покровительством.

С этим же была связала и множественность культов в эллинистических государствах. Эллинистические, цари стремились объединить культы греческие и восточные, чтобы иметь идеологическую опору в разных слоях населения; кроме того, они поддерживали многие местные храмы и храмовые организации по политическим соображениям. Ярким примером создания синкретического культа является культ Сараписа в Египте, основанный Птолемеем I. Это божество объединяло черты Осириса, Алиса и греческих богов — Зевса, Аида, Асклепия.

Культ Сараписа и Исиды (считавшейся его женой) распространился далеко за пределы Египта. Во многих странах почитались одно из древнейших малоазиатских божеств — Кибела (Великая матерь), месопотамская богиня Нанай, иранская Анахита. В эллинистическое время начинается распространение культа иранского солнечного бога Митры, который особенно почитаемым станет в первые века нашей эры[80].

Восточные культы в греческих городах часто появлялись сначала как неофициальные: алтари и святилища воздвигались отдельными лицами и товариществами. Затем полис особыми декретами делал общественными наиболее распространенные культы, жрецы их становились должностными лицами полиса. Из греческих, божеств в восточных областях наиболее популярны были Геракл, олицетворение физической силы и могущества (статуэтки, изображающие Геракла, найдены во многих городах, в том числе в Селевкии на Тигре), и Дионис, образ которого к этому времени значительно трансформировался. Главным содержанием мифа о Дионисе становятся рассказы о его смерти и воскрешении его Зевсом. Согласно учению почитателей Диониса — орфиков, Дионис сначала был рожден Персефоной под именем Загрея; Загрей погиб, растерзанный титанами. Затем Дионис воскрес уже под своим именем как сын Зевса и Семелы.

Период эллинизма был периодом оживления местных культов божеств-покровителей деревень.

Часто такое божество носило имя какого-либо из важнейших богов (Зевса, Аполлона, Артемиды) и локальный эпитет (по названию местности). Но и в сельских поселениях, как и в городах, встречаются посвящения сразу многим богам.

Характерно распространение веры в богов-спасителей, которые должны были избавить своих почитателей от смерти. Такими чертами наделялись прежде всего древние умирающие и воскресающие боги растительности — Осирис-Сарапис, Дионис, фригийский Аттис. Почитатели этих божеств верили, что путем особых обрядовых действий — мистерий, во время которых представлялись сцепы смерти и воскресения бога, они сами становились сопричастны богу и тем самым обретали бессмертие. Так, во время празднований в честь Аттиса жрец провозглашал: «Утешьтесь, благочестивые, подобно тому как спасен бог, спасетесь и вы». Для культа Аттиса были характерны оргиастические обряды и самооскопление жрецов.

Эллинистические мистерии восходили к древним восточным празднествам и к более ранним греческим мистериям (в честь Деметры, Диониса). В III—I вв. до н.э. эти мистерии привлекали значительно большее, чем раньше, число почитателей, и в них усиливалась роль мистического учения о спасении (во всяком случае, о духовном спасении) путем приобщения к божеству.

Однако при всей своей распространенности мистерии объединяли только избранных; чтобы стать таким «избранным», нужно было пройти многочисленные испытания. Народные массы искали спасения в магии — различных заклинаниях, талисманах, вере в духов-демонов, которых можно было призвать на помощь. Посвящения демонам встречаются в эллинистических надписях рядом с посвящениями: богам. Специальные магические формулы должны были принести излечение от болезни, успех в любви и т.п. Магия была тесно связана с астрологией: с помощью магии суеверные люди надеялись избежать влияния небесных светил на их судьбы.

Чисто эллинистическим религиозным верованием было почитание Тихе (Судьбы). Это почитание возникло в условиях, когда люди менее чем прежде могли быть уверены в завтрашнем дне. В период господства мифологического мышления люди по традиции, перешедшей от бесчисленных поколений, полагались на извечную «заданность» миропорядка и своего места в коллективе как его нераздельной части. Неизбежность событий, вызванных мифологическим миропорядком, не подлежала сомнению. Теперь же традиционные устои были повсеместно нарушены, жизнь стала как никогда раньше неустойчивой, процессы возникновения и падения царств приняли масштабы, огромные по охвату территорий и человеческих масс, и к тому же казались случайными и непредвидимыми. Теперь произвол монархов, военный успех или поражение того или иного полководца определяли судьбу и населения: целых областей, и отдельного человека. Тихе была не просто олицетворением случайности, но и неизбежной необходимости, понять которую было невозможно.

Определение места индивида в окружающем неустойчивом мире, восстановление чувства единства человека и космоса, своего рода моральное руководство поступками людей (взамен традиционного общинного руководства) стали важнейшими задачами эллинистической философии. Наиболее значительными философскими школами были школы эпикурейцев и стоиков; известное влияние имели также киники и скептики.

Эпикур (начало III в. до н.э.) был материалистом, продолжателем учения Демокрита. Он учил, что бесчисленное множество атомов двигается в бесконечной пустоте; он ввел понятие о весе атомов. В отличие от Демокрита Эпикур считал, что атомы произвольно отклоняются от своих путей и поэтому сталкиваются друг с другом. Атомистическая теория Эпикура опиралась на его общую этическую позицию: она исключала сверхъестественные силы; человек без вмешательства божественного провидения по собственной свободной воле может достичь счастья в жизни. Эпикур резко выступал против учения о предопределенности. Его идеалом был человек, свободный от страха смерти, смеющийся над судьбой, в которой «некоторые видят владычицу всего». Человек в силах достигнуть истинного счастья, которое, по Эпикуру, заключается в здоровье тела и безмятежности души.

Противники Эпикура обвиняли его в том, что он проповедует жизнь, полную удовольствий. Эпикур отвечал им, что понимает под удовольствием свободу от телесных страданий и душевных тревог. Свобода выбора, таким образом, проявилась у Эпикура в отказе от всякой деятельности, в уединении.

«Живи незаметно!» — таков был призыв Эпикура. Сторонниками Эпикура явились представители образованной части общества, не желавшие принимать участие в бюрократизированной политической жизни эллинистических монархий. Основателем стоицизма — философии, развивавшейся затем в Риме, был философ Зенон (конец IV — начало III в. до н.э.), уроженец о-ва Кипр. Зенон учил в Афинах; его сторонники собирались в Пестром портике (по-гречески Стоа пойкиле, отсюда произошло и название школы). Стоики делили философию на физику, этику и логику. Их физика (т. е. представления о природе) была традиционной для греческой философии: весь мир для них состоял из четырех основных элементов

— воздуха, огня, земли и воды, которыми движет разум — логос. Человек — часть природы и вместе с лей обладает способностью к разуму. Всё явления определяются причинной связью: то, что представляется случайностью, на самом деле — результат неоткрытых причин. Боги тоже подвластны логосу или Судьбе. Зенону приписывается такое высказывание: «Судьба — это сила, которая приводит в движение материю... она не отличается от провидениям. Зенон называл Судьбу также природой. Можно думать, что на стоиков оказали влияние восточные религиозно-философские учения: недаром с развитием стоической философии Судьба стала восприниматься стоиками как всемогущая, непознаваемая божественная сила. Некоторые стоики увлекались поздней ближневосточной астрологией (например, философ Посидоний). Философия стоицизма имела своих сторонников в разных странах Средиземноморья; так, учеником Зенон а. был карфагенянин Герилл.


Сейчас читают про: