double arrow

Аграрные отношения феодальной Индии. Крестьянская община


Империя Великих Моголов

К началу нового времени большая часть Индии, население ко­торой составляло тогда свыше 100 млн. человек (по другим подсчетам, 150 млн.), была объединена в составе Могольской империи. Утвердившийся в начале XVI в. в Кабуле узбекский феодал Бабур * в 1525 г. вторгся со своими войсками в Север­ную Индию. Используя военную слабость Индии и феодальные междоусобицы, он разбил в 1526 г. армию делийского султана, овладел городами Дели, Агра и прилегающими районами Се­верной Индии и провозгласил себя падишахом.

* Бабур происходил по отцовской линии от Тимура, а по материнской — от Чингисхана, поэтому европейцы стали называть основанную им династию правителей Индии Великими Моголами (искаженное «монгол»).

При преемниках Бабура, особенно в царствование его вну­ка Акбара (1556—1605), территория Могольской империи зна­чительно расширилась. Она включала в свой состав нынешний Афганистан, всю Северную и Центральную Индию. Во второй половине XVII в. были завоеваны расположенные к югу от р. Годавари самостоятельные государства Ахмаднагар, Биджапур и Голконда. Только несколько феодальных владений на крайнем юге Индии сохранили независимость.

Могольское завоевание не внесло сколько-нибудь существенных изменений в социально-экономические отношения феодальной Индии. Хотя в различных районах громадной страны существо­вали свои специфические аграрные отношения, собственность на землю всюду носила форму государственно-феодальной соб­ственности. Собственником всех земель считался правитель государства, как бы представлявший феодальный класс в целом. Феодальная эксплуатация крестьянства осуществлялась глав­ным образом путем взимания с него феодальным государством налога, составлявшего большую часть урожая. Так же как это было и в Индонезии, феодальная рента изымалась индийскими феодалами у крестьянства в форме налога. В зависимости от характера феодальных держаний рента-налог распределялась между различными группами феодального класса.

Земля, являвшаяся собственностью феодального государст­ва, фактически находилась во владении отдельных деревенских общин. Рента-налог взыскивалась с каждой общины как с низ­шей налоговой единицы. Внутри общины пахотная земля дели­лась на участки, находившиеся в наследственном пользовании отдельных крестьянских семей. В коллективном владении об­щины оставались пастбища, лесные угодья, пустоши и т. п. Каждая крестьянская семья была обязана платить свою долю, ренты-налога и выполнять другие повинности.

Наряду с земледелием крестьянские семьи занимались ремеслом — прядением и ткачеством, главным образом для удов­летворения собственных потребностей. Кроме того, каждая община коллективно содержала 10—12 ремесленников, обслужи­вавших все потребности общинников, а также старосту, сбор­щика налогов и других должностных лиц. «Пограничный страж,— говорится в описании индийской общины, цитируемом К. Марксом,— охраняет границы села или дает свидетельские показания о них в случае спора. Лицо, надзирающее за водо­хранилищами и водостоками, распределяет воду для нужд зем­леделия. Особый брахман ведает в селе делами культа. Далее идут школьный учитель, которого можно видеть в селе обучаю­щим детей чтению и письму на песке, брахман, следящий за ка­лендарем, или астролог, и т. д.» *.

* К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, с. 134.

Все должности и обязанности, выполняемые отдельными об­щинниками, передавались по наследству из поколения в поко­ление. Этим община привязывала крестьян и деревенских ре­месленников к земле, ибо только в своей общине, где поколе­ниями жили и работали их предки, крестьянин и ремесленник имели право на определенное занятие; за ее пределами они становились неполноправными, «пришлыми» людьми. Юридиче­ски большинство крестьян были свободными, фактически ин­дийский крестьянин не мог покинуть свою общину. Его привя­зывала к ней также необходимость вносить государственные налоги и выполнять повинности.

Индийская деревенская община, покоившаяся на непосред­ственном соединении ремесла и земледелия, определяла преоб­ладание натуральных форм хозяйства, медленные темпы эко­номического развития страны.

«...Организованные по-семейному общины, — отмечает К. Маркс,— покоились на домашней промышленности, на свое­образной комбинации ручного ткачества, ручного прядения и ручного способа обработки земли — комбинации, которая придавала им самодовлеющий характер». Маркс указывал, «что эти идиллические сельские общины, сколь безобидными они бы ни казались, всегда были прочной основой восточного деспотизма, что они ограничивали человеческий разум самыми узкими рам­ками, делая из него покорное орудие суеверия...» *.

К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, с. 135.

Внутри общины постепенно развивалась социальная диффе­ренциация. Управлявший общиной совет — панчаят («пятерка», «совет пяти») — состоял обычно из наиболее зажиточных, полноправных общинников. Возглавлявший панчаят староста и его помощники, ведавшие раскладкой налогов, взимали с об­щинников поборы в свою пользу. «Пришлые» не пользовались правом голоса в общинных делах, не могли иметь надела; они арендовали землю, засевая ее хозяйским зерном и получая только восьмую часть собранного урожая. Неполноправными членами общины были и ремесленники.

Таким образом, аграрные отношения в Индии характеризо­вались: 1) феодально-государственной собственностью на зем­лю; 2) феодальной эксплуатацией крестьянства в форме ренты-налога; 3) существованием деревенской общины.

Эти основы аграрных отношений остались неизменными и при Моголах, создавших на их базе свою военно-ленную си­стему.


Сейчас читают про: