double arrow

Война и колониальный мир


СТРАНЫ ВОСТОКА ВО ВРЕМЯ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Глава XXXIII

Революционные выступления периода пробуждения Азии пока­зали, что в колониях и зависимых странах формировались мо­гучие общественные силы, которые делали первые шаги в борьбе за уничтожение системы колониального рабства. Хотя революции и революционные движения начала XX в. не при­вели к освобождению народов колониального Востока от им­периалистического и феодального гнета, они продемонстриро­вали огромные потенциальные силы и революционные возможности угнетенных народов. «...Никакие силы в мире, — писал В. И. Ленин в 1913 г., — не восстановят старого крепостниче­ства в Азии, не сметут с лица земли героического демократиз­ма народных масс в азиатских и полуазиатских странах»*.

· В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 23, с. 3.

Но непосредственно накануне первой мировой войны на­блюдались спад революционного движения и временное тор­жество реакции в большинстве стран колониального Востока.

Первая мировая война значительно ускорила развитие ко­лониальных и зависимых стран Востока, втянула его народы в международную политику, создала предпосылки для нового подъема национально-освободительного движения, несравнен­но более организованного и мощного, чем революционное дви­жение периода пробуждения Азии.

Во время войны неизмеримо возросло значение колониальных а зависимых стран Азии и Африки как глубоких тылов импе­риалистических держав.

Война требовала огромного количества снаряжения, про­довольствия, одежды, металлов, самого разнообразного сырья. В связи с этим резко увеличились вывоз материальных ценно­стей и экономическая эксплуатация угнетенных стран. Держа­вы-метрополии перекладывали финансовое бремя войны на свои колонии. Намного возросли всякого рода налоги и по­боры.

В годы войны во всех странах колониального мира царила сильнейшая дороговизна. Быстро падала и без того мизерная заработная плата рабочих. Усилилась эксплуатация крестьян­ства помещиками и монополиями. Сотни тысяч крестьян окон­чательно разорялись, покидали деревни, превращались в ни­щих. В Африке колонизаторы расширили применение прину­дительного рабского труда. Десятки миллионов людей в Азии и Африке гибли от голода и болезней. В некоторых колониях сократилось население.

Империалисты заставили народы колоний платить огромный налог кровью. За четыре года войны Франция мобилизовала в своих колониях около 1,4 млн., Англия — свыше 4,5 млн. че­ловек. В Египте, население которого в то время немногим превышало 10 млн., в так называемые трудовые и верблюжьи корпуса было мобилизовано 1,5 млн. человек. Английский офи-Чер, служивший во время войны в Египте, писал: «Приезжав­ших на базар крестьян окружали и отправляли на ближайший мобилизационный пункт. Убегавших лови пи в окрестных де­ревнях и под конвоем направляли в казармы». Насильно оде­тых в военные мундиры жителей колоний посылали на самые

опасные участки фронта погибать вдали от родины во имя ин­тересов своих поработителей.

Империалисты использовали в качестве пушечного мяса и народы полуколоний, формально сохранявших самостоятель­ность. Во имя интересов германского империализма гибли на фронтах турецкие солдаты. В 1917 г. в войну был вовлечен Китай, пославший в распоряжение стран Антайты сотни тысяч рабочих-кули.

Начавшаяся в Европе война втянула в свою орбиту весь колониальный Восток. И хотя непосредственные военные дей­ствия затронули здесь лишь страны Ближнего Востока, война определила развитие всего колониального мира.

Сократился ввоз промышленных товаров из метрополий в колонии и зависимые страны. Это дало толчок росту их на­циональной промышленности. Особенно заметно увеличилось промышленное производство в Индии, Китае, Египте, Корее.

Ускорилось развитие капитализма и в других странах колони­ального мира. Но оно по-прежнему происходило уродливо и однобоко, колониальные и зависимые страны Востока остава­лись аграрно-сырьевыми придатками капиталистических госу­дарств Запада.

Развитие капитализма в колониях и зависимых странах имело важные социальные последствия.

Численно вырос и окреп национальный пролетариат. В наи­более развитых в промышленном отношении странах Востока особенно в Китае и Индии, к концу войны он являлся уже важ­ной общественной силой. Возникли предпосылки для подъема рабочего движения, для превращения его из стихийного в со­знательное, для распространения в странах Востока идей марксизма-ленинизма.

Война нанесла большой урон сельскому хозяйству колоний и зависимых стран. Связанное с войной повышение спроса на продукты сельского хозяйства обогащало помещиков, спеку­лянтов, кулаков. Усилилась классовая дифференциация в деревне, быстро росли ряды бедноты и сельскохозяйственного про­летариата. В некоторых странах продукты сельского хозяйства лишились прежних рынков сбыта, продавались за бесценок. К концу войны почти всюду резко сократились посевные пло­щади и поголовье скота. Война революционизировала кресть­янство угнетенных стран Востока, создала предпосылки для активного участия многомиллионных крестьянских масс в на­ционально-освободительном движении.

В связи с развитием капитализма выросла, окрепла и разбо­гатела национальная буржуазия колониальных и зависимых стран. Она все более тяготилась иноземным гнетом, стремилась к власти. Война обострила противоречия между национальной буржуазией колониальных стран и монополистическим капита­лом метрополий. Активизировались выступления национальной буржуазии против империализма.

Многое увидели и многому научились миллионы солдат их колоний, призванные империалистами в армию. Они побывали в разных странах. Их кругозор расширился. «Империалистская война, — отмечал В. И. Ленин,— помогла революции, буржуа­зия вырвала из колоний, из отсталых стран, из заброшенности* солдат для участия в этой империалистской войне. Англий­ская буржуазия внушала солдатам из Индии, что дело индус­ских крестьян защищать Великобританию от Германии, фран­цузская буржуазия внушала солдатам из французских коло­ний, что дело чернокожих защищать Францию. Они учили уменью владеть оружием. Это чрезвычайно полезное умение... Империалистская война втянула зависимые народы в мировую историю» *.

* В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, с. 233—234.

Участие Турции в войне на стороне германского блока

Турция пришла к кануну войны крайне ослабленной, раз­дираемой глубокими внутренними противоречиями. В стране господствовала политическая реакция. Младотурецкое прави­тельство проводило шовинистическую политику по отношению к нетурецкому населению и жестоко преследовало малейшие проявления демократического движения турецкого народа.

Балканские войны подорвали и без того расстроенные фи­нансы и экономику страны. Платежи иностранным кредиторам поглощали почти половину государственного бюджета. Сель­ское хозяйство было разорено. Национальной промышленно­сти почти не существовало. Усилился контроль иностранного капитала над турецкой экономикой.

Преобладающие позиции в Турции занимал английский и французский капитал. Ему принадлежало 85% облигаций от­томанского долга и почти половина других иностранных капи­таловложений. Накануне войны резко усилилось экономиче­ское и политическое проникновение германского империализма в Турцию. Хотя экономические позиции Германии в Турции были слабее позиций Англии и Франции, ее политическое влия­ние быстро росло. В 1913 г. в Турцию прибыла германская во­енная миссия во главе с Лиманом фон Сандерсом. Она полу­чила широкие полномочия и фактически установила свой конт­роль над турецкой армией.

Война должна была решить, будет ли Турция поделена между странами Антанты или станет колонией германского им­периализма. После июльского кризиса 1914 г. развернулась борьба за то, какая из двух империалистических коалиций ис­пользует в своих интересах выгодное стратегическое положе­ние Турции и поставит себе на службу ее сырьевые и людские ресурсы. Особенно сильную заинтересованность в вовлечении Турции в войну на своей стороне проявляла Германия. Гер­манские империалисты рассчитывали таким путем окенчатель-но подчинить Турцию, превратить ее в свою колонию, исполь­зовать для реализации своих планов турецкую армию.

Англия и Франция считали свои позиции в Турции достаточ­но прочными и не видели непосредственных военных выгод от ее участия в войне на стороне Антанты. Стремясь к разделу Османской империи, они не хотели связывать себя союзни­ческим обязательством сохранять ее территориальную целост­ность. Известная заинтересованность в военном союзе с Турцией, которая могла бы при случае сыграть определенную роль на Балканах в борьбе с Австро-Венгрией, была у царской России, но русская дипломатия была связана зависимостью от Англии и Франции. Главные усилия дипломатии стран Антанты были направлены на то, чтобы предотвратить выступление Турции на стороне Германии. Нейтралитет Турции позволил бы Анг­лии и Франции использовать сырье и другие ресурсы Османской империи.

В результате секретных германо-турецких переговоров, на­чавшихся еще в июле, 2 августа был подписан тайный германо-турецкий договор о союзе. Он устанавливал, что если Россия вмешается в австро-сербский конфликт и Германия выступит на стороне Австро-Венгрии, то Турция также обязана объявить войну России.

На другой день после подписания договора турецкое пра­вительство провело мобилизацию. Одновременно оно объявило о «нейтралитете» Турции в начавшейся войне. «Мы объявили себя нейтральными, — писал впоследствии Джемаль-паша, — только для того, чтобы выиграть время: мы ждали момента, когда наша мобилизация закончится и мы сможем принять участие в войне».

Это, однако, не означало, что выступление Турции на сто­роне Германии уже окончательно предрешено. Она не была го­това к войне. Сильным влиянием по-прежнему пользовались страны Антанты.

Между тем Германия усиливала нажим на Турцию. 10 ав­густа германским крейсерам «Гебен» и «Бреслау» удалось ускользнуть от английской эскадры и прорваться в Дарданел­лы. Турецкое правительство поспешило объявить, что оно «ку­пило» корабли. Немецким крейсерам присвоили новые, турец­кие названия, а немецкие матросы и офицеры надели турецкие фески. Вскоре весь турецкий флот перешел под командование прибывшего на «Гебене» немецкого адмирала Сушона. Герман­ские позиции в Турции весьма заметно усилились.

После поражения на Марне заинтересованность Германии в турецком союзнике значительно возросла. В октябре Герма­ния предоставила Турции крупный заем. Это была плата за вступление в войну. 29 октября 1914 г. германо-турецкие кораб­ли под командованием адмирала Сушона бомбардировали Се­вастополь и другие русские порты. Турция включилась в пер­вую мировую империалистическую войну на стороне герман­ского империализма.

Как и другие полуколонии, Турция была лишена возмож­ности проводить самостоятельную, независимую политику. Вступление ее в войну было следствием усилившейся зависи­мости от Германии. Но в равной мере ответственность за это несли и правящие классы Турции. Сами зависимые и ущемляе­мые иностранными империалистами, турецкие помещики и ком­прадоры стремились поправить свои дела за счет порабощения и ограбления других народов. Со свойственным представителям цепляющихся за старое классов авантюризмом правящая мла-дотурецкая клика активно содействовала вступлению Турции в войну на стороне Германии, рассчитывая при помощи немцев реализовать бредовые планы захватов в Закавказье, Средней Азии, Иране, Африке.

Германские империалисты никогда не принимали всерьез эти планы своих «союзников». Гинденбург называл их «восточ­ной политической фантазией». Подобно тому как в XIX в. аг­рессивные и реваншистские устремления турецких султанов использовала в своих интересах Англия, так теперь германский империализм использовал агрессивные планы правительства младотурок для достижения своих целей, и прежде всего для порабощения самой Турции.

После вступления в войну Турция из полуколонии несколь­ких империалистических держав стала германской полуколо­нией. Германия превратила ее, указывал В. И. Ленин, «в своего и финансового и военного вассала» *. Под полный контроль немцев перешла турецкая армия. Опираясь на Энвера и ему подобных, немцы полностью подчинили себе турецкое прави­тельство. В министерствах распоряжались немецкие советники. Их цензуре подлежали также тексты султанских указов и ре­лигиозные обращения главы мусульманского духовенства — шейх-уль-ислама. Правительственные учреждения и султанский дворец охранялись германскими войсками.

* В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 30, с. 247.

Под германский контроль перешли важнейшие отрасли эко­номики и финансы Турции, а также ряд концессий, принадле­жавших до войны капиталистам стран Антанты. Германия без­жалостно выкачивала из Турции продовольствие и сырье.

Усилилась также эксплуатация трудящихся турецкими по­мещиками, капиталистами, кулаками. Младотурецкие лидеры использовали войну для безудержной наживы. В Стамбуле возник целый квартал новых домов, построенных на доходы от спекуляции сахаром, углем и даже пустыми мешками. Эти дома народ называл «дворец сахара», «дворец угля», «дворец мешков».

Крайних пределов достигла шовинистическая политика по отношению к угнетенным национальностям. Особенно тяжелые испытания пришлось пережить армянскому населению Турции. В мае 1915 г. турецкое правительство издало закон о выселе­нии армян из прифронтовой полосы, но в действительности ар­мяне изгонялись из всей Анатолии и Стамбула. Свыше полу­тора миллионов армян, включая стариков и детей, были от­правлены по этапу в концентрационные лагеря Сирии и Ирака (Месопотамии). Выселение сопровождалось массовыми погро­мами и убийствами, у армян отнималось все имущество и про­довольствие, сотни тысяч людей гибли от голода и болезней. Всего погибло более миллиона армян.

Одновременно усилились репрессии против арабского на­селения. В 1915—1916 гг. турецкие власти жестоко расправились с участниками арабского национального движения в Си­рии. Сотни арабов были казнены и брошены в тюрьмы. В этот же период была истреблена половина айсоров, проживавших в Турции.

Арабы усиливали борьбу против турецкого гнета. Антиту­рецкое движение арабов пыталась использовать в своих ин­тересах Англия, обещавшая создать после войны независимое арабское государство. Это был заведомый обман арабов. В то самое время, когда английские представители вели переговоры с арабскими вождями, было подписано секретное соглашение о разделе арабских владений Турции между Англией и Фран­цией. Все же английскому командованию удалось в 1916 г. поднять антитурецкое восстание бедуинов Хиджаза во главе с правителем Мекки Хусейном аль-Хашими. В дальнейшем зона восстания распространилась на Иорданию и Сирию.

В соответствии с планами германского генерального штаба и авантюристическими устремлениями младотурок главные силы турецкой армии под командованием Энвера начали в кон­це 1914 г. наступление против России, которое завершилось для турок катастрофой. В дальнейшем русские войска перешли в наступление, продвинулись в глубь Анатолии и уже в начале 1916 г. взяли Эрзурум, а затем Трабзон и Эрзинджан. Неуда­чей закончилось и турецкое наступление на Египет.

Более успешно для турок развивались военные действия на Дарданелльском и Месопотамском фронтах. В районе Дарда­нелл турецкие войска, возглавляемые противником младотурок, талантливым командиром-патриотом Кемалем Ататюрком, около года стойко отбивали атаки англо-французского десанта, выса­дившегося на Галлиполийском полуострове с целью овладеть проливами и Стамбулом. В январе 1916 г. англо-французским войскам пришлось оставить Галлиполийский полуостров.

В Ираке английские войска, наступавшие с юга, были окру­жены турками в Кут-аль-Амаре и в 1916 г. капитулировали. Но авантюристическая политика младотурок, бросивших глав­ные силы турецкой армии в безнадежный поход на Кавказ, свела на нет эти частные успехи, позволила английским вой­скам начать новое наступление в Ираке и Сирии.

Поражение главных сил турецкой армии на Кавказском фронте предопределило военный разгром Турции в первой ми­ровой войне. К весне 1917 г. положение турецких армий было уже безнадежным.

Война губительно сказалась на экономике страны. Ката­строфически сократились посевные плошади и поголовье ско­та. В годы войны в Турции не наблюдалось сколько-нибудь значительного развития промышленности, но буржуазия внут­ренних районов Анатолии экономически окрепла. Увеличился вывоз сельскохозяйственных продуктов из Анатолии в Герма­нию и Австро-Венгрию. В то время как крестьянство нищало, быстро богатели купцы-скупщики, помещики, кулаки. Вслед­ствие сокращения ввоза промышленных товаров из-за грани­цы в Анатолии начали создаваться мелкие предприятия, здесь были сосредоточены кожевенные, суконноткацкие, сапожные и другие мастерские, обслуживавшие армию. Усилению анато­лийской буржуазии способствовало и то, что во время войны фактически не применялся режим капитуляций.

Окрепнув экономически, анатолийская буржуазия стреми­лась овладеть внутренним рынком, расширить свои политиче­ские позиции.

Хозяйничанье германского капитала, антинародная полити­ка Энвера и его клики вызывали глубокое недовольство са­мых широких слоев турецкого народа. Несмотря на осадное положение, в столице, Стамбуле, и в других городах вспыхи­вали голодные бунты. Нередки были убийства немецких сол­дат и офицеров. Начиная с 1915 г. в Стамбуле распространя­лись антигерманские прокламации. Против авантюристической политики лидеров партии «Единение и прогресс» высказыва­лись буржуазные круги. Стихийные вспышки недовольства охватили деревню. Антивоенные настроения распространялись среди солдат и офицеров турецкой армии.

Некоторые представители высшего офицерства и правящей партии стремились предупредить революционные выступления народных масс путем дворцового переворота и свержения пра­вящего «триумвирата». В 1916 г. был раскрыт заговор, участ­ники которого рассчитывали передать власть Кемалю Ататюр-ку, известному своими антигерманскими настроениями и при­обретшему большую популярность после успешной обороны Дарданелл.

В стране нарастал глубокий политический кризис. Победа Германии в войне означала бы окончательное превращение Турции в бесправную колонию германских монополий, полную ликвидацию ее самостоятельного государственного существо­вания, победа Антанты — раздел Османской империи другими империалистическими хищниками.

Только революционная борьба народных масс могла спасти страну. В годы войны в Турции сложились важные предпосыл­ки подъема революционного и национально-освободительного движения, а победа Великой Октябрьской социалистической революции создала реальные условия для национального ос­вобождения турецкого народа.


Сейчас читают про: