double arrow

Пьеса предоставлена Ольгой Амелиной


(Библиотека драматургии - http://lib-drama.narod.ru)

Гарольд Пинтер. Пейзаж

Перевод с английского М. Кореневой

Москва, изд-во "Искусство", 1991

OCR & spellcheck: Ольга Амелина, октябрь 2005

Действующие лица

Д а ф ф — мужчина лет за пятьдесят.

Б е т — женщина лет под пятьдесят.

Кухня в загородном особняке. Длинный кухонный стол.

Бет сидит в кресле, стоящем поодаль от стола с ле­вой стороны. Дафф сидит у правого

угла стола. В глубине смутно виднеются раковина, плита и т. д., а также окно. Вечер.

Примечание.

Дафф, как правило, обращается к Бет, но, по-видимому, не слышит ее голоса. Бет никогда не смотрит

на Даффа и, по-видимому, не слышит его голоса. Оба держатся свободно, никакой скованности.

Бет. Мне б хотелось постоять у моря. Оно там. (Пауза.) Я стояла. Не раз. Мне нравилось. Стояла. (Пауза.) Постою на пляже. На пляже... Да... было очень свежо. Но жарко, в дюнах. А на берегу — так свежо. Очень я это любила. (Пауза.) Уйма народу... (Пауза.) Люди так легко движутся. Мужчины. Мужчины движутся. (Пауза.) Прошла от дюны к берегу. У дюны спал мой. Когда я встала, он перевернулся. Его веки. Пупок. Так чудесно посапывал. (Пауза.) Ты хочешь, чтоб у нас был ребенок? — спросила я. — Дети? Маленькие? Наши собственные? Было бы неплохо. (Пауза.) Женщины оборачиваются, глядят на меня. (Пауза.) Наш собственный ребенок? Хотел бы? (Пауза.) Две женщины посмотрели на меня. Нет. Это я шла, они не двигались с места. Я обернулась. (Пауза.) Что вы смотрите? (Пауза.) Этого я не говорила, только устави­лась в пространство. Потом посмотрела на них. (Пауза.) Я красива. (Пауза.) Пошла по песку назад. Он перевернулся. Пальцы ног зарылись в песок, об­хватил голову руками.

Дафф. Я тебе не сказал. Пес сбежал. (Пауза.) Вчера мне пришлось спрятаться под дерево — двадцать минут простоял. Из-за дождя. Собирался тебе расска­зать. С молодыми ребятами. Незнакомые какие-то. (Пауза.) Потом он стих. Ливень. Дошел я до пруда. И тут чувствую — на меня упала пара здоровых ка­пель. К счастью, навес был всего в нескольких ярдах. Посидел там. Собирался тебе рассказать. (Пауза.) Ты помнишь, какая вчера была погода? Ливень?

Бет. Он почувствовал, как на него упала моя тень. Посмотрел на меня снизу, когда я стояла над ним.

Дафф. Надо было захватить с собой хлеба. Мог бы покормить птиц.

Бет. У него все руки были в песке.

Дафф. Они носились. Галдели.

Бет. Я легла рядом с ним, не прикасаясь.

Дафф. Под навесом никого больше не было. Только мужчина и женщина под деревьями, на той стороне пруда. Не хотелось промокнуть. Так там и сидел. (Па­уза.) Да, забыл. Со мной был пес.

Бет. Знали меня эти женщины? Я не помню их лиц. Никогда прежде не видела этих лиц. Никогда прежде не видела этих женщин. В этом я уверена. Почему они на меня смотрели? Во мне нет ничего странного. Ничего странного в моем виде. Вид как у любого другого человека.

Дафф. Пес был бы не против, если б я покормил птиц. Во всяком случае, только мы спрятались под навес, он тут же заснул. Да если б и не заснул...

Пауза.

Бет. Все они так легко поддерживали меня под руку, когда я выходила из машины, или из комнаты, или спускалась по лестнице. Без исключения. Когда чьи-то пальцы ложились сзади на мою шею, или на руку, прикосновение было такое легкое. Все без исключе­ния. За одним исключением.

Дафф. Учти, повсюду валялась масса дерьма, на дорож­ках, у пруда. Собачье дерьмо, утиный помет... всякое дерьмо... по всем дорожкам. От дождя чище не стало. Даже еще больше развезло. (Пауза.) Утки были доволь­но далеко, там, на своем острове. Да я все равно б не стал их кормить. Покормил бы воробьев.

Бет. Сейчас я могла бы стоять. Стать как прежде. Одеваюсь по-другому, но я красива.

Молчание.

Дафф. Ты бы как-нибудь прошлась со мной до пруда, прихватила бы хлеба. Ничего ж не мешает. (Пауза.) Встречу иногда одного-двух знакомых. Может, ты б их припомнила.

Пауза.

Бет. Когда я поливала цветы, он стоял и наблюдал за мной, наблюдал, как я их расставляю. «Моя серьезница», — говорил он. Такая серьезная была, когда уха­живала за цветами; я собираюсь поливать и расстав­лять цветы, говорила я. Он не отставал от меня ни на шаг, все наблюдал, стоял не рядом — на расстоянии. Расставлю все и стою не шелохнувшись. Слышала, как он ходит. Ко мне он не прикасался. Прислушивалась. Смотрела на цветы, белые и синие, в вазе. (Пауза.) Потом он прикоснулся. (Пауза.) Прикоснулся сзади к моей шее. Его пальцы... едва... касались... едва... касались... сзади... моей шеи.

Дафф. Самое смешное, когда я поглядел — когда ли­вень кончился, — мужчина и женщина под деревьями на той стороне пруда исчезли. В парке не было ни души.

Бет. На мне был белый пляжный халат. Под ним — совсем ничего. (Пауза.) На пляже не было ни души. Далеко-далеко, на волнорезе, сидел один человек, на солнце. Не больше булавочной головки. Да и то видно мне его было только как встану или по дороге от берега к дюне. А когда лягу, его совсем не было видно; значит, и он не мог меня видеть. (Пауза.) А может, и ошибаюсь. Пожалуй, пляж был пуст. Пожалуй, там никого не было. (Пауза.) Во всяком случае... моего... ему не было видно. Он ни разу не вставал. (Пауза.) Как ты чудесно сопишь, сказала я ему. Но в тот раз я не наделала глупостей. Тихонечко легла рядом с ним.

Молчание.

Дафф. Во всяком случае...

Бет. У меня покалывало...

Дафф. Эти дни я сплю хорошо.

Бет. ...кожу.

Дафф. Всю ночь напролет. Каждую ночь.

Бет. Я искупалась в море.

Дафф. Может, это как-то связано с рыбалкой. С тем, что все больше узнаешь о рыбах.

Бет. Покалывало в море — одна-одна.

Дафф. Они очень пугливы. С ними нужно осторожно. Никогда нельзя при них волноваться. Или нервничать.

Бет. Я знала, что поблизости должна быть гостиница, мы могли бы попить там чаю.

Молчание.

Дафф. Во всяком случае... для разнообразия мне по­везло. К тому времени я выбрался из парка, открылись пабы. (Пауза.) Вот я и подумал, отчего бы не заско­чить на минутку да не выпить пинту. Собирался тебе рассказать. Встретил там одного психа. Сперва пере­кинулся парой слов с хозяином. Он меня знает. Потом заявился этот псих. Заказал пинту и давай поносить пиво. Зла на него не хватало.

Бет. А потом подумала: наверно, в гостинице открыт бар. Посидим в баре. Он меня угостит. Что же мне заказать? А что он закажет? Что будет он? Я услы­шу, как он это скажет. Услышу его голос. Снача­ла спросит, что буду я. Потом закажет для нас обоих. Я услышу, как он закажет.

Дафф. Это, говорит, не пиво, а моча. Пить невозможно. С пивом все в порядке, говорю. Ну уж нет, говорит, я вам только что сказал, что это такое. Лучшее пиво во всей округе, говорю. Нет, говорит парень, это моча. Хозяин взял его кружку, отхлебнул. Хорошее пиво, го­ворит. Кто-то ошибся, говорит тот малый, кто-то ис­пользовал эту кружку вместо нужника. (Пауза.) Хозяин бросил на стойку полкроны и велел ему взять. Пинта стоит всего два шиллинга три пенса, говорит этот тип. Я должен вам три пенса, а мелочи у меня нет. Отдайте три пенса сыну, говорит хозяин, с моими поздравления­ми. У меня нет сына, говорит тот, никогда не было детей. Бьюсь об заклад, вы даже и не женаты, говорит хо­зяин. Не женат, говорит тот. Никто за меня не идет. (Пауза.) Потом тот спросил нас с хозяином, не выпь­ем ли мы с ним. Хозяин сказал, что выпьет пинту. Я сначала не ответил, но тот подошел ко мне и гово­рит: выпейте со мной. Выпейте со мной. (Пауза.) Выложил десятифунтовую бумажку и сказал, что тоже выпьет пинту.

Молчание.

Бет. Вдруг я вскочила. Пошла к берегу и вошла в воду. Я не плавала. Я не умею плавать. Качалась на волнах. Отдыхала на воде. Волны такие легкие, нежные. Прикасались к моей шее, сзади.

Молчание.

Дафф. В хорошую погоду ты могла бы как-нибудь выйти в сад, посидеть. Тебе бы понравилось. На откры­том воздухе. Я часто бываю на воздухе. Псу нрави­лось. (Пауза.) Я посадил цветы. Тебе бы приятно бы­ло. На цветы смотреть. Если б захотела, могла бы немножко срезать. Принести в дом. Никто б и не уви­дел. Никого ж нет. (Пауза.) Вот в чем нам повезло, по-моему. Живем в доме мистера Сайкса, полный по­кой. Никто нас не беспокоит. Раз-другой подумывал, не пригласить ли сюда как-нибудь одного-двух знако­мых из деревни пропустить стаканчик, но решил — не стоит. Нет необходимости. (Пауза.) Знаешь, чего в саду пруд пруди? Бабочек.

Бет. Я спустила купальник и надела пляжный халат. Под ним — совсем ничего. На пляже — ни души. Только один пожилой мужчина, далеко на волнорезе. Я легла рядом с ним и шепнула; ты хотел бы иметь ребенка? Младенца? Собственного? Было б неплохо.

Дафф. Да, смешно. До меня вдруг дошло, что в парке — ни души. Дождь прекратился. (Пауза.) Что ты поду­мала про тот ливень? (Пауза.) Конечно, ребята, что прятались со мной под первым деревом, во время пер­вого ливня, они возились, хохотали. Я прислушивался, старался выяснить, чего они хохочут, но все без толку. Они шептались. Я прислушивался, старался выяснить, в чем соль. (Пауза.) Так и не выяснил. (Пауза.) Я тут думал... в молодости ты.. ты редко смеялась. Была... серьезная.

Молчание.

Бет. Почему он и выбрал такое пустынное место. Чтоб я спокойно могла рисовать. Я захватила с собой аль­бом. Достала альбом. Достала карандаш для рисова­ния. Но рисовать было нечего. Только пляж и море. (Пауза.) Могла бы нарисовать его. Но он не хотел. Смеялся. (Пауза.) Я тоже смеялась, с ним. (Пауза.) Дождусь, пока он не засмеется, тогда, бывало, улыб­нусь и отвернусь в сторону, а он прикоснется ко мне сзади и повернет, к себе. Я наморщу... нос. Бывало, посмеюсь с ним, немножко посмеюсь. (Пауза.) Он смеялся. В этом я уверена. Поэтому я его не рисовала.

Молчание.

Дафф. В молодости ты была первоклассной экономкой. Правда? Я очень гордился. Никогда не устраивала сцен, не вставала в позу, делала свое дело. Он мог на тебя положиться. Так оно и было. Доверял тебе, ниче­го не опасаясь, вести хозяйство, держать дом на высоте. (Пауза.) Помнишь ту поездку, когда я повез его на север? Ту долгую поездку. Когда мы вернулись, он поблагодарил тебя за то, что ты так хорошо смот­рела за домом, все налажено как часы. (Пауза.) Ты скучала обо мне. Когда я вошел в эту комнату, ты застыла на месте. Мне пришлось идти к тебе через всю комнату. (Пауза.) Я прикоснулся к тебе. (Пауза.) Но мне нужно было кое-что тебе сказать, правда? Я тянул, не выложил этого тут же, но я намеревался сказать, я решил, что скажу, и сказал, назавтра же утром. Разве не так? (Пауза.) Сказал, что виноват перед тобой. Я тебе изменил. (Пауза.) Ты не заплакала. Не­сколько часов мы были свободны. Мы пошли к пруду, и пес с нами. Постояли немножко под деревьями. Я не знал, зачем ты взяла с собой ту дорожную сумку. Спросил тебя. Что, говорю, в этой сумке? Оказалось, хлеб. Ты покормила уток. Потом мы стоя­ли под деревьями и смотрели на пруд. (Пауза.) Когда мы возвратились в эту комнату, ты положила мне на лицо руки и поцеловала меня.

Бет. Но на самом деле пить мне не хотелось. (Пауза.) Я нарисовала на песке лицо, потом — тело. Тело жен­щины. Потом рядом с ней — тело мужчины, но от­дельно, они не соприкасались. Они ни на что не были похожи. На людей не похожи. Песок все время осы­пался, контуры расплывались. Я пододвинулась побли­же к нему, положила на руку голову, закрыла гла­за. Под веками заплясали красные и черные точки. Я водила щекой по его коже. И эти пляшущие крас­ные и черные точки тоже плясали, двигались у меня под веками. Я уткнулась лицом ему в бок, и свет исчез.

Молчание.

Дафф. Мистер Сайкс взял нас после первого же разго­вора, правда? (Пауза.) Чувствую, сказал он, в паре вы будете работать отменно. Помнишь? Так и вышло. Ни­какого сомнения. Я умел хорошо водить машину, хорошо чистил его обувь, содержание отрабатывал. Брался за любое дело. В смысле ухода он не мог пожаловаться. Учти к тому же, мрачный был субъект. (Пауза.) Что жил одиноко, мне его никогда жалко не было, ни капельки. (Пауза.) Выбрал для тебя то красивое синее платье, чтоб в доме носить, очень мило, конечно, с его стороны. И то сказать, в его ж интере­сах, чтоб ты в доме хорошо выглядела, при гостях.

Бет. Он подвинулся по песку и обнял меня одной рукой.

Молчание.

Дафф. Ты хочешь, чтоб я с тобой разговаривал. (Пау­за.) Хочешь, чтоб я рассказывал тебе все, что делал? (Пауза.) Все, о чем думал? (Пауза.) Ммммм? (Пауза.) По-моему, хочешь.

Бет. И... крепко прижал меня к себе.

Молчание.

Дафф. В его собственных интересах, чтоб в доме ты бы­ла красиво одета. Производит хорошее впечатление на гостей.

Бет. Я села на автобус и доехала до перекрестка, а потом пошла по улочке у старой церкви. Было совсем тихо, только пели птицы. На крикетной площадке во­зился старик, все наклонялся и наклонялся. Я стала в тень, под дерево. (Пауза.) Я услышала машину. Он меня увидел и остановил меня. Я стояла не шелох­нувшись. Потом машина двинулась снова, стала мед­ленно приближаться ко мне. Я обошла ее спереди, по пыли. Из-за солнца мне его не было видно, но он глядел на меня. Когда я подошла к дверце, она была заперта. Я поглядела на него через стекло. Он накло­нился и открыл дверцу. Я села в машину, рядом с ним. Он улыбнулся мне. Потом развернулся, одним движением, очень быстро, прямо по улочке до пере­крестка, и мы поехали к морю.

Пауза.

Дафф. Знаешь, нам завидует уйма людей, что мы живем в этом доме, дом в полном нашем распоряже­нии. Чересчур велик для двоих.

Бет. Сказал, что есть совершенно пустынный пляж, про него никто на свете не знает, туда мы и поехали.

Дафф. С тобой я обращался очень нежно. Обращался с тобой очень бережно в тот день. Знал, что у тебя — потрясение, так что обращался с тобой нежно. Когда мы возвращались с пруда, я взял тебя под руку. Ты положила мне на лицо руки и поцеловала меня.

Бет. Вся еда, какая была у меня в сумке, я сама ее приготовила и уложила. Хлеб сама испекла.

Дафф. Сама девица, полагал я, не имела значения. Не считал необходимым вдаваться в подробности. Решил, что не нужно.

Бет. Окна открыты, но верх машины мы не опус­кали.

Пауза.

Дафф. В ту пятницу мистер Сайкс устроил небольшой званый обед. Похвалил тебя за угощение и обслужи­вание. (Пауза.) Две женщины. И все. Никогда до того их не видел. Верно, его мать и сестра. (Пауза.) Кофе велели подать совсем поздно. Я уже лег. Заснул. Слишком устал, а то спустился бы в кухню и помог тебе. (Пауза.) Но когда ты легла, я проснулся. За день вконец уходилась. Чуть прикоснулась к подушке и тут же заснула. Твое тело... так и обмякло.

Бет. Окна открыты, но верх машины мы не опускали.

Молчание.

Дафф. На днях я осмотрел дом. Собирался тебе ска­зать. Много пыли. Придется как следует все продра­ить. (Пауза.) Могли бы пойти наверх, в гостиную, открыть окна. Я мог бы перемыть старинные графи­ны. Как-нибудь вечерком могли бы там, наверху, вы­пить, если вечер приятный. (Пауза.) Мне кажется, за­велась моль. Тронул портьеру — так и повылетели.

Пауза.

Бет. Конечно, когда я состарюсь, я буду не то что сей­час, не такая, как сейчас, другая, другие юбки, поста­рею, буду не такая.

Дафф. По крайней мере, теперь... по крайней мере, те­перь я могу спокойно отправиться в паб, и к пруду спокойно, и никто не станет изводить меня своей воркотней.

Молчание.

Бет. Видишь ли, все дело... сказала я... в том, что у тебя легкое прикосновение, легкий взгляд, моя шея, твои глаза, молчание, я вот про что, красота цветов, мои руки, они прикасаются к моим цветам, вот про что. (Пауза.) Я повидала людей, понасмотрелась. Машины свистят — мимо, мимо. Мужчины, рядом девушки. Подпрыгивают, вверх-вниз. Куклы. Визжат. (Пауза.) В баре гостиницы все визжали. Девушки с распущен­ными волосами. Улыбались.

Дафф. Вот что важно. Мы вместе. Вот что важно.

Молчание.

Бет. Но встала я рано. Оставалось еще много работы, все убрать. Я поставила тарелки мокнуть в раковину. За ночь они отмокли. Мыть было легко. Проснулся пес. Ходил за мной по пятам. Утро было туманное. Туман с реки поднимался.

Дафф. В пиве этот малый ни шиша не смыслил. Не знал, что я обучался на смотрителя пивного погреба. Отчего ж я и мог говорить со знанием дела.

Бет. Я отворила дверь и вышла. Кругом — ни души. Светит солнце. Всюду влажно, вся земля влажная, вот что я хочу сказать.

Дафф. От смотрителя погреба все зависит. Утром кто раньше всех на ногах? Он. Помогай извозчику сгру­жать бочки. Спускай через люк по доскам вниз. На ве­ревках спускай к стеллажам. Поболтай в висячем положении, надень сверху обод, присобачь противовес, приспособь рычаг и втаскивай их на стеллажи.

Бет. Туман все держится, но поредел и еще редеет.

Дафф. Ставь затычкой кверху, ну и отверстием. Теперь пробей затычку. Вставь клин посредине затычки и колоти молотком. Тогда через затычку, через отвер­стие, сможет проходить воздух, пиво сможет дышать.

Бет. Воздух такой влажный. Солнечно. Деревья словно в пуху.

Дафф. Потом молотком загони кран.

Бет. На мне было то синее платье.

Дафф. Дай три дня отстояться. Покрой бочки мокрыми мешками. Ежедневно поливай полы в погребе из шланга. Ежедневно поливай из шланга бочки.

Бет. Дивное осеннее утро.

Дафф. Ежедневно промывай водой трубы, по которым пиво подается в бар.

Бет. Я стояла в тумане.

Дафф. Качай. Качай. Прекращай качать, только когда доберешься почти до самого осадка. Получаешь пу­стую бочку. Слей в пустую бочку сусло и отправь обратно в пивоварню.

Бет. На солнце.

Дафф. Ежедневно делай в бочках медным прутом за­мер. Надо знать, сколько у тебя галлонов. Делай ме­лом отметки. Тогда все будет в аккурат. Тогда тебя никогда ни за что не застигнут врасплох.

Бет. Потом вернулась на кухню, села.

Пауза.

Дафф. Тот парень в пабе сказал, что удивлен тем, что услышал. Я, говорит, удивлен, услышав про поливку полов в погребе. Думал, говорит, в большинстве под­валов установлена термостатическая контрольная сис­тема охлаждения. Думал, говорит, в бочковое пиво кислород подается через специальный цилиндр. Я, го­ворю, не про бочковое пиво толковал, я — про обыкно­венное, какое в кружку цедят. Думал, говорит, пиво гонят по трубам в металлический контейнер. Может, говорю, и так, да только толкует он не про классное пиво, про какое я толкую. С этим он согласился.

Пауза.

Бет. Пес сел рядом со мной. Я его погладила. В окно мне была видна долина внизу. Я видела детей в долине. Они бегали по траве. Бегом взбегали на горку.

Долгое молчание.

Дафф. Я так и не видел твоего лица. Ты стояла у окна. Одна из таких вот черных ночей. Ливень. Все, что я слышал, это стук дождя по стеклу, он лупил в стекло. Знала, что я вошел, но не шелохнулась. Я стал рядом. Что ты разглядывала? Там было черно. Я видел только твои очертания в окне, твое отражение. Видно, где-то горел свет. Может, отражалось только лицо, оно свет­лее. Может, просто размышляла, грезила, как во сне. Я чувствовал твою задницу, хоть не прикасался к тебе.

Молчание.

Бет. Я всегда помнила, когда рисовала, основные прави­ла светотени. Если предметы застилают свет, от них падает тень. Тень — это лишение света. Форма тени зависит от формы предмета. Но не всегда. Не всегда в прямом смысле. Иногда они соотносятся косвенным образом. Иногда нельзя найти источник тени. (Пауза.) Но я всегда держала в голове основные правила рисо­вания. (Пауза.) Так что никогда не витала в облаках. Не теряла головы.

Пауза.

Дафф. Ты имела обыкновение носить на поясе цепь. На этой цепи висели ключи, наперсток, записная книжка, карандаш, ножницы. (Пауза.) Ты стояла в холле и би­ла в гонг. (Пауза.) Что ты, черт подери, делаешь, чего ты бьешь в этот чертов гонг? (Пауза.) Дерьмо собачье. Стоять в пустом холле и бить в чертов гонг. Слушать некому. Никто не услышит. В доме нет ни души. Кро­ме меня. К ланчу ничего нет. Ничего не приготовлено. Ни похлебки. Ни пирога. Ни овощей. Ни оковалка. На хрен все.

Пауза.

Бет. Так что я никогда не сбивалась. Хоть я и просила его повернуться и глядеть на меня, даже когда он по­ворачивался и смотрел, даже тогда я не могла поймать его взгляда. (Пауза.) Не могла уловить, смотрит он на меня или нет. (Пауза.) Хоть он и поворачивался. И, казалось, глядел на меня.

Дафф. Я снял эту цепь. Наперсток, ключи, ножницы соскочили и со звоном рассыпались по полу. Я трах­нул по гонгу ногой и запустил его через весь холл. Вошел пес. Я думал, ты подойдешь ко мне, думал, придешь в мои объятия, поцелуешь меня, даже... пред­ложишь себя. Я взял бы тебя, как мужчина, прямо там, в холле, на каменном полу, в присутствии пса, и стал бы лупить в этот гонг; смотри, чтоб тебе в зад не воткнулись ножницы, — не беспокойся, я брошу все псу, пусть гоняет, наперсток его позабавит, он погоня­ет его лапами; ты будешь умолять меня, как женщина, я на полу буду бить в гонг, а если звук выйдет глухой, не слишком звонкий, повешу его обратно на гвоздь и врежу тобой по гонгу, и он закачается, загудит, под­нимет весь дом, созывая всех на обед, — время ланча, тащите сюда бекон, — врежу твоей красивой головой, смотри, как бы пес не проглотил наперсток, вмажу...

Молчание.

Бет. Он лежал надо мной и смотрел на меня сверху вниз. Поддерживал мое плечо. (Пауза.) Так нежно прика­саясь к моей шее. Так ласков его поцелуй на моей щеке. (Пауза.) Моя рука у него на груди. (Пауза.) Я вся в песке, так приятно. На коже малюсенькие песчинки. (Пауза.) Так безмолвно небо у меня перед глазами. Так нежен звук прилива. (Пауза.) Я сказала: о истинная моя любовь.

Библиотека драматургии: http://www.lib-drama.narod.ru


Сейчас читают про: