double arrow

Вот, собственно, и всё о Ломоносове!!!


Роль Ломоносова в развитии журналистики. "О должности журналиста".

Тема народа. "Путешествие из Петербурга в Москву".

Особенности русского классицизма как литературного направления. Сумароков - теоретик русского классицизма.

Радищев. "Беседа о том, что есть сын Отечества".

Развитие литературного процесса 30-х-50-х (классицизм).

Журналистика 80-х-90-х ("Собеседник", "Любитель российского слова", "Московский журнал", "Стародум, или друг честных людей").

Борьба Фонвизина с Екатериной и царствующим в стране злом особенно усилилась в 1782-83 гг. Она развернулась на страницах журнала академии наук «Собеседник любителей российского слова». Это был наиболее значительный журнал Академии наук. Он издавался частями. В журнале впервые печатались только оригинальные литературные произведения. Стремясь по-прежнему направлять общественное мнение, Екатерина в период оживления общественной мысли в России, ее наибольшей оппозиционности и радикализма, решила предпринять издание журнала, руководительницей которого была она сама. В журнале сотрудничали Фонвизин, Державин, Капнист, Княжнин, Херасков, Богданович. В «Собеседнике» печатает Екатерина фельетоны «Были и небылицы». Это попытка возродить улыбательную сатиру «Всякой всячины», но если раньше она встречала полемику со стороны Новикова, то теперь с ней в спор вступил Фонвизин. Полемика имела ярко выраженный политический характер, недаром Екатерина возмущена дерзостью Фонвизина. В «Вопросах» Фонвизин касался внутреннего положения в стране: фаворитизма, отсутствия гласности в суде, нравственного разложения дворянства. Екатерина поместила в журнал и «Ответы». Так, Фонвизин спрашивал: «Отчего известные и явные бездельники принимаются везде равно с честными людьми? Отчего много добрых людей видим мы в отставке? Отчего в прежние времена шуты чинов не имели, а нынче имеют, и весьма большие?» Ответы эти были такого рода, что большая часть из них уничтожает вопросы, не разрешая их; во всех почти отзывается мысль, что не следовало об этом толковать, что это – свободоязычие, простершееся слишком далеко. Не была разрешена к напечатанию в «Собеседнике» еще одна публицистическая статья Фонвизина «Всеобщая придворная грамматика» (1783), в которой сатирическому осмеянию подвергались приближенные императрицы. Статья распространялась среди читающей публики в списках и была одним из наиболее ярких образцов сатиры Фонвизина. «Придворная грамматика» построена в форме вопросов и ответов, в которых объясняются грамматические термины и правила. «Придворная грамматика определяется как наука хитро льстить языком и пером». Характерно, как определяет Ф. глагол «быть должным». Этот глагол является наиболее употребительным, тк при дворе никто без долгу не живет. Определяя «придворный падеж», Фонвизин пишет: «Придворный падеж есть наклонение сильных к наглости, а бессильных к подлости. Впрочем, большая часть бояр думает, что все находятся перед ними в винительном падеже: снискивают их расположение и покровительство обыкновенно падежом дательным». Этот обличительный пафос, направленный против екатерининского окружения, перекликался со словами Стародума в «Недоросле» о том, что двор болен «неисцельно». Екатерина не могла простить Ф. его независимости в полемике с ней на стр. «Собеседника». 1788 был запрещен журнал «Стародум или друг честных людей». В подзаголовке журнала значилось: «Периодическое сочинение, посвященное истине». Материалы распространялись в рукописном виде. Помимо «Придворной грамматики» среди сатирических очерков выделялись «Письмо к Стародуму от дедиловского помещика Дурыкина», «Разговор у княгини Халдиной», в которых сатирически изображались отношения в дворянских домах к учителям, нравы, которые господствовали в то время, и так называемое воспитание дворянских деток, выражавшееся в закармливании их всякой домашней снедью. Вот в письме княгине Халдиной показано подражание нравам парижским: Халдина переодевается перед мужчинами и т.д. В предуведомлении к читателям автор извещал, что его журнал будет выходить "под надзиранием сочинителя комедии "Недоросль", чем как бы указывал на идейную преемственность своего нового замысла. Журнал открывался письмом к Стародуму от "сочинителя "Недоросля", в котором издатель обращался к "другу честных людей" с просьбой помочь ему присылкой материалов и мыслей, "кои своею важностью и нравоучением, без сомнения, российским читателям будут нравиться". В своем ответе Стародум не только одобряет решение автора, но и тут же сообщает о посылке ему писем, полученных от "знакомых особ", обещая и впредь снабжать его нужными материалами. Письмо Софьи к Стародуму, ответ его, а также "Письмо Тараса Скотинина к родной его сестре госпоже Простаковой" и должны были, по-видимому, составлять первый выпуск журнала. Особенно впечатляющим по своему обличительному пафосу является письмо Скотинина. Знакомый уже современникам писателя дядюшка Митрофана сообщаетсестре о понесенной им невозвратимой утрате: умерла его любимая пестрая свинья Аксинья. В устах Скотинина смерть свиньи предстает событием, исполненным глубокого трагизма. Несчастье так потрясло Скотинина, что теперь, признается он сестре, "хочу прилепиться к нравоучению, то есть исправлять нравы моих крепостных людей и крестьян <...> березой. <...> И хочу, чтоб действие надо мною столь великой потери ощутили все те, кои от меня зависят". Это небольшое сатирическое письмо звучит гневным приговором всей системе крепостнического произвола.

«Московский журнал» издавался ежемесячно на протяжении 1791—1792 гг., 12 книжек в год. Карамзинский журнал был журналом нового типа, в котором публиковались произведения оригинальные и переводные, отличавшиеся высоким эстетическим вкусом. Разделы критики были следующие: «Разные небольшие иностранные сочинения в чистых переводах», «Критические рассмотрения русских книг», «Известия о театральных пьесах». Это было новое понимание задач критики: «Хорошее и худое замечено будет беспристрастно».






Самым обширным был отдел «Русских сочинений в стихах и прозе», в котором большая часть произведений принадлежала самому издателю. Здесь были напечатаны такие произведения Карамзина, как «Письма русского путешественника», «Бедная Лиза», «Фрол Силин», очерк «Деревня», стихотворения, театральные рецензии, разборы русских и иностранных книг и т. д. Среди переводных произведений—переводы Виланда, Гердера и др. Самым главным для успеха журнала у читателей К. считал «разнообразие» и «хороший выбор сочинений». Он стремился публикацией материалов в журнале способствовать нравственному и эстетическому воспитанию читателей. До Карамзина у нас были периодические издания, но не было ни одного журнала: «он первый дал нам его». «Московский журнал» имел 300 подписчиков. В журнале публиковались произведения Державина, Дмитриева, Хераскова и др.

«Московский журнал» был литературным журналом, рассчитанным, прежде всего, на вкусы дворянского читателя. Однако разнообразный материал, поданный живо и занимательно, легкий, изящный язык, явившийся отличительной чертой журнала, делали его доступным и для людей низших сословий. Карамзин сознательно отказался от обращения к политическим вопросам, он предпочитал не вступать в полемику в частности, с сатирическими журналами, которые неодобрительно отнеслись к новому журналу сентиментального направления. «Учтивость, приветливость есть цвет общежития»,— считал он и придерживался этого правила.

На страницах «Московского журнала» Карамзин выступает новым обоснованием задач искусства. В критических статьях он отвергает условность и нормативность классицизма, извечного «нравоучительного педантства».

Сознательно отказываясь изображать отрицательные явления жизни, бедственные положения народа, он оправдывается тем, что щадит чувствительное сердце читателя.

В. Г. Березина в статье «Карамзин-журналист» пишет о чертах, которые дают возможность считать Карамзина родоначальником «настоящего журнала». «Эти черты следующие: 1) определенное твердое направление, 2) строгий отбор произведений

с учетом общего направления издания, 3) разнообразие материала, его познавательный характер, 4) чувство современности, 5) постоянные отделы и рубрики, б) хорошая постановка отдела критики, 7) чистый литературный язык, 8) умение говорить с читателем увлекательно, занимательно и живо.

В 30-50-х годах усиливается воздействие литературы на общественное мнение. Новые конкретно-исторические условия русской жизни определили формирование в этот период первого литературного направления – классицизма. Лучшими идейно-художественными произведениями оказываются произведения передовых писателей-просветителей, заботящихся о дальнейшем государственном и культурном развитии страны. Литература этого времени активно вмешивается в жизнь, вырабатывая новую художественную форму, соответствующую новому содержанию. Две основные проблемы стояли перед рус. лит-рой: создание русского литературного языка и выработка литературной формы. Без их решения литература 18 в. не могла подняться до уровня создания поистине высокохудожественных произведений ,ибо одним из главнейших условий художественности произведений является гармоническое соответствие идеи с формою и формы с идеей и органическая целостность произведения.

Классицизм, формирование и утверждение которого в России относится к 30-50-м годам XVIII столетия, был литературным направлением, глубоко закономерным и на определенном этапе прогрессивным для русского литературного процесса. Русский классицизм тесно связан в своем развитии с европейским классицизмом. Первоначально классицизм возник во Франции в середине 17 века, где к этому времени абсолютизм одержал победу над феодальной раздробленностью.

Западноевропейская лит-ра в силу более благоприятных исторических обстоятельств опережала в своем развитии русскую литру. Это определило обращение русских писателей к опыту, которых выступал выразителем общих и вечных истин, присущих якобы людям всех писателей западноевропейских. Поэтому принято считать, что классицизм механически перенесен на русскую почву. Это глубоко ошибочное утверждение изжито в современном советском литературоведении.

Русский классицизм явился выразителем мировоззрения культуры и вкусов в основном передового дворянства. Передовые дворяне склонны были считать, что отрицательные явления в русской жизни обусловлены недостатком разумности и доброй воли царствующих самодержцев. Сии недостатки, по их мнению, могут быть устранены путем воздействия на разум и добрую волю тех, в чьих руках находится гос. власть.

Классицизм получил теоретическое обоснование в поэме Н. Буало «Поэтическое искусство» 1674 г. Поэтика классицизма, изложенная в этой поэме, стала эстетическим кодексом для этого направления и в других странах. Выше всего в человеке классицизм ставил «разумную» способность подавлять личные чувства в имя долга перед государством, подчинить частное общему. Классицисты изображали не конкретного человека, а человека вообще всех времен и народов. Отсюда в произведениях классицистов типизация осуществлялась в виде образов-масок «образов без лиц», которые явились носителями человеческих пороков и добродетелей. Характер, изображенный классицистами должен быть однолинейным и неизменным при любых обстоятельствах: «Герою своему искусно сохраните/ Черты характера среди любых событий». Так же условна, внеисторична была и обстановка вне пространства и времени, в которой действовали герои произведений.

Поэтика Буало доказывала, что для поэта-классика весь мир основан на чистой логике: мысль, а не чувство обеспечивает познание действительности. Создание образов-схем сопровождалось требованием композиционной строгости ,симметрии и единства художественного произведения.

Четкое разделение жанров и стилей. Изображение только возвышенного или низменного, добродетели или порока, смеха или слез. Поэтика классицизма вносила строгую жанровую и стилевую регламентацию, стеснявшую творческую свободу писателя.

Трагедия – высокий жанр, ее закон – возвышенное страдание, отсюда стиль трагедии- торжественный, патетический, действовать в трагедии могли только цари, вельможи, герои, писать трагедию надо было только в стихах, ибо стихи – «язык богов», язык подлинного искусства. Регламентировалось число действий в пьесе: 5 актов.

Поэтика классицизма требовала не только подчинения правилам, но и подражания образцам. Образцовым искусством, высшим авторитетом для классицистов было античное искусство, искусство греков и римлян. Этим объяснялись четыре заимствования из античной истории, из мифологии, использование жанров античной литературы (трагедия, героическая поэма, ода, сатира). Отсюда же правило трех единств: места, времени, действия.

В драматургическом произведении не должно быть ничего лишнего: ни проходных эпизодов, ни второстепенных героев – все должно быть направлено на развитие основного сюжета. Классицизм, и это было важным для развития литературы, много способствовал выработке отточенного и ясного языка в художественном произведении: «Иноязычных слов бегите, как заразы». И вместе допускалась индивидуализация языка: «Героя каждого обдумайте язык, чтобы отличен был от юноши старик».

А теперь по теме:В России классицизм появился на три четверти века позже, чем во Франции, хотя первые воздействия классицизма можно проследить в творчестве Семеона Полоцкого. Как единый литературный стиль русский классицизм просуществовал недолго, не более трех десятилетий, и развивался в период борьбы передовой дворянской интеллигенции с крепостнической деспотией. Это совпало с периодом нового расцвета классицизма во Франции, который нашел наиболее полное выражение в творческой деятельности Вольтера. Классицизм Вольера отражал новые идейные основы, связанные с ростом антифеодальных освободительных стремлений французской буржуазии, и был проникнут пафосом борьбы против феодальной монархии, против пут церкви. У Вольтера классицизм не теряет своей рационалистичности, но пафос утверждения абсолютистской монархии сменяется ее отрицанием. Бунтарский, прогрессивный, действенный характер классицизма Вольтера как нельзя более соответствовал устремлениям передовых русских писателей, в чьем творчестве усиливалась оппозиционность по отношению к феодальной монархии и крепостническим порядкам.

Новая русская литература началась с сатир Кантемира, это обусловлено тем, что русский классицизм формировался в период реакции, наступившей после смерти Петра Первого. Кантемир и Тредиаковский в своем стремлении к рационалистической простоте, ясности, логичности со свойственным им дидактизмом и схематичностью образов положили начало созданию русского классицизма.

Утверждению классицизм способствовало творчество Сумарокова и Ломоносова – теоретиков русского классицизма.

Черты европейского классицизма в России появились своеобразно. Во-первых, в наиболее отчетливо выраженном гражданско-патриотическом пафосе, что нашло отражение в значимости тематики, обращенной к сюжетам русской нац. Истории. 2-ая отличит. Черта – ярко выраженная сатирико-обличительная тенденция, начало которой положил Кантемир. Эта обличительная струя разрушила абстрактный схематизм, не позволяла удалиться от конкретной действительности. Третья отличит. Черта – связь с истоками народного творчества. Кантемир использовал просторечия. Живой, меткий разговорный язык наполнял сатиры и басни Сумарокова ,писавшего песни в духе народной лирики.

Традиции поэтики классицизма были использованы в начале 19 в., в новый период литературного развития, декабристами, Грибоедовым и Крыловым.

Параллельно с работой над «Пут. Из СПб в Москву» Радищев пишет революционно-публицистическую статью «Беседа о том, что есть сын отечества» (1789), напечатанную в масонском журнале «Беседующий гражданин», причём одно время даже существовали сомнения в том, что автором «Беседы» является Радищев, несмотря на прямое свидетельство одного из издателей «БГ» Тучкова, а также на то, что по стилю «Беседа» соответствует радищевскому письму.

Рассуждая над тем, кто может быть удостоен звания истинного сына отечества, Радищев выдвигает основное условие: им может быть только «существо свободное». Отсюда он отказывает находящемуся в крепостной зависимости крестьянину в этом звании, отказывает с великой жалостью. Но сколь гневно звучит его обличение в адрес угнетателей, тех помещиков-крепостников, мучителей и притеснителей, которые себя привыкли почитать сынами отечества. В статье перед нами проходит целый ряд сатирических портретов злых, ничтожных, легкомысленных помещиков. Но кто же достоин быть истинным сыном отечества? И Радищев отвечает, что им может быть человек, исполненный чести, благородства, способный всем пожертвовать для блага народа, и если понадобится, если он будет знать, что смерть его принесет крепость и славу Отечеству, то не страшится пожертвовать жизнью. Это одно из сильнейших политических выступлений Радищева.

Пересказ:

Человек, человек потребен для ношения имени сына Отечества! – Но где он? где сей украшенный достойно сим величественным именем? Крепостные уподоблены лошади, осужденной на всю жизнь возить телегу, и не имеющие надежды освободиться от своего ига, получая равныя с лошадью воздаяния, и претерпевая равные удары; не о тех, кои не видят конца своему игу, кроме смерти, где кончатся их труды и их мучения, хотя и случается иногда, что жестокая печаль, обьяв дух их размышлением, возжигает слабый свет их разума, и заставляет их проклинать бедственное свое состояние и искать.

Или помещик зажратый похож больше на чудовище в своем убранстве, нежели на человека, и его разпутная жизнь, знаменуемая смрадом из уст и всего тела его произходящим, задушается целою аптекою благовонных опрыскиваний, словом, он модный человек, совершенно изполняющий все правила щегольской большаго света науки; – он ест, спит, валяется в пьянстве и любострастии, не смотря на изтощенныя силы свои; переодевается, мелет всякий вздор, кричит, перебегаетс места на место, кратко, он щеголь. – Не сей ли есть сын Отечества?

Или тот простирающий объятия свои к захвачению богатства и владений целаго Отечества своего, а ежели бы можно было, и целаго света, и который с хладнокровием готов отъять у злосчастнейших соотечественников своих и последния крохи, поддерживающия унылую и томную их жизнь, ограбить, разхитить их пылинки собственности; который возхищается радостию, ежели открывается ему случай к новому приобретению;

Рассуждение о чести.

Доказано уже, что истинный человек и сын Отечества есть одно и то же; следовательно будет верный отличительный признак его, ежели он таким образом Честолюбив.

те, которые гоняются за славою и похвалою, не только не приобретают для себя оных от других, но паче лишаются. Истинный человек есть истинный изполнитель всех предуставленных для блаженства его законов; он свято повинуется оным.

Он (сын отечества) скорее согласится погибнуть и изчезнуть, нежели подать собою другим пример неблагонравия, и тем отнять у Отечества детей, кои бы могли быть украшением и подпорою онаго; он страшится заразить соки благосостояния своих сограждан; он пламенеет нежнейшею любовию к целости и спокойствию своих соотчичей; ни чего столько не жаждет зреть, как взаимной любви между ними; он возжигает сей благотворный пламень во всех сердцах; – не страшится трудностей, встречающихся ему при сем благородном его подвиге; преодолевает все препятствия, не утомимо бдит над сохранением честности, подает благие советы и наставления, помогает несчастным, избавляет от опасностей заблуждения и пороков, и ежели уверен в том, что смерть его принесет крепость и славу Отечеству, то нестрашится пожертвовать жизнию; естьли же она нужна для Отечества, то сохраняет ее для всемерного соблюдения законов естественных и отечественных; по возможности своей отвращает все, могущее запятнать чистоту, и ослабить благонамеренность оных, яко пагубу блаженства и совершенствование Соотечественников своих. Словом, он благонравен! Вот другий верный знак сына Отечества! Третий же и, как кажется, последний отличительнейший знак сына Отечества, когда он благороден. Благороден же есть тот, кто учинил себя знаменитым мудрыми и человеколюбивыми качествами и поступками своими; кто сияет в Обществе разумом и Добродетелию, и будучи воспламенен истинно мудрым любочестием, все силы и старания свои к тому единственно устремляет, чтобы, повинуясь законам и блюстителям оных, придержащим властям, как всего себя, так и все, что он ни имеет, не почитать иначе,

Русский классицизм возник в сходных исторических условиях — его предпосылкой было укрепление самодержавной государственности и национальное самоопределение России начиная с эпохи Петра I. Европеизм идеологии Петровских реформ нацелил русскую культуру на овладение достижениями европейских культур. Но при этом русский классицизм возник почти на век позднее французского: к середине XVIII в., когда русский классицизм только начал набирать силу, во Франции он достиг второй стадии своего существования. Так называемый «просветительский классицизм» — соединение классицистических творческих принципов с предреволюционной идеологией Просвещения — во французской литературе расцвел в творчестве Вольтера и обрел антиклерикальный, социально-критический пафос: за несколько десятилетий до Великой французской революции времена апологии абсолютизма были уже далекой историей. Русский же классицизм, в силу своей прочной связи с секулярной культурной реформой, во-первых, изначально ставил перед собой просветительские задачи, стремясь воспитать своих читателей и наставить монархов на путь общественного блага, а во-вторых, приобрел статус ведущего направления в русской литературе к тому времени, когда Петра I уже не было в живых, а судьба его культурных реформ была поставлена под удар во второй половине 1720 — 1730-х гг.

Поэтому и начинается русский классицизм «не с плода весеннего — оды, а с плода осеннего — сатиры», и социально-критический пафос свойствен ему изначально.

Русский классицизм отразил и совершенно иной тип конфликта, чем классицизм западноевропейский. Если во французском классицизме социально-политическое начало является только почвой, на которой развивается психологический конфликт разумной и неразумной страсти и осуществляется процесс свободного и сознательного выбора между их велениями, то в России, с ее традиционно антидемократической соборностью и абсолютной властью общества над личностью дело обстояло совершенно иначе. Для русского менталитета, который только начал постигать идеологию персонализма, необходимость смирения индивидуальности перед обществом, личности перед властью совсем не была такой трагедией, как для западного мировосприятия. Выбор, актуальный для европейского сознания как возможность предпочесть что-то одно, в русских условиях оказывался мнимым, его исход был предрешен в пользу общества. Поэтому сама ситуация выбора в русском классицизме утратила свою конфликтообразующую функцию, и на смену ей пришла другая.

Центральной проблемой русской жизни XVIII в. была проблема власти и ее преемственности: ни один русский император после смерти Петра I и до воцарения в 1796 г. Павла I не пришел к власти законным путем. XVIII в. — это век интриг и дворцовых переворотов, которые слишком часто приводили к абсолютной и бесконтрольной власти людей, отнюдь не соответствовавших не только идеалу просвещенного монарха, но и представлениям о роли монарха в государстве. Поэтому русская классицистическая литература сразу приняла политико-дидактическое направление и отразила в качестве основной трагической дилеммы эпохи именно эту проблему — несоответствие властителя обязанностям самодержца, конфликт переживания власти как эгоистической личной страсти с представлением о власти, осуществляемой во благо подданных.

Таким образом, русский классицистический конфликт, сохранив ситуацию выбора между разумной и неразумной страстью как внешний сюжетный рисунок, целиком осуществился как социально-политический по своей природе. Положительный герой русского классицизма не смиряет свою индивидуальную страсть во имя общего блага, но настаивает на своих естественных правах, защищая свой персонализм от тиранических посягательств. И самое главное то, что эта национальная специфика метода хорошо осознавалась самими писателями: если сюжеты французских классицистических трагедий почерпнуты в основном из античной мифологии и истории, то Сумароков писал свои трагедии на сюжеты русских летописей и даже на сюжеты не столь отдаленной русской истории.

Наконец, еще одной специфической чертой русского классицизма было то, что он не опирался на такую богатую и непрерывную традицию национальной литературы, как любая другая национальная европейская разновидность метода. То, чем располагала любая европейская литература ко времени возникновения теории классицизма — а именно, литературный язык с упорядоченной стилевой системой, принципы стихосложения, определившаяся система литературных жанров — все это в русской нужно было создавать. Поэтому в русском классицизме литературная теория опередила литературную практику. Нормативные акты русского классицизма — реформа стихосложения, реформа стиля и регламентация жанровой системы — были осуществлены между серединой 1730 и концом 1740-х гг. — то есть в основном до того, как в России развернулся полноценный литературный процесс в русле классицистической эстетики.

Александр Петрович Сумароков (1717/1718 – 1777), самый последовательный из писателей классицистов, наряду с практикой литературной деятельности сумел дать теоретическое обоснование классицизма как литературного направления, характерного для России середины века. В литературе Сумароков выступил как продолжатель и в то же время антагонист Ломоносова. А.П. Сумароков – выдающийся поэт и драматург своего времени, страстно преданный литературному делу, верящий во всемогущую силу слова, обращённого к разуму. Один из самых плодовитых и деятельных писателей XVIII века, он обратил своё литературное творчество к дворянскому сословию. И его классицизм носил узкодворянский сословный характер, в отличие от общегосударственного и общенационального характера классицизма Ломоносова. Творчество Сумарокова было важной вехой в истории развития русского литературного процесса XVIII века.

А.П. Сумароков своим литературным творчеством содействовал утверждению классицизма на русской почве. Он выступил и как теоретик классицизма, и как писатель, давший в своей литературной практике образцы многообразных жанров, предусмотренных поэтикой классицизма. Сумароков начал с написания од, первые две оды, посвящённые Анне Иоанновне, были напечатаны в 1740 году. В них начинающий поэт подражал Тредиаковскому. С момента появления од Ломоносова Сумароков испытал сильное воздействие его творческого гения. Однако жанр оды не стал главенствующим в творчестве Сумарокова, которому суждено было снискать славу великого драматурга и поэта-лирика, создателя любовных песен, идиллий, элегий, эклог.

Важным литературным событием стали напечатанные в 1748 году Сумароковым две стихотворные эпистолы – «О русском языке» и «О стихотворстве», в которых Сумароков выступил как теоретик классицизма. В первой он говорит о необходимости обогащать русский язык за счёт неустаревших церковнославянизмов и избегать иностранных слов. В этом он сближается с Ломоносовым. В «Эпистоле о стихотворстве», уже в отличие от Ломоносова, Сумароков, теоретически обосновывая жанры классицизма, утверждает равноправие всех жанров, не отдавая предпочтения ни одному из них. На упрёк Тредиаковского в заимствовании эпистол из «Искусства поэзии» Буало Сумароков отвечал, что он имел своё осмысление эстетического кодекса и самостоятельную разработку им отдельных жанров. К 40-м годам относится и начало драматургической деятельности Сумарокова, ибо сильнейшим средством воспитания дворянства он считал театр. В своих трагедиях, в одном из самых основных жанров классицизма, Сумароков ставит большие, общественно значимые проблемы. Сумарокова называли основоположником драматургии русского классицизма.

Расцвет многосторонней творческой деятельности Радищева падает на 80-е годы, время бурного подъема общественной жизни в Европе, революционных потрясений и обострения классовых противоречий внутри самой России. Радищев пишет свои лучшие революционные произведения – оду «Вольность» и знаменитое «Путешествие из Петербурга в Москву»; также работает над очерком «Слово о Ломоносове», где, помимо всего прочего, он воссоздаёт образ человека из народа, творческий гений которого, соединенный с волей, силой характера, глубоким патриотизмом, является залогом возможностей и свершений в будущем русского народа. И недаром «Слово о Ломоносове» стало логическим завершением главной темы «Путешествия» - темы народа, его творческих возможностей.

В посвящении к А.М.К. – Алексею Михайловичу Кутузову Радищев раскрывает замысел книги: «Я взглянул окрест меня – душа моя страданиями человечества уязвлена стала. Обратил воры мои во внутренность мою – и узрел, что бедствия человека происходят от человека…»

Впервые в русской литературе главной темой книги стала тема народа и признание его главной движущей силой истории. Писатель-революционер нарушил традиционный подход писателей к народу, в котором они видели прежде всего забитость и терпение, стремясь пробудит к нему чувство сострадания. Радищев же, показывая бедственное положение народа и обрушивая свой гнев на его притеснителей, раскрывает в русском народе новые черты, вызывающие у путешественника восхищение. Он показывает физическое здоровье и нравственную красоту, присущую русскому крестьянину, высокоразвитое чувство собственного достоинства, трудолюбие, талантливость, он раскрывает в народе дремлющие силы, способные ответить насилием на насилие.

Жестокая эксплуатация крестьян, произвол в самодержавно-бюрократическом государстве обусловили резкость сатирического обличения правящих классов в книге Радищева.

Во главе «Торжок», помещая «Краткое повествование о происхождении цензуры», Радищев с возмущением писал о запрещении правительством вольного книгопечатания. Радищев не щадит помещиков-крепостников, подвергающих бесчеловечной эксплуатации своих крестьян. Среди созданных им сатирических портретов – портреты вельмож, помещиков. Жестоким мучителем крестьян выступает из рассказа господина Крестьянкина – приятеля путешественника некий г. асессор (глава «Зайцево»), который «зрел себя повелителем нескольких сотен себе подобных». Это помещик отнял у крестьян вся землю, скотину, заставил работать всю неделю на себя, а дабы они не умирали с голоду, кормил их на господском дворе, и то по одному разу в день. Того, кто казался ему ленив, он сек плетьми и розгами, смотря по мере лености. И возмущенные насилием крестьяне убили асессора и его сыновей. Крестьянкин, «человеколюбивый дворянин», будучи председателем уголовной палаты, оправдывает расправу крестьян над их угнетателем. Но стремление помочь несчастным ни к чему не приводит. Ибо зло лежит в самой основе самодержавно-крепостнической системы.

Глубоко сочувствуя крестьянству, которое для писателя-революционера является основой общества, Радищев, видя степень бесправия крестьян, восклицает: «Может ли государство, где две трети граждан лишены гражданского звания и частию в законе мертвы, называться блаженным?»

Ужасную, бесчеловечную картину продажи крестьян с торга рисует автор в главе «Медное». Помещик «зверь лютый, чудище, изверг» продает своих крепостных, «продает в розницу, разлучая родных». Среди продаваемых – кормилица молодо барина, «вторая мать ему»; 75-летний старик, верой и правдой служивший своим господам, старуха 80 лет… Типичная картина российской действительности!

Всё, что видит путешественник на своём пути: дорожные встречи, наблюдения над жизнью разных сословий, - всё заставляет его глубоко сочувствовать угнетенному народу и наполняет чувством непримиримой вражды к угнетателям, сознанием необходимости революционной борьбы за освобождение народа, борьбы самого народа. Революция возникает как неизбежный результат угнетения.

Я думаю, стоит ещё почитать учебник Татариновой… Ну, тем, кто хочет… И ещё тут есть краткое содержание произведения господина Радищева «От Питеры до Москвы за 80 дней» (J). Наслаждайтесь!

А. М. К.

Открывается повествование письмом другу Алексею Михайловичу Кутузову, в котором Радищев объясняет свои чувства, заставившие написать эту книгу. Это своего рода благословление на труд.

Выезд

Простившись с друзьями, автор-рассказчик уезжает, страдая от расставания. Ему снится, что он один, но, к счастью, случилась рытвина, он проснулся, и тут подъехали к станции.

София

Взяв подорожную, наш путешественник отправляется к комиссару за лошадьми, но лошадей не дают, говорят, что нет, хотя в конюшне стоит до двадцати кляч. Двадцать копеек возымели действие “на ямщиков”. За спиной комиссара они запрягли тройку, и путешественник отправился дальше. Извозчик тянет заунывную песню, а путешественник размышляет над характером русского человека. Если русский хочет разогнать тоску, то идет в кабак; что не по нем, лезет в драку. Путешественник спрашивает у Бога, почему он отвернулся от людей?

Тосна

Рассуждение об отвратительной дороге, которую невозможно преодолеть даже в летние дожди. В станционной избе путешественник встречает неудачника-литератора — дворянчика, который хочет ему всучить свой литературный труд “о потере привилегий дворянами”. Путешественник дает ему медные гроши, а “труд” предлагает отдать разносчикам на вес, чтобы те использовали бумагу для “обвертки”, т. к. для иного она не пригодна.

Любани

Путешественник видит пашущего в праздник крестьянина и интересуется, не раскольник ли тот? Крестьянин православный, а вынужден работать в воскресенье, т.к. шесть дней в неделю ходит на барщину. Крестьянин рассказывает, что у него трое сыновей, да три дочери, старшему только десятый годок. Чтобы семья не голодала, ему приходится работать и ночью. На себя он работает усердно, а на барина — кое-как. В семье он один работник, а у барина их много. Крестьянин завидует оброчным и государственным крестьянам, им легче жить, потом перепрягает лошадей, чтобы они могли отдохнуть, а сам работает без отдыха. Путешественник мысленно клянет всех помещиков-эксплуататоров и себя за то, что обижал своего Петрушку, когда тот был пьян.

Чудово

Путешественник встречается с приятелем по университету Челищевым, который рассказал о своем приключении в бушующей Балтике, где чуть было не погиб, потому что чиновник отказался послать помощь, сказав: “Не моя то должность”. Теперь Челищев покидает город — “сонмище львов”, чтобы не видеть этих злодеев.

Спасская полесть

Путешественник попал под дождь и попросился в хату обсохнуть. Там он слышит рассказ мужа о чиновнике, любящем “устерсы” (устрицы). За исполнение его прихоти — доставку устриц — он дает чины, награждает из государственной казны. Дождь кончился. Путешественник продолжил путь с напросившимся попутчиком. Попутчик рассказывает свою историю, как был он купцом, доверившись нечестным людям, попал под суд, жена умерла при родах, начавшихся из-за переживаний на месяц раньше. Друг помог этому несчастному бежать. Путешественник хочет помочь беглецу, во сне он представляет себя всесильным правителем, которым все восторгаются. Этот сон являет ему странницу Прямовзору, она снимает с его глаз бельма, мешающие видеть правду. Автор заявляет, что царь слыл в народе “обманщиком, ханжою, пагубным комедиантом”. Радищев показывает несоответствие между словами и делами Екатерины; показной блеск, пышный, декоративный фасад империи скрывает за собой ужасные картины угнетения. Прямовзора обращается к царю со словами презрения и гнева: “Ведай, что ты... первейший разбойник, первейший предатель общия тишины, враг лютейший, устремляющий злость свою на внутренность слабого”. Радищев показывает, что хороших царей нет, они изливают свои милости лишь на недостойных.

Подберезье

Путешественник встречается с юношей, идущим в Петербург к дяде учиться. Здесь даются рассуждения юноши о пагубном для страны отсутствии системы образования. Он надеется, что потомки будут счастливее в этом плане, т.к. смогут учиться.

Новгород

Путешественник любуется городом, вспоминая о его героическом прошлом и о том, как Иван Грозный вознамерился уничтожить Новгородскую республику. Автор возмущен: какое право имел царь “присвоять Новгород”?

Путешественник далее отправляется к приятелю, Карпу Дементьичу, который женил сына. Все вместе сидят за столом (хозяин, молодые, гость). Путешественник рисует портреты хозяев. А купец рассказывает о своих делах. Как “пущен был по миру”, теперь сын торгует.

Бронницы

Путешественник отправляется на священный холм и слышит грозный голос Всевышнего: “Почто захотел познать тайну?” “Чего ищешь чадо безрассудное?” Где некогда был “град великий” путешественник видит лишь бедные лачуги.

Зайцеве

Путешественник встречает своего приятеля Крестьянкина, некогда служившего, а потом вышедшего в отставку. Крестьянкин, очень совестливый и сердечный человек, был председателем уголовной палаты, но оставил должность, видя тщету своих стараний. Крестьянкин рассказывает о некоем дворянине, начавшем свою карьеру придворным истопником, повествует о зверствах этого бессовестного человека. Крестьяне не выдержали издевательств помещичьей семьи и убили всех. Крестьянкин оправдал “виновных”, доведенных помещиком до смертоубийства. Как ни боролся за справедливое решение этого дела Крестьянкин, ничего не получилось. Их казнили. А он вышел в отставку, дабы не быть соучастником этого злодейства. Путешественник получает письмо, где рассказывается о странной свадьбе между “78-летним молодцом и 62-летней молодкой”, некоей вдовой, занимающейся сводничеством, а на старости лет решившей выйти замуж за барона. Он женится на деньгах, а она на старости лет хочет называться “Вашим высокородием”. Автор говорит, что без бурындиных свет не простоял бы и трех дней, он возмущен абсурдом происходящего.

Крестцы

Видя расставание отца с сыновьями, отправляющимися на службу, путешественник вспоминает, что из ста служащих дворянчиков девяносто восемь “становятся повесами”. Он горюет, что и ему скоро придется расстаться со своим старшим сыном. Рассуждения автора приводят его к выводу: “Скажи по истине, отец чадолюбивый, скажи, истинный гражданин! Не захочется тебе сынка твоего удавить, нежели отпустить в службу? Т.к. на службе все радеют о кармане своем, а не о благе родины”. Помещик, призывая в свидетели путешественника как тяжко ему расставаться со своими сыновьями, говорит им, что они ничем ему не обязаны, а должны трудиться на благо отечества, для этого он растил и нежил их, обучал наукам и заставлял думать. Он напутствует сыновей не сбиваться с пути истинного, не потерять души чистой и высокой.

Яжелбицы

Проезжая мимо кладбища, путешественник видит душераздирающую сцену, когда отец, кинувшись на гроб сына, не дает его похоронить, плача о том, что не хоронят его вместе с сыном, дабы прекратить его муки. Ибо он виновен, что сын родился немощным и больным и сколько жил, столько страдал. Путешественник мысленно рассуждает, что и он, вероятно, передал своим сыновьям болезни с пороками юности.

Валдай

Этот древний городок известен любовным расположением незамужних женщин. Путешественник говорит, что всем известны “валдайские баранки и бесстыжие девки”. Далее он рассказывает легенду о грешном монахе, утонувшем в бурю в озере, переплывая к своей возлюбленной.

Едрово

Путешественник видит много нарядных баб и девок. Он восхищается их здоровым видом, упрекая дворянок в том, что они уродуют свои фигуры, затягиваясь в корсеты, а потом умирают от родов, т. к. годами портили свое тело в угоду моде. Путешественник разговаривает с Аннушкой, которая вначале держит себя сурово, а потом, разговорившись, поведала, что отец умер, живет она с матерью да сестрой, хочет замуж. Но за жениха просят сто рублей. Ванюха хочет идти в Питер на заработки. Но путешественник говорит: “Не пускай его туда, там он научится пьянствовать, отвыкнет от крестьянского труда”. Он хочет дать деньги, но семья их не берет. Он поражен их благородством.

Хотилов

Проект в будущем

Написан от лица другого путешественника, еще более прогрессивного в своих взглядах, чем Радищев. Наш путешественник находит бумаги, оставленные его собратом. Читая их, он находит сходные своим мыслям рассуждения о пагубности рабства, злонравии помещиков, отсутствии просвещения.

Вышний Волочок

Путешественник любуется шлюзами и рукотворными каналами. Он рассказывает о помещике, который относился к крестьянам как к рабам. Они все дни работали на него, а он им давал только скудную еду. Своих наделов и скотины у крестьян не было. А “варвар” этот процветал. Автор призывает крестьян разорить имение и орудия труда этого нелюдя, относящегося к ним как к волам.

Выдропуск (опять написано по чужим запискам)

Проект будущего

Автор говорит, что цари возомнили себя богами, окружили себя сотней слуг и воображают, что они полезны отечеству. Но автор уверен, что этот порядок надо менять. Будущее за просвещением. Только тогда будет справедливость, когда люди станут равны.

Торжок

Путешественник встречается с человеком, который хочет открыть вольную типографию. Далее следует рассуждепие о пагубности цензуры. “Какой вред будет, если книги печататься будут без клейма полицейского?” Автор утверждает, что польза от этого очевидная: “Не вольны правители отлучать народ от правды”. Автор в “Кратком повествовании о происхождении цензуры” говорит, что цензура с инквизицией одни корни имеют. И рассказывает историю книгопечатания и цензуры на западе. А в России... в России что происходило с цензурой, обещает рассказать “в другой раз”.

Медное

Путешественник видит хоровод молодых баб и девок. А далее идет описание позорной публичной продажи крестьян. 75-летний старик ждет, кому его отдадут. Его 80-летняя жена была кормилицей матери молодого барина, безжалостно продающего своих крестьян. Тут же 40-летняя женщина, кормилица самого барина, и вся крестьянская семья, включая и младенца, идущая с молотка. Страшно путешественнику видеть это варварство.

Тверь

Путешественник слушает рассуждения трактирного собеседника “по обеду” о поэзии Ломоносова, Сумарокова и Тредиаковского. Собеседник читает отрывки из оды “Вольность” Радищева, якобы написанной им, которую он везет в Петербург, чтобы опубликовать. Путешественнику стихотворение понравилось, но он не успел об этом сказать автору, т.к. тот спешно уехал.

Городня

Здесь путешественник видит рекрутский набор, слышит крики и плач крестьян, узнает о многих нарушениях и несправедливостях, творящихся при этом. Путешественник слушает историю дворового Ваньки, которого воспитывали и учили вместе с молодым барином, называли Ванюшей, отправили за границу не рабом, а товарищем. Но жаловал его старый барин, а молодой ненавидел и завидовал успехам. Старик умер. Молодой хозяин женился, а жена возненавидела Ивана, всячески унижала, а потом решила женить на обесчещенной дворовой девке. Иван назвал помещицу “бесчеловечной женщиной”, тогда его отправили в солдаты. Иван рад такой участи. Потом путешественник увидел троих крестьян, которых помещик продал в рекруты, т.к. ему понадобилась новая карета. Автор поражен беззакониями, творящимися вокруг.

Завидово

Путешественник видит воина в гренадерской шапке, который, требуя лошадей, грозит старосте плетью. По распоряжению старосты у 'путешественника отняли свежих коней и отдали гренадеру. Путешественник возмущен таким порядком вещей. А что сделаешь?

Клин

Путешественник слушает скорбную песню слепца, а потом дает ему рубль. Старик удивлен щедрым подаянием. Он рад больше праздничному пирогу, чем деньгам. Ибо рубль может ввести кого-нибудь в искушение, и его украдут. Тогда путешественник отдает старику свой платок с шеи.

Пешки

Путешественник угощает ребенка сахаром, а его мать говорит сыну: “Возьми барское кушанье”. Путешественник удивлен, почему это барская еда. Крестьянка отвечает, что ей не на что купить сахар, а баре употребляют, потому что не сами деньги достают. Крестьянка уверена, что это слезы рабов. Путешественник увидел, что хозяйский хлеб состоит из трех частей мякины и одной части несеяной муки. Он впервые огляделся и ужаснулся убогой обстановке. С гневом он восклицает: “Жестокосердный помещик! Посмотри на детей крестьян, тебе подвластных!”, призывает эксплуататоров одуматься.

Черная грязь

Путешественник встречает свадебный поезд, но очень грустный, т.к. под венец едут по принуждению господина.

Слово о Ломоносове

Автор, проходя мимо Александро-Невской лавры, зашел в нее, дабы почтить своим присутствием могилу великого Ломоносова. Он вспоминает жизненный путь великого ученого, стремящегося к знаниям. Ломоносов жадно учился всему, что можно было узнать в то время, занимался стихосложением. Автор приходит к выводу, что Ломоносов был велик во всех делах, к которым прикасался.

А вот уже и Москва! Москва!

С 1741 года по возвращении в Россию Ломоносов активно сотрудничает в журнале «Исторические, генеалогические и географические примечания», отделившемся от «ведомостей». Он работает там как переводчик и автор. Там были опубликованы 3 его оды. Позже в 1748г. ему поручают редактирование «Санкт-Петербургских Ведомостей».

Благодаря Ломоносову в 1755 году стал издаваться при академии Наук первый научно-литературный журнал «Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащие». В журнале печатались Тредиаковский, Сумароков и др. Сам Ломоносов мало выступал на его страницах в силу серьезных разногласий с редактором журнала Миллером.

Особое место в истории журналистики принадлежит статье «Рассуждение об обязанностях журналистов при изложении ими сочинений, предназначенное для поддержания свободы философии»(1754) У этой статьи был повод – необходимость ответить немецкому рецензенту, подвергшему критике разработанную Ломоносовым теорию теплоты: «О причине теплоты и стужи». Ломоносов не ограничился полемикой только по научным вопросам, он поднимает ряд принципиальных проблем, касающихся прав и обязанностей журналистов вообще. «Силы и добрая воля - вот что от них требуется» - говорит Ломоносов… Требуемых качеств Ломоносов не находил у европейских журналистов. Журналист образованный. Проницательный, справедливый и скромный стал своего рода фениксом. Пожалуй, Ломоносов был первым, кто сформировал знаменитые семь золотых правил журналиста:

1)Журналист должен взвесить свои силы - сможет ли он понять проблему.

2)Материал без предубеждений (объективность),

3)Четкая аргументация, чтобы потом быть в состоянии оправдать свои слова.

4)Нельзя отрицать гипотезы,

5)Нет плагиату (только свой ум),

6)не руководствоваться одним сомнением и вообще сомнительными фактами и цифрами (точность),

7)Не возвышать себя над другими людьми или своими коллегами

Так вырисовывается облик истинного, серьезного журналиста.

Не забудьте сказать, что статья эта была опубликована на французском языке ,а лишь потом была переведена…Сейчас оба варианта входят в полное собрание сочинение Ломоносова.

Я думаю, что она может ещё спросить и о вкладе в литературу, поэтому…

Михаил Васильевич Ломоносов. Вклад в литературу. В.Г. Белинский: «С Ломоносова начинается наша литература… он был ее отцом, ее Петром Великим». Говоря, допустим, о жанрах его творчества, стоит говорить, конечно, об оде. Ода - это обширное стихотворение, состоящее из многих строф, причем каждая строфа также обширна (обычно по 10 стихов). Ода объединяла в себе лирику и публицистику. Одам Ломоносова свойственна условность, т.к. он исходит в своем творческом методе не из реальности жизненного факта, а из собственных рационалистических представлений о действительности. Поэту важно силой своего поэтического воображения вызвать у читателя определенные чувства, поэтому он использует метафоры, аллегории, яркость красок. Оды написаны по всем правилам риторической науки, изложенной самим поэтом в его «Риторике» (1744). Оды, имевшие своей целью восхвалить верховную власть, строились по единому композиционному плану - отсюда «повторяемость» од. Торжественный, приподнятый стиль соответствовал высокому содержанию его поэзии. Много славянизмов, роль которых - передать «пышность», «парение». Некоторые считали, что Ломоносов является представителем русского барокко, т.к. в классицисты он не годился из-за недостаточной ясности изложения своих мыслей.

Ломоносов постоянно стремился обратить науку в практику. Основные темы его од, как говорит Татаринова: Россия, Отечество, Петр, мир, возлюбленная тишина, науки, просвещение, вера в талантливость молодых людей. Его оды не то, что есть, а то, что должно быть (но в то же время это не утопии). Оды выходили тиражом 200-200 000 экз. Порой одам свойственно повторение одних и тех же образов. Церковно-славянский язык. Эмоциональность, использование славянизмов. Были в его творчестве и духовные оды. Выступает просветителем, затрагивая тему мира и тишины. Одна и та же композиция, особенности синтаксической структуры стихов.

В 1739 г. была написана первая ода «На взятие Хотина». По богатству, по новизне идейного содержания, по художественному направлению, по литертатурной направленности, эта ода является началом нового этапа в развитии русской литературы. Начиная с этой оды, Ломоносов в своих произведениях уделяет большее внимание историческому прошлому России, историческим деятелям, организаторам защиты родной земли от нападавших на нее врагов. Но главный защитник родной земли, победитель на полях сражения – это русский народ: «Крепи, отечество, любовь Сынов Российских дух и руку. Желает всяк пролить всю кровь, от грозного бодрится звуку».

«Ода на день восшествия на престол императрицы Елисаветы Петровны, 1747 года» написана высоким штилем и прославляет дочь Петра 1. отдав должное добродетелям императрицы, ее «кроткому гласу», «доброму и прекрасному лику», стремлению расширять науки, поэт заводит речь о ее отце, которого называет «человеком каков не слыхан был от века». Петр 1 – это идеал просвещенного монарха, который все силы отдает своему народу и государству. В оде Ломоносова дается образ России с ее необъятными просторами, огромными богатствами. Так возникает тема Родины и служения ей – ведущая во всем творчестве Ломоносова. С этой темой тесно связана тема науки, познания природы. Она завершается гимном науке, призывом к юношам дерзать во славу Российской земли. Таким образом, в «Оде 1747 года» нашли выражение просветительские идеалы поэты.

Процитирую оду Ломоносова «гимн науки», как называют её литераторы…

О, Вы, которых ожидает,

Отечество от недр своих,

И видеть таковых желает,

Каких зовет от стран чужих.

О, Ваши дни благословенны,

Дерзайте ныне ободренны

Раченьем Вашим показать,

Что может собственных Платонов

И быстрых разумом Невтонов

Российская земля рождать…

Не забудьте, говоря о вкладе Ломоносова в литературу, сказать и о теории трех штилей…

Все слова русского языка Ломоносов делит на три рода «речений»:

1) Те, которые употреблялись раньше и употребляются сейчас (бог, рука, ныне),

2) Малоупотребительные слова, но понятные всем грамотным людям (господень, взываю),

3) Слова исконно русского языка, которых нет в церковных книгах (говорю, лишь). Особую группу составляют простонародные слова. Ломоносов устанавливает 3 штиля – высокий (1,2 род слов), средний(1,3) и низкий (3 + простонародный). Высоким штилем должны писаться оды, поэмы, прозаические речи о важных материях, средним- театральные сочинения, сатиры, ученические сочинения, дружеские послания. Низким штилем должны писать комедии, эпиграммы, песни.

Так, например, «Ода на день восшествия на престол императрицы Елисаветы Петровны, 1747 года» написана «высоким штилем» и прославляет дочь Петра 1. Отдав должное добродетелям императрицы, ее «кроткому гласу», «доброму и прекрасному лику», стремлению расширять науки, поэт заводит речь и о ее отце, которого называет, как мы уже говорили «человеком каков не слыхан был от века».

Некоторые дополнения к первому вопросу о Ломоносове в билете:

Ломоносов – великий поэт России, ученый естествоиспытатель и ученый гуманитарий. Ломоносов сам говорил о себе: «Стихотворство – моя утеха, математика – мои упражнения».

Ломоносов своей реформой сделал для русского языка то же, что Тредиаковский для стихосложения (разделение: высшая – низшая лексика; русские – иностранные слова). Падение чистоты языка остановлено, стилистическая дисгармония исправлена. Начал выработку норм русского литературного языка и литературных форм. Эта выработка происходит вплоть до Пушкина. Это ведь немалый вклад и в журналистику тоже.

«Риторика» была написана в 1744 г.от руки, а напечатана в 1748 г. с целью вооружить русских людей умением говорить красно (также вклад в журналистику и культуру). Богатство идей и практических советов. Ломоносов: «Учится языку надо в общении с образованными людьми».

«Риторика» и «Грамматика» - одно целое, которое современные ему немцы восприняли как учебник. Кстати, знаменитый учебник Шлессера по русскому языку «Учебник русского языка» не нравится Ломоносову. Однажды он написал: «Вот так вынужден страдать наш язык».

Ломоносов советовал не употреблять устаревших слов. Ломоносов очистил язык, приблизил его к славянскому и латинскому. Пушкин, например, был на это этому не способен – он ведь белоручка. А Ломоносов прокладывал путь истинный для великого русского языка, всячески очищая его. Так как журналисты, естественно, писали на русском языке, то вклад Ломоносова в журналистику неоценим.

Как сказал Сумароков: «Прекрасен наш язык, способный ко всему».

Некоторое время Ломоносов также работал и в «Московских ведомостях». Сначала правда, внештатно, а затем он уже вел раздел «Зарубежные вести» – восемь страниц из девяти.

Повторюсь, что написанная статья «Рассуждения об обязанностях журналиста», переведенная с французского, преследовала самую главную цель: способности и воля журналиста (тогда и только тогда всё получится).

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: