I. Понятие патристики. Краткий обзор патриотической традиции. 44 страница

Неоплатоник Гиерокл Александрийский написал на «3. С.» комментарий, пользовавшийся популярностью со времен Средневековья вплоть до 18 в. Вслед за Ямвлихом Гиерокл рассматривал «3. С.» как часть вводного курса в изучение философии. Сохранилось 15 рукописей, датируемых периодом до 15 в., причем некоторые из них содержат сокращенную версию комментария, что выдает византийскую редакторскую правку в христианском ключе.

Текст и пер.: Hieroclis in Aureum Pythagoreorum carmen commentarius. Rec. F. G. Koehler. Stuttg., 1974; Лебедев, Фрагменты, 1989, с. 503-505; Пифагорейские Золотые стихи с комментарием философа Гиерокла. Пер. И. Петер. М., 1996; Золотые стихи пифагорейцев. Пер. Н. Павлиновой, 1913.

Е. В. АФОНАСИН


392                                                           ИДЕЯ

и

ИДЕЯ (греч. η 18еа от elbœ, inf. ISeîv — видеть; ср. с этимологически родственным «эйдос», το βΐδος), букв, значение: внешний вид, внешность, наружность; один из основных терминов древнегреческой философии.

Термин IAEA до Платона. Становление «идеи» как специального термина относится к 5 в. до н. э. Впервые в философских текстах «идея» встречается у Демокрита, который использует это слово для обозначения атомов, выделяя внешнюю форму как отличительную черту неделимых материальных первоначал, ср. фр. 198 Лурье: «все есть неделимые идеи» (τας άτόμους iSeas, Plut. Adv. Colot. 8, p. lllOf), φρ. 198: «душа состоит из шарообразных идей» (Aët. IV, 3, 5, ср.: фр. 288,240 Лурье). О значимости именно этого обозначения говорит использование его в качестве названия сочинения об атомах - «О формах» (IJepi ISeœv - Sext. Adv. math. VII 137= φρ. CXVI Лурье).

Значение идеи и эйдоса как определенных классификационных единиц формируется в процессе бурного развития медицины и риторики. Тексты, собранные в Гиппократовом корпусе, показывают, что практикующие врачи начинают объединять случаи болезней со сходной патологией в типы или формы, чтобы рассматривать их совместно. При этом указанные формы называют (особенно во мн. ч.) эйдосами или идеями, обычно используя эти понятия как синонимы (Hippocr. De diaet. morb., 3; De pr. med., 23 и др.). Сходная практика встречается у риторов и софистов, ср.: Plat. Phaedr. 270Ы-2; Isoer. Antid., 183; ср.: Hei., 11; Bus., 33 - об идеях (= приемах, формах) речи. Интенсивное развитие разнообразных технических приемов расширяет практику использования как эйдоса, так и идеи, приводя в конечном счете к их дифференциации. В частности, когда хотят подчеркнуть единство в многообразии исследуемых феноменов, возникает понятие «единой идеи» {μία Ihea) (Hippocr. De flat., 2), — выражение, которое впоследствии в философии Платона приобретет характер технического.

Заслуга введения идеи и эйдоса в собственно философский дискурс принадлежит, по-видимому, Сократу, перенесшему эти понятия на область этики. Его стремление к точным дефинициям явлений нравственной жизни требовало как диалектического искусства разделять по родам (Xen. Mem. IV 5, 12), так и умения за многозначностью слов раскрыть постоянный, самотождественный смысл, усматривать общее в различающемся, единое во многом. Этот контекст и лишил идею-эйдос строгой определенности, задав широкое поле значений от «логического вида» до «сущности».

Платон придал идее статус одного из наиболее значимых понятий западноевропейской философской мысли. Нигде специально не давая определение «идее» (и не так часто используя по сравнению с термином «эйдос», -по подсчетам А. Ф. Лосева, 18еа встречается в общей сложности 98 раз, тогда как eîSos - 408), Платон сохраняет за этим понятием весь спектр уже существовавших значений, добавляя новые. Несмотря на многообразие смысловых оттенков «идеи» в платоновских диалогах, можно выделить три основных: 1) наглядно-конкретное, 2) логико-семантическое и 3) онтологическое.

Наглядно-конкретное значение, исходное значение идеи как внешнего вида, той или иной непосредственно созерцаемой данности (в этом зна-


ИДЕЯ                                                          393

чении идея и эйдос являются синонимами), находим как в ранних, так и в поздних текстах Платона: «Хармид»(157с1,158а, 175d), «Протагор»(315е); «Пир» (196а), «Тимей» (70с, 71а, ср.: 49с, 58d, 60b), «Государство» (588с, 588d), «Политик» (289Ь, 291Ь) и др.

Логико-семантическое значение идея и эйдос получают в ходе разработки Платоном диалектического искусства вслед за софистами и Сократом. В этом значении идея и эйдос выступают в качестве инструментальных понятий и получают статус терминов с различным содержанием. Согласно Платону, диалектическое искусство предполагает умение, «охватывая все общим взглядом, возводить к единой идее (eis μίαν ISeav) разрозненные повсюду явления», и «обратное действие - умение разделять на виды (кат' είδη) почленно, сообразно с их природой, стараясь не раздробить ни одной части...» (Phaedr. 265de). В этом случае эйдос приобретает значение классификационной единицы, а кат' βϊ8η становится техническим выражением (273e, 277b, 277с), обозначающим разъединение целого (единого) на отдельные группы, классы, виды. Искусство диэрезы, демонстрируемое Платоном в ряде диалогов, прежде всего в «Софисте» (219а-236с; 264с-266е) и «Политике» (258Ь—267с), дает многочисленные примеры использования эйдоса как классификационной единицы. Множественности эйдосов Платон противопоставляет единичность идеи (μία ιδβα), в ней находит выражение результат объединения.

Однако идея и эйдос в данных контекстах не могут быть сведены только к общим понятиям, играющим инструментальную роль логических конструктов. Они раскрываются как смысловые единства, внутреннее смысловое содержание вещи, ее сущность. В смысловом отношении идея не исчерпывается вещами ни в их отдельности, ни в их той или иной совокупности. Она выступает образцом и целью при соединении рассеянного множества в цельное и неразрывное единство и как единая идея может быть обнаружена у всего и во всем. Именно в этом смысле Платон говорит об «идее эйдоса» (Theaet. 203e). Можно сказать, что мир идей-эйдосов - это мир смыслов всего существующего.

При всем богатстве оттенков логико-семантического понимания идеи и эйдоса их содержание этим не исчерпывается. Начиная самостоятельное философское творчество под влиянием элеатов и разделяя тезис Парменида о тождестве бытия и мышления о бытии, Платон убежден не только в объективном существовании смысла вещей, но и в особом онтологическом статусе идей-эйдосов. Именно их онтологизация, понимание как трансцендентных умопостигаемых форм, существующих отдельно от единичных вещей, стала основанием для характеристики центрального учения Платона как «учения об идеях», получившей распространение в Древней Академии. И хотя Платон практически не использует понятие «идея» в значении истинно сущего (идея Блага в «Государстве» скорее исключение, чем правило), предпочитая характеризовать идеальное бытие прежде всего как существующее само по себе, контекст таких диалогов, как «Федон», «Пир», «Государство» (кн. VI), говорит о том, что и идея, и эйдос, будучи вечными, неизменными, самотождественными и самодостаточными, представляют истинное бытие, принципиально отличающееся от чувственно воспринимаемого мира становления. В онтологическом значении, в отличие от логико-семантического, идея, как и эйдос (Платон не различает их онтологический статус), яв-


394                                                           ИДЕЯ

ляется причиной существования вещи, возникающей через «причастность» (μέθεξις) или уподобление ей. В последнем случае идея выступает в качестве образца (парадигмы), но уже не как определяющая смысл вещи, а как источник ее существования, ибо только присутствие (παρουσία) подлинного сущего делает возможным существование чувственного мира, обеспечивая как его множественность, так и самотождественную единичность каждой из существующих вещей. Именно как подлинное бытие идея является основанием истинного знания (επιστήμη), вечного и неизменного результата созерцания (décupla) идей глазами ума.

Дискуссии в Древней Академии. Отсутствие строгих логических дефиниций и доказательных онтологических построений, многозначность платоновских текстов в целом стали причиной для различных интерпретаций идей-эйдосов и развернувшейся в Академии в середине 4 в. до н. э. по этому поводу оживленной дискуссии, что нашло отражение в целом ряде работ учеников Платона (Спевсипп: «Об образцах родов и видов»; Ксенократ: «Об эйдосах», «Об идеях», «О родах и видах»; Гераклид Понтийский: «Об эйдосах»; Теофраст: «Об эйдосах»; Аристотель: «О видах и родах», «Об идеях»). Материалы дискуссии показывают, что определяющей тенденцией в понимании идей-эйдосов в Академии стало отождествление логико-семантического и онтологического значений, в результате чего идеи-эйдосы превращались в субстантивированные общие, родовые и видовые, понятия, говоря словами Аристотеля, общее признавалось отдельно существующим (Arist. Met., 1085a23-26). В этой связи вполне закономерным становится употребление вместо «идеи» понятий «предикат» («сказуемое», то κατηγορούμζνον - Arist. Ε. Ν. Ι, 1096a 19-24; ср.: Alex. In Met. 82, 11-83, 16; [Arist.] Divis. 64-65 Mutsch.) или род, которые наряду с «видом» в течение короткого времени становятся техническими терминами. Онтологизация общих понятий и как следствие онтологизация логических связей, возникающих между ними, приводили к ряду противоречий, тщательно проанализированных Аристотелем (Arist. Top. 143Ы1-33; Met. 991а26-30; 1О39аЗО-ЬЗ и др.).

Участие в дискуссии имело важное значение для Платона, требуя большей терминологической ясности и уточнения собственной позиции. Диалог Платона «Парменид», получивший в Античности двойное название «Парменид, или Об идеях», стал ответом на академическую критику. В первой части диалога (Parm. 126a—135d) Платон представил сводку возражений «против идей», воспроизведя аргументы, выдвинутые в Академии в процессе дебатов, с целью защиты идей и полемики с их противниками. Кроме того, вопросам, обсуждаемым в ходе дисскуссии об идеях, посвящен «Софист», отзвуки полемики обнаруживаем в «Тимее» (Tim. 5led) и «Филебе» (Phileb. 15а-с), в Седьмом письме (Epist. VII, 342b-344b). He соглашаясь с интерпретацией идей-эйдосов как родо-видовых понятий, Платон пришел к выводу о необходимости демаркации логико-семантического и онтологического значений идеи-эйдоса, поскольку «все идеи суть то, что они суть, лишь в отношении одна к другой». Понятия же, т. е. находящиеся в нас подобия, одноименные с идеями, «образуют свою особую область и в число одноименных им идей не входят» (Parm. 133c-134e). Подобное утверждение требовало отказа от парменидовского тождества бытия и мысли о нем, но именно этот отказ и позволял Платону сохранить идею как вечное, неизменное, самото-


ИДЕЯ                                                          395

ждественное бытие. Разработкой этой проблематики Платон занят во второй части диалога «Парменид» и в «Софисте», показывая принципиальное различие между истинным бытием и нашим мышлением о нем.

Понимая мышление, внутреннюю речь, как «результат взаимного переплетения эйдосов», «смешения одного с другим» (Soph. 259e), Платон утверждает диалектику - искусство рассуждать и мыслить, состоящее в умении «различать все по родам, не принимать один и тот же вид за иной и иной за тот же самый» (253d), т. е. в способности оперировать понятиями (идеями и эйдосами). Любое из понятий, будучи конечным и ограниченным предметом рассудочного знания, определяется через свою противоположность, тем самым раскрывая собственную самопротиворечивую природу, «тождество единства и множества, обусловленное речью» (Phileb. 15d). Виртуозно владея диалектикой, Платон демонстрирует взаимное переплетение «главнейших родов» в «Софисте», смешение единого и многого в «Пармениде». Т. обр., самопротиворечивость выступает как основная характеристика идей и эйдосов, возникающих в душе как результат объединения многообразия в единстве понятия.

В отличие от идеи-понятия идее как вечному, неизменному, самодостаточному и всегда самотождественному бытию невозможно приписать никакого предиката, в т. ч. и предиката бытия, т. к. это означало бы утверждение тождества идеи (истинного бытия) и ее умопостигаемого подобия. Так формируется учение Платона о сверхсущем (истинном, чистом, подлинном бытии), в «Федре» обозначаемом как «занебесное место» (247с), и закладывается традиция апофатической трактовки истинного бытия. В качестве сверсущих выступают идея Блага в «Государстве», Единое как таковое в «Пармениде» и т. д., причем все идеи как трансцендентные формы имеют одинаковый онтологический статус. Говорить об иерархии идей в этом случае можно лишь как об иерархии ценностей, что делает идею Блага, безусловно, высшей ценностью, образцом и источником всего благого. Об идеях как сверхсущем не может быть рассудочного знания (επιστήμη), подлинное бытие познается само по себе, представляя собой ум как тождество познаваемого и познающего (Resp. 5lid; Epist. VII, 342b-343b). Осознание принципиального различия логико-семантического и онтологического значений идеи-эйдоса, стремление избежать их смешения приводит Платона к терминологическим изменениям: «подлинное бытие», «бытие само по себе» становятся наиболее часто употребляемыми синонимами идеи как трансцендентной формы.

Спевсипп, отказавшись от признания трансцендентности идей (fr. 35 = Met. 1085b36-1086a5; fr. 36 = Met. 1090a2-b5), утверждает в качестве подлинных сущностей математические предметы. Поиски компромисса приводят Ксенократа к концепции метафизического атомизма, в основе которого лежало понимание идеи как неделимого начала, первого элемента (fr. 42, 44) или «истинного единства» (fr. 39). В качестве таковых Ксенократ рассматривал эйдетические числа (βίδηπ,κον αριθμόν), или идеи-числа, и неделимые геометрические фигуры - линию (идея длины, или первой двоицы), плоскость (идея троицы, или треугольник), геометрическое тело (идея чет-верицы, или пирамида). Каждая идея, обладая отдельным и уникальным существованием, понималась как «парадигматическая причина всего того, что создается по природе» (fr. 30; ср.: Спевсипп о декаде как о парадигмаль-ной идее).


396                                                           ИДЕЯ

Аристотель выступил как наиболее последовательный критик «учения об идеях». Отрицая трансцендентный статус идей, он практически полностью сохранит за идеей-эйдосом логико-семантическое значение, предложив концепцию имманентной «идеи-формы». «Форма», по Аристотелю, не имеет самостоятельного существования и может быть «отделена» от эмпирической вещи только мысленно. Аристотель закрепляет это терминологически, используя вместо многозначных идеи и эйдоса целый ряд других терминов: род (γένος), форма (μορφή), суть бытия вещи (то τί ήν βΐναή, общее (то καθόλου), сущность и др.

Весь спектр значений «идеи», представленный в диалогах Платона и технически оформленный в ходе академических дискуссий, сохраняется на протяжении античной традиции. В частности, стоики, отрицая вслед за Аристотелем особый онтологический статус идеи как истинного бытия, сохранили за идеей логико-семантическое значение. Идеями они называли общие понятия (κοινοί evvoiai), ставя перед собой задачу определить природу, статус и классификацию понятий.

Средний платонизм. Дальнейшая разработка понятия «идея» связана с традицией платонизма. Поскольку базовым для него является противопоставление чувственного мира миру умопостигаемому, а задачей - обоснование иерархической структуры бытия, то значение «идеи» в той или иной системе определяется ее местом в выстраиваемой структуре. В рамках среднего платонизма, осуществившего синтез платонизма с перипатетической и стоической традициями, идеи как трансцендентные формы трактуются как «мысли» Демиурга-Ума, Бога. Алкиной, определяя в «Учебнике платоновской философии» идею, подчеркивает, что «у бога она есть его мышление, для нас она - первое умопостигаемое» (Ale. Didasc. IX, 1; ср.: Philo. Opif. 20; Plut. De sera 550d). Истолкование парадигмы (παράδειγμα) Платонова «Тимея» как совокупности идей, образцов для физического мира, представленное у Антиоха Аскалонского, Филона Александрийского, Плутарха из Херонеи, Алкиноя и др. платоников, своим источником имеет онтологическую иерархию Ксенократа. Согласно Алкиною, «идеи суть вечные и самодовлеющие акты божественного мышления», вечные образцы для существующего по природе (Didasc. IX, 1-2). Такой онтологический статус идей определял их и содержательно: не могло быть идей как образцов искусственных, ничтожных и отдельных предметов. Кроме того, идея употреблялась и в логико-семантическом значении как сущность второго порядка, как эйдос в материи, неотделимый от нее (Ibid. IV, 7).

В неоплатонизме, в частности у Плотина, сохраняется это различие: идеи как трансцендентные образцы помещаются в Уме, как имманентные формы (которые Плотин вслед за стоиками называет также логосами) -в душе; ср. названия ряда трактатов и разработку данной проблематики в них: «Для каждой ли вещи есть идеи» (V 7), «Об уме, идеях и сущем» (V 9), «О том, как появилось множество идей, и о благе» (VI 7).

Словари: Ast F. Lexicon Platonicum. Lipsiae, 1835-1838. Bonn, 1951; Bonitz H. Index Aristotelicus. В., 1870 (repr. Graz, 1955); BrandwoodL A. World Index to Plato. Leeds, 1976; Sleeman J. //., Pollet G. Lexicon Plotinianum. Leiden; Leuven, 1980.

Лит.: Robin L. La Théorie platonicienne des idées et des nombres d'après Aristote. P., 1908; Gillespie C. M The Use of eîSos and ιδ'α in Hippocrates, - CQ 6, 1912, p. 179-203; StenzelJ. Zahl und Gestalt bei Platon und Aristoteles. Lpz.; В., 1924; Jones R. M. The Ideas as the Thoughts of God, - CPhil 21. 4, 1926, p. 317-326; Else G. The Terminology of the Ideas, -


ИЕРОНИМ РОДОССКИЙ                                       397

HSCP, 1936; Ross W. D. Plato's Theory of Ideas. Oxf., 1951; Rich A. N. M. The Platonic Ideas as Thoughts of God, -Mnemosyne ser. 4,7,2,1954, p. 123-133; SaffreyH. D. Le Peri philosophias d'Aristote et la théorie platonicienne des idées-nombres. Leiden, 1955; Gadamer H.-G. (hrsg.). Idee und Zahl: Studien zur platonischen Philosophie. Hdlb., 1968; Des Places Ε. Lexique de la langue philosophique et religieuse de Platon. P., 1973; Krämer H. J. Aristoteles und die akademische Eidoslehre. Zur Geschichte der Universalienprobleme im Piatonismus, -AGPh 55,1973, S. 119-190; Isnardi Parente M. Dottrina délie idee e dottrina dei principi nell' Accademia anti-ca, -ASNP, ser. III, vol. VII, 3, 1977, p. 1017-1128; Annas J. Aristotle on Substance, Accident and Plato's Forms, - Phronesis 22, 1977, p. 146-160; Malcolm J. Plato on the Self Predication of Forms. Oxf, 1991; Fine G. On Ideas: Aristotle's Criticism of Plato's Theory of Forms. Oxf, 1993; Dorter K. Form and Good in Plato's Eleatic Dialogues: the Parmenides, Theaetetus, Sophist, and Statesman. Berk., 1994; Devereux D. Separation and Immanence in Plato's Theory of Forms, - OSAPh 12, 1994, p. 63-90; Perl E. D. The Demiurge and the Forms: A Return to the Ancient Interpretation of Plato's Timaeus, - AncPhil 18, 1998, p. 81-92; Baltes M. Idee (Ideenlehre), - DIANOHMATA. Kleine Schriften zu Piaton und zum Piatonismus, von Matthias Baltes. Hrsg. v. A. Huffmeier et al. Stuttg.; Lpz., 1999, S. 275-302; Idem. Zum Status der Ideen in Piatons Frühdialogen: Charmides, Euthydemus, Lysis, - Symposium Platonicum V (congrès) 2000, p. 317-323; Fronterotta F. METHEXIS. La teoria Platonica délie idée e la parte-cipazione délie chose empiriche. Dai dialoghi giovanili al Parmenide. Pisa, 2001; Лосев Α. Φ. Терминология учения Платона об идеях, - Он же. Очерки античного символизма и мифологии. Т. 1. М., 1930, с. 135-281 (переизд. 1993); МочаловаИ. Н. Критика теории идей в Ранней Академии, -Академия. Вып. 1. СПб., 1997, с. 97-117.

И. Н. МОЧАЛОВА

ИЕРОНИМ РОДОССКИЙ {Ιερώνυμος 6 'Ρόδιος) (ок. 290-230 до н. э.), представитель Перипатетической школы эллинистического периода.

В своих сочинениях, отличавшихся риторической отточенностью стиля, И. отдавал приоритет популярной этике, писал о гневе и «безгневии», о любви, образовании. Наиболее пространные отзывы об И. извлекаются из соч. Плутарха Херонейского «Застольные беседы» и Афинея «Пирующие софисты»; имеющиеся фрагменты, по-видимому, не полностью представляют круг интересов И. Сохранились упоминания о названиях: «О воздержании» (IJepl εποχής, D. L. II105), «Об опьянении» (Athen. XI, 499f, ср. Plut. Qu. con ν. 612d, где И. указан в ряду авторов, писавших о винопитии (λόγοι παρά πότον), «О кифаредах»; писал также о хоровом пении и музыкальном воспитании (Plut. Non posse suav. 1096a), поэзии (ср. D. L. VIII 57), собирал анекдоты (Ιστορικά υπομνήματα) об известных лицах (I 26; II 14; 26; Athen. XIII, 604d и др.).

Определяя конечную цель как «отсутствие возмущений» (το άοχλητως ζην), И. таким же образом понимал и счастье (fr. 13 W. = Clem. Strom. II 21, 127,3), поэтому Плутарх находил сходство его учения с эпикурейским (St. rep., 1033с), - ср. αοχλησία И., атараксия, а также «акатаплексия» Навсифана.

Вероятно, И. не ограничивался только этическими и риторическими вопросами. В «Застольных беседах» Плутарх упоминает мнение И. о механизме зрения в атомистическом духе: мы видим благодаря образам, прилетающим к нам от видимых предметов; чем ближе эти отлетающие образы к предмету, тем их частицы плотнее и крупнее, - этим объясняется у И. дальнозоркость стариков, с трудом видящих своими слабыми глазами вблизи (Qu. conv. I, 626a).

Согласно т. н. Геркуланейскому списку стоиков, с И. полемизировал стоик Антипатр из Тарса (ср. SVF III, р. 209, fr. 2).


398                                               ИОАНН ФИЛОПОН

Фрагм.: Wehrli, Die Schule X. Hieronymos von Rhodos. Kritolaos, 19692, S. 7-23; 25-44; Hieronymus of Rhodes: The Sources. Text and Translation. Ed. S. A. White, - Fortenbaugh W., White S. A. (ed.) Lyco of Troas and Hieronymus of Rhodes. N. Bruns., 2004, p. 79-276.

Лит.: Arighetti G. Ieronimo di Rodi, - SCO 3, 1955, p. 111-128; Wehrli F. Der Peripatos bis zum Beginn der romischen Kaiserzeit, - GGPh, Antike 3, 1983, S. 575-576; Dalfino M. C. Ieronomo di Rodi: la dottrina della vacuitas doloris, - Elenchos 14, 1993, p. 277-304; Fortenbaugh W, White S. A. (ed.). Lyco of Troas and Hieronymus of Rhodes. N. Bruns., 2004.

M. A. СОЛОПОВА

ИОАНН ФИЛОПОН ('Ιωάννης ό Φιλόπονος, или Иоанн Грамматик, что свидетельствует о том, что он не был профессиональным преподавателем философии; ок. 490-570), греческий философ, совмещавший вышколенную ученость Александрийской школы неоплатонизма с принципами христианского мировоззрения. Крещен во младенчестве. Под влиянием неоплатоника Аммония, сына Гермия, приобщился к философии. Издал комментарии Аммония к сочинениям Аристотеля: к «Аналитике I и II», «О возникновении и уничтожении», «О душе» (содержат указание на то, что они являются записями семинаров Аммония), к «Категориям», «Физике», «Метеорологике»; переиздал (вслед заАсклепием из Тралл) комментарий на «Введение» Никомаха из Герасы; автор знаменитого сочинения «Против Прокла по вопросу о вечности мира» (Κατά των Πρόκλου rrepl ά'&ιότητος κόσμου επιχειρημάτων, 529), а также сочинения «Против Аристотеля» (ок. 530—534, известно благодаря цитатам и критике Симпликия в комментарии к аристотелевскому «О небе»); поздний трактат «О творении мира» в 7 кн. (7а εις την Μωυσεως κοσμογονίαν ίζηγητίκά) посвящен Сергию, патриарху Антиохийскому в 546—549. В сочинении «Арбитр, или О единстве», известном по цитатам у византийских авторов и сирийскому переводу, выступает как представитель монофизитства, склоняющийся к «тритеизму». Автор «Описания астролябии» (Περί της του αστρολάβου χρήσεως καϊ κατασκευής).

В развитии И. выделяются два периода. Первый представлен комментариями к Аристотелю в духе Аммония: для этого периода (после 517) свойственно традиционное для позднего платонизма представление о структуре универсума, в ряде моментов объединяющее Платона и Аристотеля (сверхбытийное Единое, Ум-Демиург, являющийся и производящей, и целевой причиной, трансцендентные умы, рациональные души, сфера небесная, сфера подлунная, четыре элемента, материя).

Второй период, начинающийся с 529 (времени появления эдикта имп. Юстиниана о закрытии философских школ, что и послужило поводом для декларации новых взглядов), характеризуется упрощенной схемой универсума (личный бог-ум есть высший уровень иерархии, творение мира - результат свободного божественного изволения, мир не является больше божественным). В сочинении «Против Прокла по вопросу о вечности мира» (529) И. подверг критике неоплатоническую интерпретацию платоновского «Тимея» (творение космоса как вневременной акт), истолковав его в духе ветхозаветной книги Бытия, с которой, как он считал - в духе длительной традиции христианских богословов, - Платон был знаком. В сочинении «Против Аристотеля» (со ссылкой на сочинение Прокла «Возражения Аристотеля на "Тимея" Платона», Simpl. In Phys. 31, 7 слл.) противопоставляются учения Платона и Аристотеля, у которого критикуется теория


ИОАНН ФИЛОПОН                                           399

эфира, вечности мира и т. п.). Впоследствии (в соч. «О творении мира»), вероятно под влиянием монофизитов, почитавших Аристотеля, И. смягчается в своем его неприятии (напр., принимает определение души как энтелехии - In Phys. 278, 3, блага как предмета всеобщего стремления - 293, 7 и т. д.), хотя и продолжает подчеркивать неприемлемость его учения о том, что мир не имеет начала (82, 10) и т. п. Здесь же он обсуждает теорию «им-петуса» применительно к возникновнию мира в целом.

Реагируя на полемические выпады И., Симпликий называет его «новичком», представителем «новомодной болтовни» (под которой разумеется христианство), пытающимся привлечь внимание непросвещенной публики, но неспособным понять глубокой согласованности учений Платона и Аристотеля (In De Caelo 42, 17 ел., и др.); душа Филопона, согласно Симпликию, одержима не разумом, а страстями и воображением. Нападки И. на Аристотеля Симпликий сравнивает с акцией Герострата, сжегшего храм Артемиды Эфесской (In Phys. 200, 30 ел.).

Богословские взгляды Филопона были осуждены на Константинопольском соборе 680/681. Между тем его сочинения оказали влияние на арабов, латинский Запад (теория «импетуса» была воспринята Буриданом и Оремом), мыслителей Возрождения (Пико делла Мирандола, Галилей). Начиная с 16 в. на европейскую мысль оказывали влияние латинские переводы комментариев И. на Аристотеля и его полемика с Проклом.

Соч.: Комментарии: 1) Philoponi (olim Ammonii) in Aristotelis categorias commen-tarium. Ed. A. Busse. В., 1898 (СAG XIII. 1); 2) Ioannis Philoponi in Aristotelis analytica priora commentaria. Ed. M. Wallies, 1905 (CAG XIII. 2); 3) In Arist. analytica posteriora com-mentaria. Ed. M. Wallies, 1909 (XIII. 3); Philoponus. On Aristotle Posterior Analytics I 1-8. Tr. by R. D. McKirahan. L.; Ithaca, 2008 (АСА); 4) In Arist. physicorum libros commentaria. Ed. H. Vitelli, 1887-1888 (CAG XVI-XVII); Philoponus. On Aristotle Physics: 11-3; 14-9; II; III; V-VIII. Tr. by С Osborne, A. R. Lacey, M. J. Edwards, P. Lettink, J. O. Urmson. L.; Ithaca, 1993-2008 (АСА); Furley Ζλ, Wildberg С. (tr.). Corollaries on place and void. With Simplicius, Against Philoponus on the eternity of the world. L., 1991; 5) In Arist. libros de generatione et corruptione commentaria. Ed. H. Vitelli, 1897 (CAG XIV); 2) Philoponus. On Aristotle On coming-to-be and perishing: 11-5; 16-II4; II 5-11. Tr. by C. J. F. Williams, I. Kupreeva, 1999-2005 (АСА); 6) In Arist. meteorologicorum librum primum commentarium. Ed. M. Hayduck, 1901 (CAG XIV. 1); 7) In Arist. libros de anima commentaria. Ed. M. Hayduck, 1897 (CAG XV); Philoponus. On Aristotle On the soul: I 1-2; I 3-5; II 1-6; II 7-12; III 1-8; III 9-13. Tr. by. Ph. J. van der Eijk, W. Charlton, 2000-2006 (АСА); Le commentaire de Jean Philopon sur le troisième livre du «Traité de l'âme» d'Aristote. Éd. par M. de Corte. Liège; P., 1934; On Aristotle On the intellect: De anima III 4-8. Tr. by W. Charlton, F. Bossier. Pref. by R. Sorabji. L., 1991; 8) In Nicomachi arithmeticam introductionem. Ed. R. Hoche. Lpz., 1864-1867; éd. G. R. Giardina, - Giovanni Filopono matematico tra neopitagorismo e neoplatonis-mo. Catania, 1999, p. 105-181. Трактаты: 1) De opificio mundi. Rec. G. Reinhardt. Lpz., 1897; 2) De aeternitate mundi contra Proclum. Ed. H. Rabe. Lpz., 1899 (repr. Hldh., 1963); Philoponus. Against Proclus' On the eternity of the world 1-5; 6-8; 12-18. Tr. by M. Share, J. Wilberding, 2005-2006 (АСА); Segonds A. A propos d'une page du De aeternitate mundi de Jean Philopon, - ΣΟΦΙΗΣ ΜΑΙΗΤΟΡΕΣ. Hommage à Jean Pépin. P., 1992, p. 461-479 (пер. и комм, двух текстов И. Ф. о творении души в «Тимее»: De aetern. mundi 115, 22-121, 9);










Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: