double arrow

Уровень лексико-семантического соответствия


Сопоставив эту модель с той, которая предлагалась Швейце­ром, мы обнаруживаем определенное сходство на первых четырех уровнях: уровень цели коммуникации соответствует прагматиче­скому, уровень описания ситуации — семантическому референци-альному, уровень способа описания ситуации — семантическому компонентному и уровень структуры высказывания — синтакси­ческому. В модели Комиссарова по отношению к модели Швей­цера изменена иерархия двух уровней: уровень описания ситуа­ции подчиняет себе уровень способа описания ситуации. Иначе говоря, перевод на уровне способа описания ситуации предстает как более точный по отношению к уровню описания ситуации. С таким изменением иерархии уровней эквивалентности трудно не согласиться. Мы уже показывали на примере, заимствованном у Р. Барта, насколько обедняется текст перевода, если в нем пере­дается только информация о предмете речи (денотативное или референциальное значение) и опускается информация о том, как этот предмет отражается в сознании автора, что находит выраже­ние в выборе определенных речевых форм.

Комиссаров дополняет модель эквивалентности еще одним уровнем — уровнем лексико-семантического соответствия. Это дополнение представляется существенным, во всяком случае, по двум причинам. Во-первых, оно логически завершает иерархию уровней эквивалентности: начав с уровня цели коммуникации, где перевод оказывается максимально свободным, вольным (за верхним пределом этого уровня вряд ли можно уже говорить о переводе), Комиссаров доходит до уровня пословной эквивалент­ности, т.е. до уровня буквального перевода, который в опреде ленных случаях также возможен. Во-вторых, автор модели при­влекает внимание к слову, которое в реальном переводе весьма часто выступает в качестве единицы эквивалентности. Множество трансформационных операций, известных в теории перевода, связаны именно с преобразованием слов (конкретизация, генера­лизация и т.д.).




На первый взгляд, этот уровень эквивалентности переклика­ется с уровнем способа описания ситуации (компонентный уро­вень у Швейцера). Но это не так. В самом деле, на уровне спосо­ба описания ситуации Комиссаров рассматривает семантическую структуру не отдельного слова, а высказывания как речевой фор­мы отражения той или иной предметной ситуации, его компо­нентный состав.

Таким образом, выделение пяти уровней эквивалентности, различающихся степенью детализации, точности и полноты смыс­лов, представляется обоснованным.

Однако в типологии уровней эквивалентности Комиссарова угадывается некоторое противоречие. Первые три уровня выделя­ются на основе ономасиологического подхода к сравнению тек­стов оригинала и перевода, а оставшиеся два, напротив, семасио­логического. Ведь в первых трех случаях Комиссаров движется от значений (цель высказывания — ситуация — отражение ситуации сознанием автора) к формам их выражения в ИЯ и ПЯ, т.е. к знакам. В четвертом и пятом случаях он идет от форм выраже­ния, знаков (синтаксической структуры и слов) к их значениям.



Типология Егера — Швейцера менее подробна, но более логич­на. Она заявлена как функциональная и построена на установлен­ных лингвистикой функциях языкового знака, т.е. на отношениях между знаком и участниками акта коммуникации (прагматическая функция), между знаком и отражаемым в нем фрагментом реаль­ной действительности (семантическая функция) и между знаками в процессе коммуникации (синтаксическая функция). Разведение семантического уровня на два подуровня (Егером и Швейцером) с точки зрения строгости критериев типологии также некоррект­но. Ведь выделяемый в особый подуровень сигнификативный ас­пект семантического значения характеризует не столько отноше­ния между действительностью и знаком, сколько между знаком и коммуникантом, т.е. может рассматриваться в пределах прагмати­ческого аспекта. Если при одном и том же денотативном значе­нии высказываний «Злая собака» и «Осторожно: собака» мы уста­навливаем различия их сигнификативных значений, то должны признать, что различия эти обусловлены желанием, интенцией коммуниканта сказать именно так, а не иначе, т.е. в этих разли­чиях угадывается отношение между знаком и коммуникантом.



Иначе строит модель уровней эквивалентности В.Г. Гак. Преж­де всего он последовательно разрабатывает теорию эквивалент­ности на основе семантических отношений, устанавливаемых между знаками (языковые формы), понятиями (значения) и де­нотатами (внеязыковые ситуации). Данная концепция представляет несомненный интерес, так как она позволяет вновь обратиться к категории адекватности и сделать предположение о том, что прагматический уровень дей­ствительно не определяет эквивалентность перевода исходному речевому произведению, а всецело располагается в сфере адекват­ности. Если допустить, что прагматика определяет отношения знака с участниками коммуникации, то к этим участникам следу­ет отнести и переводчика.







Сейчас читают про: