double arrow

Иррационализм

Иррационализм - обозначение течений в философии, которые, в противоположность рационализму, ограничивают или отрицают возможности разума в процессе познания и делают основой миропонимания нечто иррациональное, выдвигая на первый план волю (волюнтаризм), непосредственное созерцание, чувство, интуицию (интуитивизм), мистическое «озарение», воображение, инстинкт, «бессознательное» и т. п.

Иррационализм отвергал логические связи в природе, восприятие окружающего мира как целостной и закономерной системы. Основная идея иррационализма заключается в том, что окружающий мир есть разрозненный хаос, не имеет целостности, внутренних закономерностей, законов развития, неподконтролен разуму и подчиняется другим действующим силам, например аффектам, воле.

Представители: А. Шопенгауэр, Ф. Ницше, В. Дильтей.

Артур Шопенгауэр (1788 – 1860). В своём творчестве выступал против диалектики и историзма Гегеля, призывал вернуться к кантианству и платонизму. Философия Шопенгауэра (его учение о четверояком законе достаточного основания, волюнтаризм, пессимизм и др.) была не понята и не принята многими из его современников и не имела большой популярности, однако она сыграла большую роль в развитии неклассической идеалистической философии (символизма, «философии жизни», позитивизма).

В своей книге «Мир как воля и представление» философ выводит логический закон достаточного основания. Согласно данному закону истинная философия должна исходить не из объекта (как у материалистов), но и не из субъекта (как у субъективных идеалистов), а только лишь из представления, которое является фактом сознания.

Универсальный принцип философии Шопенгауэраволюнтаризм (от лат. voluntas — воля), согласно которому главной движущей силой, определяющей всё в окружающем мире, является воля.

Воля – абсолютное начало, корень всего сущего, идеальная сила, способная определять всё сущее и влиять на него. Воля также есть высший космический принцип, который лежит в основе мироздания и является всеобщей сущностью вещей.

При объяснении воли как всеобщей сущности вещей Шопенгауэр опирается на теорию Канта, согласно которой в сознании отражаются лишь образы вещей окружающего мира, а их внутренняя сущность является неразрешённой загадкой («вещью в себе»).

Окружающий мир есть лишь мир представлений в сознании человека. Сущность же мира, его вещей, явлений есть не «вещь в себе», а воля. Мир явлений и мир сущности являются соответственно миром представлений и миром воли. Точно так же, как воля человека определяет его поступки, так и действующая во всём мире всеобщая воля, воля предметов и явлений вызывает внешние события в мире, движение предметов, возникновение явлений. Воля присуща не только живым организмам, но и неживой природе в виде «бессознательной», «дремлющей» воли. Окружающий мир по своей сути есть реализация воли.

Согласно Шопенгауэру, истина в том, что мир – это воля, а именно воля к жизни и ее продолжению. Это слепое, безудержное, инстинктивное стремление. Из воли возникает страдание. По его мнению, всё живое пронизано неразумной, слепой и неутолимой жаждой жизни. Вот почему наше бытие наполнено страхом и болью. Неудовлетворённость и боль – вот наши главные ощущения. Желание является только иллюзией, возникающей лишь в преходящий момент удовлетворения этой вечной жажды жизни. Избавление от жизненных мук достижимо только путём отказа от воли к жизни.

Всякое удовольствие, всякое счастье, к чему стремятся люди во все времена, имеют отрицательный характер, так как они — удовольствие и счастье — есть, в сущности, отсутствие чего — то плохого, страдания, например. Наше желание проистекает из актов воления нашего тела, но желание — это страдание по поводу отсутствия желаемого. Удовлетворённое желание неизбежно рождает другое желание (или несколько желаний), и опять мы вожделеем и т. д. Если представить всё это в пространстве условными точками, то пустоты между ними будут заполнены страданием, из которого и возникнут желания (условные точки в нашем случае). Значит, не наслаждение, а страдание — вот то положительное, постоянное, неизменное, всегда присутствующее, наличность чего нами ощущается.

(В нашей обыденной жизни воля имеет эмпирический характер, она подвергается ограничению; если бы этого не было, возникла бы ситуация с Буридановым ослом (Буридан — схоласт ХV ст., описавший эту ситуацию): поставленный между двумя охапками сена, по разные стороны и на одинаковом расстоянии удалёнными от него, он, “обладая свободной волей” умер бы от голода, не имея возможности сделать выбор. Человек в повседневной жизни постоянно делает выбор, но при этом он неизбежно ограничивает свободную волю.)

Буддисты, которыми Шопенгауэр восхищался, принимали мировое зло за нечто само собой разумеющееся. Шопенгауэр искал для своего пессимизма логическое оправдание. Человеческие желания, настаивал он, бесконечны, и удовлетворить их невозможно. На место удовлетворенного желания заступают десять других, и даже если бы все желания были удовлетворены, результатом была бы лишь скука. При этом Шопенгауэр замечает, что цели часто достигают после долгих лет борьбы, а удовлетворение длится краткий миг. Боль, говорил философ, позитивна, удовольствие негативно, это всего лишь временное облегчение. Иначе говоря, наш мир – наихудший из всех возможных миров, и если бы он был еще хуже, никто не захотел бы в нем жить.

От борьбы и воли можно спастись тремя способами. Первый – созерцание произведений творческого гения, в которых отражаются вечные идеи. Этот путь приносит временное облегчение. Второй – моральная жизнь, уменьшающая страдание, поскольку главной добродетелью является сострадание, т.е. отождествление собственной страдающей воли с той, что присуща другим людям и животным. Полнота спасения достигается, однако, лишь через отрицание воли, отказ от самости и желаний – через бесстрастную аскетическую жизнь.

В целом взгляд философа на проблемы человеческой судьбы, свободы, необходимости, счастья носит пессимистический характер. Несмотря на то, что в основу человека и его сознания Шопенгауэр заложил волю, он не верит в возможность человека господствовать не только над природой, но и над собственной судьбой.

Его вселенский пессимизм находился в резком контрасте с умонастроением философии Просвещения и классической немецкой философии. Что же касается простых людей, то они привыкли руководствоваться формулой древнегреческого философа Эпикура: “Смерть нисколько нас не касается: пока мы есть, нет смерти, а когда есть смерть, нет нас”. Но отдадим должное Шопенгауэру: он показывает нам мир не одноцветным, а скорее двуцветным, то есть более реальным и тем подводит нас к мысли о том, что же является высшей ценностью жизни. Наслаждение, удача, счастье сами по себе, или всё, что им предшествует тоже ценно для нас? А может быть это и есть сама жизнь?

Шопенгауэр положил начало процессу утверждения волевого компонента в европейской философии в противовес сугубо рациональному подходу, сводящему человека до положения мыслящего орудия. Его идеи о первичности воли поддержали и развили А. Бергсон, У. Джемс, Д. Дьюи, Фр. Ницше и др. Они были положены в основу “философии жизни”.

Продолжателем философии Шопенгауэра является Фридрих Ницше (1844 – 1900), представитель «философии жизни».

Основные труды: «Рождение трагедии из духа музыки», «Человеческое, слишком человеческое», «По ту сторону добра и зла», «Так говорил Заратустра», «Воля к власти».Работы Ницше несут на себе печать иррационализма и нетрадиционности. Они написаны в форме притч, афоризмов и т. п. и требуют при чтении значительных усилий воображения и воли.

Рассматривая, подобно Шопенгауэру, мир как продукт во­ли - первоосновы всего существующего, Ницше, однако, за­менил шопенгауэровский монистический волюнтаризм, уче­ние о единстве воли - «плюрализмом» воль, - признанием множества конкурирующих, сталкивающихся в смертельной борьбе «центров» сил.

В основе как жизни, так и окружающего мира лежит воля.

 Ницше выделяет несколько видов воли человека:

- "воля к жизни";

- воля внутри самого человека ("внутренний стержень");

- неуправляемая, бессознательная воля - страсти, влечения, аффекты;

- "воля к власти".

Последней разновидности воли — "воле к власти" — философ уделяет особое внимание. По Ницше, "воля к власти" в большей или меньшей степени присуща каждому человеку. По своей природе "воля к власти" близка к инстинкту самосохранения, является внешним выражением спрятанного внутри человека стремления к безопасности и движущей силой многих поступков человека. Также согласно Ницше каждый человек (как и государство) осознанно или неосознанно стремится к расширению своего "Я" во внешнем мире, экспансии "Я".

Жизнь, по Ницше, определяется законом подчинения слабого сильному, и в этом состоит предельно широкий принцип бытия. Господство проявляется в экономических, политических, социальных, межличностных и даже интимных отношениях; им наполнено реальное содержание человеческой истории. Оно наблюдается и в природе. Его можно скрывать, ему можно противодействовать как принципу, но его невозможно перечеркнуть.

Воля к власти рассматривается Ницше как проявление инстинкта свободы. Но к свободе, как и к господству, воспитывает война. На войне мужские боевые качества господствуют и подавляют все другие — инстинкт к счастью, миру, покою, состраданию и т. п. Мирная жизнь убивает волю к власти, делает из человека слабую личность и превращает ее в стадное животное. В частности такое понятие как “совесть” делает человека рабом стадного инстинкта, с позиции христианской морали, «моральный» означает неэгоистичный, но это, считает Ницше, есть предрассудок. Это касается и таких понятий как “хороший”, “истинный” — в контексте позитивистской философии они означают “целесообразный”, “полезный” и т. п.

Воля к власти как принцип раскалывает общество на рабов (слабых) и господ (сильных); отсюда две морали: аристократическая и мораль толпы, народа, массы.

Последняя культивируется христианством и гуманистической европейской культурой и поэтому отвергается Ницше. По мнению Ницше, беда современного общества в том, что массы восприняли учение христианства о равенстве всех перед Богом и теперь требуют равенства на земле. Христианство — это религия рабов. Из-за них, убогих и несчастных, Христос пошел на распятие. Его смерть вселила надежду на спасение. Поэтому его заповеди восприняли в первую очередь слабые.

Моральную реальность создает конкретный индивид. Вне этого индивида морали не существует. Мораль - это язык знаков, которым описывается реальная жизнь. Но Жизнь есть вечное становление, есть непостижимый поток вещей, который не укладывается в схему кем-то заданной и сформулированной реальности. Формирование каждым человеком индивидуальных ценностей исключает идею равенства: чем сильнее импульс жизни, тем сильнее воля к жизни, тем индивидуальнее человек. И, наоборот, чем слабее воля к жизни, тем сильнее потребность в равенстве.

Ценности для человека должна устанавливать «воля к власти». Все моральные нормы установил сам человек, но сам же их теперь не узнает. Чьи же нормы мы соблюдаем сейчас? Нормы морали слабых — рабов. К чему это приведет? К вырождению сильных. Что делать? По Ницше, существует раса господ, призванных повелевать, и раса рабов, призванных повиноваться. Господствующие классы должны отказаться от либеральных убеждений, моральных норм и т.п. Нужно воспитать новую касту господ, укрепить их волю к власти. Условием их господства является отказ от христианской морали — «морали рабов» и признание «морали господ».

В морали всегда закреплялось желание "улучшить" человека: улучшением называлось укрощение человека-зверя, выведение определенной людской породы. Ницше проводит аналогию с "улучшением" (укрощением) зверя в зверинце. Кто поверит, что звери могут измениться "к лучшему"? Зверь может стать слабым, вялым и не таким опасным, главное - использовать депрессивный аффект страха, боли, ударов, голода. Точно так обстоит дело с "улучшением" человека с помощью священника. Зверь может стать менее опасным, если его сделать больным. Церковь это поняла и погубила человека, она погасила индивидуальное в человеке, подчинила отдельного человека прагматическим установкам.

В прошлых формах морали свобода принадлежала богу, который творил все ценности мира. Ницше предлагает убить бога и обрести свободу, т.е. обрести творческий импульс, стать источником и движущей силой процесса становления ценностей. Это будут конкретные ценности конкретного человека, которые появятся в результате осуществления воли к власти, власти над собственной жизнью. Это - высшее проявление морали.

Если философы эпохи разума видели в истории человечества прогресс, т. е. возвышение общества от низших, примитивных форм жизни к высшим формам, то Ницше видел в истории ослабление воли к жизни и деградацию природного начала в человеке и у народов. Поэтому он был противником прогресса, выступал против идей социализма и разного рода проектов преобразования общества. Прогрессом, с его точки зрения, было бы воспитание новой господствующей касты для Европы, состоящей из малочисленных, но более сильных человеческих экземпляров. Они бы составили расу господ и завоевателей, расу арийцев.

Мерилом истинной ценности у Ницше является свобода от общественных норм современного ему общества. Так кто же свободен? Это тот, кто находится “по ту сторону добра и зла”, то есть вне морали и законов общества. Ницше видел своего героя в образе “белокурой бестии”, т. е. человека арийского происхождения, но не отягощённого совестью и моральными сомнениями. Историческими прототипами такого героя он называл Н. Макиавелли и Наполеона.

Когда-то перед Богом все были равны, но теперь Бог умер. С тех пор, как Бог лежит в могиле, вы впервые воскресли, - так говорил Заратустра, герой книги Ницше. Главный вопрос завтрашнего дня - не как сохраниться человеку, а как превзойти человека. Это становится возможным как только человек устанавливает отношения с самим собой, со своей волей, со своей властью к жизни.

Поскольку «Бог умер», для человека мерой и целью должен стать сам человек. Отсюда, идея «Сверхчеловека»: «Вперед! Ввысь! Бог умер: теперь хотим мы — чтобы жил Сверхчеловек».

Для Ницше Сверхчеловек — это «Победитель Бога», «Антихрист», «белокурая бестия», новый варвар, существо с инстинктами дикого зверя. Для него «все можно, все позволено». Современный человек — это переходное существо, мост от животного к сверхчеловеку.

Это «сверхчеловек», тип которого Ницше определяет следующим образом. Это люди: «которые проявляют себя по отношению друг к другу столь снисходительными, сдержанными, нежны­ми, гордыми и дружелюбными, - по отношению к внешнему миру, там, где начинается чужое; чужие, они немногим лучше необузданных хищных зверей. Здесь они наслаждаются свобо­дой от всякого социального принуждения, они на диком про­сторе вознаграждают себя за напряжение, созданное долгим умиротворением, которое обусловлено мирным сожительст­вом. Они возвращаются к невинной совести хищного зверя как торжествующие чудовища, которые идут с ужасной сменой убийства, поджога, насилия, погрома с гордостью и душевным равновесием... уверенные, что поэты будут надолго теперь иметь тему для творчества и прославления. В основе всех этих рас нельзя не увидеть хищного зверя, великолепную, жадно ищущую добычу и победы белокурую бестию».

Свой идеал «сверхчеловека» Ницше не сравнивает с какой-либо человече­ской расой или нацией, но он, не давая для этого никаких рецептов, везде говорит о том, что «сверхчеловека» необходи­мо вырастить. Это «полубожественное» существо превращается в основу ницшеанской философии.

Ницше предсказывает, что уже «следующее столетие принесет с собой борьбу за господство над землей», что будут такие войны, каких никогда не было на земле.

Современники Ницше были шокированы, отрекались от него. Ницше предвидел это. «Будет время, с моим именем будут связывать нечто чудовищное» — писал он. И действительно, в 30-х гг. ХХ в. его философия в фашистской Германии стала официальной.

Но Ницше, как философ не может нести ответственность за поступки совершенные через десятилетия после его смерти, так как логика его выводов — это логика жизни. По мнению Мераба Мамардашвили [грузинского философа ХХ в.] философ обязан высказать те выводы, к которым он пришел, независимо от того, нравятся они ему или нет. Если выводы содержат ошибку, ее обнаружат, если нет — человечество должно думать, как решить указанную проблему.

Идею «сверхчеловека» Мамардашвили объясняет так: только тот может считать себя человеком, кто предъявляет к себе сверхчеловеческие требования.

Действительно, если каждый человек снизит требование к себе, его дети поступят так же, то развитие человечества пойдет вспять. Только превышение над уже достигнутым обществом позволяет обществу развиваться.

Ницше отмечал, что «школьные ослы» неправильно истолковали понятие сверхчеловека, как будто это – наименование некоего вида, который может появиться на следующей ступени эволюции. В действительности же Ницше убеждает человека «оставаться верным земле», не питать надежд на другие миры. Вместо того чтобы создавать заоблачные идеалы, символизирующие человеческую несостоятельность, следует задуматься над тем, что есть высший тип человеческого, пусть не существующий сейчас, но возможный в будущем.

Роль Ницше в европейской истории и культуре значительна. Его идеи были активно использованы в фашистской Германии для пропаганды войны и расизма. Не были они чужды и революционерам в России и в других странах. Это, однако, не главное; всё это происходило помимо воли самого Ницше. Главное в другом: своим творчеством он сделал предостережение относительно неизбежных, но уродливых форм развития западной цивилизации; он предупредил нас о грядущем отчуждении в сфере европейской культуры, о её глубинном перерождении, об омассовлении и примитивизации духовной жизни. Ницше — один из предшественников философии экзистенциализма.


Сейчас читают про: