double arrow

Макросреда


Изучение особенностей группового и индивидуального поведения не может быть успешным без учета общего культурно-исторического фона, имену­емого макросредой личности.

Изучение макросреды личности предполагает выявление и анализ объективных факторов, в той или иной мере обусловлива­ющих поведение индивида. Важно отметить, что детерминация может носить как непосредственный характер (например, в слу­чае с политической рекламой), так и опосредованный. Вместе с тем действие тех или иных факторов неоднозначно и зависит как от особенностей рассматриваемого исторического этапа, так и от степени вовлеченности отдельных индивидов в те или иные виды социальной деятельности.

Один из возможных подходов к проблеме культурно-истори­ческого фона человеческого поведения предполагает его изучение на двух уровнях: глобальном и региональном.

Переход мирового сообщества на постиндустриальную стадию качественно изменил состояние макросреды личности. В частно­сти, вместо традиционной конфронтации между Востоком и За­падом все чаще говорят о противостоянии между богатым Севе­ром и бедным Югом. Научно-техническая революция набирает силу сразу в ряде макрорегионов планеты. Существенные измене­ния наблюдаются в политической сфере: если раньше экономи­ческое господство в мире находилось в прямой зависимости от накопленного страной капитала, материальных богатств, то в наши дни символом власти является контроль над энергоносителями и мировыми информационными сетями.




Все отчетливее просматриваются две противоположные тенден­ции. С одной стороны, развитие надгосударственных связей в ми­ровой экономике приводит к усилению господства транснациональ­ных корпораций, надгосударственных макрорегиональных эконо­мических объединений типа ЕС, АТЭС и др. С другой стороны, как бы в противовес данной тенденции, возникает национализм и се­паратизм в отдельных регионах, повышается роль насилия.

Внутри самих развитых стран наблюдается частичный отказ от буржуазно-либеральных ценностей, концепции всеобщего благо­денствия, идет процесс сокращения среднего класса.

Важной особенностью развития современной макросреды сле­дует считать переход средств массовых коммуникаций на принци­пиально новый уровень манипулирования сознанием масс. Благо­даря телесериалам, рекламным роликам, развлекательным програм­мам, компьютерным играм и т.д. современный обыватель одно­временно живет как бы в двух мирах — реальном и вымышлен­ном, виртуальном.

Массированный поток специально отобранной информации, в первую очередь политической и торговой рекламы, приводит к ут­рате индивидуальности отдельной личностью, ее одномерности, стандартизации материальных и духовных потребностей. Современ­ный маркетинг не ограничивается изучением спроса, но активно формирует его в интересах производителя, субъектов власти.



На региональном уровне на человеческое поведение также наиболее активно влияют следующие факторы макросреды:

1) демографический фактор, под которым понимается плот­ность населения, динамика рождаемости и смертности, продол­жительность жизни, миграционные процессы и т.д.;

2) природно-экологический фактор — в том числе размеры территории, климат, запасы полезных ископаемых, особенности экологической обстановки и т.д.;

3) научно-технический фактор, подразумевающий состояние научно-технического прогресса, используемые технологии, уро­вень компьютеризации и т.д.;

4) экономический фактор, включающий уровень и структуру доходов, темпы инфляции, безработицу и т.д.;

5) политико-правовой фактор, предполагающий рассмотрение господствующего политического режима, официальной идеоло­гии, принятой системы законов и степени их соблюдения, поло­жения в области защиты прав человека и т.д.;

6) социокультурный фактор, содержание которого составляют обычаи, традиции, господствующая форма религии, национальная психология.



7) геополитический фактор как своего рода равнодействую­щая всех остальных. Его влияние резко усилилось после окончания «холодной войны» и появления тенденций перехода от двухполярного мира к однополярному.

Учет особенностей русского национального характера является непременным условием эффективности делового общения в Рос­сии, а потому данная проблема заслуживает особого внимания.

Русский национальный характер, понимаемый как устойчи­вая совокупность психических черт, проявляющихся в поведе­нии представителей данного этноса, формировался на протяже­нии столетий, достаточно устойчив и потому мало подвержен влиянию радикальных изменений в политической жизни обще­ства. Наиболее существенную роль в его становлении сыграли особенности хозяйственной деятельности наших предков, исто­рически сложившиеся отношения между народом и властью и, наконец, православие.

Ограниченные размеры территории, скудность природных бо­гатств и мягкий климат способствовали формированию у запад­ноевропейского крестьянина привычки к упорному и равномер­ному труду. Живший же в условиях сурового климата и вытеснен­ный под давлением кочевников в лесные регионы, мало приспо­собленные для сельского хозяйства, «великоросс приучался к чрез­мерному кратковременному напряжению своих сил, привыкал работать скоро, лихорадочно и споро, а потом отдыхать в продол­жение вынужденного осеннего и зимнего безделья»1.

Другой предпосылкой формирования русского национального характера следует считать особую роль государства в российской истории: авторитарный характер власти был необходимым усло­вием сохранения целостности многонационального государства, не имеющего хорошо защищенных естественных границ. О по­следствиях нетрудно догадаться, поскольку общеизвестно, что чем сильнее государство, тем слабее народ, его способность к самоор­ганизации, готовность к защите своих прав от произвола властей.

Рассматриваемые ниже черты национального характера во мно­гом обусловлены именно этими факторами. Воздействие комму­нистической идеологии на психический склад россиян не следует переоценивать, поскольку сам факт прихода к власти большевиков и стабильности советской власти отчасти объясняется совпадением предложенной мотивации и провозглашенных нравственных цен­ностей с уже сложившимся русским национальным характером.

' Ключевский В.О. Курс русской истории. Ч. I. — М., 1937. — С. 325.

Так, например, Ф.М. Достоевский, Н.А. Бердяев и Г.П. Федо­тов справедливо выделяли противоречивость, «двухполюсность» в качестве существенной, определяющей характеристики русского национального характера. Это, прежде всего, противоречие между не свойственной западноевропейцу способностью к сверхусили­ям, трудовому героизму и отсутствием склонности к размеренно­му труду. Постоянная внутренняя готовность к трудовому и рат­ному подвигу, умело поддерживаемая властями, снижала меру от­ветственности руководителей всех уровней, позволяла чиновни­кам работать спустя рукава, ибо, как метко заметил Бисмарк, за каждым геройским поступком скрывается чья-то халатность.

Можно говорить о небывалой любви к свободе, «воле», теоре­тически оформленной в виде анархизма, и вместе с тем — рабс­ком терпении, покорности и сервилизме как черте характера. Край­ней формой проявления данного противоречия в практике дело­вого общения выступает то, что Н.Г. Чернышевский достаточно точно назвал «батыевщиной»: хамство и высокомерие по отноше­нию к подчиненным, сопровождающееся холуйством и лакейством в отношениях с начальством.

Нельзя не сказать об определенном противостоянии претен­зий на духовное превосходство («Москва — третий Рим», «Запад богаче, но мы — духовнее!» и т.д.) и неумения порою защитить свое национальное достоинство, отсутствии преемственности и нигилизме по отношению к национальным интересам и традици­ям, родной культуре, самой идее российской государственности.

Бросается в глаза противоречие между коллективизмом, го­товностью к самопожертвованию ради общего дела и элементар­ным неуважением к памяти павших и правам живых на достойное существование, а то и на саму жизнь.

К названным чертам русского национального характера мож­но добавить противостояние между добротой, талантливостью, скромностью и доверчивостью, легковерием и мечтательностью, неумением отстаивать свои права, склонностью к утопии, вере в светлое будущее, в хорошего царя и в то же время — способнос­тью к самоорганизации, формированию горизонтальных связей между отдельными индивидами и группами.







Сейчас читают про: