double arrow

В СОВЕТСКУЮ ЭПОХУ

Крупные социальные изменения, происшедшие в России после Октябрьской революции, вызвали к жизни массу новых явлений, понятий, предметов, породили новые формы общественных и произ­водственных отношений людей. Все новое, естественно, требовало наименования. Потребность в новых номинациях удовлетворялась тремя путями: 1) путем образования неологизмов (на базе уже имевшихся в языке лексических и словообразовательных средств); 2) путем заимствования иноязычных слов, а также элементов не­литературного просторечия, территориальных диалектов, профес­сиональных и социальных жаргонов; 3) путем семантических изме­нений существующих слов.

1. Образование новых слов. Все новые наименования в структурном отношении можно подразделить на две группы: про­стые и составные. Первая группа включает слова, образованные разными способами от других слов: ленинец, выдвиженец, соглаша­тель, ударничество, избач, предоктябрьский, грузовик, тысячник, буденовка, обезличка; самоотвод, домоуправление, вездеход, бро­непоезд, книгоноша, бракодел; красноармеец, громкоговоритель, пятилетка, очковтирательство, многотиражка, всесоюзный; РСФСР, нэп, комбед, ревком и т. п.

Продуктивны, особенно в 20-е гг., именные образования, обоз­начающие лиц по их общественному положению, партийности, взглядам, по отношению к новому строю: беспартиец, назначенец, обновленец, пораженец, кружковец, массовик, передовик, беспри­зорник, общественник, подшефник, губотдельщик, частник и под., а также названия различных форм административного, государст­венного и социального устройства советского общества, учрежде­ний, видов той или иной деятельности и т.п.: агитка, нормалка, обобществление, администрирование, раскулачивание, укрупнение, товарность, плановость, примиренчество, оборончество, пани­керство и др.




С конца 20-х гг. в лексику литературного языка начинают вли­ваться многочисленные наименования различных профессий, а так­же технических и производственных операций: нефтяник, мостовик, отопленец, подземщик, прокатчик, доменщик, арматурщик, кессон­щик, бетонщик, шлифовальщик; прокатка, сбойка, фрезерование, шлюзование, армирование и мн. др. В 40-70-е гг. эти группы существительных пополняются новыми словами: сварщик, буровик, движенец, снабженец, холодильщик, взрывник, высотник, коксовик, газовик, электронщик, программист, бульдозерист, ракетчик, реак­тивщик, дизелист и т. п.



Разнообразные способы образования новых лексических единиц особенно активны в области научной и технической терминологии, где возникают наименования процессов (дезактивация, зашкалива­ние, программирование, формовка и т.п.), новых материалов (лав­сан, полиэтилен, пенопласт и т. п.), профессий и специальностей (бульдозерист, формовщик, эксплуатационник и т. п.) и др.

На протяжении всего советского периода развития русский язык также пополняется образованиями сниженного, разговорного характера, которые, однако, нередко употребляются в самых раз­личных жанрах литературной речи, вытесняя при этом стилистичес­ки нейтральные варианты. Ср., например, образование слов путем так называемого стяжения, когда словосочетание, состоящее из двух лексических элементов, «стягивается» в одно слово: зенитка (из зенитное орудие), читалка, электричка, планерка, оперативка, бытовка, времянка, самоходка, дальнобойка, зажигалка, высот­ка и др.

Составные наименования включают более чем одно слово: изба-читальня, крестьянин-массовик, комсомолец-активист; замес­титель директора по кадрам, инженер по технике безопасности, сектор охраны труда, Общество индийско-советской дружбы; ша­гающий экскаватор, стиральная машина, товарищеский суд, общест­венное поручение и т.п. Особенно характерными для современного этапа развития русского языка являются различные виды сложных наименований, в том числе и с усечением первой основы: стройма­териалы, стеклотара, спецзадание, парторганизация, профработа, электрооборудование, радиопередача, лесозаготовки, пневмодрель и т. п.

2. Заимствование литературным языком и н о­ язычных слов, а также элементов просторечия, диалектов, жаргонов (о заимствовании иноязычных слов см. выше, § 70-71). Особенно интенсивным было влияние на литературный язык диалектов, просторечия и жаргонов в 20-е гг. Это объясняется тем, что в послереволюционное время происходит перемещение и перемешивание больших групп населения. Крестьяне и рабочие начинают приобщаться к литературному языку. Вместе с усвоением новых для себя литературных норм они привносят в общее употребление слова и обороты, которые свойственны им как носителям нелитературных форм языка.

Так, в 20-30-е гг. в литературное употребление из просторечия и диалектов входят слова учеба, неполадки, косовица, напарник, глухомань, доярка, кондовый, затемно, морока, муторный, новосел, обеднять, отгул и нек. др.; в более позднее время литературным языком осваиваются слова показуха, простыть, огрехи, перекур, разбазаривать, справить (свадьбу, обнову), пособить, заправила, понатореть и др. В подавляющем большинстве случаев такие слова сохраняют сниженную стилистическую окраску и в системе литера­турного словаря относятся к разговорной и просторечной лексике. Это накладывает определенные ограничения на их использование: многие из подобных слов обычны в устно-разговорной разновидности литературного языка, в ряде жанров публицистического стиля речи (выступление с трибуны, передовая статья в газете, фельетон и нек. др.) и не употребляются в большинстве жанров научного и официально-делового стилей.

Литературный язык заимствует лексические средства и из про­фессионально ограниченных форм речи - например, из «языков» горняков, шоферов, летчиков, металлургов, железнодорожников и людей других профессий и специальностей. В большинстве случаев такие лексические элементы несут на себе печать породившей их профессиональной среды - в виде яркой экспрессивно-стилистичес­кой окраски. Таковы, например, слова баранка в значении «рулевое колесо автомобиля», барахлить (о плохо работающем моторе), газовать, потолок в значении «предел чего-либо» (в «языке» летчи­ков, откуда пришло это значение слова, потолок означает предель­ную высоту подъема самолета), бомбежка, задел в значении «запас», отдача и др. Некоторые из подобных слов отличаются и особен­ностями морфологической структуры: отладка, отгрузка, отстрел, заатмосферный, напылять и т. п.

Вследствие своих стилистических и формальных свойств про­фессионализмы имеют ограниченную сферу употребления (см. § 82).

3. Семантические изменения слов. Как известно, новое наименование может появляться не только в результате сло­вообразовательных процессов - путем образования нового слова из имеющихся в языке элементов, но и в результате переосмысления слов. История русского языка советского периода дает многочислен­ные примеры такого рода семантических неологизмов.

В первое послереволюционное десятилетие, а также в 40-е гг. переосмыслению подвергались многие военные термины и слова: равняться на передовиков, фронтработ, шеренгистроителей со­циализма, командирыпроизводства, окопатьсяв тылу, рабочая гвардия, перевооружение промышленности и т. п., некоторые слова «производственных» тематических групп: цех, кузница, ремесло, мастер, мастерская и т. п. (ср. цехи здоровья, кузница науч­ных кадров, ремесло артиста, мастер слова, в творческой мастерс­кой).

Претерпевают семантические изменения и другие разряды лек­сики. Например, в следующих словосочетаниях выделенные слова выступают в переносных значениях, приобретенных этими словами в советский период развития русского языка: заострить внимание, участокработы, перебросить(кого-либо) на другую работу, охва­тить кружками художественной самодеятельности, общественная нагрузкаи т. п. (ср. с этим употребление выделенных слов в их тра­диционных значениях: заострить конец палки, участок земли, перебросить камень через забор, охватить руками ствол дерева, нагрузка на плечи.).

Некоторые устаревшие слова, в первые послереволюционные годы вышедшие из употребления, возрождаются в новых значениях, точнее – в применении к новым объектам и понятиям; ср. колхоз-миллионер, знатный токарь и т.п. (подробнее об этом см. §78). Такие слова, как барин, вельможа, сановник и их производные сохраняются в языке в качестве средств отрицательной оценки лица и его поведения: – Ишь, какой барин нашелся!; барские замашки, зазнавшийся вельможаи т. п.

ЛИТЕРАТУРА

Вишнякова О.В. Паронимия в русском языке. – М., 1984.

Калинин А.В. Лексика русского языка. – М., 1978.

Крысин Л.П. Иноязычные слова в современном русском языке. – М., 1968.

Русский язык и советское общество. Лексика современного русского языка / Под ред. М.В.Панова. – 1968.

Шмелев Д.Н. Современный русский язык. Лексика.– М., 1977.







Сейчас читают про: