double arrow

Развитие уголовного права и судебного процесса



Теперь рассмотрим, как Соборное уложение 1649 года повлияло на развитие уголовного права Русского государства. Под уголовным преступлением в XVII веке понимали непослушание царской воле и нарушение установленных правительственных предписаний. В области уголовного права Соборное уложение уточняет такие понятия, как лихое дело и воровство. Субъектами преступления могли быть как отдельные лица, так и группа лиц. В Соборном уложении указываются условия, которые влияют на вменение. Например, если в случае защиты собственной жизни или собственного имущества от насильственных преступных посягательств, кто-то убивал нападавшего, то он освобождался от наказания за убийство, то есть речь шла о необходимой обороне. Другим условием, устранявшим вменение, была крайняя необходимость. Например, в главе «О суде» говорится о том, что убивший при защите напавшую на него чужую собаку, не несет никакого наказания.

Новым в русском законодательстве было и то, что в Соборном уложении делалась попытка разграничить преступления умышленные и предумышленные, то есть преступления, совершенные с заранее обдуманными намерениями, неосторожные и случайные. Лица, участвовавшие в совершении преступления, разделялись на главных и второстепенных. На первых лежало так называемое главное виновничество, а на вторых распространялось понятие соучастия, например, пособничество в совершении преступления, недонесение о преступлении, укрывательство факта преступления, попустительство, приведшее к тому, что преступление совершилось. Соучастники преступления иногда наказывались одинаково с главными виновниками, например, согласно второй главе Уложения тех, кто знал о готовящемся преступлении и не оповестил об этом воеводу или приказных людей, следовало предать смертной казни.




В Соборном уложении делались различия между разными стадиями или этапами осуществления преступного деяния: голым умыслом, покушением на преступление и совершением преступления. Глава вторая «О государской чести» устанавливала смертную казнь за голый умысел, направленный против жизни и здоровья царя. Голый умысел по главе 22 «За какие вины кому чинится смертная казнь» признавался наказуемым казнью также в случае посягательства на жизнь своего господина. Покушение влекло за собой наказание при посягательствах на личность в политических преступлениях.



В Соборном уложении существовало понятие рецидива. Например, за первую татьбу или кражу следовало наказание в виде битья кнутом, отрезания левого уха и заключения в тюрьму с принудительными работами в кандалах сроком на два года, после чего следовала высылка в городки или крепости на окраины государства; за повторную кражу наказание ужесточалось: отрезалось и правое ухо, увеличивался в два раза срок тюремных работ, следовала ссылка на окраину государства. За третью совершенную кражу полагалась смертная казнь. Соборное уложение предусматривало усиление степени наказания за разбой: пойманный во второй раз подлежал смертной казни. В главе «Указ о корчмах» предусматривалось повышение наказания за повторное и третье выявление случаев нарушения царской монополии на продажу спиртных напитков: в первый раз налагался на виновного штраф в 5 рублей, во второй раз в 10 рублей и следовало публичное битье кнутом, в третий раз штраф в 20 рублей и заключение в тюрьму до государева указа.

Теперь рассмотрим систему или классификацию преступлений в соответствии с Соборным уложением 1649 года. В первую очередь назывались преступления против Русской православной церкви, поскольку церковь играла в государственной жизни важную роль, и православие было государственной религией. Историк права В.Л. Ефимовских полагает, что эпоха Московского государства характеризуется дальнейшим уточнением и развитием составов религиозных преступлений, переходом многих из них под юрисдикцию светской власти. В законодательстве указаны следующие религиозные преступления: богохульство, караемое казнью, совращение в иную веру, караемое казнью в виде сожжения, нарушение процедуры богослужения в храме, караемое смертью, и непристойные речи во время богослужения, караемые тюремным заключением. Во второй половине XVII века получили распространение уголовные дела о преследовании раскольников, например, дело протопопа Аввакума, сосланного в дальний Пустозерск и впоследствии казненного. Более того, будучи ревностным христианином, царь Алексей Михайлович требовал и от ближайшего боярско-дворянского окружения в соответствие с Соборным уложением подобающего образа жизни и поведения. Так, в 1669 году он приговорил к тюремному заключению князя Г. Оболенского, который заставил во время церковного праздника трудиться по хозяйству собственных дворовых людей.

Вторая группа преступлений включала государственные или политические преступления. Это оскорбление личности царя и его семьи делом, то есть организация политических заговоров, мятежей и бунтов против государя, это измена, например, сдача неприятелю города или поджег крепости, караемые смертной казнью. По этим преступлениям ответственность несли не только уличенные в государственных преступлениях, но и их жены и дети. По всем делам, касающимся царской жизни и чести, следовало объявлять так называемое «государево дело». Количество уголовных дел по государственным преступлениям было значительным: Соловецкий бунт 1666 года, Медный бунт 1662 года, мятеж донских казаков под предводительством Степана Разина, стрелецкие бунты конца века. Тимофей Анкудинов, подьячий приказа Новой четверти, бежал за границу, где выдавал себя за сына царя Василия Ивановича Шуйского, по требованию царя Алексея Михайловича был выслан в Москву, где в 1653 году на основании Соборного Уложения был за самозванство предан суду и казнен. Пристально относились власти к различным разговорам о личности царя и царской семье. При выявлении непригожих речей заводили дела, как это было, когда задержали женщину, рассуждавшую публично о том, почему у царя Михаила Федоровича рождаются дочери, а не сыновья. В самом Соборном уложении не говорится о словесном оскорблении царской особы, но в сочинении бывшего подъячего Посольского приказа Г. Котошихина отмечено, что за поношение имени царя обычно следовало весьма жестокое наказание

Третья группа включала такие преступления против порядка управления, как, например, сопротивление приставу, злостная неявка ответчика в суд, изготовление «воровских денег», то есть подделка государственных монет или фальшивомонетничество, изготовление поддельных грамот, актов и печатей, самовольный выезд за границы государства, недозволенное производство спиртных напитков и самовольная их продажа, употребление табака, вывоз за границу льна и сала. Все эти преступления влекли самое суровое наказание. Четвертую группу составляли преступления против судебной власти, среди которых назывались принесение в суде ложной присяги, ложное обвинение и дача ложных свидетельских показаний, за которые следовало урезание языка, публичное битье кнутом и заключение в тюрьму.

В пятую группу преступлений входили должностные и воинские. К первым относились лихоимство, которое выражалось в вымогательстве и взяточничестве, в неправомерных поборах со стороны служилых людей, осуществление розыска сыщиками «не по правде для своей корысти», вершение неправедного суда.

В шестую группу можно включить преступления против благочиния, например, содержание притонов, укрывательство беглых крепостных крестьян, незаконная продажа краденого или чужого имущества. Покупателей краденых вещей через суд заставляли возмещать убытки пострадавшим. Такие выплаты назывались вытью.

Седьмую группу составляли преступления против личности. Это, прежде всего, убийство, которое различалось умышленное, каравшееся смертной казнью, и неумышленное, за которое секли кнутом и заключали в тюрьму сроком на год. В эту группу входили такие квалифицированные убийства, как убийство детьми родителей, которое каралось смертной казнью, убийство женой мужа, за которое жену закапывали живой в землю, убийство господина слугой, покушение слуги на жизнь господина, убийство путем отравления ядами. Сюда входили преступления против здоровья, такие как нанесение увечий, побоев, ранений, тот есть различных телесных повреждений. Сюда же входили преступления против чести и достоинства, то есть оскорбление обидными словами, распространение порочащих слухов. За нанесенное бесчестье в пользу потерпевшего уплачивался штраф, размер которого зависел от чина, звания и социального положения оскорбленного. Например, за нанесенное бесчестье именитые люди получали возмещение в 100 рублей, крупные купцы в 50 рублей, посадские люди получали взыскание в свою пользу в семь рублей, дворцовые и государевы крестьяне в один рубль. Высокими были штрафы за оскорбление, нанесенное чьей-либо жене или дочери. Если оскорбитель был не в состоянии выплатить наложенный штраф, то его из долговой тюрьмы ставили на правеж, то есть каждый день били батогами или кнутом до тех пор, пока он не договаривался с оскорбленным о погашении своего долга. А вот за оскорбление патриарха, епископов и настоятелей монастырей, бояр и думных людей следовало наказание батогами и тюремное заключение.

Восьмую группу составляли преступления против имущества. Сюда входили татьба или кража, наказание за повторность которой значительно было ужесточено, о чем мы, кстати, говорили ранее. Некоторые кражи в зависимости от похищенных предметов рассматривались как квалифицированные, например, церковная кража, каравшаяся смертью, кража холопов, кража лошадей на службе, каралась последняя отсечением руки, кража на государевом дворе, кража овощей из огорода, кража рыбы из пруда или садка. В эту группу преступлений входил грабеж, который определялся как насильственный открытый захват имущества. Он наказывался выплатой двойного вознаграждения пострадавшему. Глава 21 Соборного уложения «О разбойных и о татиных делах» устанавливает ответственность за разбой, который отличался от грабежа тем, что открыто совершался лихими людьми, то есть профессиональными преступниками – разбойниками. Разбой относился к числу наиболее опасных уголовных преступлений, поэтому наказывался со всей строгостью. Различался разбой с отягчающими обстоятельствами, например, с убийством, и без них. В эту группу преступлений входило также похищение чужих денег или мошны с помощью обмана. Изобличенных в преступлении наказывали, как и задержанных за первую татьбу или кражу, то есть отрезали ухо, били кнутом, сажали в тюрьму и потом ссылали на пограничный рубеж. Сюда же относились игра в карты и в зернь, в результате которых у доверчивых людей обманом выманивали деньги или имущество. В группу имущественных преступлений входило повреждение межей и межевых знаков на землях владельцев. Как отдельный вид имущественных преступлений Соборное уложение выделяет уничтожение или истребление чужого имущества, то есть нарушение прав собственности, например, вырубку чужого леса. Одним из тягчайших преступлений считался поджог двора, который наказывался смертной казнью в виде сожжения. В Соборном уложении говорится о таких квалифицированных поджогах, как поджог леса, поджог хлебной нивы, поджог города. Можно указать также порчу чужого имущества, например, уничтожение пчельника с ульями, хмельника, птичьей привады и так далее.

Выделяют также такую группу деяний, как преступления против нравственности. Сюда относились непочтительное отношение детей к родителям, отказ содержать престарелых родителей, сводничество, то есть деяния, нарушающие правила христианской традиционной морали.

Теперь рассмотрим систему наказаний в соответствии с Соборным уложением 1649 года. Основными целыми наказания являлись устрашение преступников и предупреждение преступлений, например, в тексте ряда статей уложения часто встречается фраза «чтоб иным на то смотря, не повадно было так делать», затем возмездие и извлечение из преступника некоторых имущественных выгод. Поэтому система наказаний во второй половине XVII века начала развиваться в сторону ужесточения наказаний, применения более суровых видов наказаний. Имущественные выгоды в виде штрафов в пользу потерпевших продолжали существовать, но начинали постепенно отходить на второй план.

Для сложившейся системы наказаний были характерны следующие признаки. Во-первых, существовал сословный характер наказания. Он выражался в том, что наказание было тем строже, чем выше по общественному положению стоял потерпевший и чем ниже находился преступник. Например, от положения оскорбленного на общественной или иерархической лестнице зависела тяжесть наказания за так называемое бесчестье. За аналогичные преступления в зависимости от социального положения несли разное наказание боярин и простолюдин. Во-вторых, для Соборного уложения типично отсутствие определения в установлении наказания. Например, некоторые статьи уложения содержали такое нечеткое определение наказания «как государь укажет» или «наказать жестоко». Иногда указывалось, что преступника следует наказать смертью, но вид казни не оговаривался. Нередко при заключении преступника в тюрьму не устанавливался точный срок лишения свободы, например, кинуть в тюрьму или бросить в тюрьму до государева указа. В-третьих, мы можем отметить множественность наказаний за одно и тоже преступление. Например, за первую кражу вор согласно Уложению наказывался битьем кнутом, отрезанием левого уха, заключение в тюрьму сроком на два года и последующей ссылкой в окраинную крепость. Или за лжеприсягу приговаривали публичное битье кнутом, заключение в тюрьму сроком на год, кроме того, дополнительно применялось отсечение языка.

Смертная казнь являлась в Русском государстве высшей мерой наказания. Согласно Соборному уложению она применялась очень часто и полагалась за совершение ведомыми лихими людьми, то есть рецидивистами и профессиональными разбойниками, татьбы, разбоя, убийств. Смертная казнь полагалась за поджог, за повторную кражу, за кражу церковного имущества, за похищение чужих крепостных людей, за убийство своего господина, за антиправительственную деятельность и даже за продажу табака.

Законодательство второй половины XVII века различало простую казнь, то есть отсечение головы, повешение и утопление, и квалифицированную, то есть сопряженную с различными особыми мучениями. Это сожжение в срубе, четвертование, то есть последовательное отрубание рук, ног и головы на плахе, колесование, то есть раздробление ободом тяжелого колеса костей и отсечение головы при возложении изуродованного тела на колесо, заливание горла расплавленным оловом или иным металлом, закапывание в землю живьем жены, совершившей убийство мужа. Вместе с тем, историк С.М. Соловьев обратил внимание на то, что «о наказании мужа за убийство жены Уложение промолчало».

Широко применялись телесные наказания, которые разделялись на болезненные, то есть битье палкой, батогами или кнутом, и членовредительные, то есть отсечение руки или ноги, отрезание носа, уха, языка, губы или выкалывание глаза, вырывание щипцами ноздрей. Членовредительные наказания имели устрашающую и профилактическую функции, так как человек с соответствующими увечьями выделялся в окружающей среде и напоминал своим видом об участи, ожидающей преступников.

Лишение свободы или изоляция преступников от общества существовала в двух видах: заключение в тюрьму и ссылка. В тюрьму по закону могли заключить на определенный срок, например, на год или на два года, могли на неопределенный срок, «как государь укажет». Формула «кинуть в тюрьму» без комментариев может свидетельствовать о пожизненном заключении. Тюрьмы и тюремные остроги в то время были устроены плохо. Заключенных в кандалах использовали в принудительном порядке на строительных работах, а по дороге им разрешалось выпрашивать у местных жителей пропитание. В XVII веке стала чаще применяться ссылка в крепости и города на окраины государства, особенно в Сибирь, или ссылка в отдаленные монастыри с очень строгим содержанием.

Следующими видами наказаний были лишение чести и лишение чина. Первое наказание носило позорящий характер, например, полная выдача дворянина головой, или торговая казнь, то есть публичное на площади битье осужденного кнутом. Лишение чина или опала применялось к боярам и окольничим, которые лишались теперь права заседать в Боярской думе, служить в приказе, обращаться с исками в суд.

Имущественные наказания, то есть наложение штрафов и конфискация имущества, сохранялись в системе наказаний, но практика их использования постепенно сокращалась. И, наконец, существовали церковные наказания, которые налагались иногда совместно с другими наказаниями, например, ссылка в монастырь с заточением в одиночную келью, практиковалось отлучение от церкви как крайняя мера. Более широко применялось церковное покаяние. Историки права отмечают, что во второй половине XVII века происходит стирание грани между уголовными и церковными наказаниями. Как пример можно привести ссылку виновных в монастырь с заточением в келью, где применена явная дисциплинарно-карательная форма наказания.

Переходим теперь к судопроизводству по Соборному уложению 1649 года и рассмотрим особенности судебного процесса. В главе 10 «О суде» говорится о двух типах процесса: состязательном, то есть суде, и о следственном, то есть розыске. Суд начинался с подачи челобитной жалобы. Вызов ответчика в суд производился особыми агентами-приставами. Если ответчик не являлся в суд трижды, то он признавался виновным и проигрывал процесс. Истцу выдавалась так называемая бессудная грамота, по которой требования истца удовлетворялись без особого судебного разбирательства. Если же в суд не приходил обвинитель, то его неявка влекла за собой прекращение обвинения. Стороны имели право не являться в суд лично, например, по болезни или по причине длительного отъезда, тогда их заменяли родственники или представители. В 1690 году таковым стала даваться доверенность на представление интересов.

Какие виды доказательств использовались и применялись во внимание судом того времени? Крестное целование, то есть присяга на кресте под Божьим именем. Назначить крестное целование мог суд, а могли предложить и сами стороны. В Соборном уложении говорится о послушестве, то есть о показаниях свидетелей, количество которых было оговорено. В то же время были особые виды свидетельских показаний, такие как общая ссылка и ссылка из виноватых. Общая ссылка, или другое название общая правда, заключалась в том, что обе стороны ссылались на одного и того же свидетеля. Иногда свидетелей с обеих сторон называлось несколько. Этот вид доказательства по показаниям свидетелей считался решающим. Ссылка из виноватых заключалась в том, что одна из сторон ссылалась на одного из свидетелей и давала слово в том, что если указанный свидетель даст показания против сославшегося, то последний подчинится обвинению. Важным доказательством был так называемый обыск, под которым подразумевался законодательством опрос особым лицом, называвшимся сыщиком, ближних местных жителей, например, соседей. Показания давались под присягой, сыщик заносил их на бумагу, после чего давшие показания скрепляли их собственной подписью нередко в присутствии приходского священника. Были распространены в судопроизводстве письменные доказательства, то есть различные официально заверенные документы, которые представлялись в суд. Следует указать еще жребий, который применялся при исках на сумму до одного рубля. Допускался жребий и в спорах по некоторым бракам.

После представления всех возможных доказательств составлялся судебный список, то есть протокол прений, который подписывался сторонами, и затем суд согласно главе 10 Соборного уложения приступал к вершению, когда на основании судного списка выносился приговор. После чего приговор передавался в высшие инстанции для утверждения. Это называлось докладом. Окончательный приговор выносился в присутствии сторон. Выигравшей дело стороне вручалась соответствующая грамота. Обжалование приговора допускалось только в тех случаях, когда возникала жалоба о том, что судья принял неправедное решение за взятку. Если в ходе расследования жалобы подтверждался факт получения судьей взятки, то судья уплачивал в пользу жалобщика тройную сумму первоначального иска, после чего в зависимости от своего социального положения он подвергался суровому наказанию.

Существовали правила исполнения вынесенного приговора. Если ответчик не мог рассчитаться с истцом, то его ставили на правеж, то есть каждый день били батогами. Если ответчик так и не выплачивал сумму, то его выдавали головой, то есть взыскание обращалось на его имущество. Если ответчик был дворянин, владевший крепостными крестьянами, то взыскание обращалось на имущество его крестьян. Таким образом, состязательный процесс производился в основном по гражданским и мелким уголовным делам.

Наряду с состязательным процессом существовал следственный процесс, то есть розыск или сыск. Он применялся при обвинении по наиболее серьезным уголовным делам, например, по крамольным или антигосударственным, по серьезным религиозным преступлениям, по делам о разбойничьих шайках. Следственный процесс начинали сами судебные органы по жалобе-заявлению «государево слово и дело» или обнаружению факта преступления. Сказавшего «слово и дело» и названных им лиц немедленно под стражей доставляли в приказ. Основными средствами розыска суд признавал поличное, повальный обыск и пытку. Поличным являлись улики, добытые в ходе розыска. Повальным обыском назывался массовый опрос населения, который проводили на местах губные учреждения, а в некоторых важных случаях воеводы. При повальном обыске брались показания не только тех людей, которые являлись очевидцами события, но и у тех людей, которые слышали что-либо об этом событии. Показания опрошенных людей подсчитывались, и по большинству решался результат повального обыска. Ложные показания и челобитья сурово наказывались в уголовном порядке. Установленных при повальном обыске облихованных людей для получения собственных признаний в совершении преступления и сведений о возможных соучастниках подвергали в соответствии с главой 21 Соборного уложения пытке. Без обыска могли пытать бродяг, а также крепостных крестьян или холопов, обвиненных помещиком в разбойничестве. Обвиняемого в пыточном помещении вешали за выкрученные руки на дыбу и били кнутом. Пытали до тех раз: в первый от облихованного требовали признания в том преступлении, которое ему вменялось и конкретно расследовалось, во второй раз добивались признания в других преступлениях, в третий раз добивались выдачи соучастников. Показания пытаемого заносились в протокол. Если пытаемый на дыбе называл кого-либо в качестве соучастников, они становились обвиняемыми, и против них начинался следственный процесс со сбором улик и повальным обыском. Приговор по розыску выносился судьями и приводился в исполнение органами судебной власти.

ТЕМА 6. ГОСУДАРСТВО И ПРАВО РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ АБСОЛЮТНОЙ МОНАРХИИ (XVIII В.).

XVIII век в отечественной истории – период множества политических, социальных экономических преобразований, время огромного числа династических потрясений, военных успехов и неудач.

К концу XVII века в Англии и Голландии произошли революции, такие государства как Франция, Дания, Швеция стояли на пороге конституционных преобразований, в то время как в России продолжали жить «старомосковские» порядки, продолжала сохраняться сословно-представительная форма монархического правления. Тем не менее, с конца XVII века и здесь намечаются новые тенденции, и Россия начинает постепенно превращаться в абсолютную монархию. Данный процесс происходил по мере накопления необходимых предпосылок. В качестве таковых можно назвать несколько.

В первую очередь это социально-экономические причины: зарождающиеся элементы капиталистических отношений, такие как наемный труд, прежде всего на крупных обрабатывающих производствах, развитие предпринимательства в том числе в крестьянской среде, развитие устойчивых экономических отношений между различными регионами страны.

Также следует отметить, что на протяжении XVII в. медленно «угасали» сословно-представительные органы власти: перестали созываться Земские соборы, а Боярская дума утратила свое былое значение. Это стало фактором преобразования политической системы.

Соборным уложением 1649 г. завершился процесс уравнивания правового положения поместья и вотчины, что способствовало консолидации сословия феодалов, на которое в дальнейшем смог опереться монарх в укреплении своей единоличной власти. Данный процесс растянулся во времени и ознаменовался, в частности, появлением в 1714 г. Указа «О единонаследии», а в 1722 г. - Табели о рангах.

Наряду с этим происходил интенсивный процесс подчинения церкви государству. После смерти в 1700 году очередного патриарха (Адриана) Петр, который не мог простить церковникам оппозиции своим преобразованиям, оставил эту должность незанятой, назначив лишь местоблюстителя патриаршего престола. В 1721 г. Петром I был учрежден высший орган по управлению церковными делами – Духовная коллегия (с 1722 г. – Синод), который, по существу, стал лишь одной из коллегий, полностью подчиненных царю. Дальнейшая секуляризация церковных земель (при Петре I и Екатерине II) окончательно подчинила церковь государству.

Как закономерный итог всего вышеназванного, в первой четверти XVIII в. абсолютная монархия получила законодательное закрепление. Уже в толковании к артикулу 20 Воинского устава (1716 г.) нашла своё закрепление следующая норма: «... его величество есть самовластный Монарх никому на свете о своих делах ответу дать не должен; но силу власть имеет свои Государства и земли, яко Христианский государь по своей воле и благомнению управлять».



Сейчас читают про: