double arrow

Обозначение дефектов речи

В древнерусском языке существовал целый ряд на­званий-определений, характеризующих недостатки речи:

Языкоболёзние, языкоболёзньствие — болезни речи; несдержанность языка, речи.

Косноглаголивый, косноязычен — нескоро говоря­щий; говорящий с трудом. Коснение — медленность. («Не к людям глубокоречивым и косноязычным посы­лаем еси». «Косноязычен аз есмь»).

Мудьногласный, мудьноязычный — медленноязыч-ный, видимо, то же, что и косноглаголивый.

Гугнивый — невнятная, трудная речь. Гугнати — шептать («И ясн будет язык гугнивых», «Отверзшему уста гугнивому», «Купина бо показа мудьноязычноу и гугнивоу Моисеови»).

Гугнявый—говорящий в нос, гнусливый («ноздря­ми гугняв»).

Травлйвый — видимо, порченый. Травление — наведение кислотой узоров на металле.

Фофлю — шепелявить.

Боблйвый — то же.

Момлёт — видимо, дефекты твердого неба. Мом — небо во рту. («Он же травлив, ин же флекав, гугнив же пакы друтый, к сим же ин заяклив, боблив же есть другый и фофлет и момлет пакы ин»).

Заякливый -— заикающийся («Заякливо бо, рече, есьм и медленоязычен»).

Нёмый — лишенный способности говорить («Глух еси и нем». «Архиепископ Антоний на святого Олек-сия онеме; бысть же в болезни той онемев не глаголя лет 6 и 7 месяцев до смерти», «Преставися посадник Юрий Онциферович, быв нем год и 3 месяца»).

Неморечйвый, немование — неясная речь, лепет («детское немование»).

Обращает на себя внимание, что приведенные термины — определения нарушенной речи — создава­лись либо по описательному признаку («языкоболезнь-ствие», «косноглаголивый», «косноязычный», «мудь-ногласный», «неморечйвый»), либо по созвучности с де­фектом (заякливый», «гугнявый», «немый» — здесь, соответственно от созвучий, характеризующих икание, носовой оттенок или мычание неговорящего).




Описательный и звукоподражательный принцип создания определений, характеризующих неправиль­ную речь, вел, с одной стороны, к расширению коли­чества используемых определений, а с другой—к рав­нозначности разных терминов-определений. Напри­мер, о библейском пророке Моисее, который, как известно, заикался и был косноязычным, в разных ис­точниках говорится: «моудьноязычный и гугнивый Мо­исей», «медленноязычный и гугнивый», «заяклив и медленоязычен», «косноязычен». Пророчество князя Владимира Святославовича в разных летописях звучит неодинаково: «Ясн будет язык гугнивых», «Ясн будет язык немых».



Таким образом, мы не видим у древних славян общепринятого и четкого разграничения разных дефек­тов речи. Между тем мы обнаруживаем, что древние славяне все же различали: недостатки речи и слуха (немые и глухие), недостатки звукопроизношения (кос­ноязычие, травливый, фофлет), недостатки голоса (гуг­нявый), недостатки темпа и плавности речи (заякли­вый), недостатки фразовой речи (немота, немование, гугнивость).

Описательный и звукоподражательный принципы создания терминов-определений сохранились в народе ив более позднее время. Появились1: «алалыка», «лалыка», «барма», «ерготанье», «картавленье» (для обозначения недостатков произношения соноров Р, Л.); «музюкать», «пришепетывать», «шепелянье», «свиб-лость», «сюсюканье» (для обозначения недостатков шипящих и свистящих звуков); «волчья пасть», «за­ячья губа», «изгага» (для обозначения физических не­достатков периферической части речевого аппара­та); «безгласие», «беззвучие», «бубнить», «гнусавый», «гундосый», «гнусливый», «нюгандать», «сипота», «сап», «хрипота» (для обозначения недостатков го­лоса, носового оттенка речи). В целом невнятная, неразборчивая, смазанная, неясная речь обозначалась через целый ряд определений: «немой алабор», «ба-рабошить», «безъязычие», «бекать», «блебетать», «бор­мотать», «буркать», «вякать», «качкать», «куим», «ку-бякать», «латышать», «лопотать», «микать», «мямкать», «неразжева» и т. п.






Сейчас читают про: