double arrow

Синдром сконструированного ребенка


Миссис Макдэд: А как она будет выглядеть? Я большая поклонница киноактрисы и певицы Аниты Кэмел. Не можете ли вы сделать мою дочь похожей на Аниту?

Проф. Клон: Похожей на нее? Я могу сделать лучше. Мне совершенно точно известно, что мисс Анита Кэмел позволяет себя клонировать. Это, конечно, обходится недешево, но вы можете себе это позволить.

Миссис Макдэд: У меня будет моя собственная Анита?

Проф. Клон: Не вполне. Ваша дочь не будет Анитой. Но генетически она будет тождественна Аните. Ваша дочь будет как бы генетическим близнецом Аниты.


МиссисМ Макдэд: И она будет петь как Анита?

Проф. Клон: Этого я гарантировать не могу. Анита Кэмел является продуктом и своих генов, и своей среды. У вашей дочери, безусловно, будут другие воспитание и среда. Поэтому во многих отношениях она будет отличаться от Аниты. Может оказаться, что ваша дочь не сможет петь. У нее может не оказаться желания петь. Она будет обладать своим собственным уникальным сознанием.

Миссис Макдэд: Это не важно! Я уже вижу, как гуляю со своей собственной маленькой Анитой. Представляете, как будут мне завидовать все другие матери?!




Позиция миссис Макдэд дает нам повод для некоторых размышлений. Кажется, в своей будущей дочери она видит некий приз, дорогостоящий предмет, которым можно похвастаться перед другими. Такая позиция, безусловно, неприемлема. Но не получит ли такая позиция всеобщего распространения, если технические манипуляции профессора Клон станут широкодоступными? И не служит ли это достаточным основанием для запрещения таких манипуляций?

Философ Хилари Патнем призывает нас вообразить следующую ситуацию.

«Вообразите, что на детей смотрят просто как на один из элементов «стиля жизни». Точно так же, как человек имеет право выбирать мебель по своему вкусу, одеваться так, как он считает нужным, или (даже если он этого не желает) «жить не хуже других», он имеет возможность «выбирать» себе детей по вкусу (прибегая к «клонированию» родственников, друзей или иных лиц, если у него есть деньги). В этом воображаемом «прекрасном новом мире» каждый может иметь, так сказать, «сконструированных детей» по своей собственной прихоти» (Hilary Putnam, «Cloning People», in J. Burtly (ed.), The Genetic Revolution and Human Rights (Oxford: Oxford University Press, 1999), p. 7-8).

Как и большинство из нас, Патнем находит такое общество отвратительным. С точки зрения Патнем, это чувство отвращения обусловлено тем, что люди в нем — наши соб-


ственные дети — использовались бы в качестве средств, но не были бы целью. Они были бы ценны не сами по себе, а лишь как объект удовлетворения нашего тщеславия или нашего эгоизма.

С другой стороны, такие установки вовсе не обязательны. Если бы какая-нибудь добрая фея могла выполнить мои желания, то я хотел бы, чтобы мой ребенок был крепким, стойким в отношении болезней, смышленым, привлекате.;ь-ным и веселым. В этом желании нет ничего плохого. Причем я хотел бы всего этого не для себя, не для придания дополнительного блеска своей собственной жизни, а для него. Предположим, имеются технические средства исполнить мои желания. Почему бы не разрешить мне воспользоваться ими? Да, . некоторые люди хотели бы иметь привлекательного, здорового, смышленого ребенка по мелочным эгоистичным причинам. Но многие хотят этого по иным, более возвышенным мотивам. Но разве тот факт, что у некоторых людей эгоистические мотивы, может служить оправданием запрещения исполнения таких желаний? Я думаю, нет.









Сейчас читают про: