double arrow

Года и 1 мес


Следующий момент – 2 года и 1 мес. Во-первых, здесь ребенок переживает очередной возрастной кризис. Он опять взрослеет и опять заявляет о своих новых возможностях. Опять пересматриваем все свои границы и улаживаем ситуацию в течение 2 недель. Здесь обычно быстрее все получается.

Следующий момент – что касается психоэмоционального развития. Дети очень любят желтый цвет. Они выделяют желтый и красный или оранжевый и предпочитают всем другим цветам. Вплоть до того, что они собирают: желтая чашка, желтые трусы, желтая игрушка и т.д. Выделяют книжки с желтой обложкой. Желтые горшки очень любят. По мнению ребенка, желтое – это красиво и радостно. У меня совсем недавно очередной ребенок отходил в желтом. Наконец стал разнообразить гардеробчик другими цветами. А другой, 19-летний, утратил желтую чашку – она разбилась у него. Так теперь говорит: «Купите мне следующую желтую чашку!» А в детстве он рисовал желтые трактора. «Почему ты все время трактора рисуешь?» – «Потому что они желтые». У него было около 150 этих тракторов, он их регулярно рисовал и складывал. Логика простая: «Почему на улице ветер?» – «Потому что деревья качаются».

Теперь: ограничения пространства. Ребенок тяготеет к ограничению пространства. Если раньше, в год и месяц, мы умещали попу в коробочку, сковородочку, маленькую кастрюлечку, теперь это наше пристрастие несколько увеличивается в размерах. Мы начинаем очень хорошо чувствовать себя, когда мы забираемся под столы, за диваны. Мы очень любим, когда попадается в доме какая-то коробка – мы сразу забираемся в домик. Один раз у нас был случай: купили что-то, коробку поставили в комнате, пока подключали, то да се. Пришли выкидывать – коробка тяжелая. Оказывается, там уже ребенок успел поселиться за это время.

Теперь: чувство юмора. Ребенок начинает осваивать понятие «шутка». Не то что он начинает понимать шутки; шутки он начинает понимать еще до года. А вот теперь он начинает шуткой пользоваться, начинает интерпретировать свои действия как шутку. И если кто-то шутит, он может спросить: «Это шутка была? Можно смеяться? С какого места?» Он начинает регулярно шутить и требует адекватной реакции. Он делает вам шутку и ждет. Если вы не смеетесь, он начинает объяснять, что это шутка была. Смеяться надо после слова «лопата». И будет очень долго над вами работать, пока вы не поймете. Надо потрафить ребенку и все-таки засмеяться. Если вы поняли, в чем заключалась шутка, то смейтесь. Но смейтесь адекватно. Если вы засмеетесь слишком рано, он обидится на вас. Слишком откровенный подлог! Те дети, которые хорошо говорят, могут выдавать свои неловкие действия за шутку. Например, чашку неловко поставил, разлил. И начинает смеяться: типа, шутка. Или папа приходит с работы, он его радостно встречает и кусает от счастья. Папа вскрикивает, а ребенок говорит: «Шутка!» Вот такие мудрецы замечательные.

Кроме этого всего – видите, какое у нас разнообразие идет репертуара – у нас проявляется опыт бессознательного. Сейчас я вам буду вещать о загадочных явлениях в жизни детей. И буду объяснять на примерах. С этого возраста они начинают совершать действия, которые основаны на некоем бессознательном опыте, о котором мы ничего не знаем. Например, начнем с самого простого, когда дети начинают воспроизводить действия, которые как бы им известны, и начинают пытаться обучать этим действиям других. Вот некоторые, отдельно взятые мелкие личности учат кого-то сражаться на мечах. Или объяснять, как ездить верхом. Что очень странно: ребенок, который никогда не сидел на лошади, начинает рассказывать взрослому наезднику, как это надо правильно делать. И приведу такую историю.

Мальчик 2 лет жил в центре Москвы. Было это в 1950-е годы. В настоящем центре, за Белым домом. Он считал себя палеонтологом и каждый раз выходил на прогулку с лопатой и кисточкой и проводил раскопки в песочнице. На прогулки с мальчиком ходила бабушка. В какой-то момент он принес бабушке находку и сказал: «Вот, бабушка, я произвел раскопки и нашел древнее животное». Бабушка взяла, увидела, что это действительно что-то необычное, поразбиралась с этой находкой и решила позвонить в палеонтологический музей. Поехала туда, и ей сказали: «Да, это действительно древнее животное – трилобит». Она сказала: «Может быть, вам нужно?» Они сказали: «Нет-нет, у нас таких полно». Бабушка взяла трилобита, поехала домой, положила его на полочку. Время шло, и где-то через 2,5 года они уехали в Аргентину, потому что папа мальчика был дипломатом. И прихватили бабушку, и она там продолжала гулять с мальчиком, а мальчик продолжал проводить раскопки. Однажды он произвел успешные раскопки и принес бабушке древнюю находку. Бабушка увидела, что это действительно древняя находка, и очень интересная: это была ацтекская лягушка с изумрудными глазами. Бабушка понесла ее в музей, чтобы ее оценили. Ей сказали: «Это действительно ацтекская лягушка, очень редкий экземпляр. Не хотите ли оставить в музее?» Бабушка сказала: «Нет-нет, не хочу! Возьму, пожалуй, себе». И у них стало 2 находки. Мальчик рос, рос. В 5 лет он забыл о том, что он палеонтолог. И благополучно вырос и преобразовался в бизнесмена к 30 годам.

Теперь – случай 2. Девочка двух лет называла все красные мячи и солнце «Ра». Догадываетесь? Причем в семье на египетском не говорили и вообще Египтом не занимались. Периодически, играя с игрушками, она строила пирамидку, сверху ставила шарик и говорила: «Ра!» Потом что-то там делала вокруг этого всего и пыталась вовлечь в свои занятия всех окружающих. Родители, поскольку это повторялось регулярно и очень устойчиво, решили это снять. Они это сняли и по слову «Ра» догадались, что к египтологам нужно обращаться. И отнесли это египтологам. Они сказали: «Что тут удивительного, это древний обряд богослужения солнцу Ра. У вас, наверно, кто-то занимается древним Египтом?» Они сказали: «Нет-нет, ни в коем случае». Конечно, для египтологов тут нет ничего удивительного. А родители просто оставили себе в архив и взяли на заметку. Потом девочка выросла и стала всем говорить, что это они неправду про нее сочиняют. Только пленка доказывала, что это все-таки было.

Случай следующий. Некоторые дети начинают говорить, включая в речь иностранные слова. Это может произойти в год и 8–9 мес.; то есть когда ребенок начинает говорить, он может начать говорить на иностранном языке. Очень часто начинают говорить дети на английском языке, причем здесь непонятно что действует, потому что если бы это происходило в семьях, где говорят на английском, это было бы понятно. А там, где вообще не говорят на английском языке, это немного странно смотрится. Но английский – это не так интересно. Вот такой интересный случай произошел. Женщине, о которой я рассказываю, сейчас около 50 лет. Она жила в татарской деревне под Казанью. В деревне разговаривали на татарском языке. Единственный человек, который знал русский, немецкий и французский, – это учитель, который преподавал в школе. Девочка начала говорить на каком-то непонятном, не татарском языке. Родители долго это слушали, месяца 3, потом решили повести к учителю и спросить, что же она такое говорит. Когда учитель послушал, то оказалось, что девочка говорила 30 французских слов. И она разговаривала с ними на французском языке, и они друг друга не понимали. Понятно, что она ниоткуда не могла взять эти слова. Никто ее не мог научить, потому что преподаватель детей учил на русском и на татарском, больше никаких языков там не использовалось, тем более в начальной школе. Девочка выросла, стала говорить на татарском языке и забыла про французский. Правда, потом, будучи в Москве, она его легко выучила.

Еще есть такие случаи, когда ребенок говорит на иностранном языке по ночам. То есть когда он просыпается, в полусонном состоянии начинает говорить на другом языке. И умные родители записывают это на магнитофончик – у нас тоже был такой случай – и отдают лингвистам. И они могут сказать, что это такое. И есть случаи, когда дети говорят на языках – в частности, последний случай был, когда ребенок говорил на древнероманском языке, который уже умер. И он целых 2 года, просыпаясь по ночам, говорил на этом языке. Причем он требовал, чтобы его понимали, а они его не понимали. У нас-то вопрос практический: если с вами это случится, чтоб вы знали, что психиатр вам не нужен, что у вас все хорошо, что можно на всякий случай просто поинтересоваться, что это за язык или что он такое делает.

Еще интересно, что они могут рассказывать мифы. Если такое с вами произойдет, то записывайте хотя бы.

Вот такие замечательные загадочные вещи с нами происходят. Ученые на всякий случай тихо молчат. Вот скажите: вы часто встречаете заметки об этих случаях? Если со взрослым такое произошло, то как бы взятки гладки. А про детей это скрывается, потому что они такие вещи странные делают – представляете, с вами по ночам говорят на каком-то языке, причем именно на языке, а не на тарабарском «у-лю-лю». Знаете, как страшно? Пойди расскажи кому-нибудь. Это нужно исследовать, причем таких фактов очень много на самом деле. Они, конечно, редкое явление – встречаются примерно 1 к 5 – но если в общей массе, то это очень часто. Это же 20%. И есть кто замечает, а кто-то игнорирует.


Сейчас читают про: