double arrow

Производящей и производной основами

Семантические отношения выявляются между дериватом как мотивированным словом (мотиватом, мотиватором) по отношению к мотивирующему (мотиванту): существительное читка – производное слово, так как его можно объяснить через глагол читать: «читка – опредмеченное действие, названное глаголом читать».

Для деривата читка мотиватор – читать. Производное слово читка образовано о производящей основы чита(ть), которая усекается при прибавлении суффикса с деривационным значением опредмеченного действия. Поскольку эта основа генерирует новое слово, она называется генератором, или генеративом.

Между мотивирующим и мотивированным словами, между производящей и производной основами возможны различные формально-семантические отношения.

1. Как правило, мотивированное слово, содержащее производную основу, и семантически, и формально более сложно, чем мотивирующее его слово, производящая основа: лен-тяй → лен-тяй-к(а), вин-и(ть) → об-вин-и(ть), дрен-аж → дрен-аж-н(ый).

2. Производная основа при равной семантической сложности имеет бóльшую формальную сложность, то есть содержит большее число значимых частей: пе(ть) → пе-ниj-(э), бел(ый) → бел-изн(а).

3. Дериват при равной или даже меньшей формальной сложности имеет бóльшую семантическую сложность: агит-ирова(ть) → агит-атор, Франц-иj(а) → франц-уз, истор-иj(а) → истор-ик, био-лог-иj(а) → био-лог.

4. Дериват при равной формальной и семантической сложности:




а) выражает значения, категориально свойственные мотивирующему слову: агит-ирова(ть) → агит-ациj(а); организ-ова(ть) → органи-ациj(а);

б) выражает значения, постоянно эксплицируемые производными: украинец → украинка (ср. швед → шведка, студент → студентка).

5. Дериват при равной семантической сложности, не зависимо от формальной сложности (возможна меньшая сложность) является стилистически окрашенным: свин ← свинья, свиненок; студы ← студенты, препы, преподы ← преподаватели, профи профессионал.

6.Производная основа может находиться в отношениях производности не с одной, а с двумя производящими основами. Такие отношения называются отношениями множественной мотивации:

а) наречия с приставками типа пре-, сверх-, архи- могут быть образованы от наречий же префиксальным способом (забавнопрезабавно, умно сверхумно, важно архиважно) и от прилагательных с помощью суффикса -о (презабавныйпрезабавно, сверхумный сверхумно, архиважный архиважно);



б) прилагательные с приставками предложного происхождения (до-, пред-, без- и др.): до войныдовоенный, перед праздником предпраздничный, без классов бесклассовый.

7. От явления множественной мотивации следует отличать явление, которое Г. О. Винокур назвал омонимией словообразовательной формы. Оно обнаруживается тогда, когда тождественная по фонемному составу производная основа в зависимости от различия ее значения находится в отношениях производности с различными производящими основами:

1) учительство – занятие того, кто учит: уч-и(ть) → уч-и-тельств;

2) учительство – совокупность учителей: уч-и-тель → уч-и-тель-ств.

8. Особым случаем словопроизводственных отношений является расхождение формальной и семантической производности, то есть дериват мотивируется одним словом, а формально образуется от основы другого слова.

Это характерно для:

1) наречий с биморфемой по-+-ому/-ему: по-весеннему – формально образовано от прилагательного весенний, семантически мотивируется словами весна, весной;

2) некоторых производных существительных на -ист: конституционист формально образовано от прилагательного конституционный, а объясняется через слово конституция;

3) некоторых производных прилагательных с суффиксом -ическ: туристический формально образованоот слова турист, а семантически связано со словом туризм;

4) разновидностью этого типа отношений являются случаи, когда отсубстантивное прилагательное с суффиксом -н-, формально образованное от личного существительного (инженерный, токарный, слесарный и др.), семантически с ним не соотносится, так как обозначает не отношение к лицу, а к роду его деятельности: ср. инженерный – «технически относящийся к деятельности инженера» и инженерский – «относящийся к инженеру, принадлежащий ему»; слесάрный – «относящийся к ручной обработке металла, сборке машин и оборудования» и слéсарский – «относящийся к слесарю, свойственный ему».

9. Отношения метафорической мотивациивозникают, когда дериват мотивируется словом в его переносном значении: обезьянничать, попугайничать. Производные включают в себя семантический компонент ‘быть подобным тому, кто обозначен мотивирующим словом в переносном значении’: обезьянничать – быть обезьяной (в значении :«2. Разг. О человеке, который подражает другим, передразнивает других, гримасничает, кривляется»). Их необходимо отличать от дериватов, которые сами используются в переносном значении, например, на его губах змеилась улыбка.

10. Отношения периферийной мотивации наблюдаются в словах с живыми этимологическими связями. Речь идет о периферийной мотивации потому, что семантика мотивирующих слов формирует не ядро семантической структуры мотивированных, как в парах типа лес – лесок (небольшой лес), петь – пение (опредемеченное действие, обозначенное глаголом петь), а лишь ее часть, ее периферию. В этом случае мотиватором является не гиперсема[22] мотиватора, а архисема[23], например, словом полковник раньше назывался «командир полка», а полк – «воинская часть, обычно входящая в состав дивизии или бригады», сейчас полковник – «офицерское звание в армии рангом выше подполковник и ниже генерал-майора; лицо, носящее это звание», и полковник может командовать любым воинским подразделением, в том числе и полком.В булочной продают не только булки, но и хлеб; стреляют не только стрелами, но и пулями, и другими снарядами.

Для слов, связанных отношениями периферийной производности, характерен семантический компонент ‘в том числе’.

III. Типы деривации

С учетом рассмотренных видов формально-семантических отношений дериваты можно разделить на две группы:

1) лексическое значение мотивированных слов иное, чем у их мотиваторов. Это лексическая деривация, в результате которой являются лексические дериваты: двор → дворник, роза → розарий;

2) лексическое значение мотивированных слов тождественно значению мотивирующих, а отличает дериват лишь принадлежность к иной части речи и, следовательно, иная синтаксическая функция. В этом случае говорят о синтаксической деривации, результатом которой является синтаксический дериват: читать → чтение, белый → белизна.

К синтаксическим дериватам относятся[24]:

1. Отглагольные существительные (девербативы) со значением отвлеченного действия (опредмеченного действия): пение, борьба, пробежка, спуск.

2. Существительные, образованные от прилагательных (деадъективы) со значением отвлеченного признака (опредмеченного признака): грубость, краснота, желтизна, синева, зелень.

3. Прилагательные, образованные от существительных (десубстантивы), обозначающие самое общее, не конкретизированное в производном отношение к тому, что названо производящей основой: деревянный стол (= стол из дерева), зимний период (= период зимы) (ср. зимний лес = лес такой, каким он бывает зимой), лунный свет (= свет луны) (ср. лунный вездеход = вездеход для передвижения по Луне).

Очевидно, что характер отношения, выражаемого прилагательным, получает конкретизацию лишь в контексте. Вне контекста относительные прилагательные с суффиксами -н-, -ов-, -ск- (вечерний, асфальтовый, родительский) обозначают лишь общую идею атрибутивно выраженного отношения к предмету.

В зависимости от того, относится ли дериват к той же части речи, что и производящее, или переходит в другую часть речи, различают транспозиционную и нетранспозиционную деривацию.

Все синтаксические дериваты являются результатом транспозиции. Лексические дериваты могут быть транспозиционными, например: веселый – весельчак; читать – чтец, читальня; гуси – гуськом – и нетранспозиционными, например: барабанбарабанщик, задумать → задуматься, красивый → некрасивый.

В отличие от данной классификации деривационных типов М. Докулил предложил выделять транспозиционный тип (= синтаксическая деривация), мутационный тип (= лексическая деривация) и модификационный тип.

Модификаты всегда остаются той же частью речи, что и их мотиваторы, и практически сохраняя их значение. Это, прежде всего, производные с аффиксами субъективной оценки: кружочек, беленький, грустненько, спатоньки.

М. Докулил относит к этому типу:

1) существительные со значением собирательности и единичности: студенты → студенчество, горох → горошина;

2) существительные ж.р., образованные от существительных м.р.: врун → врунья, учитель → учительница;

3) существительные со значением «детеныш, невзрослое существо»: львенок, орленок, котенок;

4) глаголы, выражающие разного рода количественно-временные характеристики процесса: читать → начитаться, капать → накапать, кричать → покрикивать.






Сейчас читают про: