double arrow
Что такое древнегреческая « агонистика» ?

Агонистика (от греч. agon) — понятие, обозна­чающее состязание, борьбу, спорт, опасность, со­ревнование, соперничество, представляет собой явление, пронизывающее все сферы жизни древ­них греков (военную, спортивную, культурную, по­литическую, судебную). Но отчетливо проявляется соперничество и напряжение уже на уровне повсед­невном, в отношениях между поселянами. Так что Гесиод не без оснований писал: «сосед соревнует соседу...» Конечно, соперничество принадлежало, прежде всего, сфере военной: «...вечно блистать, над собой никакого не знать превосходства». Военные сражения и связанные с ними жестокости во мно­гом раскрывают дух соперничества. Но с немень­шим накалом проходили у греков спортивные со­стязания, в ходе олимпийских игр проводилось со­стязание поэтов, драматургов и т.д. А почести, ко­торыми награждались победители, расценивались как божественные. Наконец, политическая борьба — изгнание противников за пределы города, тира­нии и их свержения. Даже в «конституционный» период, после проведения ряда реформ, в Афинах, например, существует обычай «остракизма» — из­гнания неугодных лиц путем всеобщего голосова­ния черепками керамики — удобный случай выра­зить свое недовольство, нанести удар сопернику. Возникает вопрос: с чем мы имеем дело, — с выра­жением национальных особенностей или — особен­ностей социального развития?

Известный эллинист Феохарий Кессиди отме­чает, что «отличительные черты характера древ­них эллинов, прежде всего афинян, — это «агональный» (состязательный, полемический) дух во имя стяжания славы, высокая оценка свободы, внешним выражением которой явились греческая демократия и победа эллинов над персидским ко­лоссом, а также ориентация на «созерцательную жизнь» как на наилучшую форму жизни и дея­тельности, Эти черты национального характера греков, требовавшие огромного напряжения духов­ных и физических сил, способствовали достиже­нию многих выдающихся результатов в различ­ных областях жизни и культуры. Однако дух со­перничества является не только созидательным началом, но и разрушительным. Злосчастная Пелопонесская война — яркий тому пример». В этой яркой характеристике древнегреческой культуры выражен весь агональный смысл: постоянное со­перничество, неуспокоенность, но и, как следствие этого, постоянное социальное обновление, соци­альная и политическая нестабильность.




Социально-исторические основы агональной культуры в Греции, условия, вызывающие ее воз­никновение, охарактеризованы в книге А.И. Зай­цева «Культурный переворот в Древней Греции УП1-У вв. до н.э.» (Л.,1985). Объект исследования книги А.И. Зайцева — одновременное зарождение в Греции истории, философии и художественной литературы. В исторически короткий период вре­мени греки создают шедевры в области науки, искусства и литературы. Философские произведе­ния, трагедия и комедия, лирика и наука — все это в сочетании с необычайным расцветом обще­ственной жизни получило название «греческого чуда». Но где истоки этого «чуда», если понимать его как реальный историко-культурный факт?



Существенное уточнение темы дается уже на первых страницах: А.И. Зайцев начинает исследо­вание критическим обзором расово-генетических теорий греческого чуда и достаточно прочно свя­зывает исследование, и в особенности решение проблемы, с анализом этнологически-психологичес­кого материала. Впрочем, критикуя различные варианты объяснения греческого чуда и развен­чивая выводы об исключительной наследственной одаренности греков (так же как и теории, осно­ванные на ссылках на выгодные географические и климатические условия жизни древних греков), автор показывает, что его интересуетисторичес­кий переход от Крито-микенской эпохи к полису.

Гипотеза об особой наследственной одаренно­сти греков помимо ее несоответствия этнологичес­ким фактам «не может объяснить греческую куль­туру в динамике ее развития», так же как и куль­турное развитие Греции, и прежде всего контакты с Древним Востоком, которые «имели сложную историю в условиях стабильности физико-геогра­фического мира от Микенской эпохи до XX века».

Содержащееся уточнение, однако, служит не столько целям развертывания характеристик ан­тичного полиса, социальности и культуры, сколько ограничению этнологического объекта изучения: гре­ческий этнос — это совокупность небольших по тер­ритории и ограниченных по числу граждан горо­дов-государств. Факт сам по себе не только значи­тельный, но привлекающий к анализу в самых раз­личных подходах. Здесь же (А.И. Зайцевым) он рас­сматривается как непосредственный продукт рас­пространения железа. «Осевое время» реализова­ло себя по-разному в соответствии с этапом соци­ального развития (в догосударственный и послего-сударственный период). У греков железо оказало влияние на формирование государства. Итак, эт­нологическое описание приобретает свой конкрет­но-исторический вид — это греки с их этносом и культурной общностью, полис же — это и ячейка, и зеркало этноса. Но это зеркало имеет, так ска­зать, двоякие свойства. Там, где не было демокра­тии, там не было и культурного переворота, по­скольку распространение железа и связанные с этим социальные сдвиги и послужили благоприятными условиями социокультурной динамики.

Но социальная динамика (как «агон») и антич­ный полис как ее результат сами нуждаются в объяснении, поэтому небезынтересно возвратиться к характеристике «человека агонального», исполь­зовав выражение известного культуролога Якоба Буркхардта, который агониальное начало рассмат­ривает как «движущую силу» в действиях личнос­ти. Главное ее проявление — победить любой це­ной (ценой имущества, денег, здоровья и даже са­мой жизни), но не нарушая установленных правил (игры по правилам). В последнем случае победа оборачивается поражением. Опасности, связанные с таким стремлением, очевидны. Но, как отмечает Я. Буркхардт, в этом и состояла цель жизни каждо­го грека. Отсюда вытекает необычное честолюбие греков, стремление любой ценой достичь славы и известности, даже если это печальная слава Геро­страта, сжегшего прекрасный храм Артемиды Эфесской. Здесь нарушены «правила игры», и поэтому решение было соответствующее — «забыть Герос­трата», под страхом смерти было запрещено про­износить его имя.

В повседневной жизни греки все делали для отстаивания своего мнения и достижения славы, яростно споря и противопоставляя каждому тези­су антитезис. Не случайно в вопросах управления городом каждый из граждан подает совет. Вот этот эффект «политической равноодаренности» граж­дан и «умения жить сообща» и объясняет тайны греческой агонистики и ее направленности на до­стижение «калокогатии». Возникает вопрос, как умение играть на кифаре я бороться в палестре может сделать человека хорошим (т.е. добиваться славы и признания) гражданином (софисты лишь расширили список предлагаемых к обучению уме­ний)? Секрет направленности античной культуры к агонистике кроется в проблеме, которую иногда вводят в исследовательский оборот под названи­ем «ребенок-слуга». Античный «педагог» — это не воспитатель в нашем смысле, это слуга, сопро­вождающий юношу в палестру или гимнасий. Ос­новная его задача — оградить юношу от соверше­ния недостойного, но сам он не может быть образ­цом для подражания. Однако отсекая недостой­ное, педагог учит жить по правилам, по законам полиса, и система образования как агонального состязания подготавливает юношу к участию в этой «игре по правилам». Агональная личность — это двуликий Янус, на одной стороне которого может быть написано «будь внимательным к чужим мне­ниям, оберегайся зависти других, ничего сверх меры»; а на другой — «не обращай ни на кого внимания, действуй сообразно своим устремлени­ям, только победа и победа любой ценой».

Итак, агонистика — это показатель личной и социальной динамики, приобретаемый греками в ходе их социальной истории, прежде всего при переходе от Микен (с централизованно-бюрокра­тической системой управления) к полису (с его верховенством закона, правами и обязанностями граждан). Но агонистика, состязательность уже сформировали личность, с ее чувством собствен­ного достоинства, защитой собственных интересов, признания верховенства принятых правил. Все это и подготовит возникновение полиса как социокультурного факта.

Элементы агональной культуры прочно вошли в фундамент европейской культуры, Это — права и достоинство личности, обязательность закона для всех, авторитет как способность «сохранить лицо» и т.д. С этим же связана высокая оценка творчес­кого начала в деятельности личности, прав автор­ства и запрет на плагиат и т.д., а также ориента­ция на «теорииный» (созерцательный) образ жиз­ни, высокая оценка знания и науки, искусства, философии, которые вобрали в себя и пафос, и конкретные элементы агоннстики.






Сейчас читают про: