double arrow

ТОТЕМИЗМ


Человеческое стадо отличается от своего эволюционного предшественни­ка тем, что на этом этапе появляется индивидуальность людей, а вместе с ней и родственные отношения в сообществе наших древних предков. Возмож­но, что первоначальной формой индивидуальности служила идентификация человека не со своим именем, а с коллективом. В свою очередь, коллектив­ность отождествлялась с тем или иным животным. Подобная форма коллек­тивной идентификации получила название тотемизма.

Как отмечает С. Токарев, тотем (от алгонкинского слова «тотем» — «его род») — это чаще всего животное, реже растение, покушение на которое ста­новится табу (запретным) для всех членов данной праобщины. Тотем — это видимый знак единства и солидарности первобытного рода. Через тотем почитается не только животное, но и данный род. Таким образом, тотемизм — самая ранняя и самая сильная форма идентификации группы и первая куль­турная форма социального символа.

За исключением строго определенных ритуалом обстоятельств, к тотему вообще нельзя прикасаться: его нельзя убивать, есть его мясо и причинять ему какой-либо вред. Ко всем животным данного вида относятся с величай­шим страхом и одновременно с любовным почтением. Их пытаются задоб­рить и ждут от них милостей. Случайно погибшее животное оплакивается и хоронится как соплеменник.




Зарождение тотемизма и магии — самое значимое явление неандерталь­ской фазы с точки зрения состояния духа. Его можно назвать фазой тотеми-ческого сознания12.

12 Второй великий нежный переворот. — http://ideabank.narod.ru/ll.htm.

Важнейшей формой социализации выступает ритуал. Видимо, ритуал невозможен там, где нет первобытных верований и где они еще не появи­лись. Верование и ритуал рождаются практически одновременно. Придать ритуалу особенную, сверхъестественную или потустороннюю силу, вдохнов­ляющую и возбуждающую жизненную энергию исполнителей, могло толь­ко верование. Тотемизм выступает самой древней формой верования, а од­ной из самых древних форм ритуала является тотемический ритуал.

Первым объектом верования выступало животное. Наши предки ощуща­ли с избранным в качестве тотема животным, скажем медведем или волком, такое же кровное родство, как с самыми близкими людьми. Через тотемного предка осуществлялась символическая связь родовой общины с территори­ей. Тотемизм освящает традиционное право данного рода на его землю и его угодья.

Переход к тотемической стадии существенно обогащает ритуал. Он при­обретает чисто театральные эффекты, выстраивается по законам драматур­гического действия с собственной завязкой, интригой и развязкой. Риту­ал — это уже не только пританцовывание вокруг костра, но повествование о своем отношении к почитаемому вождю или об истории почитаемого жи­вотного, раскрытие характера и образа жизни племени, демонстрация в те­атрализованных действиях единства поту- и посюстороннего миров. Это эпос в миниатюре. Понятно, что с возникновением ритуала человеческая культура вступила на новую, качественно более высокую ступень своего развития.



Веками повторяющийся обычай постепенно расширяется и обрастает дополнительными структурами, действиями, операциями, которые в сово­купности составляют ритуал. Ритуал вырастает из коллективных действий по поводу обычая. Но не простых действий, а внушающих соплеменникам чув­ство солидарности, приобщенности к группе, коллективную уверенность.

И обычай, и ритуал включали первоначально одни и те же действия. Чем же они тогда различались? Формой и содержанием. Формой — потому, что ритуальные действия имели экспрессивно-выразительный характер и пона­чалу представляли элементы коллективной хореографии, например танец вокруг огня. Содержанием — потому, что ритуал призван был вдохновить и сплотить группу, заставить поверить ее в существование высших сил и ду­хов. Обычай же представлял просто передачу чего-либо, стереотипные дей­ствия, основанные на запоминании, некую схему, выполняемую бессозна­тельно. Одними из первых появились на свет ритуальные трупоедение (кан­нибализм) и захоронение.



Трансляция норм поведения проводилась старшими членами общин при посвящениях — инициациях, где юношам и девушкам сообщают священные предания и верования рода, племени, внушают повиновение обычаям и мо­ральным предписаниям, особенно в половой жизни и в отношении к старей­шим. Неофитам объясняли, что в случае нарушения этих норм они будут наказаны божествами, духами, установившими эти правила.

Суть тотемного танца состояла в уподоблении человека определенному животному: его повадкам, характеру, охотничьим манерам. Магическое со­единение в инсценированном действе повадок человека и повадок животного служило для первобытного человека необходимым условием успешной охо­ты. Во-первых, человек таким способом приобщался к духу родового живот-

ного, как бы вставал под его защиту и тем самым становился непобедимым. Во-вторых, человек верил в переселение души животного на время охоты в тело человека, способность того руководить действиями первобытного охот­ника и так увеличивать вероятность успеха. Ведь животное всегда успешнее человека в охоте, если в ней не пользоваться оружием.

Подражание охотничьему арсеналу поведения избранного животного, его способам маскировки, загонной охоты, подкрадывания к жертве и нападе­ния служило также прекрасным тренингом, своеобразными курсами повы­шения профессионального мастерства. Позже тотемные танцы оторвались от своей естественной основы и превратились скорее в театральную инсцени­ровку, ритуальное и церемониальное представление, приобрели некоторую повествовательную функцию, так как рассказывали зрителям, прежде всего молодежи, которая в такие минуты проходила активную фазу социализации и общинного воспитания, историю рода, образ жизни предков, их героичес­кие приключения. Таким образом, тотемическая обрядность послужила как бы истоком для театрального действа и мифологии.

Первые реалистические рисунки берут свое начало от магико-тотемичес-кой идеи возможности воздействия на тотемное животное через его изобра­жение. С тотемизма берет начало скульптура, передающая сложную симво­лику тотемного знака. Наконец, связь с мифологией определила роль тоте­мизма в формировании коллективной исторической памяти. В неразрывной связи с верой в тотемических предков находятся представления о тотемичес-ком цикле рождения и смерти. Умерший становился тотемическим предком, он возвращался при новом рождении, чтобы вновь пройти весь цикл.

Одним из наиболее известных следов тотемизма является восточный (ки­тайский) календарь, в котором каждый год ассоциируется с каким-либо жи­вотным (например, «черная свинья», «красная обезьяна»), образуя систему из пяти 12-летних циклов. Сакрализация по признаку крови в иудаизме — также реликт тотемного прошлого.







Сейчас читают про: