double arrow

Д.Н. Смирнов. Очерки жизни и быта нижегородцев XVII – XVIII веков. Горький. 1978

Полная победа господствующей церкви над идейными противниками не возбуждала сомнений, О ней красноречиво говорили гарь костров, обагренные кровью раскольников плахи и набитые до отказа тюрьмы.

Но дух людей “старой веры” остался непобежденным. Стремление к протесту, в самых разнообразных его формах, овладело людьми, отвергавшими новшества. Раскольники устремились в места, где можно было укрыться, споено пропитаться и молиться по старым книгам. В Нижегородском крае такими местами были верховья речки Узолы, Линды, Керженца, Усты и лесные дебри, окружавшие Балахну и Арзамас.

Первыми староверами-поселенцами на пустынных болотах вдоль Кержежца оказались монахи смоленского Бизюкова монастыря Ефрем Потемкин и Сергей Салтыков. Ими в 1657 году основаны две раскольничьи обители близ деревни Ларионовой (совр. урочища Смольяны и Шарпан Семеновского района). Монах Дионисий из Шуи привел с собою в нижегородские пределы группу набранных по дороге крестьян; они застроили малыми починками и заимками берега речек Кезы и Козленца. Усиленный приток поселенцев в прикерженские места начался после усмирения восстания в Соловецком монастыре (1674}. Беглецы из Соловков Арсений, Софонтий, Онуфрий построили первые дома существующих до сих пор селений Деянова, Пафнутова и Хвостикова (окрестности города Семенова).

В арзамасских местах первыми раскольницами-поселенщицами оказались женщины. Боярыня Авдотья Петровна Нарышкина {родственница матери Петра I), скрываясь от преследования правительства, с группой своих единомышленниц жила долгое время в 40 верстах от Арзамаса, на берегу большого озера. В заведенной ею монашеской общине она настоятельствовала под именем старицы Деворы. Арзамасские власти покровительствовали знатной староверке. При Федоре Алексеевиче ей разрешили беспрепятственно вернуться в столицу. На месте скита Деворы после ее отъезда в скором времени возникло существующее по сию пору селение Старая Пустынь.




Наиболее фанатичным из староверов бегство казалось бессмысленным. Они рассуждали: “От судьбы уйти нельзя, каждому уготовано место на этом и на “том свете”. Нечего бояться будущего, наоборот, следует его приблизить...”. Среди людей “древнего благочестия” стали возникать секты морильщиков и гробокопателей, готовящих себя к добровольному самоубийству. Морильщики замуровывали себя в амбарах, а гробокопатели ложились в гробы и приказывали себя закапывать в землю.



Верхом раскольничьего изуверства явилось довольно распространенное в 70-х годах XVII века “самосожигательство”. “Нижегородский летописец” повествует: “.,.в том же 7180 гиду (1672) в Нижегородском акудемском стану во многих селах и деревнях крестьяне в церкви божий не ходили, и пения церковного, и таинств не принимали, и во всем от раскольников развратилися, и многие по раскольничей прелести с женами и с детьми на овинах пожигались...”. Этот вид массового самоубийства совершался обыкновенно по наущению бродячего изувера-фанатика, который, добившись успеха в одном селении, переходил в другое. Самоистребление огнем, появившись впервые в Кпягининской и Мурашкинской волостях, перешло затем на левобережье Волги. За 28 лет число “добровольно” сгоревших нижегородцев перевалило за две тысячи: среди них были мужчины и женщины, взрослые и дети…






Сейчас читают про: