double arrow

Сеть не порождает одиночества, она его обнаруживает


Это расслоение личности на множество персонажей, представляющих различные грани одного человека, не вымысел. Первая же работа, процитированная выше (см. примеч. 2), и в самом деле показывает, что «у 56% подростков в Сети более одного электронного адреса или псевдонима и большинство использует разные псевдонимы и адреса, чтобы разделить разные стороны своей жизни в виртуальном мире». И кто же адепты этой «игры»? Мальчиков среди них больше, чем девочек. Особенно тех, кто постарше. И это означает, что с возрастом подобная практика становится все более привычной. Так, две трети мальчиков от 15 до 17 лет заявляют, что имеют более одного электронного адреса. Еще более удивительно и в некотором роде более симпатично выглядит приведенный в этой работе факт — признаком крепкой дружбы у сегодняшних подростков является общая личность в чате (то есть общий псевдоним и пароль, который открывает к ней доступ). Таким образом, двое друзей могут объединиться, чтобы вдохнуть жизнь в один и тот же виртуальный персонаж в глазах их электронных собеседников. Забавно? Возможно. Но столь же волнующим выглядит тот факт, что электронное существование не требует ни малейшего развития собственной личности,


________ ______________1. Машина для производства зомби

собственной самоидентификации в глазах других людей. Можно подумать, будто доктор Джекил и мистер Хайд нашли способ сосуществования в полной гармонии.

И раз уж реальная конфронтация исчезла, если в человеческих отношениях нет никакой необходимости физического присутствия, то эти самые отношения становятся донельзя простыми, во всяком случае внешне. Может быть, им недостает содержательности, пусть так, но они необременительны, легки как воздух. И, говорит нам Филипп Бретон, можно даже поверить, что насилие, всегда бывшее следствием конфронтации между людьми, в скором времени исчезнет. Согласно мнению социолога, на этой, совершенно очевидно, бредовой утопии, зиждется восторг, вызванный достижениями новых технологий. Всеобщее Интернет-неистовство покоится на этом неутешительном равенстве: уменьшение личных контактов равно укреплению социального спокойствия. Цена, которую придется заплатить, чтобы прийти к умиротворенному обществу (отказ от реальной социальности), будет не так уж высока относительно ожидаемых выгод (гладенькое и неконфликтное общество)...

Разумеется, эта радикальная теория может вызвать улыбку, тем более что она несколько сморщилась, как только страсти по Интернету начали утихать. Филипп Бретон и сам готов с этим согласиться. Но не стоит пренебрегать тем фактом, что реальные отношения все больше и больше пугают современных людей. Не станет ли другой терроризировать меня? Ад — это другие... особенно когда они торчат прямо напротив нас? Во всяком случае, в том, что касается самых юных, кажется, что страх вполне уместен. Об этом свидетельствует Аннет Дюме-ниль, психолог сайта Kazibao, которая рассказывает о панике некоторых родителей, когда их ребенок заявляет, что собирается «сыграть в открытую»: встретиться с кибер-приятелем «по правде». Что делать? Как удостовериться вдобрых намерениях этого друга? Вопросы сбивают друг друга с ног, даже когда они возникают у подростка, которому давно уже разрешили гулять самостоятельно по вечерам...

2*


Дети процессора

Каждый сидит у себя дома перед своим собственным экраном и все мы живем свободно друг от друга... Вот чего распространение Интернета заставляет опасаться Филиппа Бретона. Смогут ли люди действительно удовлетвориться этим субститутом человеческих отношений? На самом деле ничто не дает повода говорить об этом утвердительно. Мы задали несколько вопросов Натали, женщине двадцати семи лет, которая пожелала сохранить анонимность. Ее история — мечта всех певцов чата и общения посредством компьютера. В сентябре 2001 года группа людей, с которыми она обычно чатилась, решила собраться для визуального знакомства. В центре Франции, чтобы каждый смог приехать, был снят дом, способный принять три десятка участников. Этот опыт очаровал ее. «Весь этотуикенд я беседовала с главой предприятия, со студентом психологии, с безработным, с музыкантами и так далее. Разница в возрасте доходила до тридцати лет. И в целом я открыла интересных людей, с которыми до этого не так уж активно общалась онлайн». История достаточно убедительна, потому что Натали сохранила отношения с «шестью или семью» людьми из этой группы.


Сейчас читают про: