double arrow

Европейский патент выдается на все изобретения во всех областях техники.


Поскольку ни ЕПК, ни часть четвертая Гражданского кодекса РФ не содержат дальнейшего объяснения смысла терминов "технический" и "научно-техническая сфера" в применении к изобретению, на данной стадии невозможно определить, являются ли они эквивалентными. Только сравнение практики работы Роспатента с практикой ЕПВ может показать, приводит ли интерпретация этого положения Роспатентом к тем же результатам, что и в ЕПВ.

Тем не менее ссылка в статье 1350 (1) на "техническое решение" позволяет предположить, что как Роспатент, так и ЕПВ используют один и тот же критерий при решении вопроса о том, должен ли какой-то предмет рассматриваться в качестве "изобретения" или нет.

Как видим, специалисты ЕПВ рассматривают российский критерий "техническое решение в любой области" как эквивалент европейскому критерию "во всех областях техники" и даже не задумываются о том, что область техники может истолковываться только как нечто в "железе".

Приведем содержание п. 1 статьи 52 "Патентоспособные изобретения" ЕПВ полностью:

Европейские патенты выдаются на изобретения во всех областях техники, которые являются новыми, промышленно применимыми и имеют изобретательский уровень (выделено мной. - В.Д.).




Теперь обратимся к той части выводов М.В. Пантелеева, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам и в которых указано следующее:

Это само собой реализуется в изобретении, где формулировка задачи в полной мере характеризует то, на что направлено изобретение (например, патент RU 2270588 C1), где задача сформулирована как расширение ассортимента столовых напитков. При этом технический результат вообще не определен.

Обратимся к сайту Роспатента, в открытых реестрах которого выложено описание к названному патенту Российской Федерации N 2270588, и внимательно прочитаем то, что "написано пером" в опубликованном описании (приведены отдельные абзацы).

"Задача, на решение которой направлено предлагаемое изобретение, заключается в расширении ассортимента столовых напитков, изготавливаемых промышленным способом и имеющих низкую калорийность и оригинальный гармоничный вкус свежего спелого шиповника".

"Технический результат состоит в создании столового напитка, имеющего приятный мягкий и гармоничный вкус и аромат, присущие свежему спелому шиповнику, и ореховый тон в послевкусии с легкой горчинкой, присущей вкусу вишневых косточек".

"Использование вкусоароматических добавок позволяет обеспечить стабильность органолептических показателей продукта. Использование смеси вкусоароматических добавок "шиповник 12289" и "шиповник 72130" в сочетании с водно-спиртовым экстрактом семян расторопши обеспечивает получение гармоничного вкуса и аромата, характерных для свежесобранного спелого шиповника, с легкой горчинкой, присущей вишневым косточкам, и с легким ореховым тоном в послевкусии".



"Полученный напиток имеет темно-коричневый цвет, приятный мягкий и гармоничный вкус и аромат, присущие свежему спелому шиповнику, с легким ореховым тоном в послевкусии и с легкой горчинкой, присущей вкусу вишневых косточек. Обладает гепатопротекторным действием".

"Предлагаемый напиток расширяет ассортимент столовых напитков, имеющих характерный оригинальный вкус и являющихся низкокалорийными".

Как можно в такой информации не увидеть технический результат, особенно когда он прямым текстом терминологически так и обозначен в описании патента? Если же автор считает, что все эти свойства не относятся к техническому результату, что следует из его утверждения "технический результат вообще не определен", то мне остается только "развести руками". Об этом было написано в одной из моих статей <50>.

--------------------------------

<50> Джермакян В.Ю. Технический результат не является следствием использования только "техники в железе" // Патентный поверенный. 2013. N 6.



 

В ответной статье <51> М.В. Пантелеев выразил мнение о том, что нет необходимости использовать термин "технический результат", но тем не менее отметил, что "сам по себе затронутый вопрос мог быть решен различным образом, в том числе и так, как это предлагает уважаемый оппонент". Из чего я, будучи тем самым оппонентом, делаю вывод о том, что высказанные мною соображения и пояснения были поняты, и, казалось, на этом можно было бы и прекратить дискуссию, но, увы, не получается, и причиной тому является следующее.

--------------------------------

<51> Пантелеев М.В. Термин "технический результат" неоднозначен // Патентный поверенный. 2014. N 1.

 

Уважаемый М.В. Пантелеев пишет:

Если же автор имел в виду, что технический эффект характеризует следствие от использования любого патентоспособного изобретения, то такая постановка вопроса здесь неуместна, поскольку для ответа на вопрос, является ли заявленное изобретение патентоспособным, необходимо выяснить характер достигаемого при использовании изобретения результата, то есть можно ли его отнести к техническим. Здесь нельзя поставить телегу впереди лошади. Не патентоспособность определяет технический результат, а достижение технического результата, по определению - одного из условий патентоспособности.

Нигде и никогда я не утверждал и не намекал на то, что "патентоспособность определяет технический результат". Поэтому указанное замечание оппонента не могу принять в свой адрес. Но я утверждаю, что технический результат, каковым является и технический эффект, всегда является следствием утилитарного использования изобретения, и оценка патентоспособности изобретения никак не влияет на толкование определения "технический результат".

Невозможно получить (оценить, исследовать, изучить и т.д.) следствие, если не реализована причина, его порождающая. Технический результат не витает сам по себе в облаках и всегда, подчеркиваю, всегда является следствием, порожденным причиной, каковой является утилитарное использование изобретения.

Использование технического результата как методологического инструмента оценки существенности признаков не переводит технический результат при оценке патентоспособности изобретения из следствия в причину, его порождающую.

В уже упоминавшемся п. 10.7.4.3 Административного регламента по изобретениям указано:

Технический результат представляет собой характеристику технического эффекта, явления, свойства и т.п., объективно проявляющихся при осуществлении способа или при изготовлении либо использовании продукта, в том числе при использовании продукта, полученного непосредственно способом, воплощающим изобретение (выделено мной. - В.Д.).

В своих ранее опубликованных статьях <52> я уже неоднократно пояснял вышеизложенное следующим образом: "...объективное проявление технического результата имеет место, когда что-то в объекте техники проявляется независимо от особенностей восприятия этого результата человеком с учетом его разума. Вот такое "что-то", присущее объекту техники, и есть всегда технический результат. Человек может созерцать, как работает машина в автоматическом режиме, или спать рядом с работающей машиной, но его созерцание или сон никак не влияют на проявляемый работающей машиной технический результат или результаты".

--------------------------------

<52> Джермакян В. Технический результат не является следствием использования только "техники в железе" // Патентный поверенный. 2013. N 6; Джермакян В. Расширение арсенала средств не является универсальным техническим результатом // Патентный поверенный. 2013. N 3; Джермакян В. Принципы допустимости изменения технического результата в процессе экспертизы заявки // Патенты и лицензии. 2013. N 5; Джермакян В. Техническое решение и технический результат в патентном законодательстве России // Патенты и лицензии. 2007. N 1.

 

Как можно не видеть того, что прямым текстом прописано в норме Административного регламента, а еще ранее - в Правилах по экспертизе изобретений?

Нужно понимать разницу между тем, какой технический результат объективно проявляется, и тем, как этот объективно проявившийся технический результат уже далее субъективно оценивается отдельными индивидуумами.

Рассуждая далее о техническом результате, М.В. Пантелеев обращает внимание на п. 10.7.4.4 Административного регламента по изобретениям и отмечает, что, несмотря на открытый перечень примеров результатов, "он не содержит ни одного технического результата, определяемого по субъективному ощущению, например: "оригинальный гармоничный вкус", "приятный вкус" и т.п., если речь идет о каком-либо кулинарном изделии или напитке. Тем не менее подобный результат сформулирован как технический в патенте RU 2270588, и с этим фактом согласен В.Ю. Джермакян, поскольку он "развел руками", прочтя в моей статье, что отнести этот результат к техническим язык не поворачивается".

Могу лишь вновь развести руками, выражая в очередной раз недоумение в отношении сказанного оппонентом, так как все совершенно наоборот, и в своей статье я не то что поддержал оппонента в его вольном обращении с информацией, изложенной в патенте, а выразил недоумение в том, как можно не видеть того, что прямо написано в описании патента, причем неоднократно.

М.В. Пантелеев в своей ответной статье свел технический результат, якобы указанный в патенте N 2270588, до формулировок "оригинальный гармоничный вкус" или "приятный вкус", тем самым исказил полностью тот технический результат, который фактически указан и сформулирован в описании патента.

Давайте еще раз прочтем то, что написано в описании патента. Цитируем:

Технический результат состоит в создании столового напитка, имеющего приятный мягкий и гармоничный вкус и аромат, присущие свежему спелому шиповнику, и ореховый тон в послевкусии с легкой горчинкой, присущей вкусу вишневых косточек.

Поэтому я отметил в статье: "Надо очень умудриться, чтобы в такой информации не увидеть технический результат, особенно, когда он прямым текстом терминологически так и обозначен в описании патента".

Как из этого можно сделать вывод о том, что я согласился с мнением оппонента о его толковании технического результата по данному патенту?

Читатели могут сами сравнить формулировку технического результата, указанную в патенте N 2270588 и усеченную до неузнаваемости М.В. Пантелеевым, который, видимо, не считает "приятный мягкий и гармоничный вкус и аромат, присущие свежему спелому шиповнику, и ореховый тон в послевкусии с легкой горчинкой, присущей вкусу вишневых косточек", характеристиками технического результата, и у меня закрадывается подозрение, что он такие характеристики не считает в принципе как определяющие технический результат для кулинарных изделий и напитков.

М.В. Пантелеев полагает, что одной из особенностей Административного регламента по изобретениям является то, что данный Регламент не содержит ни одного примера технического результата, определяемого по субъективному ощущению, например: "оригинальный гармоничный вкус", "приятный вкус" и т.п.

Хорошо известно и вряд ли кто-либо будет отрицать, что физические свойства различных продуктов (любых) могут быть измерены и оценены с помощью инструментально-приборных средств, а когда это невозможно, то определенные физические свойства могут быть оценены органолептическими методами, и именно таким образом оцениваются такие физические свойства пищевых продуктов, как вкус и запах, и такая оценка не является, вопреки мнению оппонента, субъективной.

Оценка органолептическими методами (экспертная оценка с использованием установленных методик) пищевых продуктов проводится в отношении объективно существующих (проявляющихся) физических свойств продукта, к каковым относятся вкус и запах. Объективность или субъективность метода оценки вкуса и запаха не говорит о том, что вкус и запах из объективных качественных физических свойств продукта переходят в субъективные характеристики. Достаточно ознакомиться со стандартом ГОСТ Р ИСО 5492-2005 "Органолептический анализ. Словарь", чтобы не отождествлять объективность физического свойства продукта с объективными или субъективными методами оценки того или иного свойства продукта.

Если после этих пояснений еще раз вернуться к определению технического результата, данному в Административном регламенте по изобретениям, то однозначно видно, что в нем говорится о проявляемом объективно существующем физическом свойстве (явлении, эффекте), а не об объективности или субъективности оценки того или иного объективно существующего свойства (явления, эффекта).

Давайте не путать объективность проявляемого свойства с методами его измерения, которые (методы измерения) могут быть, в свою очередь, объективными (инструментальными), а могут быть и субъективными (органолептическими), но в любом случае этими методами измеряется (оценивается) объективно существующее физическое свойство.

М.В. Пантелеев, анализируя занимательность и (или) зрелищность как результаты, не имеющие технический характер, и приводя пример с созданием в кинотеатрах объемного изображения, недоумевает, почему этот результат (объемное изображение) не должен быть признан техническим.

Во-первых, никто в Административном регламенте не относил создание объемного изображения к нетехническим результатам, а во-вторых, не надо приравнивать технический результат в виде принципа получения объемного изображения к порождаемому им следствию в виде субъективного восприятия (зрелищно - не зрелищно) демонстрируемого объемного изображения.

Формула сказанного может быть отображена следующим образом:

объемность изображения = физическое свойство = технический результат;

зрелищно/не зрелищно /= физическое свойство /= технический результат.

Вкус малины в шоколаде является объективно существующим физическим свойством (вкусом) такого шоколада, а нравится такой малиновый вкус шоколада кому-либо или не нравится (субъективная оценка), не может повлиять на объективность существования такого физического свойства, как вкус или запах.

Органолептические свойства пищевых продуктов (любых), к которым относятся в том числе вкус, запах, определяются технологическими инструкциями и стандартами. Методы органолептической оценки вкуса и запаха предусмотрены даже для таких продуктов, как молоко и вода питьевая, например в стандартах времен СССР (ГОСТ 28283-89 "Молоко коровье. Метод органолептической оценки запаха и вкуса", ГОСТ 3351-74 "Вода питьевая. Методы определения вкуса, запаха, цвета и мутности").

Если М.В. Пантелеев считает, что технический результат любого продукта может определяться характеристиками, которые могут быть измерены только соответствующими инструментами и приборами (например, измерение силы тока или массы тела), а органолептические методы не могут использоваться для установления технического результата, то его право так думать, но органолептические методы исследования свойств многих продуктов (пищевых, косметических и т.д.) еще никто не отменил по той причине, что их пока заменить нечем.

Завершая свою статью, М.В. Пантелеев отметил, что, на его взгляд, сегодня нет необходимости сохранения термина "технический результат", так как, по его мнению, он является неоднозначным.

Но если убрать термин "технический результат" из Административного регламента, то что вместо него должно определять существенность признаков? Могу лишь обратить внимание, что от этого термина почему-то до сих пор не отказались не только в Роспатенте, но и в Европейском патентном ведомстве. Достаточно обратить внимание на Руководство по экспертизе в Европейском патентном ведомстве, ч. C "Руководящие принципы для проведения экспертизы по существу" (в редакции 2010 г.), гл. IV "Патентоспособность", п. п. 2.3.1, 2.3.6, 9.8 (ii)(c), 11.5.2, 11.7, 11.10.2, 11.12.

Если внимательно перечитать все технические результаты, которые приведены в перечисленных пунктах указанного руководства, то несложно заметить, что они представляют собой именно те присущие изобретению, именно технические свойства (явления, эффекты), являющиеся следствием создания или использования изобретения, и которые прямым текстом поименованы в Административном регламенте Роспатента.

Но точку в дискуссии, "надо или не надо" оставлять технический результат в нормативных документах, поставил российский законодатель, который в 2014 г. ввел термин "технический результат" непосредственно в п. 2 ст. 1378 ГК РФ, согласно которому дополнительные материалы изменяют заявку на изобретение или полезную модель по существу в том числе в случае, если они содержат "указание на технический результат, который обеспечивается изобретением или полезной моделью и не связан с техническим результатом, содержащимся в тех же документах".

Полагаю, что нужно не отрицать использование термина "технический результат" при оценке патентоспособности изобретений (полезных моделей), а корректно его применять именно в том определении, как оно раскрыто в Административном регламенте Роспатента.

Обратим внимание на ясные пояснения, данные на стр. 23 - 24 книги В.Е. Китайского "Объекты патентного права, средства индивидуализации и их экспертиза" (М.: РГИИС, 2009).

"При этом необходимо отличать технический результат, который достигается в результате технического решения задачи, от общественно-полезного эффекта, получаемого от применения данного объекта техники в промышленности. Общественно-полезный эффект выражает конкретную пользу, которую может получить общество в результате использования изобретения, и он может выражаться, в частности, в повышении производительности, снижении массы и габаритов, уменьшении себестоимости или энергоемкости и т.п. И общественно-полезный эффект является следствием достигаемого технического результата. Так, например, достижение технического результата, заключающегося в снижении коэффициента трения, позволит применить менее энергоемкий и менее габаритный привод оборудования, а это приведет, в свою очередь, к уменьшению себестоимости и эксплуатационных затрат данного объекта техники.

Однако не лишне еще раз напомнить, что одной из основных характеристик изобретения или полезной модели является тот технический результат, на достижение которого направлено изобретение или полезная модель, потому что именно с техническим результатом связаны другие основные характеристики изобретения или полезной модели. Такими характеристиками являются их сущность, существенные признаки и совокупность существенных признаков. Также с техническим результатом связаны условия патентоспособности "изобретательский уровень" и "промышленная применимость".

Видимо, полемика о техническом результате не закончится, и тому свидетельство - статьи <53>, прочитав которые, читатели могут сделать собственные выводы о мнениях разных авторов. Еще раз обращаю внимание на необходимость рассмотрения технического результата в том однозначном определении, которое дано в нормативных документах Роспатента.

--------------------------------

<53> Кузнецов Ю.Д., Мещеряков В.А. Еще раз про любовь... к техническому результату // Патентный поверенный. 2014. N 3 и 4; Пантелеев М.В. Технический результат: любовь без взаимности // Патентный поверенный. 2014. N 4.

 

Такой же позиции придерживается Палата по патентным спорам, отмечая в своих решениях следующее:

Что касается формулировки результата, заключающегося в расширении арсенала (перечня) технических средств электронного устройства, то данный результат не характеризует технический эффект, явление, свойство заявленной полезной модели, т.е. не является техническим (подпункт (1.1) пункта 9.7.4.3 Регламента), когда в отношении электронных устройств известного назначения выявлен в уровне техники аналог того же назначения, т.е. выполняемой функции (решения по заявкам на полезную модель "электронное устройство для управления виртуальными символами" N 2013126517/08 и N 2013128399/08).

Можно полагать, что продолжающаяся в журнале полемика на тему о квалификации арсенала средств, по сути, завершена Роспатентом, подготовившим проект нового документа - "Требования к документам заявки на выдачу патента на изобретение", в пункте 33 которого отмечено следующее:

"Техническая проблема расширения арсенала технических средств определенного назначения решается путем создания технического решения, альтернативного известному решению (создание варианта известного решения). При этом назначение известного средства и создаваемого и технические результаты, обеспечиваемые известным и создаваемым решениями, должны совпадать".

Очевидно, что совпадение технических результатов можно определить (сравнить), если в заявке раскрыт технический результат создаваемого решения. Отсутствие в заявке указаний на конкретные технические результаты (даже известные), присущие создаваемому средству, может рассматриваться как несоответствие документов заявки требованию раскрытия сущности с полнотой, достаточной для осуществления изобретения или полезной модели специалистом в данной области техники, со всеми вытекающими последствиями.

1.5. Способ как охраняемый объект. Второй категорией охраняемых объектов <54> является способ, имеющий технический характер и определяемый как процесс осуществления действий над материальным объектом с помощью материальных средств.

--------------------------------

<54> Под первой категорией объектов понимается продукт.

 

Способ как объект изобретения в реализуемом виде так же материален, как механическое устройство или химическое вещество. Если признаки объекта "устройство" являются статически определимыми, то признаки объекта "способ" в его классическом понимании статически (в неподвижной форме без учета фактора времени) неопределимы. Единственное отличие способа от продукта (вещного объекта) - фактор времени, в течение которого осуществляются (функционируют) признаки способа, так как способ всегда осуществляется в течение определенного периода времени, называемого циклом способа, повторяемым при каждом его воспроизведении, а признаки вещного объекта не имеют функциональной связи со временем и обладают относительной устойчивостью своего существования.

Привнесение в способ фактора времени не исключает осуществление его действий над материальным объектом с помощью материальных средств, что дает основания считать способ таким же техническим средством, как любое механическое устройство.

Любые действия, не входящие в совокупность признаков по первому пункту формулы изобретения и осуществляемые до или после того периода (цикла), в котором осуществляется запатентованный способ, не являются признаками запатентованного способа и на этом основании не могут учитываться при установлении использования запатентованного способа в каком-либо технологическом процессе.

Под термином "цикл" <55> понимается повторяющийся временной период, в течение которого осуществляется совокупность признаков способа (процесса). Способ как процесс <56> не существует вне временного периода. Вспомним хотя бы реализуемый в двигателях внутреннего сгорания цикл Отто - термодинамический цикл, описывающий рабочий процесс двигателя внутреннего сгорания <57> с воспламенением сжатой смеси от постороннего источника энергии.

--------------------------------

<55> Цикл (от греч. kyklos, букв. "колесо") - совокупность каких-либо явлений, процессов, работ, совершающих законченный круг развития в течение какого-нибудь промежутка времени (Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка. М., 1935 - 1940).

<56> Процесс (от лат. processus - продвижение) - последовательная смена состояний объекта во времени (Ушаков Д.Н. Толковый словарь русского языка. М., 1935 - 1940).

<57> Можно назвать также цикл Дизеля, цикл Стирлинга, цикл Ванкеля и многие другие.

 

Без определения начала и конца процесса способ как объект изобретения невозможно установить, если, конечно, мы не говорим о так называемых перпетуум мобиле.

Не существует каких-либо особенностей установления использования такого признака способа, как условие осуществления действия, когда оно (условие) обременено соблюдением неких физико-химических параметров используемой среды.

Подобная конструкция построения правовых норм используется в гражданском праве, например, в отношении сделок, совершаемых под условием (ст. 157 ГК РФ), когда сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. Так происходит и в патентном праве, когда используемая конструкция формулы изобретения содержит признаки, осуществляемые под условием, в зависимости от обстоятельств их наступления, указанных в этой же формуле. Если наступило обстоятельство, при котором, например, ввод веществ в воду должен быть осуществлен и он (ввод) фактически осуществлен, то констатируется использование данного признака из запатентованного способа. Если не наступило указанное обстоятельство и ввод веществ в воду не осуществлен, то констатируется неиспользование данного признака из запатентованного способа.

В подаваемых заявках под признаком способа иногда приводится не действие над материальным объектом с помощью материального средства, а указывается глагол, выражающий умозрительную операцию. Примером может служить рассмотрение заявки N 2010139186/07 на изобретение "способ подавления боковых лепестков диаграммы направленности плоской фазированной антенной решетки", формула изобретения которого изложена следующим образом:

Способ подавления боковых лепестков диаграммы направленности плоской фазированной антенной решетки (ФАР), основанный на оценке уровня исходной диаграммы направленности N-элементной ФАР, выделении в раскрыве двух M-элементных подрешеток, расположенных на краях исходной, и введении фазовых поправок со знаком минус для элементов одной подрешетки и со знаком плюс для элементов другой подрешетки, отличающийся тем, что после оценки уровня исходной диаграммы направленности N-элементной ФАР она разбивается на парциальные линейные решетки, а величины фазовых поправок для элементов подрешеток выбирают равными по абсолютному значению.

В решении об отказе в выдаче патента, поддержанном Коллегией Палаты по патентным спорам, было отмечено, что глагол "разбивают", выражающий действие, имеет несколько различных значений, из которых "разбивают" в смысле расчленения на части хрупких объектов, например "разбивают чашку", можно исключить. Остается значение умозрительной операции, при которой изменения параметров объекта не происходит, например: "разбивают геометрическую фигуру на части", "разбивают (планируют) сад", "разбивают произведение на сомножители".

Именно к последним относится указанное заявителем "разбиение", которое не является действием в смысле действий, характеризующих способ как объект изобретения, не приводит к изменению каких-либо параметров антенны, поскольку указанное "разбиение на парциальные линейные решетки" не связано с остальными признаками формулы и никаких действий над полученными парциальными линейными решетками не производится. При этом очевидно, что умозрительная операция без последующих действий над объектом не может приводить к какому-либо техническому результату.

Коллегия Палаты по патентным спорам согласилась с мнением экспертизы о том, что "разбиение N-элементной ФАР на парциальные линейные решетки" не является действием, характеризующим способ как объект изобретения (процесс осуществления действий над материальным объектом с помощью материальных средств), так как в результате такого "разбиения" не происходит изменения конструкции антенны, т.е. указанное действие является чисто умозрительной операцией. Следовательно, данный признак формулы характерен для решений, заключающихся в представлении информации, и правомерно не был принят во внимание при оценке новизны как не относящийся к заявленному изобретению. При этом Коллегия Палаты по патентным спорам подчеркнула, что признак ограничительной части формулы - "выделение в раскрыве двух M-элементных подрешеток, расположенных на краях исходной" также не относится к признакам способа по тем же причинам.

1.6. Применение как форма изложения патентной формулы, а не самостоятельный объект изобретения. Пункт 1 ст. 1350 ГК РФ дополнен существенным уточнением и изложен следующим образом:

В качестве изобретения охраняется техническое решение в любой области, относящееся к продукту (в частности, устройству, веществу, штамму микроорганизма, культуре клеток растений или животных) или способу (процессу осуществления действий над материальным объектом с помощью материальных средств), в том числе к применению продукта или способа по определенному назначению (выделено мной. - В.Д.).

Соответственно дополнено содержание ст. 1358 "Исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец", в п. 2 которой внесена следующая норма:

2. Использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

<...>

Совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению.

Из данных формулировок однозначно следует, что применение продукта или способа по определенному назначению является техническим решением, относящимся к продукту или способу, и "применение" не отнесено к отдельному, наряду с продуктом и способом, самостоятельному (третьему) объекту изобретения.

При установлении факта использования изобретения с формулой на применение продукта в зависимости от совокупности составляющих ее признаков формула может и должна рассматриваться или как характеризующая непосредственно продукт, или как характеризующая непосредственно способ.

Появлению уточнений в законе в отношении толкования патентных формул на применение предшествовало много событий и споров с противниками такого уточнения, и понадобилось время, чтобы исправить ошибку Роспатента, решившего толковать патентную формулу на применение только как объект-способ, но не объект-продукт, что чуть было не нанесло непоправимый урон патентообладателям, в основном производителям лекарственных средств. Об этом подробно, с анализом российской и зарубежной практики, было написано во втором издании книги и в моих статьях: "Что охраняет формула на применение продукта?" (Патентный поверенный. 2005. N 6), "Нарушение российского и евразийского патента на способ" (Патентный поверенный. 2008. N 6), "Применению в России быть, но под чьим флагом?" (Патенты и лицензии. 2009. N 10), "Прости, учитель, но я уже давно не ученик" (Патентный поверенный. 2012. N 4), "Возможность охраны изобретений с формулой на применение у Высшего Арбитражного Суда не вызывает сомнений, а у Роспатента?" (Патентный поверенный. 2013. N 1).

На сегодня не известны случаи, когда российские суды не могли вынести решение об использовании запатентованного изобретения с формулой на применение и не понимали, какое изобретение - продукт или способ - охраняется формулой на применение. И тому есть вполне резонные обоснования толкования объема прав по такой формуле, представленные в ранее действовавших нормативных документах, так как "применение" появилось в российском (советском) законодательстве еще в 1973 г. в п. 21 Положения об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 21.08.1973 N 584.

В известной Инструкции ЭЗ-2-74 <58> в п. 7.27 приведен пример формулы на применение:

--------------------------------

<58> Инструкция по государственной научно-технической экспертизе изобретений (ЭЗ-2-74) Госкомизобретений СССР.

 







Сейчас читают про: