double arrow

Наполеоновский цикл Байрона


Стихотворения этого цикла создавались в основном в период 1814-1816 гг: «Ода к Наполеону», «На бегство Наполеона с острова Эльба», «Звезда Почетного легиона», «Прощание Наполеона», многие стихотворения имеют добавление: «С французского». Это связано с тем, что стихотворения могли поместить в журналах как переводы, так как малейшее сочувствие Наполеону или напоминание о славе расценивалось как недозволенное.

Отношение к Наполеону, с которым, кстати, его соединил Пушкин в стихотворении «К морю», не было однозначным. Напомню Пушкина:

Одна скала, гробница славы…

Там погружались в хладный сон

Воспоминанья величавы:

Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений.

И вслед за ним, как бури шум,

Другой от нас умчался гений,

Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,

Оставя миру свой венец.

Шуми, взволнуйся непогодой:

Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нем означен,

Он духом создан был твоим:

Как ты, могущ, глубок и мрачен,

Как ты, ничем неукротим.

Сначала Байрон восхищается Наполеоном. Правда, во время путешествия по Испании при написании «Чайльд Гарольда», поэт осудил захватническую политику Наполеона. Однако он для него по-прежнему – романтический герой. Поражение Наполеона при Лейпциге подорвало веру Байрона в талант наполеона-полководца. В течение следующего года поэт радуется победам Наполеона, не верил в возможность его падения, поэтому был потрясен первым отречением. Затем Ватерлоо и второе отречение стали для Байрона ударом. Он задумался над судьбой недавнего властителя Европы.




В целом наполеоновский цикл звучит скорбно. Байрона интересует проблема трагической несовместимости заслуг и преступлений Бонапарта. В стихотворении «Прощание с Наполеоном» отмечается, что он вписал в историю Франции «самые блестящие и самые черные страницы». Он покрыл французское оружие такой славой, что содрогнулись все враги свободолюбия. На поле Ватерлоо Наполеон сразил себя сам, так как превратился из защитника, героя в тирана и царя. По мнению Байрона, честолюбие превратило Бонапарта из защитника свободы в деспота.

Далее поэт размышляет: могло ли быть иначе? Или же в его положении необузданное тщеславие, честолюбие неизбежное зло? Так возникает проблема сильной личности, которая стремится к власти, достигает ее, а затем разочаровывает тех, кто в нее поверил. Над этой проблемой будет размышлять В.Скотт в «Жизни Наполеона Бонапарта»(1827). Байрон и В.Скотт близки в понимании трагедии вождей, руководителей, в появлении которых заинтересованы. Народы. Даже самые талантливые из них подвластны некоему року, который приводит их к ошибкам и гибели.

В Швейцарии, уже в изгнании, Байрон находит художественный образ для решения темы сильной личности. Аллегорический образ подсказал ему швейцарский пейзаж. Великий, одаренный человек поднимается над другими людьми примерно так, как смельчак восходит на горную вершину. Достигнув вершины, он видит, что она окутана облаками и туманами. Тот, кто стоит выше других людей или подчиняет их себе, теряет с ними связь. Он будет сверху взирать на ненависть тех, кого оставил внизу. Ему светит солнце славы, земля и океан стелются у его ног, а кругом – ледники и ветры, он не защищен от стужи. Его награда на этих высях.



Вывод, к которому приходит поэт, - печальный. По Байрону, удел сильной личности, гениальных властолюбцев – высокомерное одиночество.

Место «Дон Жуана» в творчестве Байрона: традиции и новаторство

Поэма, над которой Байрон работал в 1818-1823 гг., осталась неоконченной. Поэт предполагал написать 100 песен, но успел завершить 16 и начать 17 песню.

В поэме преобладает авторская речь, авторский монолог, но по сравнению с «Чайльд Гарольдом» он разнообразен.

Так, о специфике жанра Байрон рассуждает в лирических отступлениях. К этой проблеме он возвращается несколько раз. Например, в 4 песне:

Я с детства знал, что я способный малый,

И укреплял в других такое мненье;

Я заслужил, когда пора настала,

Признание и даже одобренье.

Теперь моя весна уже увяла,

Давно остыл огонь воображенья,

И превращает правды хладный блеск

Минувших дней романтику в бурлеск.



Теперь, когда смеюсь над чем0нибудь,

Смеюсь, чтоб не заплакать, а вздыхаю

Лишь потому, что трудно не вздохнуть…

Почти о современниках пишу я;

Правдиво ль я изображаю их?

Не повторю ль ошибку роковую

Пристрастных ненавистников моих?

И все же я не слишком негодую:

Нужна ж свобода слова и для них!

Но Аполлон меня за ухо тянет

И просит говорить о Дон Жуане.

Эпический элемент в «Дон Жуане» усилен, герой и автор отделены друг от друга. Дон Жуан – обыкновенный человек, изображенный в обстоятельствах частной жизни, в социально конкретных условиях. В поэме дано новое соотношение личности и обстоятельств: «Люди – игрушки в руках обстоятельств, хотя кажется, что обстоятельства – игрушка в руках людей». Соотношение личности и среды, внутреннего мира и внешнего намечено, но не раскрыто. Но поэма остается романтической. Романтизм проявляется в лирическом чувстве, в дисгармоничности мироощущения, во вселенском охвате событий.

Первое полное издание поэмы вышло в 1833 году. Оно включало не напечатанное ранее «Посвящение». Оно направлено против «двух Робертов» - Саути и министра Каслрея, саркастические характеристики даются поэтам «озерной школы»; Байрон преклоняется перед Мильтоном:

Лишь Мильтон, злоязычьем уязвленный,

Взывал к возмездью Времени – и вот,

Судья нелицемерный, непреклонный,

Поэту Время славу воздает.

Но он не лгал – гонимый, угнетенный,

Не унижал таланта, ибо тот,

Кто не клевещет, кто не льстит, не гнется,

Всю жизнь тираноборцем остается.

Байрон использует знаменитый «бродячий сюжет» и затем подвергает его полнейшему переосмыслению. Поэт называет главного героя «нашим старым другом».Средневековая легенда привлекала внимание Тирсо де Молино, Мольера, Гофмана… Действие поэмы отнесено к периоду, предшествующему Великой Французской революции (предполагалась гибель героя во время революции). У Байрона Дон Жуан лишился традиционных аморальных черт характера, он предстал в амплуа «естественного человека». Байрон начинает поэму с объяснения выбора героя – покорителя женских сердец. Время героических личностей прошло, его герой равнодушен к политическим вопросам. Главное качество героя – умение приспосабливаться к любой обстановке (необитаемый остров, турецкий гарем, двор Екатерины II,великосветский салон). Герой видит пороки мира, иногда сочувствует, но в нем никогда не возникает чувство протеста. Он занят собой, поисками выхода из трудного положения. Отсюда – не мужественность поведения Дон Жуана. Он – «игрушка случая».

Основа сюжета – приключения Дон Жуана. Мать – донна Инесса отличается ученостью ирландки. Исследователи полагают, что прототип образа – жена Байрона. Отца привлекают любовные приключения. Любовная история юного Дон Жуана с замужней женщиной (Юлией=Джулией) привела к необходимости покинуть Испанию. После кораблекрушения оказывается на острове, где встречается с прекрасной Гайдэ, дочерью пирата Ламбро. По его приказу Дон Жуана продают в рабство. Гайдэ умирает с горя. В Турции Дон Жуана покупает султанша Гюльбея. Герой отказывается принять ее любовь, бежит из Константинополя и оказывается в лагере Суворова, сражается на стороне русских, за доблесть, проявленную при штурме Измаила, Суворов посылает его в Петербург с сообщением о победе. Пребывание при русском дворе описано схематично, Байрон опасался рассуждений о стране, известной по книгам. Затем Дон Жуан с поручением оказывается в Англии.

В основу композиции положен принцип построения английского просветительского романа, в котором последовательное изложение биографии героя перемежалось пространными философскими и назидательными отступлениями.

Вместе с тем, обращает на себя внимание, что в поэме содержится пересмотр собственного творчества. Первые песни – любовь, морские бури, плен, чудесные спасения и капризы судьбы – повторяют мотивы более ранних поэм. При этом традиционные эпизоды наполняются сумрачной жизненной философией, обрастают злободневными политическими сопоставлениями.

Он был мужчина видный и суровый:

Чалма до носа, борода до глаз;

Он ловко спасся из тюрьмы дворцовой

И брата удавил в удобный час.

Он был монарх не слишком образцовый,

Но плоховаты все они у нас:

Один лишь Солиман – могучий воин –

Быть славой рода своего достоин.

Ходил он честно, как велел Алла,

В мечеть молиться в дни богослуженья,

Визирю он доверил все дела,

Не проявляя к ним большого рвенья,

А жизнь его домашняя текла

Легко: он управлял без затрудненья

Четверкой жен и нежных жен толпой,

Как наш король – супругою одной.

1 песнь – воспитание молодого повесы из аристократической семьи – повторяет тему 1 песни «Паломничества…» и в какой-то степени ее пародирует: мрачность английского замка, мировая скорбь заменены южными испанскими нравами, земными чувствами, недолговечностью любви. Любовь в ранних поэмах была необходимым условием жизни героя. Здесь нет этого всепоглощающего чувства.

Следующие песни – морское путешествие, острова Эгейского моря, восточная красавица, гибнущая жертвой страстной любви к чужеземцу – напоминают «Восточные поэмы». Но прежние, вольнолюбивые, пираты заменены работорговцем Ламбро. Образ восточного феодала появляется затем в турецком гареме. Женщины гарема – примитивны, послушны, жестоки, отличаются от самоотверженной и трогательной Гюльнары, которая спасает Конрода. Таким образом. Мотивы первого этапа сохраняются, но в значительной степени переосмысливаются.

Суворов и Наполеон изображаются в «Дон Жуане» как завоеватели чужих земель, на которые не имеют права., они не щадят ни врагов, ни собственных солдат. Престиж Наполеона в глазах Байрона падает окончательно. Суворов у Байрона – фигура не самостоятельная. В отличие от Наполеона в Суворове отсутствуют высокомерие и гордыня, он прост в обращении с солдатами. «Русский эпизод» «Дон Жуана» представляет собой обобщенно-сатирическое изображение любого европейского двора. Намеки на специфически русские социальные условия здесь немногочисленны.

Первые 10 песен Байрон рассматривал как вступление к поэме, называл «прелюдиями» к основной части, действие которой переносится в Англию. Здесь оно развивается медленно, появляется сложная любовная интрига, не получившая разрешения. Эту часть Байрон называет «романом». Главный объект – лондонский высший свет.

Я говорить хочу на этот раз

О той весьма приятной части света,

Где все на первый взгляд прельщает нас –

Брильянты, горностаи и банкеты;

Но это все – обман ушей и глаз,

На деле ж в этом храме этикета,

В однообразной, скучной пустоте,

Простора нет ни мысли, ни мечте…

Они уподобляются порой

Солдатам после пышного парада,

Которые ломают четкий строй,

Пресытясь пестрым блеском маскарада…

Характерные особенности Англии – таможни и высокие пошлины; ее государи носят короны, как дурацкие колпаки, а ее истинные хозяева – финансисты, обладатели гигантских капиталов; ее парламент превратился в налоговую западню, ее солдаты давят копытами своих лошадей народ.

От общей картины Байрон переходит к сатирическому изображению светского общества. Особенно выразительно даны в поэме образы лорда и леди Амондевилль. Так, в описании Аделины преобладают мнимо восторженное превознесение ее совершенств, но она расчетлива и лицемерна. Лорд Генри занимает высокий пост советника короля, но ничтожен по своим данным, он демагог и мелкий честолюбец.

Фамилии представителей светского общества создают впечатление суетности, пустоты, показного блеска: священника зовут Пустослов достопочтенный, гвардейца – Джек жаргон, судью – сэр Джеффри Груб, Философа – Дик Скептикус; дамы носят фамилии Мак-Корсет, Бом-Азей о’Шлейф, Блеск, Мак-Ханжис.

Таким образом, в «Дон Жуане» Байрон ставит многие вопросы, которые занимали его раньше, но решает их по-новому. Если раньше его занимали волевые герои, то теперь его дон Жуан – безволен, никого не хочет себе подчинять. Байрон ведет скрытую полемику с романтической концепцией героя. Если раньше, изображая другую страну, Байрон воспроизводил ее колорит, чтобы показать неповторимость, то теперь ему важно показать, что везде царят несправедливость, жестокость, безнравственность. Так, Екатерина II русская Гюльбея, при ее дворце царят те же нравы, что в турецком серале.

«Дон Жуан» создал традицию романа в стихах. Стихи придавали повествованию особую яркость. Пушкин читал «Дон Жуана» с «большим вниманием». «Евгений Онегин» явно восходит к «Дон Жуану».







Сейчас читают про: