double arrow

Джокер, или Карта Шута


Глава 11

Глава 10

Глава 9

Глава 8

Глава 7

Глава 5

Глава 4

Глава 3

Глава 2

Глава 1

Вступление

Правописание и грамматика?

О методе, использованном при редактировании

Дополнение к русскому изданию

Вы читаете эту книжку по–русски благодаря труду

и настойчивости Кости Коваленко.

В каждом великом свершении всегда есть невоспетый

герой, не бросающий начатого.

Без него дело осталось бы незавершённым.

Костя, снимаю перед тобой шляпу.

Клаус Дж. Джоул

Прекрасная грамматика не накормила

ни одного голодного ребёнка.

Совершенное правописание не утешило

ни одного разбитого сердца.

Прекрасно отутюженный костюм

лишь скрывает отсутствие сияния любви.

Отсутствие любви – единственный

известный мне недостаток.

Потому – расслабьтесь.

Требования совершенства в грамматике и правописании –

Это скучные, отбирающие время иллюзии,

скрывающие по–настоящему необходимое.

Ещё тридпать–сорок часов редактирования придали бы

этому тексту совершенство.

Вместо этого они накормили несколько голодных детей.

Надеюсь, что каждое встреченное в тексте несовершенство

Напомнит вам о том, что, действительно, важно.

Как–то я заплатил за то, чтобы эту книгу отредактировали, но и в исправленном тексте осталось множество ошибок. Тогда за дело взялась моя жена. Но после долгих часов редактирования она приняла естественный факт жизни: ничто не совершенно.

А может, наоборот?

Моя жена верит, что всё по–своему совершенно…

На протяжении столетий информация о любви и о том, каким могуществом она наделяет, тщательно скрывалась. Этого больше не будет. Читайте дальше, чтобы узнать, как воплотить в жизнь свои мечты.

Я не собирался становиться писателем и, тем более, писать о любви. Если бы не могущество, которое даёт любовь, и не способность творить желанную мне жизнь… то и думать бы об этом не стал. Но я обнаружил, что, используя любовь, могу буквально мгновенно создавать всё, чего захочу. Я приобрёл такое могущество создавать желаемое, что, будь это не любовь, можно было бы испугаться. Моя жизнь превратилась в сказку, ни на что подобное я никогда и надеяться не мог. Да, это громкое заявление. Но оно правдиво. Даже моя возлюбленная, которая обладает способностью воспринимать новое, но всё же довольно скептична, была вынуждена поверить, после того, как пожила в атмосфере ежедневного невероятного волшебства. Любовь наделяет могуществом лично вас – не для управления другими, но для творения вашей жизни. Прекрасным качеством любви является то, что всегда в конце ситуация разрешается в наилучших интересах всех участвующих. Впрочем, не будь это знание таким совершенным, разве понадобилось бы держать его в тайне?




Работать с любовью, творить любовью – очень просто, и этому легко научиться. Список того, что можно сделать с любовью, или, иными словам, с энергией любви, бесконечен. Я легко мог бы привести вам несколько сотен примеров. Некоторые из них вы найдёте в книге «Посланник» из серии «Жизнь, полная любви» (Living on Love). Моё любимое высказывание – это: «Возьмите себе понравившееся, и остальное оставьте другому, кому оно придётся по душе». Выбор ваш.

Со всей моей любовью к вам

в вашем путешествии и в ваших выборах,

Клаус Дж. Джоул

Стояло начало зимы. Обычно в эту пору довольно холодно, но год выдался тёплым, и на дворе было почти как летом. День был пасмурным, и собирался дождь.

Я сидел дома и пытался писать эту книгу, но не мог решить, как рассказать свою историю. Я не писатель и раньше ничего не писал. Хоть мне и удалось за несколько часов составить план и сделать несколько зарисовок, сдвинуться дальше первой страницы не получалось. Было трудно найти слова, чтобы рассказать о событиях двухлетней давности, которые навсегда изменили мою жизнь. В конце концов, я сдался и решил поехать в город.



Оставив машину в месте, где можно было не платить за стоянку и не получить при этом штрафа, я отправился по своим делам. Набегавшись по городу, я заглянул к приятелю Генри.

Не нужно много усилий, чтобы уговорить Генри пойти выпить, и уже скоро мы сидели в маленьком тихом баре под названием «У Гая», где и провели несколько часов, пока не подошло время возвращаться домой. На улице как из ведра лил дождь, что было очень необычно для этого времени года, не говоря уже о том, что такие ливни редко бывают в Калгари.

Зная, что промокну до нитки, я всё же перебегал от одного навеса к другому – это был один из странных, не имеющих смысла поступков, которые мы порой совершаем. Уже стемнело, и из–за дождя было трудно что–либо разглядеть вокруг. Я стоял под небольшим навесом, пытаясь сориентироваться. Осмотревшись, понял, что стою на маленькой веранде, похожей на веранду жилого дома. В его окне мигала лампочками вывеска «Бар Нины».

Я подумал, что не помню, чтобы видел этот бар раньше. Всё строение было около четырёх с половиной метров шириной и казалось втиснувшимся между двумя огромными домами. Я вошёл внутрь. В баре были два посетителя и бармен. Справа была небольшая барная стойка длиной около трёх метров, у неё сидела блондинка с длинными вьющимися волосами и разговаривала с барменом. Слева было несколько столиков, и за одним из них сидел мужчина в шляпе. Я прошёл к бару и сел через один табурет от блондинки.

Она повернулась ко мне и спросила:

– На улице всё ещё льёт?

– Пуще прежнего, – ответил я и почувствовал, как мурашки пробежали вверх по позвоночнику.

– Что будем пить? – спросил бармен.

– Шотландское виски со льдом, – ответил я.

Я посмотрел на свои мокрые брюки и подумал, что нужно было зайти куда–нибудь в другое место и выпить горячего какао. Посмотрев вокруг, я спросил себя, зачем вообще зашёл сюда? Это заведение было каким–то странным.

– Налей ему хорошего виски, Денни, – сказала блондинка, прерывая мои мысли.

– О'кей, – отозвался бармен.

Я неуверенно улыбнулся, подумав о том, что это обойдётся мне в копеечку.

– Не волнуйтесь, это за счёт заведения, – сказала блондинка, как будто услыхав мои мысли.

– Спасибо, – ответил я, приятно удивившись. Быстро взглянув на неё, я подумал, что на пальцах одной руки могу пересчитать все случаи, когда я слышал такое заявление.

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, насколько она красива. Длинные светлые волосы вились мягко, как шёлк. Застеснявшись, я отвёл взгляд и занял его продолжением осмотра помещения, странного, но одновременно домашнего и безопасного.

Бармен поставил передо мной стакан с виски. Льда в стакане не было. Я уже было открыл рот, чтобы что–то сказать, но заметил, что он всё ещё не выпускает стакан из руки.

– У нас нет какао, но я могу подогреть вам виски, – сказал он быстро.

– Горячий виски, не слыхал о таком! – я взглянул на него из–под бровей.

– Неплохая вещь, попробуйте, – посоветовала блондинка.

– Почему бы и нет? – согласился я, так как люблю пробовать всё новое.

Вода капала с моих мокрых волос на лицо. Я собрался спросить, где туалет, как бармен протянул мне полотенце.

– Спасибо.

Я вытер лицо и волосы и, кладя полотенце, заметил боковым зрением, что блондинка пересела на табурет рядом со мной. Это заставило меня немного занервничать. Я не посмотрел на неё, а стал рассматривать подогревающего мой виски бармена и ждать, когда он подаст мне напиток. В баре стояла напряжённая тишина, не было ни музыки, ни звуков радио, что было очень необычно. «Похоже, впереди ещё одна странная ночь», – подумал я про себя.

Бармен поставил передо мной виски и отступил, ожидая моей реакции. Я поднял стакан, хорошо осознавая, что четыре глаза глядят на меня, и сделал глоток.

– Вот это да, оно испаряется, ещё не дойдя до желудка, но довольно вкусно, спасибо.

Мы встретились глазами в тот момент, когда она улыбнулась, – это была моя ошибка. Её глаза были подобны океану, отражающему луну и звёздное небо. Я растерялся и отвёл взгляд. Бармен Денни стоял в нескольких метрах, моя стаканы. Я тихо сидел, глядя перед собой, и грел руки о стакан горячего виски. В тишине ум вернулся к мыслям о книге. Может, пойти на курсы писателей? Или, лучше, вообще оставить эту затею? Последняя мысль принесла мне временное облегчение.

– Кстати, меня зовут Ниной.

Я чуть не пролил свой виски. Бывает, что я глубоко ухожу в свои мысли, и тогда меня нужно медленно возвращать в бренный мир.

– Простите, я не нарочно испугала вас, – Нина протянула свою руку.

– Ничего. Меня зовут Клаусом.

– Приятно познакомиться, Клаус! А этого симпатичного джентльмена за стойкой зовут Денни.

– Привет, – кивнул я ему головой.

– Почему вы хмуритесь? – поинтересовалась Нина.

– Не знал, что я хмурюсь.

– Проблемы с девушкой?

– Нет. – Я отпил тёплого виски.

– Лучше расскажи, она всё равно не отстанет, – улыбнулся из–за стойки Денни.

– Ну, это длинная история, – сказал я, качая головой.

Нина наклонилась вперёд и посмотрела на меня одним из тех, «у нас впереди целая ночь», взглядов. Занервничав, я сделал большой глоток из стакана.

– Денни, принеси Клаусу ещё стакан виски, – попросила Нина.

– Вообще–то, мне пора домой! – произнёс я вслух, в то время как другая часть меня сказала: «Да, ещё один, пожалуйста!» Одна из фраз явно исходила от нетрезвого человека.

Денни не обратил внимания на то, что я сказал, и стал наливать мне следующий стакан.

– Ну же, Клаус, сними груз с сердца, расскажи нам всё как есть, – потребовала Нина, почти вплотную придвигая своё лицо к моему и явно заставляя меня встретиться с ней глазами.

Часть меня сказала: «Подними глаза, ты, трус».

– Клаус!.. – громко произнесла Нина.

Я почувствовал удар кулака по руке, который прервал мои мысли.

– Что? – я был немного раздражён тем, что незнакомка ударила меня.

– Давай, выкладывай, что там у тебя! – скомандовала она.

Посмотрев в её глаза, я задумался, сколько же шпаг были выхвачены из ножен, чтобы драться за эти глаза? Мои губы начали говорить, опережая мысли. Как я этого не люблю!

– Я пытаюсь написать книгу о недавних событиях, но не имею ни малейшего представления о том, как писать, ни даже о том, с чего начать. Увяз в этом с головой, – сказал я, зарекаясь заглядывать в эти глаза.

– И о чём книга? – спросила Нина. Денни в этот момент поставил передо мной следующий стакан.

– Она об ангелах, то есть больше о любви. Пожалуй, о жизни, смысле жизни. Всё–таки, больше о любви… – я жалел, что не зашёл в какое–нибудь другое заведение.

– О, это интересно! И что же это за недавние события? – Нина была явно очень настойчива. Я покачал головой.

– Знаешь, это длинная и очень странная история.

Денни засмеялся.

– Странно будет, если ты выберешься отсюда, не рассказав Нине своей истории.

Я снова отрицательно покачал головой.

– Даже не знаю, с чего начать.

Я задумался на минуту. В общем–то, мне не терпелось рассказать кому–нибудь свою историю. И сейчас – прекрасная возможность сделать это, принимая во внимание, что с этими людьми мы встретились в первый и последний раз. Но с чего же начать?

– Начни с самого начала, – прервала мои размышления Нина. Денни опёрся о стойку и приготовился слушать. Он явно наслаждался происходящим.

– Предупреждаю, это очень странная история, – сделал я последнюю попытку.

– Мы всё внимание, – Нина сияла от своей победы.

«Вижу», – подумал я про себя, а вслух произнёс:

– Ладно, дайте мне минутку, чтобы собраться с мыслями.

Истина

Что такое воображение, действительность, истина?

Действительность – это воображаемое нами?

Или то, что мы воображаем, становится

Действительностью?

Тогда что такое истина?

– Бывает ли у истории начало или конец? Где она начинается и где заканчивается? Начинается ли она в начале путешествия или в конце?..

Я остановился посмотреть, следят ли за моей мыслью слушатели.

– Или история начинается в момент принятия решения, приведшего к её началу? А может, тогда, когда отправляемся в путешествие, или же когда берёмся паковать вещи, или когда строим планы? А когда она заканчивается? Если история изменила нас, оканчивается ли она, когда мы перестаём о ней вспоминать? Что в ней значимо? Принятые решения? Пройденные пути? История – это точка пересечения четырёх дорог. Посмотрим правде в глаза – не существует ни начала, ни конца…

Если вам понадобится отвязаться от какого–нибудь человека, выдайте ему такую тираду, и его как ветром сдует. Я смотрел на них обоих и сдерживал улыбку от предвкушения сцены сдувания их ветром.

– Я полностью согласен, – сказал Денни. Нина кивнула головой в знак согласия и добавила:

– Да, это как истина. Ведь что такое истина? Порой она может быть очень загадочной, – ветер явно не сдул её.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я, удивляясь, что у нас может получиться разговор.

– Например, – начала она, – десять человек стали свидетелями аварии. Существует десять версий происшедшего, но наверняка мы знаем лишь то, что разбилось несколько машин. Возникает вопрос, когда же произошла авария? Началась ли она, когда одна из машин потеряла управление, или ещё тогда, когда водители сели в машины? Говорят, что мысли создают реальность, и если так, то где тогда истинное начало этой аварии?

Мы с Денни согласно кивнули головами.

– А эти обои? – заговорил Денни. – Мы видим их, но есть ли это истина? Мы видим разноцветные полосы на бумаге, но нам не видно изготовивших их людей. Чего они боялись и о чём мечтали. Не видим деревьев, которые пошли на эту бумагу, людей, строивших эти стены, чтобы прокормить семьи, не видим работодателя, который надеялся заработать достаточно денег, чтобы заплатить за всё это. Мы видим только цветные полосы на бумаге. Но это не вся истина.

В последовавшей тишине я сделал глоток виски. Почему–то мне вспомнился сон, который не снился со времени, когда я был маленьким мальчиком. Я как раз думал об этом, когда меня прервала Нина:

– Опять нахмурился, – она подтолкнула меня локтём.

Должно быть, я чувствовал себя в безопасности, так как снова заговорил, раньше, чем сообразил, что делаю:

– Я вспоминал сон из своего детства. В нём мир был одним большим садом, города утопают в садах, все счастливы, играют, сажают деревья, цветы и кусты и собирают фрукты. Олени, зайцы, лисы бегают вокруг, и люди играют с ними. Никто никого не боится, и люди не бьют друг друга, а проявляют заботу. – Я развёл руками. – Всего лишь глупый сон, можно подумать, что подобное может когда–либо случиться. Мы слишком увлечены разрушением да тем, чтобы заработать больше соседа…

– Как знать! – произнёс Денни, доставая из–под стойки бара необычную зелёную бутылку без этикетки, но с пробкой в горлышке.

– Берёг для особого случая, – его глаза странно блеснули.

Я кинул взгляд на бутылку.

– Откуда она у тебя, уж не с пиратского ли корабля?

Денни поставил три стакана в ряд и улыбнулся.

– Почти.

– Выглядит довольно старой, – заметил я. Денни начал вынимать пробку.

– Так и есть, – включилась Нина. – Очень старая!

– И что же в ней?

Нина и Денни переглянулись, и он начал разливать.

Я пожал плечами.

– А что за особый случай?

Не знаю, от виски или от компании, но я чувствовал себя расковано и в безопасности, хоть они и не отвечали на мои вопросы. Содержимого бутылки едва хватило чтобы до половины наполнить три стакана. Пустую бутылку Денни убрал назад под стойку и раздал нам стаканы с густой жидкостью темно–кровавого цвета. Я понюхал – пахло сладким, но без спирта.

– В ней нет спирта, – сказала Нина.

Я улыбнулся.

– За что будем пить?

– За то, чтобы мечты были красивыми и сбывались! – подняла стакан Нина.

– За мечты! – подхватил пиратским голосом Денни.

Напиток был удивительным. Мои вкусовые рецепторы встрепенулись от густого насыщенного вкуса неведомых ягод. Глоток, ещё один, и я улетел в какой–то удивительный мир. Каждая клеточка тела пробудилась к жизни, наслаждение переполняло меня, и когда Нина сказала: «Лучше пить медленно», было уже слишком поздно, последняя капля стекла мне в рот, и хотелось ещё.

Я поставил пустой стакан на стойку, что вызвало смех, – они сделали лишь по одному глотку. Видно, я так по–особенному взглянул на стакан Нины, что она отодвинула его подальше. Не оставалось ничего, как рассмеяться вместе с ними. Голова была чиста, как звон колокола. А я был полон энергии.

– Вот это да! Прекрасный напиток, покупаю ящик…

Они всё ещё смеялись.

– Чувствую, что могу запросто стреножить динозавра!

Должно быть, на лице у меня была улыбка, которой позавидовал бы любой клоун.

Нина положила руку мне на ладонь и попросила:

– Ну, теперь, когда ты знаешь, что мы не будем над тобой смеяться, пожалуйста, расскажи нам историю про ангелов и про любовь.

– Хорошо, – ответил я, – добром на добро.

– Начни с начала и ничего не пропускай, – добавила Нина.

– Дайте только сориентироваться. – Я пододвинул пустой стакан из–под виски к Денни, чтобы он освежил его.

Устройство мира

Наш мир – это большая миска супа,

вращающаяся в пространстве.

И очень жаль,

если морковь и горошины не любят друг друга,

потому что им предстоит очень часто видеться.

И никто не покинет этой миски,

пока мы все не станем нежными и мягкими.

Вот так!

Пока Денни наливал виски, я собрался с мыслями. Доставая сигареты из кармана куртки, сохнущей на спинке барного табурета, я посмотрел, сидит ли всё ещё за своим столиком тот джентльмен. Он был на своём месте и, похоже, не сдвинулся ни на дюйм. Довольно странно, ведь его не обслуживали ни разу за тот час, что я здесь находился.

Денни поставил передо мной стакан с выпивкой. Я сделал затяжку.

– Итак, Клаус… – начал Денни с улыбкой на лице. – Я правильно произношу твоё имя?

– Достаточно правильно, – я помешал кубики льда в стакане.

– Я предположил, что в этот раз ты захочешь холодного виски, – Денни всё ещё улыбался.

– Твои инстинкты не подвели, спасибо! – Я улыбнулся в ответ.

– Так что, вернёмся к твоей истории?

– Итак, большую часть своей жизни, кроме, конечно, последних нескольких лет, я прожил очень несчастливо. Почему–то глубоко внутри меня всегда жила грусть. Другими словами, я совсем не чувствовал счастья – что бы ни происходило, хорошее или плохое, счастье не приходило, и с этим ничего нельзя было поделать.

Чтобы вы поняли, о чём я говорю, вам нужно знать всю историю, но в то же время её нельзя рассказать, не рассказав вначале этой части, – я покачал головой.

Денни обошёл стойку, взял табурет, отнёс к своему месту и сел на него.

– Клаус, я вижу проявления твоих чувств, но не слышу рассказа о них, – сказала Нина.

– Одни лишь воспоминания о тех днях навевают на меня печаль, – тихо ответил я.

– Разве окружающие не замечали твоей печали? – сочувствующе спросила Нина, очевидно, помогая мне продолжить.

– В общем–то, эта часть не важна, – ответил я. – Что же до счастья, каких только способов достижения его я ни перепробовал за много лет! Я даже наблюдал за другими людьми, чтобы понять, что приносит им счастье, а затем повторял эти действия. Например, я заметил, что, влюбившись или купив новую машину, люди становятся счастливыми – по крайней мере, на какое–то время. И хоть список того, что приносит людям счастье, оказался довольно длинным, я перепробовал практически всё. Это может показаться странным, но в моём случае ничто из этого списка не работало. Наоборот, порой моё несчастье ещё более усиливалось, потому что я не получал ожидаемого результата. Например, пошёл я как–то покупать новую машину, ожидая, что стану счастливым. Купил её, просидел в ней два или три часа, ожидая, когда же нахлынет поток счастья и радости, но ничего не произошло! Я не стал счастливее, чем до покупки машины. Хотя у других – всё иначе. Несмотря на неудачи, я не оставлял попыток. Я много искал, прочитал сотни книг о медитации, силе ума, управлении разумом, позитивном мышлении, книг о любви, книг о жизни, различные книги о помощи себе, но ничто не помогало. Что–то отсутствовало во мне самом.

Кроме того, я заметил, что в таком положении нахожусь не только я, но и многие другие. Однако знание того, что я не одинок, не помогало. С одной стороны, я был серьёзно настроен решить эту проблему, а с другой стороны – ощущал безнадёжность и много раз разочаровывался.

Ещё я посещал разные курсы и группы психологической помощи. К неожиданному результату привело моё обращение за помощью к психотерапевту. Это был период затянувшейся депрессии, и я полагал, что со мной что–то не так. Три недели я изливал свою душу, после чего мне сказали, что со мной всё в порядке, я не сумасшедший (что было приятно услышать), на сеансы приходить больше не нужно, а достаточно лишь начать заниматься тем, что приносит радость. К сожалению, найти это занятие было не так просто.

Я замолчал, чтобы прикурить новую сигарету, как вдруг заметил, что Денни широко улыбается.

– Что тебя рассмешило в моём рассказе?

– Я никогда раньше не встречал человека, который бы просидел в машине три часа, ожидая прихода счастья. Салютую твоей настойчивости! – улыбаясь, Денни отдал мне честь рукой и широко улыбнулся.

– Получается, твоей движущей силой было отсутствие счастья? – спросила Нина.

– Точно. Вместо погони за деньгами, славой, любовью, карьерой и другими благами, на добывание которых люди обычно тратят всю жизнь, я лишь страстно искал счастья. Если сказать по–иному, я желал освободиться от боли и грусти, порождённых отсутствием счастья.

Наблюдая за завитками сигаретного дыма, я глубоко задумался о том, что делает с человеком отсутствие счастья. Кроме того, я решал, стоит ли мне рассказывать им определённую информацию, как вдруг Нина прервала мои размышления:

– Было бы удивительно, если бы ты ни разу не захотел покончить со всем этим!

Я взглянул на неё. Увидев сверкнувшие в её глазах искорки, я подумал, что вселенная ничего не оставляет на волю случая и явно собрала для этой игры лучших игроков. Видно, вселенная знает меня лучше, чем я предполагал.

Я встал и спросил, где туалет. Мне нужно было собраться с мыслями. Денни указал на маленькую обитую деревянными планками дверь в конце бара.

В небольшом, не больше обычного сельского нужника, туалете без окон и, определённо, без всякой возможности, будь у кого–нибудь на то желание, улизнуть я стоял и думал обо всём рассказанном до сих пор. Раз уж дошёл до этого места в игре, решил я, буду играть дальше. В конце концов, терять мне нечего.

Жизнь

Иногда жизнь подобна

бесконечной игре в покер.

В которой, как только мы начинаем выигрывать,

вселенная бросает нас в новые обстоятельства,

чтобы мы убедились,

что всё может быть ещё лучше!

Итак, игра продолжается.

Я вышел из туалета и прошёл к своему табурету, держась подальше от джентльмена, который по–прежнему сидел за своим столиком. Когда играете со вселенной, важно придерживаться одного правила: следует не только играть с уважением, но и демонстрировать его. Не то чтобы вселенная обидится на нас, но она вполне может сдать вам новую карту, потому что вселенная ещё любит и учить. И вам же будет лучше, если вселенной не придётся учить вас уважению к игре. Поверьте тому, кто через это прошёл.

Я опустился на свой табурет и одним глотком допил виски. Прикурив новую сигарету, я проверил, хватит ли мне сигарет на обещающую быть долгой ночь.

Денни наливал апельсиновый сок в два стакана и, повернувшись ко мне, спросил, хочу ли я сока. Я сказал, что хочу. Видимо, они с Ниной уже допили свои порции снадобья из зелёной бутылки.

Денни поставил по стакану с соком передо мной и Ниной и сел на свой табурет. На минуту воцарилась тишина.

– Пожалуй, расскажу вам обо всём, – начал я не совсем уверенно. – Три раза я решал покончить со всем. Это были больше ментальные решения, чем физические действия, но их хватило, чтобы вызвать настоящее потрясение. Рассказать об этом или пропустим эту часть?

– А в ней есть что–то интересное? – поинтересовался Денни.

– Более, чем достаточно! – с сарказмом ответил я. – Жизнь походила на песню с плясками.

– О, тогда интересно! – Нина подмигнула Денни, и они усмехнулись. Я не обратил на это внимания.

– Итак, первый раз это случилось довольно давно. Казалось, у меня было всё, что должно сделать человека счастливым, но, тем не менее, я был несчастлив. Депрессия была вызвана тем, что несколько месяцев, потраченные на чтение книг и попытки стать счастливым, ни к чему не привели – мне становилось лишь хуже. Каплей, переполнившей чашу, стала одна ночь. Я читал книгу, автор которой описывал свою встречу с замечательным учителем. Меня разозлило, что к этому человеку просто пришёл чудесный учитель и научил всему, что он хотел знать, – вот так вот просто взял и пришёл, в то время как я должен бороться со своими проблемами в одиночку! Ещё меня разозлило, что, описывая, чему он научился, автор не даёт инструкций, как этого достигнуть. Какой смысл писать об этих чудесах, если не давать инструкций? Бессмысленная трата бумаги и моего времени!

Наклонившись к Нине, я прошептал:

– Запас моего терпения в то время уже подходил к концу.

Я покачал головой.

– Очень ясно помню всё, что произошло. Казалось, вселенная забыла про меня! От злости я швырнул книгой о стену и мысленно закричал, что если сейчас же не получу помощь, то прямо завтра утром отправлюсь в горы и съеду с обрыва в пропасть. По моему телу растекалась ярость. Быть может, позже я бы и передумал, но на тот момент решение было твёрдым. Пока я здесь, вселенная может игнорировать меня. Но пусть попробует так поступать, когда я окажусь перед ней!

Всё началось минут через пять. Обострённые чувства ощутили появление чего–то огромного, втискивающегося в мою квартиру и не вмещавшегося в неё. Я ничего не видел и не слышал, но чувствовал происходящее всем существом, иначе не могу описать это ощущение. Вы не представляете, как я перепугался! По–моему, я никогда ещё не был так напуган, я чуть не написал в кровать.

Я жил тогда в небольшой просторной квартире, где со своей кровати мог видеть коридор, часть кухни и большую часть гостиной. По всей квартире был включен свет – не люблю темноты, и, как только темнеет, мне начинает казаться, что из–за спины кто–то наблюдает за мной. Сколько себя помню, боюсь темноты, потому и держу освещение включенным. Ещё я не люблю тёмных углов – никогда не знаешь, что там может быть… Итак, через нескольких секунд все лампочки в доме начали мигать. Свет включался и выключался – почти как музыка, а я буквально трясся от страха. Я ощущал, как формируется какое–то присутствие, и вдруг услышал громкий и жёсткий голос где–то внутри головы: «Советую ещё раз подумать!..»

После чего всё кончилось. Свет перестал мигать, и невидимое присутствие покинуло квартиру. Я был так напуган, что пролежал в кровати до самого утра, несмотря на то, что сильно хотел в туалет. А следующую ночь провёл в другом месте. К моему удивлению, по всему дому пошли необычные разговоры. Так, я слышал, как спустя несколько дней двое жильцов в комнате для стирки обсуждали свои странные ощущения. По всей видимости, другие жильцы также ощутили нечто, чему не могли дать объяснения.

Этого случая было достаточно, чтобы я почти на два года бросил ныть о своих несчастьях. Но позже острота воспоминаний стала стираться.

Я остановился, чтобы выпить апельсинового сока и закурить очередную сигарету.

– Что, по–твоему, к тебе приходило? – спросила Нина.

Я покачал головой.

– Не знаю и не очень–то стремлюсь узнать. Очевидно, что я сильно кого–то достал, и он был явно не в духе.

Время шло, но ситуация не улучшалась, а, наоборот, ухудшалась, и мне становилось всё труднее и труднее притворяться. Огромное количество энергии уходило на то, чтобы держать на лице улыбку и притворяться довольным. К тому же, первый случай, действительно, поверг меня в ужас, но, как ни странно, подготовил. И теперь я собирался не лежать и дрожать от страха, а драться. В конце концов, я имею право на счастье! Кроме того, депрессия забирала у меня ясность мышления. Ну, и, наконец – я просил о помощи и не получил её, – я задумался на минуту над сказанным.

– Вообще–то, не совсем так, – произнёс я, усмехнувшись.

– Тебе всё–таки помогли? – спросила Нина.

– Да. Я выиграл поездку в Мексику, и там познакомился с человеком, который, возможно, мог бы мне помочь, но я оказался не готов к поставленным им условиям, можно сказать, провалил всё дело. С другой стороны, пойди я на сотрудничество с ним, моя жизнь пошла бы по другому пути, и я бы никогда не научился выигрывать в лотерее. В каком–то смысле, уже одно это стоило того. К тому же история, которую я собираюсь вам рассказать, возможно, никогда бы не произошла, а это было бы большой потерей.

– Минутку, ты утверждаешь, что умеешь выигрывать в лотерее? – спросил Денни, своей позой с руками, сложенными на груди, утверждая невозможность этого.

– Да, но об этом позже.

– И ты выигрывал больше одного раза? – спросил Денни. Его глаза округлились.

– Да. Я расскажу об этом позже, – я отодвинул свой табурет от барной стойки и встал, чтобы немного размяться.

– И что, ты получил по заднице во второй раз? – улыбнулась Нина.

– Не совсем так. Вообще–то, даже наоборот. У вас что, нет музыки? – спросил я, пытаясь переменить тему. – Здесь слишком тихо!

Денни встал и подошёл к маленькому магнитофону, стоявшему на одной из полок. Он вставил кассету и покрутил громкость. Не знаю, что это была за музыка, – что–то в стиле «нью эйдж», – но она прекрасно заполнила тишину.

Дом

Дом, где в следующий раз отдохнёт моя душа.

Перекрёсток жизни,

Где посажу семена доверия,

Выращу урожай любви,

И задумаюсь, по какому пойти пути,

Перед тем, как вернуться домой,

К следующему перекрёстку жизни

Где посажу семена…

Я немного размял кости и снова присел, собираясь послушать музыку, но Денни взволнованно забарабанил пальцами по стойке бара и бросил на меня полный нетерпения взгляд. Я понял намёк.

– Следующий эпизод произошёл примерно два года спустя. К моему эмоциональному состоянию добавились потеря работы и приближение первого банкротства. Но это было ещё не всё. Единственным результатом моей упорной работы в группе взаимной психологической поддержки стало лишь появление нескольких приятелей и возможности иногда поплакаться. В общем–то, я снял часть груза с души, но счастье всё равно не приходило.

– Ты пробовал за эти два года ещё что–нибудь, кроме группы поддержки? – поинтересовалась Нина.

– Я много чего перепробовал, но было ощущение, что нечто неизвестное как будто мешает мне найти счастье. Теперь–то ясно, в чём дело было, но тогда это просто сводило с ума.

Все замолчали, и мои мысли унеслись в прошлое.

– Помню, что был сильно расстроен, – начал злиться по–настоящему, на всю вселенную. Моя злость концентрировалась на том присутствии, что приходило ко мне в квартиру. Какое оно имело право пугать меня до полусмерти, а вместо помощи лишь сказать, что мне нужно подумать ещё раз? Ну, как ещё нужно подумать? Я был готов к драке!

И ещё, я тогда очень устал, устал от жизни. Ничего не получалось, а то, к чему притрагивался, рассыпалось в пыль. Жизнь без счастья превратилась в нескончаемую ночь. Сильная боль в груди стала постоянной. Почти невозможно описать словами все ощущения и эмоции того времени. Я не мог понять, почему было недоступным состояние внутреннего счастья, которое должно быть очень естественным. Хотелось лезть на стены. К тому же, не получая желаемого, я становлюсь несносным. Особенно когда я прилагаю серьёзные усилия к достижению цели. Должен сказать, что были и счастливые моменты. Но я не был удовлетворён объёмом счастья, мне хотелось много большего, понимаете?

Нина посмотрела на меня.

– Да, думаю, что понимаю.

– Ты действительно считал, что можешь победить что–то, во много раз превосходящее тебя? – спросил Денни.

Я покачал головой и ответил:

– Порой принять вызов важнее, чем победить. Хотя, признаю, выбранная мною форма была явно несовершенной. Я полагал, что жизни нечего мне предложить, и хотел кардинально сменить обстановку. Удивительно, что люди согласны сражаться за камни, грязь и тому подобное, но только не за любовь и радость. А это единственное, за что стоит бороться. Всё остальное – не более, чем временное.

Денни утвердительно кивнул головой.

– Было около часа ночи. Я решил, что утром отправлюсь в горы и всё обставлю так, чтобы было похоже на несчастный случай. И удивительно – после принятия этого решения пришло новое для меня ощущение умиротворённости. Я лежал в кровати и чувствовал покой. Подобное чувство я испытывал впервые. Наверное, я задремал и попал в состояние полусна–полубодрствования. И в этом, подобном трансу, состоянии пришло похожее на явь видение. Я как будто находился в художественной галерее, в самом центре просторного зала. Глядя по сторонам, я обнаружил, что большая часть висящих на стенах картин – мои. И тут началось самое интересное: я услышал звук открывающейся двери и, повернувшись, увидел стройную высокую женщину с прямыми белыми волосами до плеч, молочно–белой кожей и большими глазами. Я не заметил, как мы оказались друг перед другом. Единственный способ, которым я могу описать её невероятную красоту, это сказать, что она была красивее, чем её внешность. Мы стояли лицом к лицу не дальше, чем в полуметре друг от друга.

Она спросила: «Тебя зовут Клаусом?»

Казалось, миллиарды клеток моего тела ожили, каждая со своим сознанием, и стали внимать ей. Это было совершенно невероятное ощущение, одно из самых замечательных в моей жизни. Каждая клетка была личностью, участвующей в моей жизни. Они были малыми существами, трудящимися вместе над созданием этого физического тела, позволяющего мне жить и получать опыт физического существования. Было впечатление, что все мои действия влияют на них и имеют для них значение… Короче, я попытался ответить на её вопрос и не смог. Слишком много всего происходило в моём теле, и я лишь кивнул головой. Она протянула мне руку, и на какую–то долю секунды её ладонь оказалась в моей. Она произнесла: «Я хочу, чтобы ты ещё побыл там. Немного позже ты всё поймёшь».

Её голос прозвучал пением тысячи ангелов, все клетки моего тела были само внимание. Ошеломляюще! К сожалению, после её слов всё окончилось, и я проснулся в своей кровати. Ещё в течение нескольких месяцев меня преследовало это видение, и я не раз делал попытки вернуться туда, но безуспешно. Ничего не выходило.

– Что же такого было в этом видении, что оно тебя преследовало? – спросила Нина.

– Я надеялся встретить эту женщину в реальной жизни. Глупо, но это давало искорку надежды. И одна эта надежда помогала мне жить в течение почти трёх лет. Трёх долгих лет. Видимо, таков был план. Похоже, вселенная решила применить искушение, раз испуг больше не мог заставить меня жить в этом мире. И, как видите, расчёт оправдался, во всяком случае, на некоторое время.

– А может, всему виной химический дисбаланс в твоём организме? Ты не задумывался об этом? – спросил Денни.

– Да, я прошёл и по этому пути, испробовав нескольких докторов, но, в конце концов, решил, что уж лучше страдать, чем жить на таблетках. К тому же большинство из них даёт серьёзные побочные действия, и ещё я опасался, что, начав принимать лекарства, потом не смогу испытывать счастье без них. Также была надежда когда–нибудь найти ответ. А вообще, лекарства – это только временное решение, они не устраняют причину проблемы. Я считаю, что любовь и счастье не должны зависеть от обстоятельств, от опыта или от моего физического тела.

Последний рубеж

Неужели мы такие упрямые?

Даже не сомневайтесь!

Битва со всей вселенной –

Тысячи воинов, стальные клинки наголо,

Пять сотен тяжёлых коней –

И ты встанешь против них с соломенным кинжалом в руке!

Я был воином вечность и один день.

Мне неизвестна вся мудрость,

Но одно я знаю наверняка:

Сегодня прольётся кровь.

Это будет, друг, твоя кровь,

Но, также, и моя.

Ибо я буду честно биться.

Поэтому, прошу тебя,

Подумай,

Хороший ли это день, чтобы умереть?Глава 6

– Прошло почти три года. Дело было ранним вечером, я вышел поужинать в ресторан, но был настолько подавлен и расстроен, что есть не смог. Со слезами в глазах, измождённый, я сел в машину и тупо поехал по шоссе в горы. Мысль о том, что через час или два всё закончится, приносила облегчение.

– В этом–то и проблема – самоубийство считают выходом, но оно лишь начинает заново весь процесс, – заметила Нина.

– Согласен. Но, когда ты зашёл настолько далеко, все теряет значение, остаётся лишь желание выйти из этой темноты, хоть ненадолго. Я бы всё отдал за то, чтобы побыть неделю счастливым. Вот в каком я был состоянии!

Нина сочувственно кивнула.

– Похоже, где–то по пути ты передумал, иначе не сидел бы сегодня с нами, – сказал Денни.

Мне показалось забавным, что его верхняя губа подрагивала.

– Вовсе нет. На самом деле, произошло следующее. Примерно в тридцати минутах езды от Калгари стояла заправочная станция. У меня в баке было достаточно бензина, но по какой–то непонятной причине, как только я проехал эту станцию, машина начала чихать и дёргаться, как когда кто–то быстро включает и выключает зажигание. Скорость упала до пяти миль в час. Датчик топлива показывал, что горючего достаточно, да и машина была новой! Я решил вернуться на заправочную станцию проверить электронное зажигание. Но как только я начал приближаться к станции, мотор заработал нормально. Я решил, что нет смысла ремонтироваться – ведь машина мне нужна лишь на одну поездку. Потому – разворачиваюсь и снова еду в горы.

До места, где можно было развернуться, пришлось проехать около мили. Настроение было такое поганое, что я бы не отказался от затеянного, даже в случае, если бы пришлось толкать машину руками. После разворота я направился в горы. Но, доехав до заправочной станции, машина опять начала дёргаться и чихать. Мои попытки переключать передачи, включать и выключать зажигание и фары не помогли – чихание продолжалось. Когда показалось место, где можно было развернуться, машина уже ехала с таким трудом, что я едва завершил манёвр. А путь до станции занял минут десять или пятнадцать. Несколько раз двигатель глох, а затем снова запускался. Но, как только машина поравнялась с заправочной станцией, мотор ожил и начал работать ровно. Поэтому я проехал мимо заправки и направился к развороту, который был в миле от неё. Машина всё ещё работала хорошо. Я развернулся и снова поехал по направлению к горам. Несносная машина продолжала работать нормально, пока не миновала заправку, после чего произошло то же, что и раньше: двигатель начал чихать и попеременно выключаться и включаться. Раздражение росло, и я решил ехать, как есть, но чем дальше удалялся от заправки, тем хуже работал двигатель. В конце концов, мне осталось лишь одно – снова развернуться. И, естественно, что, поравнявшись с заправкой, мотор снова ожил и заработал нормально, мурлыкая, как котёнок.

– Почему же ты не заехал на заправку, чтобы механик проверил машину? – спросил Денни.

– Было уже девять или десять вечера, и я не думал, что в такое время там будет механик. К тому же она прекрасно работала на противоположной стороне трассы, и почему–то я знал, что с машиной всё в порядке. В этот раз я не собирался позволить вселенной так просто меня остановить!

– Ну, ты и упрямец, – прокомментировала Нина, покачав головой.

– Возможно, но я был зол и собирался заявить вселенной, что с меня хватит.

– Дай я угадаю – ты так и ездил взад–вперёд, пока машина не развалилась на части, – улыбнулся Денни, как будто знал ответ наперёд.

– Вроде того. Я ездил по кругу до девяти или десяти часов утра.

Мои слушатели разразились смехом. Мне ничего не оставалось, как только присоединиться к ним. Сейчас, оглядываясь назад, этот эпизод кажется безумством. Наверное, так оно и было.

– Так ты всё–таки сдался? – воскликнула Нина, аккуратно вытирая слёзы со щёк.

– Нет, не сдался, просто сильно устал и заехал на заправку что–нибудь перекусить и выпить кофе, после чего собирался продолжить. К тому же нужно было залить бензину. Хорошо ещё, что у них работал круглосуточный ресторан. Короче, я въехал на заправку и попросил залить полный бак. Помню, что работник странно на меня посмотрел, но я не уделил этому особого внимания. Запарковав машину, я вошёл в ресторан. Там было очень тихо, за стойкой бара сидели несколько пожилых дальнобойщиков. Я выбрал место за одним из столиков, разделённых невысокими перегородками. Наверное, к этому времени я находился почти в бредовом состоянии. И, должно быть, выглядел ужасно – измождённое лицо, красные белки глаз, следы слёз на щеках. Подошла официантка с кувшином кофе в руках, заботливо и весело посмотрела на меня и спросила, не я ли тот малый, что всю ночь ездил взад–вперёд?

Нина с Денни всё ещё хохотали. Потянувшись за сигаретой, я нахмурился так сурово, как только мог, но от этого они засмеялись ещё громче.

– Смейтесь, смейтесь. Когда–нибудь роли переменятся, и тогда посмотрим, что в этом смешного.

– Какова, по–твоему, вероятность того, что подобная ситуация могла произойти? – Денни взглянул на Нину.

Выбросив руки вверх, она ответила:

– Наверное, один на миллион.

– Короче говоря, я ответил официантке, что моя машина не хочет ехать в горы, а едет только назад в Калгари. Я едва мог говорить, во рту пересохло, и я не чувствовал губ. Вдобавок я слишком устал, чтобы стыдиться.

Она спросила, куда я направлялся, и я, не моргнув глазом, ответил: «Сброситься с обрыва!»

Она постояла, глядя на меня, а потом неожиданно расхохоталась. Наконец, успокоившись, она наклонилась ко мне и произнесла: «До тебя что, туго доходит? Так или иначе, я принесу тебе завтрак, потому что тебе ещё долго жить в этом мире».

Она налила мне чашку кофе и направилась в кухню. Можно было ожидать услышать из кухни громкий смех, но этого не произошло. Я понял, что она никому не рассказала.

Она не расспрашивала меня, по какой причине я решил сброситься в пропасть, но после ещё нескольких слов, а также бесплатных завтрака и кофе я сел в машину и направился домой.

К этому времени Денни с Ниной хохотали так громко, что это начало действовать мне на нервы, потому я извинился и вышел в туалет. Я не обиделся на них, просто было немного (а может, и очень) стыдно.

Сейчас эта заправочная станция не работает, там не осталось ничего, кроме пустого здания. Я всё ещё иногда езжу туда, чтобы поразмышлять, сколько ещё таких, как я, останавливалось там.

Так что теперь я всё ещё здесь и рад этому. Что касается обещания, что всё, в конце концов, станет мне понятно, оно сбылось. Но что касается совета подумать хорошенько ещё раз, то он меня всё ещё раздражает.

А вам, добрая и великодушная официантка,

БОЛЬШОЕ СПАСИБО!!!

Требуется

Ангел–Хранитель, один.

Должен обладать

невероятным, невообразимым,

и совершенно непостижимым терпением.

Резюме и лотерейный билет присылать

по адресу, почтовый ящик 40081,

Клаусу.

Когда я вернулся из туалета, Нина и Денни уже пришли в себя, но всё ещё улыбались. Денни поинтересовался, не хочу ли я ещё апельсинового сока.

– Мы не собирались смеяться над тобой, – извиняющимся тоном произнесла Нина.

– Но согласись, что та часть рассказа, где до тебя долго доходит, довольно смешна, – добавил Денни.

– Наверное, вы правы, – я кивнул головой в знак согласия.

– И что, это всё? – спросила Нина.

– Нет, история только начинается. И теперь она станет совершенно ненормальной.

Денни опустился на табурет.

– Ну что же, ночь только начинается, и если ты готов рассказывать, мы готовы слушать.

На какое–то мгновение его губа снова задрожала. Я наклонился к Нине и, улыбаясь, спросил:

– Почему у Денни время от времени дрожит губа?

Нина рассмеялась.

– Это случается, когда он что–то утаивает. Из него не получится хороший игрок в покер.

Что же мог утаивать Денни? Может, приближался крутой поворот в игре? Что–то меня настораживало. Обычно я держу глаза и уши открытыми, чтобы не пропустить необычные детали, и это был явно один из таких случаев.

Мои наручные часы всё ещё не работали. Сквозь стёклышко были видны капельки воды. Я было собрался спросить, который час, но потом не стал этого делать – в конце концов, мне было некуда торопиться.

– Ну вот, – начал я, вспоминая, на чём остановился, – примерно в течение двух лет я переезжал из дома в дом, и вначале дела шли неплохо, но сердце моё было недовольно. Счастья всё ещё не было, и большую часть последних шести месяцев я провёл в попытках достичь счастья или большего счастья. Относитесь к этому, как хотите, мне всё равно. Я знаю, что вы уже слышали это от меня несколько раз, но так и было на самом деле. Я перестал менять дома и проводил всё время в попытках найти решение своей постоянной проблемы. Но деньги заканчивались, и, в конце концов, пришлось на время отступить и попробовать устроиться на работу. Довольно быстро удалось найти хорошо оплачиваемое место. А спустя ещё несколько дней за подходящую цену нашёлся и новый дом, в который я и переехал. Решил жить, как все остальные, то есть ходить на работу, платить по счетам, откладывать на старость. Со мной жил сын, и я старался служить ему хорошим примером. Мысль, что так проживу до самой смерти, ужасно подавляла, но другого пути я для себя не видел.

Примерно через пять месяцев после устройства на работу однажды утром мне объявили, что я уволен. Было сказано, что причина в медленном развитии бизнеса и необходимости урезать расходы. Но настоящей причиной было не это: все видели, что я несчастлив. Я больше не мог этого скрывать, энергии не хватало на то, чтобы постоянно держать на лице улыбку. Уверен, все полагали, что мне не нравилось там работать.

Это стало шоком. Я был не столько расстроен, сколько не знал, что делать дальше. Неделю просидел дома, занимаясь лишь тем, что каждый день выгуливал собаку. Ещё оставались кое–какие деньги, но очень немного, а ежемесячная плата за дом была довольно высокой. Дом, хоть и небольшой, находился в хорошем районе. Экономика была не на высоте, и хорошо оплачиваемых работ было не так уж много. Даже найди я сразу же посредственную работу, было ясно, что всё равно этот дом мне не по карману. Помню, как сидел в парке и глядел, как мой пёс Руди играет с другими собаками, как вдруг что–то щёлкнуло во мне. Почему–то я решил сделать ещё одну попытку достигнуть счастья – возможно, ранее я пропустил что–то в прочитанных книгах или неправильно выполнил инструкции. Потому, вернувшись с прогулки, я вскочил в машину и помчался в библиотеку. По дороге одна часть меня твердила о напрасной трате времени, но другая часть с величайшим энтузиазмом встрепенулась к жизни. К тому же я помнил, что на время поисков внутреннего счастья становился счастливым. Спустя какое–то время, когда не удавалось добиться ничего большего, чем временное счастье, наступала депрессия. В этот же раз у меня было твёрдое ощущение, что всё получится. Нужно только найти то нечто, что осталось незамеченным раньше.

– Господи, сколько это будет продолжаться? – прервал меня Денни.

– Уже всё, – успокоил его я, – отсюда всё начало резко меняться.

– Слава Богу, а то у меня самого начинается депрессия. Когда уже будет про лотерею?

– Очень скоро. Итак, я взял целую стопку книг обо всём, что считал заслуживающим внимания: о медитации, духовности, визуализации, управлении умом, позитивном мышлении, любви и тому подобном, даже несколько книг по лозоходству, которые, в общем–то, не были нужны. Но они попались мне на глаза и поехали ко мне домой вместе со всеми остальными. Затем я провёл несколько недель, читая книги, делая заметки и как можно лучше выполняя прочитанные инструкции. По существу, проснувшись, я сразу начинал читать, а заканчивал, когда шёл спать. Перерывы я делал только для того, чтобы поесть, вывести Руди в парк и для того, чтобы выполнять инструкции из книг.

– Ты достиг каких–нибудь результатов? – спросила Нина.

– Никаких, – ответил я, – за исключением того, что почувствовал себя лучше от самих усилий, по крайней мере, лучше, чем обычно. Вообще–то я не ожидал результатов. Во мне горело желание сделать ещё одну попытку. Само то, что я прилагал усилия, давало мне надежду и в каком–то смысле успокаивало. Существует разница между надеждой на что–то и предположением, что нечто произойдёт. Но мы ещё поговорим об этом позже.

Итак, тут–то и начались перемены. Я уже стал нервничать и решил сделать перерыв. Позвонил приятелю узнать, дома ли он. Он, как всегда, был дома, потому я захватил пива и отправился к нему в гости.

В то время финансовое положение моего друга было не лучше моего. Он не работал, и денег у него было не густо. Большую часть времени он проводил, просматривая спортивные передачи и играя в спортивную лотерею, что у него не очень–то получалось. Я посмотрел на его проигравшие билеты и с сарказмом заметил, что с не меньшим успехом он мог бы угадывать победителей, бросая дротики в стену. Рассмеявшись, он согласился с моей оценкой. Для меня же самого азартные игры всегда были бросанием денег на ветер в надежде, что назад прилетит в два раза больше. Шансов, что такое произойдёт, немного. В прошлом я играл в покер, но больше для развлечения – с максимальным выигрышем или проигрышем в пятьдесять долларов.

Пока я рассматривал лотерейные билеты своего друга, мне в голову пришла идея. Недавно на глаза попались несколько книг и телепередача на тему лозоходства. В передаче человек искал минералы с помощью лозы, помогал шахтёру найти новые залежи минералов в старой заброшенной шахте. Как ни удивительно, они добились хороших результатов. Этот человек, использовавший принципы лозоходства, пользовался обыкновенной верёвкой с грузом на конце. Он принимал вращение влево за «да», в вправо – за «нет». До меня дошло, что использование верёвки – это не более, чем один из способов общения сознания с подсознанием!

Я поделился с приятелем предположением, что, используя подсознание, можно заглянуть в будущее и посмотреть, какая из двух команд выиграет. Он ответил, что у меня не все дома, и что будущее предсказать невозможно. И привёл около двадцати причин, почему это не должно получиться и не получится. Очевидно, он был ещё более твердолобый, чем я.

Но, чем больше я размышлял, тем больше мне нравилась эта идея. Ко времени, когда я добрался домой, почти что всё сложилось в моей голове. Я понял, что необходимо найти такое состояние ума, при котором сознание и подсознание встречаются и работают вместе, как единое целое, а не существуют раздельно. Звучит просто, и, действительно, оказалось не сложно, хоть и понадобилось некоторое время, чтобы этого добиться. К тому же я получил намного больше, чем рассчитывал.

– А что такого важного в подсознании? – спросил Денни.

– Похоже, подсознание имеет доступ к огромным объёмам информации. Кроме того, все подсознания объединены в единую сеть, но самое важное – это то, что подсознание также соединено с душой – тем большим, что мы есть на самом деле.

Немало времени ушло на разработку всего плана и его деталей. Пришлось снова сходить за книгами в библиотеку. Я занимался этим примерно в течение недели или двух, пробуя разные вещи. В общем, я собрал всю информацию, какую мог найти, перемешал её, а потом выбрал необходимое. Получалось, что необходимо было войти в состояние очень глубокой медитации, в состояние транса. Между сознанием и подсознанием есть тонкая завеса, её мне нужно было перейти. Самой большой проблемой было найти, на чём концентрироваться. Сначала я пробовал концентрироваться на результатах игры, но это лишь вводило меня в состояние, похожее на сон, и результаты, которые я видел в уме, были неправильными. Затем я концентрировался на подсознании, это приносило смешанные результаты. Не то, к чему я стремился.

Избавлю вас от рассказа о деталях всего, через что пришлось пройти на пути к конечному выводу. Главная идея состояла в том, что мы есть нечто большее, чем просто сознание и подсознание. Потому мне нужно соединиться со всем, что есть я. И вместо того, чтобы говорить «всё, что я есть» или «высшее Я», я решил назвать это словом душа.

Я был уверен, что подключение к этой большей части себя стало ключевым моментом, после которого всё заработало. Да так хорошо заработало, что через шесть недель я выиграл более ста тридцати раз.

– И о какой сумме идёт речь? – прервал меня Денни.

Я отпил сока и посмотрел на него. Нетрудно было заметить долларовые значки в его глазах.

– Общая сумма составила чуть меньше двух тысяч долларов, главным образом потому, что ставки были невелики, – я не собирался выбрасывать на ветер последние оставшиеся у меня деньги. Также я решил, что лучше оставаться незамеченным – раз уж метод работает, то спешить некуда. К тому же, в тот момент деньги казались второстепенным фактором, я чувствовал, что совершил считавшееся невозможным, и буквально парил над землёй от радости.

– А как же насчёт счастья? – поинтересовалась Нина.

– На какое–то время вопрос счастья отошёл на второй план. Ведь намного легче быть несчастным, если сидишь под пальмой на тёплом песке и созерцаешь набегающие волны. Хоть я ещё не сидел под пальмой, это становилось достижимым. Пожалуй, я даже был счастлив в то время. На занятия уходили многие часы, но мне это очень нравилось. Даже сейчас я трачу на подобные медитации несчётное количество времени, открывая, что ещё можно сделать при помощи ума. Можно сказать, что я нашёл своё призвание. И, хоть всё это мне нравится, и я чувствую себя счастливым, занимаясь этим, но не отсюда приходит моё счастье, и не в этом была причина моего несчастья. Но мы скоро подойдём к этому.

– Если уж впадать в депрессию, то лучше с комфортом, – заметил Денни.

– Что–то явно начало происходить. Внутри меня проклёвывалось счастье, и это имело отношение к тому, как я пользовался своим умом. Но в то время единственным, что я отметил, было обретение покоя.

– Логично, – добавила Нина. – Чтобы создать счастье, внутренний покой необходим.

– Согласен. Кроме того, я был занят делом, мне было интересно и не заботило ничто иное. А к тому же…

– Не важно! – перебил Денни. – Мне нужна точная инструкция.

Я увидел в руке у Денни ручку, а на стойке перед ним открытый блокнот. Его глаза стали как блюдца, а губа дрожала ещё сильнее, чем раньше.

– Полагаю, будет лучше, если я сперва расскажу всю историю.

– Я тоже предпочту сначала дослушать до конца рассказ Клауса, – поддержала меня Нина.

– А я хочу получить инструкции сейчас. Потом ты, скорее всего, забудешь, – настаивал Денни.

– Может, и забуду, – рассмеялся я, – но ты, наверняка, напомнишь.

Нина пожала плечами и произнесла:

– Решение за тобой.

Ситуация была чересчур странной. Непонятно, играл Денни в игру или говорил серьёзно? Ведь есть два типа игроков: те, что играют на стороне вселенной, и те, что просто принимают участие в игре. Главное отличие в том, что первые находятся очень близко к дилеру (дилер – участник, который сдаёт карты, сам оставаясь вне игры; – примеч. перев. ). Они знают, в общих чертах, направление развития игры и работают в этом направлении. Они знают, у кого какие карты. Остальные, к которым принадлежу и я, просто играют в игру. Я полагал, что Нина и Денни играли на стороне вселенной, но, судя по этой ситуации, таким игроком была лишь Нина. Наверное, Денни просто играл в игру так же, как и я. Порой кажется, что вселенная создаёт игру по ходу её развития.

Уже не один раз я сталкивался с необходимостью принять решение, включать ли в книгу эти инструкции и стоит ли вообще рассказывать об этом кому–либо? Похоже, я вновь оказался на этом перекрёстке. Странно, что вселенная оставляет мне такое важное решение. Но оставляет ли?

Я решил, что дам Денни инструкции, но сначала прочитаю ему небольшую лекцию. По правде говоря, этим я страховал самого себя.

– О'кей, Денни, я дам тебе инструкции, но знай, что эти знания можно использовать в различных целях, и если ты станешь их использовать в азартных играх, то берёшь на себя ответственность за всё, что может произойти. Если ты и без этого собирался потратить на лотерейный билет пару долларов, тогда, действительно, можно постараться максимально повысить твои шансы. Но если ты собираешься истратить на эти цели деньги, отложенные для покупки продуктов, то скажу тебе сразу, что проиграешь, и объясню почему…

– Я со всем согласен, никаких претензий, – Денни был как ребёнок, получивший новую игрушку.

Я отпил апельсинового сока и подумал про себя, что точно слышал эти слова раньше.

Мечты

Мечты, сладкие мечты!

Говорят, добиться можно всего,

Что способен вообразить.

Но вспомню ли я, проснувшись, сон,

Который вижу сейчас столь ясно?

– Сразу же скажу о факторе нужды. Если играешь в покер на последние двадцать долларов, и тебе крайне необходимо выиграть, то с тем же успехом можешь оставить деньги на столе и уйти. Заполучить то, в чём сильно нуждаешься, – очень непросто. Именно это имеют в виду, говоря, что не следует привязываться к результату.

Денни отодвинул блокнот и удивлённо посмотрел на меня.

– Тебе ведь тоже были нужны деньги, в чём же разница?

– Вообще–то, в то время мне было почти всё равно. Выиграю – хорошо, не выиграю – что из того? Кроме того, я учитывал фактор нужды, о котором узнал много лет назад из личного опыта. Понимаете, есть огромная разница между желанием и нуждой. Сильно желая, человек придумывает способы осуществить желаемое. Но в состоянии отчаянной нужды ум засоряется мыслями о последствиях неудачи. Это не продуктивно, так же как и попытка идти или вести машину, не глядя в направлении движения. Нужно фокусировать ум на том, чего хочешь добиться, а не на последствиях неудачи.

– Получается, нужно, чтобы действие было мне в удовольствие, как будто это моё хобби? – переспросил Денни.

– Отлично, прекрасное начало. Когда на тебя ничто не давит, можно сосредоточиться на цели. Если сделать ставку большой, то возникнет привязанность к результату, однако при ставке в два–три доллара результат не будет иметь значения. Тем более если всё равно собирался сыграть.

– Денни, ты уверен, что понимаешь, о чём говорит Клаус? – тихим голосом спросила Нина.

– Прекрасно понимаю, никаких проблем. Что делать дальше?

– Найди тихое место, где тебя никто не побеспокоит. Затем ляг или же сядь в удобное кресло. Я предпочитаю лежать, чтобы не волноваться о том, что может упасть голова. Единственный недостаток лежачего положения – это необходимость дополнительных усилий для сохранения состояния бодрствования. Устроившись поудобнее, позволь себе полностью расслабиться и дай телу уснуть. Но не уму. Нужно позволить телу уснуть до состояния, когда ты его не чувствуешь и ничего не слышишь. Не настаиваю на том, чтобы ничего слышать, но это будет важно в конце.

– Нужно что–то представлять, чтобы ум оставался бодрствующим? – спросил Денни.

– Нет! Если начнёшь что–либо представлять, то попадёшь в состояние дремоты, после чего уснёшь. К тому же, если начнёшь что–то визуализировать, то всё увиденное может быть лишь плодом воображения.

– Что же мне делать с умом, чтобы не уснуть?

– В этом весь фокус – надо сфокусироваться на душе. Душой я зову большую часть себя, или «всё, что я есть», чем бы это для тебя ни было. Загвоздка в том, что ты не можешь её визуализировать. Лучшим, к чему я пришёл, является представлять себе, что я слушаю свою душу. Я пытаюсь услышать нечто очень тихое – душу. Отвлекись на момент и попробуй услышать, что происходит за стенами этого бара. Денни закрыл глаза и замер, затаив дыхание.

– Нет, дыхание задерживать нельзя. Продолжай делать умом то, что делаешь, но дыши.

Денни открыл глаза.

– По–моему, получилось. Ум был сфокусирован, но ничего не делал. Он был абсолютно пуст!

– Всё правильно. Нужно удерживать этот фокус и не думать ни о чём другом. Это легко делать в течение нескольких секунд, но потом ум начинает вносить различные мысли и образы. Ни в коем случае не вовлекайся в них, а поймав себя на этом – возвращай ум к концентрации на душе. Если прозеваешь момент вовлечения, то попадёшь в дремотное состояние, за которым следует сон. При сосредоточении важно оставаться расслабленным. Нельзя делать усилий, потому что они разрушат состояние расслабления, и медитация закончится головной болью. Получается, что нужно быть ментально, физически и эмоционально расслабленным, но в то же время – сфокусированным. Звучит сложно, но на самом деле это очень естественно.

– Почему нельзя просто визуализировать результаты в мозгу? – поинтересовалась Нина.

– Я как раз собирался об этом спросить! – присоединился Денни.

– Точно не знаю почему. Знаю только, что если начать визуализацию на столь ранней стадии, то увиденное будет не правильным ответом, а частью сна. У меня ещё нет ответов на все вопросы, но я обнаружил, что нужно пройти за состояние сна, чтобы получить доступ к высшему уму. Это развилка, на которой можно свернуть влево или вправо. Налево – состояние сна, направо – состояние высшего ума. Вначале будет трудно удержаться от поворота влево, ведь это путь, по которому мы привыкли ходить. Большинство людей не часто пользуются дорогой направо, ведущей к высшему уму или душе. Туда, влево, ведёт наезженная колея.

– Логично. Похоже, понимаю. Но почему ты полагаешь, что душа будет мне помогать? – с сомнением спросил Денни.

– Интересный вопрос, который не приходил мне в голову. Я себе представляю, что дотягиваюсь и становлюсь этой большей частью самого себя, получая этим самым все доступные ей ресурсы. Зачем пользоваться старым арифмометром, когда есть большой быстрый компьютер? Если нужно принять важное решение, к чему пользоваться маленьким сознательным умом, если доступны все невероятные ресурсы?

Посмотри на это так. Каждый раз, принимая решение, ты в какой–то мере предсказываешь будущее. Возьмём простой пример приготовления ужина. Во сколько все соберутся? Много времени займёт готовка? Сознательный ум производит медленные несложные вычисления, но та, большая часть ума, назовем её подсознанием, имеет в своём распоряжении больше информации и обладает памятью обо всём, что ты видел, слышал, нюхал, чувствовал или переживал. Потому она может производить вычисления значительно быстрее и т

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: