double arrow

Путешествие в дом детства


Утром мы как и договаривались позавчера. Дорога была длинной больше двухсот километров. Алена всю дорогу слушала одну песню Алены Свиридовой – можно. Для нее это песня стала символом ее дня рождения. Слова буквально отражали его. В молчании прошло несколько часов. Она просто смотрела по сторонам. Природа вокруг нас была действительно красива. Лес сменяли луга с редкими сугробами, после лугов снова шел величественный сосновый лес. Алена смотрела по сторонам с большущим интересом, но на удивление не доставала меня вопросами. Но молчать она все-таки не смогла долга. Когда нам остался час до деревни, Алена повернулась ко мне.

Алена – Твое самое яркое впечатление обо мне?

Я – первый день нашего знакомства.

Алена – Когда я это спросил у Вовы, он сказал что самое яркое впечатление обо мне, когда он увидел меня голой.

Я – Так. Ты раздевалась передним.

Алена – Нет. Это произошло когда, я у его сестры спала в одной простыни.

Я – Какого хрена ты у нее спала. Ей двадцать шесть сейчас о какой дружбе можно говорить? Восемь лет разницы.

Алена – Мы с ней подруги и весь тут разговор.

Я – ну да. Считай так. По мне это грамотный развод.

Алена – нет. Я знаю, что такое жизнь. Все детство я провела на улице.

Я – ну молодец. Скоро мы уже приедем.

Алена – я зубную щетку забыла, там будет магазин.

Я – конечно. Целых четыре.

Совсем скоро мы подъехали к моему дому. Я почувствовал легкую ностальгию. Я наконец-то вернулся домой. Здесь все мое родное. Алена с интересом осматривалась на месте. Мне сейчас больше всего хотелось увидеть моего пса Атоса, но он где-то бегал. Здесь особый воздух этот хвойный лес рядом с домом напоминал мне о детстве. Раньше мы с друзьями всегда играли в нем а за домом у нас была небольшая землянка. Папа повел нас в дом. За год с моего дня рождения здесь ничего не изменилась, все было тоже. К счастью тоже. Парой мне хочется стать таким же как и был. Куда лучше играть в детские игры чем в войну. После того как я показал дом Алене мы пошли прогуляться как и было запланировано. Прогулка должна проходить по берегу реки. С обоих сторон берега был лес изредка сменяемый небольшими лугами. Аленино лицо буквально светилось, ей нравилось все этот воздух, этот незабываемый пейзаж. Я фотографировал буквально везде каждый ее шаг, по путно рассказывая истории из детства.




Я – Алена собственно здесь я провел половину своего детства до переезда в Екатеринбург. Я помню когда был совсем маленьким одел отцовские болотные сапоги сорок четвертого размера и пошел к реке на весенние ручьи смотреть. Сапоги застревали в глине, под конец они стали настолько тяжелыми, что я оставил их там и домой пришел в носках.

Алена – о я тоже в детве подобнее делала, когда в Донецке росла. Один раз мы залезли в старую шахту и все вымазались углем. Идем домой, а на нас все смотрят как будто мы бездомные дети. Ой как мне тогда влетело.

Мы подошли к берегу реки, где еще был виден небольшой лед. Одна из льдин была чем-то похожа на картину художника. Именно с этого берега я всегда рыбачил.

Я – Солнце, а вот с этого места я всегда рыбачил. У меня вообще раньше была традиция когда заканчивался учебный год, в последний учебы я приходил сюда и ловил рыбу. Один раз мой поплавок ушел так резко, что мне показалось что поймал щуку. Я сразу дерну, но от моего усилии лишь удочка сломалась, а на самом крючок зацепился за доску. Вот так в первые поймал большую доску. Никогда не забуду этот улов.

Алена – А тебе из нее рыбу надо было вырезать и на стену повесить.

Я – Некрасиво бы она смотрелась, уже гнилая была. Хотя можно было бы сказать, что это раритетная доска с царских времен. Вообще на этом месте мы всегда в детстве с папой рыбачили правда это было редко. Ты не поверишь, я с мамой гораздо чаше рыбачил, чем с отцом. У мамы просто папа был очень хорошим рыбаком. К сожалению, я его почти не помню. Да я обоих дедушек почти не застал.



С этого места мы пошли дальше по лесу. Алена увидела большущею березу, толщиной больше метра, и попросила с фотографироваться с ней. Да девушка с березой это красиво в моей голове не было никаких мыслей о измене. Была одна мысль все хорошо. Постепенно мы прошли дальше к месту, куда раньше в школе ходили в поход. Мы стояли с Аленой на большой горе покрытой соснами перед обрывом, внизу был луг, еще покрытый снегом и река чуть в дали. Снег покрыл луг таким образом что Алене показалась что там вода. Да и мне самому в начале показалась если бы не вспомнил что там не может быть воды, из-за того что берег очень высокий.

Я – Алена вот с этим местом у меня много всего связано. Суда каждый год ходит школа на турслест. Я помню как-то родители уехали в Екатеринбург, а меня оставили дома. Ну заняться было нечем мы с одноклассницей пошли на рыбалку сюда. Рыба медленно клевала, но все это было тихо до одного момента.

Алена – До какого. Опять доску поймал.

Я – нет что-то клюнуло, а я дернул так резко что поплавок улетел мне в глаз и сделал мне синяк. Вообще это был уже второй синяк на этом месте. Как-то на слете мне Костян синяк засадил. Мы что-то толкались и он решил все силой. Нам кстати в детстве нравилась одна девочка, он написал ей признание в любви, а она решила, что я его написала и за это побила меня. Ты скоро со всеми познакошся.

Алена – Я не хочу. Не хочу не с кем знакомиться, можно я побуду только с тобой.

Я – Мы завтра к Косте в баню идем ну если ты не хочешь не пойдешь. У него просто день рождение. Этот кто с тобой в один день родился. Ты всегда хотела познакомиться с ним и узнать, похож ли он на тебя.

Алена – Хорошо, но больше не с кем. Что ты мне еще покажешь.

Я – Свою старинную школу. Она видна отсюда, так что не бойся это близко.

Через десять минут мы уже были у школы. Алена просто восхищалась ее величьем. Ей не верилось, что в нашей стране есть такие красивые школы. Рядом со школой стояла старая церковь туда, я повел Алену после школы. Эх сколько связано с этой церковью, все детства мы искали в ней клады пытались попасть на купал. Детство куда ты ушло. С этой церкви можно было увидеть панораму всей округи. Часовня была очень высокой в деревне ходили слухи что с последнего ее этажа можно было увидеть соседний город в шестидесяти километрах от сюда, но к сожалению туда никто не мог попасть уже давно. Мы с Аленой смогли подняться по узкой полуразрушенной церковной лестнице лишь на четвертый этаж. Но нам и этого хватило. Ветер на этой высоте был очень сильный. Он раздувал Аленины волосы. Теплые солнечные лучи ложились на ее лицо и отражались на меня. Я медленно потянулся к ее губам, а она к моим. Поцелуй оказался очень нежным, ее волосы ласкали мое лицо, ее руки аккуратно гладили мои плечи. Вовремя поцелуя я почувствовал, что Алена начала чуть пошатываться, поэтому обнял ее. После поцелуя Алена еще минута стояла с закрытыми глазами и огромной улыбкой. Ветер по-прежнему развивал ее волосы. Прикосновение ее волос было таким нежным, они то опускались, то вновь взлетали, чуть касаясь моего лица. Сейчас стоя здесь на высоте двадцати метров мне так спокойно с ней. Я не боюсь этой высоты, мне не хочется уходить. Холодный ветер только заставляет уйти, он буквально пронизывал нас. Мне очень не хочется, чтобы она простыла, поэтому я предложил ей пойти домой, а по пути зайти в магазин.

Когда мы пришли домой папа уже разделывал большую тушу свинины на шашлыки. Алена посмотрела с большим удивлением она не могла понять, зачем покупать так много мяса. Алена если судить по ее словам выросла в состоятельной семье, она часта хвасталась тем, что у нее отчим приносил фрукты коробками. Конечно, мой папа тоже такое делал один раз он новый год привез громадный мешок колбасы с комбината. Причем такой колбасы я никогда больше не ел, в ней не было никаких наполнителей, только мясо и специи. Конечно директор мясо комбината может себе позволить это, но вот судя по всему Аленин отчим был на порядок ниже рангом. Судя по словам Алены он был мелким предпринимателем занимавшимся сбором металлолома. Собственно ничего неожиданного для лезгина. Зачем что-то производит, когда торговать проще. Собственно из-за этих ничего не предпринимающих предпринимателей и страдают те кто производит. Пока я смотрел на мясо, мне так захотелось, приготовить своё любимое блюдо. Вскоре я же жарил мясо на сковородке, но вот жарить пришлось долго. Алена с папой оказались особенно голодные. Пока я готовил папа рассказывал разные истории с тех времен когда он руководил местным колхозом.

Папа – вы ходили ниже церкви?

Алена – нет. я замерзла поэтому мы пошли домой.

Папа – дорогу я там классно строил. Мы глину взяли на пастбище и укатали на ту дорогу, а ночью пошел дождь мне звонит зам и говорит что по всей дороги кости с черепами. Оказалось что землю взяли из древнего кургана. Ну делать было нечего, нагоняи никто не хотел получать, поэтому мы быстро сгрузили глину и увезли назад.

Алена – ничего себе.

Папа – здесь вообще мертвая дорога. Слышала про нее что-нибудь.

Алена – нет.

Папа – это дорога, по которой гнали каторжников в Сибирь, а Женина школа раньше была пересыльной тюрьмой. Говорят по сюда даже декабристов гнали. Ирбит вообще очень старый город ему больше трех сот семидесяти лет. Но вы до туда еще не дошли, наверное раз здесь сейчас. История этого города, это история торговых путей Сибири. В Ирбите проводилась самая известная ярмарка после новгородской. Сюда везли жемчуга пушнину из Сибири. Почти весь город состоит из купеческих особняков. Кстати один из них принадлежал нашей семье. Мой прадед был мещанином, у него до революции была небольшая обувная фабрика. Теперь в его доме общежитие.

Алена – ну можно же как-то это вернуть.

Папа – нет. Ты же юрист должна понимать сколько это бумаги.

Алена – я только на первом курсе.

После ужина мы с Аленой пошли к камину. Она взяла мой ноутбук и стала смотреть фильм сидя у камина. Огонь мерцал отдавая блики света на ее тело. Алена то отодвигалась от камина то снова садилась ближе. Почему-то мне кажется что этот день я запомню на всю жизнь. Как хорошо что компьютер мог ее отвлечь от интереса ко мне. Сейчас я просто чувствую как ко мне приходит детства. Эти воспоминания приносят улыбки на мое лицо. Нет, это не грусть, это скорее чувство, что мне этого не хватает. Стены этого дома мне не забыть никогда, именно они сделали меня, в них я вынашивал всякие планы на жизнь. Чертил разные изобретения придумывал, к сожалению сбылась лишь мечта служить обществу. Хотя двадцать два года это только начало моей жизни, надеюсь успею. Я поднялся на верх в свою комнату и нашел свой альбом. В нем не было рисунков, потому что я почти никогда не рисовал, поэтому весь альбом состоял из разных чертежей. Один из чертежей буквально загнал меня в угол. На чертеже была создана система отепления домов от земли. Конечно она была примитивной, но откуда о ней мог знать ребенок в семь лет. У меня тогда не было интернета, да и книги я лишь листал. Даже моя хорошая память не может воспроизвести откуда взял эту технологию. Я лишь вспомнил некоторые мысли, когда чертил ее. В этом же альбоме был и чертеж биогазовой установки. Об этой технологии в сейчас никто не говорит, богатство газом нашего севера не дает нам задумываться о том что можно и искусственно произвести газ. Собственно судя по этому альбому газ можно произвести и из каменного угля. Похоже, в детстве я был умнее. Мои мысли были более практическими, правда почти никогда не имели полного практического применения. Эксперименты конечно были, но о них я никому не говорил, боялся что надомной будут смеяться еще больше. Даже осуществимые идеи родителями всегда воспринимались на ха ха. Мол маленький еще что бы думать, правда частенько она приходили к моим вариантам сквозь ошибки, а потом говорили что они так и думали. Лучше выставить ребенка не умным, чем свои ошибки. Я сейчас листаю этот альбом и понимаю, что все это странно, конечно это примитивные рисунки, но обычно дети в до десяти лет думают о игрушках. Я знаю, что был не таким как обычные дети, но сейчас понимаю, насколько отличался от всех. Возможно мой мир был построен из-за того что никогда не ходил в детский садик. Всегда был любо в этом доме либо у бабушки. Детские игры мне были на столько же интересными как и разговоры папы о делах. Перед школой я почти всегда был у папы в кабинете и слушал как о командовал. Да есть дети, которым это интересно. Родители всегда думали, что мне ничего не понятно из их разговоров или считали маленьким и отправляли в свою комнату. До сих пор что папа что тетя люда считает честью высказать то что они читали в детстве а я нет, а значит я тупой. Это конечно попытка заставить меня читать художественную литературу, а не листать энциклопедии. А хотя может и показать свое превосходство надомной. Но сейчас мне становится понятно, что мой мир и сложился потому, что в мою голову не заливали чужие мысли о том, что правильно, а что нет. Собственно из-за этого мы и видим, что все думают одинаково, а тех кто не думает так же как все нужно забивать. Парадокс толпы, она не хочет чтобы кто-то выделялся из нее. Наверное, этот маленький мир ребенка живет во мне, я по-прежнему сижу возле окна и думаю о жизни, читая книги с практическими знаниями. Кто знает правильны ли мои мысли, но штамп родителей я никогда не приму. Не надо забивать ребенка только за то, что он не такой как они, не надо толкать ребенка по своему пути, он сам выберет его. Большинство школьных отличников сделаны родителями и когда родители, проблема в том что рано или поздно этот ребенок начинает бунтовать и становится другим. Ему больше не нужна эта учеба, он идет в тот мир куда хотел в детстве, но мир уже не тот. Мир таких людей абсолютно другой они не карабкаются в верх расталкивая всех локтями, их личность благодаря прессу родителей стала слабой, они больше не бойцы. Мои родители тоже пытались сделать это, только вот домашний арест был для меня простой формальностью. Я погружался в свой мир мыслей, идей и всё желания учится, было лишь там. Если что-то действительно интересовала меня то, это училось очень легко, буквально не заметно. Вскоре в комнату Алена и стала осматривать ее. Мы немного поговорили а потом пошли в спальню, где она опять уткнулась в фильм на компьютере. Где-то в двенадцать ко мне пришел Леха с Костей. Алена не захотела спускаться, поэтому я сказал друзьям, что она спит. Мы немного по говорили о планах на завтра о новом в жизни и разошлись. Когда я вернулся в комнату Алена все смотрела фильм, но увидев меня выключила.

Алена – Жень у тебя есть длинная футболка.

Я – На сколько?

Алена – Что бы мне до колен.

Немного порывшись в вещах которые у меня остались здесь нашел футболку от хоккейной формы и сразу же отдал ей. Алена при мне стала пере одеваться, ее ничуть не смущало мое присутствие. Катя всегда просила меня выйти когда она переодевалась, нет это не потому что у нее было не стройное тело, оно у нее было определенно Аленинного, а потому что жутко смущалась. Алена на оборот, несмотря на ее юный возраст не стеснялась, да же на оборот привлекала внимания к тому как она это делает. У нее это очень хорошо получается, настолько хорошо, что я почувствовал сильное влечение. Ее тело зазывало меня « иди ко мне, обними, поцелуй». Я не стал сдерживать. Подошел и начал целовать ее плечи. Каждый мой поцелуй как бы щекотал ее тело, наконец она повернулась ко мне и поцеловала. Все было прекрасно, прекрасная ночь вместе.

На следующий день мы с ней пошли в баню к Костяну. И все снова было хорошо. Только вот на Алену смотрели как на экспонат в музее. Даже не знаю почему, наверное потому что она была со мной. Вечером я вынес стол у себя за ограду туда где жарили шашлыки на мое день рождения. Сейчас только веяло весной, и мягким запахом хвои. Ветер чуть качал деревья создавая ту не изведанную музыку леса. Пока я готовил костер для шашлыков, Алена сидела возле камина и смотрела фильм. Я позвал ее когда у меня уже было все готово. Был теплый вечер, солнце медленно уходило за лес. Свет солнца медленно сменялся на мерцающий свет большого костра. Папа сделал большую кастрюлю шашлыков ее я и начал жарить. Алена стала рассказывать о себе впечатления о моих друзьях. Когда совсем с темнело я услащал знакомый лай. Это был Атос. Он прибежал с громадной радостью и стал прыгать на всех, выпрашивая кусочек мясо. Аленино хорошее настроение Атос сделал еще лучше.

Алена – Женя а что у него с глазом?

Я – Это его из ружья подстрелить сосед пытался, он кур у него таскал.

Алена посмотрела на пса и легонька стала его гладить.

Алена – бедняжка. Сколько ему лет.

Я – где-то десять уже.

Алена – и такой живой.

Я – Он все зиму дома. Так что старость ему мешает только драться. Ты заметила он весь изодран. У него еще брат был Командор, но он погиб.

Алена - понятно. Шашлыки очень вкусные, я скоро все съем. Ты не против.

Я – конечно не против. Ален тебе в понедельник сильно в институт надо? Я хочу предложить тебе побыть здесь еще денек.

Алена – нет мне надо в институт. Так что никак завтра уедем.

Я – ладно. Я просто тебе не все показал.

Алена – чтобы все показать здесь нужно пробыть неделю.

Мы сидели до ночи пока на улице не стало совсем холодно. Сразу же как мы пришли в спальню на втором этаже Алена стала медленно раздевать меня. Ее холоднее руки оставляли ожоги на моем теле. После того как она сняла одежду начала целовать мое тело. Каждый ее поцелуй был горяч и нежен. Алена посадила меня на кровать а сама села с верху и продолжила целовать. Она гладила мое тело, распаляя меня, но внезапно остановилась.

Алена – Жень извини я не могу.

По ее щекам потекли слезы, а руки стали чуть трястись.

Я – что случилось?

Алена – Я не могу. Передо мной тот день. Извини.

Я – Ничего. Лежи отдыхай.

Алена – знаешь, как мы с Олегом и Вовой познакомились. Мы шли с одноклассницей на пляж, а они предложили нас подбросить. Почему-то Настя уговорила меня сесть к ним. А на следующий день они стояли у моего подъезда и набивали об асфальт баскетбольный мячик. Вот так я и начала с ними общаться. После этого дня мы все стали видеться каждый день. Олег ухаживал за мной, Вова всегда был рядом. Когда мы расстались с Олегом он стал предлагать мне заняться бизнесом, но мама не захотела дать мне. Вова все время мне предлагает заняться всякими фирмами. Правда я боюсь, что он меня кинет и мне придется отрабатывать кучу времени.

Я – Алена он никто запомни это, и забудь о нем.

Ален – я не могу. Мне противно.

Я – с чем-то нужно лишь смериться. Ты просила не наказывать его, я это сделал. Хотя мне самому не по себе.

Я крепко обнял ее и произнес - « солнце ты будешь в безопасности пока я буду с тобой». В скорее она уснула, а я вот остался думать. Конечно можно понять ее. Шоковое состояние, в котором она сейчас находится до добра не доведет, поэтому нужно просто быть пока рядом. Алена спала, изредка дергаясь говоря что-то не понятно. Сегодня в деревне я видел свою бывшую подругу детства, она так изменилась, стала такой полной. Костя рассказал о ней много не приятных вещей. Здесь многие парни ощутили ее ласки. Обидно я когда-то стоял горой за нее. Старался сделать так чтобы ее не забили, а она вонзила мне нож в спину рассказав своим подругам обо мне. Странно, почему же я не стал рассказывать ни кому как она бегала думая что беременна, или о ее любовных похождениях. Обидно. Все детство до того как я переехал в Екатеринбург мы провели вместе. Каждый день что-нибудь придумывали, строили всякие убежища. Один раз мы даже разрисовали баню, сделав ее нашим храмом. Это время прочно село в моей памяти, но предательства мне сложно простить.

Утром я с огромным не желанием собрал вещи. Алена не могла ехать у нее страшно болела голова, но вот ей все равно надо было ехать. Она толком не могла встать ее шатала. Единственны методом избавится от ее мигрени оказался напичкать ее таблетками. К вечеру голова прошла, но остаться до завтра Алена не захотела, поэтому мы должны были уехать на ночном автобусе. Мне так не хочется уезжать, здесь так спокойно. Сейчас я просто хочу побыть здесь с Аленой. Зачем ей ехать, если она как всегда не пойдет. За те три месяца пока ее знаю это наверное где-то пятый раз болеет. Да здоровье у нее не очень мягко говоря. Собственно с таким здоровьем лучше всего жить в таких местах как мой дом. Тихое, спокойное место, нет не пыли, не грязи от машин. Ирбитский район самый экологически чистый в области, а значит и природа лечит здесь лучше. Вечером папа решил ехать в Екатеринбург и нас заодно увести. С одной стороны это хорошее предложение, но с другой уезжать я не хочу. Здесь нет слов надо, субординация, приказ, поэтому можно просто сказать не хочу. Только вот Алена уже готова скандал устроить если мы не уедем. Могу поспорить что институт она проспит. Была еще одна причина, что бы папа не увозил нас в город. Мне пока не хотелось говорить маме о том что у меня есть вторая половина, не нужны мне лишние вопросы. Скрытным быть легче.

Поздним вечером мы все-таки приехали в город. Только вот я как то не рад этому. Там мне было как-то спокойнее. Странно я чувствую, как действительно влюбляюсь в Алену. Дура дурой, не знаю, что притягивает меня к ней. Может ее доверье. Она может поверит почти во все, причем именно поверить. Не сделать вид что верит, а именно верить. Глупа наверное. В этом мире нельзя верить ничему, тем более в личной жизни, но я почему-то хочу ей верить, но мне не хочется, что бы она знала обо мне много, пока что. Для нее все еще шок место моей работы. Алена могла уйти узнав это но она осталась. Значит поверила в то что я не сделаю ей ничего, но почему же поверила в мое удостоверение, а не поверила моей информации про этого парня? Ответ прост, он настолько ослепил ее что она просто не поверила. Уверен что он ей рассказывал всякие вещи из-за которых Алена стала его боятся. Только правда в том что этот человек не делал таких вещей, а значит и верить не надо. Так могу думать я, обладатель возможностями узнавать о людях. Правда и в восемнадцать я бы не поверил в такое без проверки, конечно всю проверку сделал тихо, человек бы никогда не узнал об этом. Слепая вера это не про меня. Честно я знаю что Алена возможно сейчас курит, меня это очень раздражает, но пока у нее это состояние пусть. Она поняла что если не бросит я уйду.

На следующий день Алена действительно проспала все пары, мне даже обидно стало, я мог целый день провести, не дергаясь дома. Жалко конечно ну да ладно. Работа опят преподнесла новый сюрприз. Еще один педофил. Мы с Антоном смотрели это видео уже без эмоций. Нам уже давно не противно от этого, скоро у нас здесь смоются все нормы морали. Только честь офицерская никогда не упадет в наших глазах. Почему мы не занимаемся только выявлением взяток? Как было бы просто и спокойно на душе. Мы не бездействуем, мы те кто видит все используем в своих целях. Это солган многих разведок мира, неважно, как бы называлась служба принцип всегда один. У разведки как и у терроризма нет лица, наша задача отстоять интересы государства любыми доступными методами. А значит где-то в другой стране есть точно такой же человек как я, который сейчас сидит и занимается тем же. Кто-то говорит деньги не пахнут и крови на них нет. Это не правда все деньги, это кровь. Другой вопрос насколько много ее на них. Деньги разведки это вообще особый разговор, ведь в разведке нет понятий морали, есть цель, которую нужно выполнить с минимальными потерями. Вот и все. Так что надо заниматься сбором информации на чиновников, думающих о своей безнаказанности. Эти мысли в их голове становятся больше с каждым без наказанным даянием, как жалко что они не понимают что вся эта красивая жизнь у них только из-за того что они пока нужны. К счастью хоть на этого педофила пришло разрешение на снятие с должности, так что нам вечером предстоит прекрасная беседа с ним. Интересно, какой удар может нанести пара откровенных фото этого депутата с детьми. Сейчас наша задача не привлекать внимание общественности, а просто предложить ему уйти. Вечером после работы мы с Антоном поехали к на руку не чистому народному избраннику в его трех этажный коттедж за городом. Сейчас нам нужно быть очень холодными, чтобы удержаться и не набить ему морду. Когда мы подъехали к особняку Антон достал пистолет и взвел.

Я – зачем это?

Антон – он может подумать, что за нами никого. Поэтому попробует решить проблему сталинским методом, нет человека нет проблемы.

Я – ну я тогда тоже взведу. Блин как же все эти продажные чиновники меня достали.

Антон – продажные меня конечно достали, но насильники и педофилы достали больше. Постарайся быть по спокойнее. За год мы ни разу не посещали депутатов местного разлива.

Я – Мне кажется реакция будет двух вариантов. Первый он будет кричать и угрожать нам.

Антон – а второй сядет и схватится за сердце. Я его досье почитал, у него врожденный порог сердца, хотя бухает как по сильнее алкоголиков.

Я – у меня прабабка была, она до девяносто лет пила и все время на сердце жаловалась.

Антон – мне б такое здоровье. Знаешь, что почти всегда, что маньяк, что педофил примерный семьянин.

Я – да. Долго сидеть то будем?

Антон – пока он не приедет. Хотя я что-то кофе хочу пошли на огонек заглянем.

Мы вышли из машины и направились к дому. Огонек действительно горел на первом этаже. После того как Антон позвонил в звонок вышла девушка и отрыла двери. Она была брюнеткой ростом где-то метр шестьдесят с большими карими глазами. Судя по всему это была дочь депутата ее имя должно было быть Инна. Девушка была одета в короткую юбку и легкую голубенькую куртку.

Я – здравствуйте Инна Александровна мы из федеральной службы безопасности. Ваш отец дома?

Инна – нет. Но скоро должен приехать. Заходите, подождете его.

Я – спасибо.

Девушка повела нас в дом. Первое что бросилось мне в глаза это большой шкаф и красного дерева с большим хрустальным сервизом, а с напротив шкафа была стена увешанная фотографиями Инны и его отца. Мне даже противно думать о том, что он мог приставать к ней, лучше держаться точки зрения Антона про примерного семьянина. Она привела нас на кухню и налила ароматный кофе. Инна была красивой и энергичной девушкой, ее взгляд почему-то упал на меня.

Инна – а вы по какому делу к папе.

Антон – по личному. Мы его очень хорошие знакомые.

Она улыбнулась и вновь посмотрела на меня. Насколько я помню ее мать умерла шесть лет назад, где-то год назад отец женился на молодой женщине, которая не очень хорошо относится к девушке. У нас и на нее есть информация о том что она изменяет. Не знаю почему, но и ее фотографии мы прихватили с собой. Наверное для большей убедительности предстоящего разговора.

Я – А вы чем занимаетесь, учитесь в институте?

Инна – ой вы. Меня это даже смутило. Можно вы будете меня Иной называть а то мне как-то не удобно. Я одиннадцатый класс заканчиваю. Готовлюсь к поступлению в Оксфорд.

Я – очень даже неплохо.

Наш милый разговор прервал мужской голос.

Депутат – здравствуй а вы собственно ко мне.

Я – да Владимир Анатольевич нам нужно бы с вами немного поговорить с глазу на глаз.

Депутат – Вы собственно кто.

Антон – пройдемте с нами, мы вам все расскажем.

Он повел нас в кабинет обставленный дорогой старинной мебелью. Владимир Анатольевич подошел к окну и стал смотреть во двор.

Депутат – я вас внимательно слушаю.

Антон положил фотографии на посменный стол. Депутат подошел и посмотрел, его лицо побледнело. Он одел очки и стал внимательно пролистывать каждый снимок. Потом схватил бутылку виски стоявшую на столе и залпам выпил половину. Руки у него тряслись страшной силой.

Депутат – сколько вы за это хотите.

Антон – ваш мандат в думе.

Депутат – вы хоть понимаете с кем, вы связались?

Я – да конечно. Думаю вам не стоит говорить угрожать нам. Фотографии будут интересны вашей дочери. Не забывайте вы подведете не только себя, но и целую партию. Подумайте. Мы с вами больше не увидимся. Ах да кстати разберитесь со своей женой, она вашу дочь совсем за терроризировала. Ну мы пойдем.

Антон – Про маленьких девочек вам следует забыть навсегда. Да и пить тоже не стоит. Не выход это.

Мы повернулись и пошли, а Владимир Анатольевич остался сидеть в неподвижной позе. Его взгляд словно окаменел, он смотрел в одну точку, крепко сжимая бутылку. Вопрос судя по всему был решен. Хотя похоже мы лишь отстояли интерес партии на подобие КПСС. Хотя в тоже время мы сохранили некое спокойствие перед грядущими выборами. Мы ведь не сказали снимайся, мы просто попросили не выдвигаться в думу на следующий срок. Да и депутат беспартийный. Просто если бы об его пристрастье узнали журналисты был бы скандал. Причем настолько сильный что повредил бы всем. Мы лишь сделали так, что бы все прошло по тише. Скоро эта партия монополист будет везде. Она будет не только губернаторов назначать, но и мэров и глав муниципальных районов. Хотя честно я так и не пойму причем борьба с терроризмом и назначение губернаторов. Этот закон был внесен Путиным после теракта в Беслане. С точки преемственности и централизации власти это хорошо. Только вот с точки зрения развития региона, полный ноль. Когда аппарат власти реже меняется, то коррупция становится крепче. Да губернатор старается работать, а то у нас губернатор находится в одной партии, которая по указке сверху его выбирает. А может ли будущий губернатор эффективно управлять, это бывает не настолько важно, главное, что бы он был верен. Вот у нас и получается в области полный развал. Шахты стоят, сельское хозяйство разваливается на глазах, молока у нас своего уже почти нет, но со слов губернатора у нас все хорошо и область полностью обеспечивает себя продуктами. У нас вообще везде закона творчества. Одни чиновники наугад рисуют цифры отправляют выше, где тоже до рисуют, и в итоге у нас везде все хорошо. Я вообще молчу про милицейскую статистику. Меня смешит всегда, как они отчитываются о росте раскрываемости, потому что все это сплошное творчество. Они намеренно скрывают некоторые дела или переносят их в другой месяц. Глупо, но это для начальства это важно. Эффективность от этих псевдо показателей нулевая. Если только задумается сколько чиновники тратит бумаги на эти липовые отчеты, станет плохо. Бюрократии в нашей стране это что-то особое. Даже я, сидя в отделе занятым коррупцией понимаю, что это большей частью пустая волокита. Многие чиновники разделяют со мной это мнение. Собственно и взяточничество у нас процветает из-за этой бумажной волокиты, предпринимателю проще дать денег, чем бегать и собирать кучу документов. Наша бюрократическая машина похожа на пирамиду перевернутую вниз. У нас получается, что мелкий муниципальный служащий должен отчитаться в двадцать министерств по пустяковому вопросу, причем для каждого в разной форме. Вот и о какой эффективности можно говорить тут, если чиновники заняты переписыванием одной информации по двадцать раз. А про прокурорские запросы я вообще молчу, ну зачем отправлять запрос о ходе плановых ремонтных работ во время подготовки к отопительному, сезону и получать цифры взятые с неба. Хотя нет знаю, чтобы показать мы же контрольный орган и за одно отчитаться на верх. Если только посмотреть на тысячи этих писем становится страшно, а ведь каждое это бесполезное письмо отнимает время у человека занимающегося непосредственно этим вопросом и проверят работы сам лично. Ведь всем понятно, что если что-то не успевают, то об этом не скажут, но у прокуроров свою особое мышление, как бы не получит по шее сверху и так по цепочке. Я все время смотрю на это и понимаю насколько у нас проще работать в плане документооборота.

На следующий день депутат снял с себя мандат и подал на развод с женой, а мы вместе с Антоном продолжили занятия накопления компромата, попивая чаёк. Красивая спокойная жизнь, мы словно в морге пьем чай и нас уже давно не рвет. Я с детства любил совать свой нос в чужие дела, раньше обладание информацией надавало мне ничего, все решала грубая сила к сожалению не всегда моя. Те кто решал все силой сейчас слабее тех кто решал информацией. В нашем мире теперь обладание информация дает все, деньги возможности, силу. Все мы не без греха, но не все наши грехи знают другие. Мир уже другой, и мой мир тоже теперь другой. Вчера по-прежнему идут в кафе с Аленой. Весело и шумно. Время идет куда-то в перед. В конце недели Алена решила устроится на работу и стала ходить на всякие собеседования, после жаловаться на изобилие пирамид маскирующихся под красивым названием сетевой маркетинг. Конечно это проблема рынка труда. Время с Аленой это какой-то дурман я не чувствую времени, все идет как-то быстрее.


Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: