double arrow

Отставка


Еще один день скучной, рутинной работы, на которой я постоянно закрываю глаза на преступления, меня это уже порядком достает. Работа должна быть интересной тебе. А чем я сейчас занимаюсь было интересно только в начале. Да конечно это бесценный опыт сбора информации и последующей ее обработки. Только это со временем тоже надоедает. Только здесь можно понять на что в действительности способен человек. А он способен на все только лишь добиться цели. Убийство это самое милое, что совершают люди, порой подлость некоторых индивидов кажется безграничной. Ковровые игры это самое подлое занятие, но весьма выгодное. Политика всегда приносит дивиденды. Между грязью и политикой я ставлю равно. Нигде не видел больше грязи чем здесь. Теплые лучи солнца падают на лица тысяч политиков, но помогают ли они им жить честно. Нет, не помогают. Внезапно скрипнула дверь в мой кабинет. Дверь отрыл человек в черном костюме и точно таких же темных очках, за ним стояло еще два человека. Так неужели я что-то натворил? Кто это. Они медленно направились ко мне, один из них достал удостоверение. Точно меня похоже берут. Что я такого узнал, что мне не стоило знать. Это уже не весело.




- Евгений Сергеевич мы из главного управления ФСБ. Отдел по противодействию шпионажу.

Я – И какая цель вашего визита?

- Во-первых давайте познакомимся. Меня Алексей Андреевич зовут.

Я – Ну мое имя вам известно. Кто-то из наших сотрудников замешен в контрабанде или сотрудничестве с спецслужбами других стран?

Андрей Андреевич – Не совсем. Мы хотим предложить вам работу.

Я – У вас?

Алексей Андреевич– Да. Но для этого вам нужно покинуть службу.

Я – Интересное предложное. А суть работы.

Алексей Андреевич – Ведение разведывательной деятельности внутри страны.

Я – Я и так работаю над этим.

Алексей Андреевич – Мы предлагаем вам внедрится в опг. Вы же здесь гнете. Ведь не об этом месте мечтали.

Я – Ну допустим, я согласен. Какова цель внедрения.

Алексей Андреевич – Выявления канала вывоза золотого песка в заграницу. Есть информация, что этим занимаются высокопоставленные сотрудники министерства природных ресурсов и таможни. Возможно, есть крот и в вашем управлении. Партии уходят большие. По не проверенной информации до пяти килограмм. Но нам кажется намного больше.

Я – Я так полагаю песок местного разлива.

Алексей Андреевич – Да. Но точное место расположения прииска нам не известно.

Я – Что мы знаем. Ничего. Куда внедрятся незнаем. А смысл.

Алексей Андреевич – Если вы согласны, то мы вам предоставим информацию. У вас есть час на решения вопроса с нами ли вы или нет. Мы будем вернемся через час.

Я – Буду ждать.

Они все троя развернулись и ушли. Стоит ли соглашаться на столь туманное предложения? Даже не знаю. Ясно одно, что скучно не будет. Так или иначе, теперь у меня будет возможно испытать силы во внедрении, по новой. Конечно, есть большой риск, но куда без него. Это определенно изменит все мою жизнь. Детей у меня нет, семьи как таковой тоже. Единственный человек на кого можно надавить это Алена. Нелегальная работа это совершенно другая история моей жизни. Я подошел к окну. Теплые лучи весеннего солнца медленно падали на меня. День как день. Миллионы людей стоят в пробках. Какое решение мне принять решаю только я. Идти ли мне по светлому или по темному. Белым жеребцом мне уже не быть никогда. Нет только светлых людей и нет толь темных. В каждом есть и то и то, весь вопрос в том, сколько белого и сколько светлого. Дверь скрипнула. Я оглянулся, что бы посмотреть, кто вошел и увидел Сашу. Он выглядел как-то потеряно, прежний блеск глаз потерялся. Что-то случилось, но что.



Я – Саш все в порядке?

Саша – Не совсем. Я в отставку ушел.

Я – Что случилось?

Саша – отведя взгляд - У меня рак. Так что теперь у меня здоровье самое главное. Завтра на обследования пойду.

Я – Ужас. А рак то чего?

Саша – Опухоль головного мозга. Больше ничего не знаю. Мне с тобой поговорить с тобой надо.

Я – Говори. Я сейчас не занят.

Саша – Давай в воскресенье вечером. Разговор без отлагательный.

Я – Хорошо. Созвонимся. Ты сам то, как себя чувствуешь?

Саша – Не плохо. До падения со скалы было лучше.



Я – С какой скалы?

Саша – В выходные альпинизмом позаниматься решил. Залез на высоту десяти метров и упал. Ну конечно же скорую вызвали, а в больнице рентген и диагноз рак. Самое смешное от падения с десяти метров на камни, у меня только один синяк и никакого сотрясения. Лучше бы скорую никто не вызывал. Жить в неизвестности проще.

Я – Да наверно. Родители знают.

Саша – Я рассказал им но не все. Ладно бывай. Встретимся еще.

Я – Береги себя.

Саша – Тебе это нужнее.

Он ушел, а я обратно повернулся к окну. Рак это ужасно. Какая у него стадия. Двадцать семь лет и рак. А ведь он меня старше всего на четыре года. Надеюсь у него только первая стадия. Еще лучше, что бы опухоль не была бы злокачественной. Мне страшно подумать об этом. Дедушка умер от рака. Теперь у Саши тоже самое. Может молодой организм можно вылечить. Наверно моя привычка критического мышления сейчас не к чему. Так я могу и пустяк воспринять как что-то серьезное. Но по-другому я сейчас не могу. Саша один из самых близких друзей. Больше всего что сейчас меня убивает моя беспомощность. Дверь снова скрипнула, вербовщики вернулись, а я так и не решил что делать. Саша пожалуй для меня сейчас важнее.

Алексей Андреевич – Мы пришли за ответом.

Я – Я согласен. Давайте ближе к делу.

Алексей Андреевич – Ценю прямых людей. Значит слушайте. – он сел за стол и достал красную папку из кожаного портфеля – Ваша задача попасть в личную охрану начальника отдела геологических исследований одной из горнодобывающих компаний.

Я – У него своя охрана есть. Неплохо.

Алексей Андреевич – Там водитель и телохранитель. Твоя задача стать телохранителем. Мы через свои каналы порекомендуем вас. Как войдете в круг доверенных лиц соберете информацию, чтобы составить цепочку перевозки золота за пределы страны.

Я – Звучит неплохо. Но я ведь сотрудник службы. Мне нужна легенда.

Алексей Андреевич – Ты его сам завтра сделаешь. Я думаю, у вас есть кто-то кого можно задержать, а там все просто избей его. Что бы не сесть напишешь заявление по собственному желанию. Крот работающий здесь сольет информацию про вас. Да и мы порекомендуем.

Я – Все прекрасно. Сегодня же побью кого-нибудь. Кулаки давно чешутся. Только вот я не верю что так быстро на меня внимания обратят.

Алексей Андреевич – Обратят. Только не сразу. Ждите. Я оставляю вам сто тысяч рублей на первое время. Месяца два вам придется поиграть безработного, так что деньги тратьте с умом. Дальнейшие инструкции получите позже. Ну если все вам понятно мы пошли. Ждем розыгрыша отставки.

Когда они ушли я поднял папки с делами и бросил на пол. Так надо поймать кого-то и избить при свидетелях. Одно из дел с размотками открылось передо мной, нагнувшись к нему мне стала понятна жертва произвола чекиста. Им станет следователь следственного комитета, он вчера дело о изнасилование развалил, конечно же не бесплатно и не впервой. А что красиво будет. Сотрудник ФСБ прямо в здании прокуратуры избыл следователя. Красота. Как только пришел Антон мы сразу поехали. Куда же ввязался? Ладно, не пропадем, опыт вербовки в антитеррор у меня уже был. Ну что же теперь будем контрабандистов ловить. Алексей Андреевич перед уходом оставил свою папку со сведеньями о будущем клиенте, что же посмотрим. Я открыл папку и стал внимательно изучать досье. Непонятно почему этот человек до сих пор не в тюрьме, теперь мне стало понятно, зачем ему охрана. Примерный семьянин обсчитывает свою компанию на сотни тысяч рублей. Самое интересное в том, что никто и ухом не повел, когда он перевел на свой личный счет миллион рублей через серую схему. Изучение досье по дороге убило час моего драгоценного времени и помогло забыть о мыслях про болезнь Саши.

Вообще мои визиты в здание прокуратуры всегда вызывали раздражение, собственно это было потому что с пустыми руками никогда не уходил. По закону прокуратура дает нагоняи всем, но в жизни получается на оборот. Война компроматов идет полным ходом. И конечно же сотрудники ФСБ обладают наибольшей базой, правда о ней остается только догадываться. В нашей стране законы работают тогда, когда у тебя нет денег, что бы закрыть дело. Я вошел в кабинет оставив Антона за дверь и тут же сел за стол перед растерявшимся следователем. Запах свежих купюр по-прежнему доносится по кабинету. Удивительно то, что во многих передо мной вновь оказалось лицо далеко не славянской внешности.

Следователь – Немедленно объясните по какому праву вы врываетесь в моей кабинет.

Я – Этническая чистка органов гос власти.

Следователь – Да кто ты такой что бы оскорблять меня. Я тебя в асфальт закатаю.

Я – Старший лейтенант Васнецов Евгений Сергеевич. ФСБ. Вы задержаны по факту получения взятки. Ну что гнида кто из нас кого в асфальт катать будет.

Следователь – У вас нет доказательств.

Я – Есть. Расскажи а каково это закрыть двенадцать дел за полгода.

Следователь – И?

Я схватил его за кисть и принялся ломать с хрустом кости. Сопротивление, которое тот попытался оказать, растворилось в боли от переломов пальцев. У меня даже появилось какое-то ощущение удовлетворения за то, что делаю. Давно мне хотелось этого. В кабинет заскочил Антон из-за криков оборотня и оттащил меня. А после двух часового разбирательства я вернулся на рабочие место, чтобы написать заявление по собственному желанию. В мой кабинет зашел полковник.

Полковник – Ты что вытворяешь. Вся прокуратура на ушах. Я полагаю это заявление по собственному желанию.

Я – Да. Подпишете?

Полковник – Ну подожди ты, может все и утрясется. Давай так в пятницу я подпишу его, если дело будет заведено.

Я – Хорошо.

Полковник – Вот объясни, что у нас за текучка началась. Один за другим заявления приносят. Кто работать то будет. На милицию надеетесь? Она нам порядок обеспечит в стране. Они в своих кабинетах то не разбираются, а ты горячку порешь.

Я – Решил уйти это мое право.

Полковник – Давай подумай до пятницы, а потом приходи.

За неделю ничего не изменилось, полковник подписал заявление. Осталось сейчас лишь ждать. К счастью все сейчас спокойно. Единственно о чем стоит беспокоиться это о диагнозе Саши. Что же по результатам исследований сказали. Операбелен ли он? Мне надо встретиться с ним. Завтра. Сегодня мне предстоит мучительный просмотр детского мультика, как же когда-то было хорошо, что Катя не смотрела такое. Ладно, плевать, хочет видеть сказку пусть смотрит. Главное что мне с ней хорошо, а значит выполним ее каприз.

Вечером я уже сидел в кинотеатре и делал вид, что мне так интересно. Внезапно Алене кто-то позвонил, и она ушла в другую комнату поговорить, а я остался в зале, смотря мультик. Алена, наверное, после нового года решила, что я такой же киноман как и она. Конечно, я как и все люблю посмотреть хороший красивый фильм, только вот есть одна проблема таких фильмов мало, очень мало. Алена на оборот, ей нравятся фильмы просто как время провождения. Я даже в некотором смысле ей завидую, она может просто погрузится в мир на экране отложив все свои мысли. Почему у меня это не получается. Обладание мыслями это что особенное, не каждый может взять и забыться. Я рад тому, что все-таки могу забыться, когда мне это надо, чаще всего это происходит из-за постоянно невозмутимого состояния и обдумывания каждого действия. Даже детектор лжи, на котором мы когда-то учились не всегда понимает правду ли говорю. Самое главное в таком испытание невозмутимость и полное спокойствие. Надо забыть, что у тебя есть эмоции. Мне даже кажется, что мои эмоции уже не проявляются должным образом. Я уже давно реагирую как-то спокойно на все. Мое волнения могут выдать только лишь мои слова. Собственно за последние полгода было всего три ярких эмоции: первая была, когда раздавил стакан, в руке узнав об измене Кати, вторая слезы смятение после того как увидел у порога того с кем изменили, а третье смерть бабушки. Последнее даже сам понять не могу, собственно если бы сам не сказал, то никто бы и не узнал. Настроение у меня уже давно одно. Эмоции, где же они. Чтобы я поднял голос нужно порядком достать, куда чаще крик для меня обдуманное действие, он в некотором роде помогал мне в детстве сделать, так чтобы от меня отстали. Роль психа мне очень хорошо удавалась, даже слезы были. Правда, никогда не забуду о том как во втором классе заплакал услышав грустную музыку на уроке. Она тогда напомнила мне о смерти дедушки. Именно в день его смерти я сказал себе, что никогда не буду курить. Его убил рак и сигарета. Мне не забыть день его смерти. Был тихий августовский вечер, лучи солнца почти ушли за горизонт, покрытый тысячами вечно зеленых сосен, до моего дня рождения оставалось четыре дня и настроение было предпраздничным. Мы с подругой детства играли во что-то сидя на траве. Я даже помню что это была за трава, нет это был не простой пырей это была какая-то трава с едким запахом с маленькими листочками. Вовремя игры бабушка подошла ко мне и сказала, что дедушка умер. Эмоции тоже не было, слез тоже не было. Его сметь, я воспринял абсолютно спокойно, как должное. Можно конечно сослаться на то, что мне было лишь семь, а как известно, что дети редко осознают все сразу, но это не тот случай. Я все понял сразу. Воспоминания об дне его смерти иногда мелькает в моих глазах при виде курящего человека. Когда курила Алена, этот образ тоже приходил, мне даже становилось, противно смотря на нее. Не могу сказать, что не терпим к курению, скорее я просто никак не отреагирую. Конечно если это не мой близкий человек. Сейчас оглядываясь назад, понимаю насколько для меня не курение человека важно. Я ведь был готов уйти от девушки лишь, потому, что она не бросила курить. Где кстати она? С кем так можно долго говорить вовремя мультфильма, на который она неделю просилась. Действительно кто ей позвонил. Я вышел из зала и увидел ее. Алена говорила по телефону стоя возле в хода в зал. Сразу как она увидела меня, разговор прекратился. Теперь интерес стал еще сильнее.

Я – Кто звонил?

Алена – Подруга.

Я – Видать, хорошая подруга, раз ты полчаса от мультфильма пропустила ради разговора с кем-то.

Алена – Очень хорошая подруга. Жень давай в суши бар сходим.

Я – Солнце. Не хочу я туда. Давай в другое место.

Она обняла меня и поцеловала. Алена сделала вид ребенка, хотящего игрушку. Ее вид сейчас наверное схож с видом девушек, которые разводят московских алегархов. Только вот в суши бар мне очень не хочется идти после того как неделю откачивал Катю после похода в суши бар с подругами. Те кстати тоже откачивались. Это был еще один удар по репутации общепита в моих глазах. Теперь я хожу только в проверенные заведения. Блин почему мне сложно отказать красивой девушке с милой улыбкой. Можно конечно сделать ее ложь прозрачнее попросив о обещание правды. Конечно, она не будет говорить правду, но хотя бы прекратит оборванные рассказы, где что-то не хочет говорить.

Алена – Ну что мы идем.

Я – Да, но при одном условии. Ты скажешь, с кем в действительности говорила.

Алена – Хорошо. А теперь идем. Только не дуйся.

Я – Не могу.

Алена – Почему?

Я – Потому что ты меня тянешь туда, куда я не хочу. Ален вот скажи, кто тебе в действительности звонил.

Алена – Настя. Хочешь с ней сам поговори.

Я – Мне это не надо. Я узнаю сам без звонков кому либо

Далее был суши бар. Мы сидели, молча напротив друг друга. Сложно сказать, что я сейчас дуюсь, скорее сейчас во мне играют подозрения. Ей не звонила подруга, это был кто-то другой, но кто. Сейчас со стороны все смотрится, как будто мы поссорились. Это не так я просто сделал вид, что расстроен. На все попытки Алены разговорить было молчание. Молчать порой лучше чем добивать вопросами с кем же она говорила, но, похоже, придется все узнать самому. Так что придется звонить Антону или попытаться посмотреть детализацию через телефон. Что проще, наверное телефон. Алена по-прежнему есть свои любимые суши и уже не пытается ничего сделать, что бы я заговорил. Пожалуй, надо самому суши научится готовить, думаю это не сложнее чем все остальное. Так точно я буду знать, что туда положено. Ладно надо посмотреть все-таки кто звонил. Через пару минут мне пришел отчет по детализации. Номер телефона был очень знаком, но чей он. Судя по всему человек скрывающийся за этими цифрами звонит ей достаточно часто. Почему-то мне кажется, что это звонит Вова, но это надо уточнить. Получается, что она не прекращала общаться с ним совсем. Наверное, то что она ему сделала не так серьезно как я подумал. Что-то теперь мне кажется не все чисто в ее словах. Может запись посмотреть, которую Дэн принес. Спокойствию, с которым Алена врет позавидуют многие. Конечно, некоторые жесты выдавали ее, но я предпочел это не заметить. Из нее хороший политик выйдет, прям как вторая Тимошенко, говорим одно, а делаем совсем другое. Красота. Ладно, хоть не курит. Сейчас есть три варианта по котором можно пойти. Первый просто сейчас встать и уйти, второй устроить скандал, третий ничего не делать. Есть кстати и четвертый, он чем-то на второй похож. Спокойным голосом сказать ей о том что все знаю и пригрозить тем сам что начну общаться с бывшей. А что выход, если она действительно настолько боится потерять меня, то сделает, так как попрошу я. Алена точно очень спокойно себя ведет. Правда, разведчик из нее никудышный, память у нее слишком короткая. Я положил руку ей на плечо, после чего она подняла голову и посмотрела на меня.

Алена – Ну наконец-то дуться перестала.

Я – Нет, я только начинаю. Солнце ты нечего мне рассказать не хочешь?

Ее лицо сильно изменилось, но ответа не будет. Надо давить самое интересный допрос когда ты знаешь правду и слушаешь как тебе пытаются увести от истины, извиваясь как змея. Мне это так напомнило мои первые допросы в сизо.

Алена – Нет, мне нечего тебе сказать.

Я – А по поводу того кто тебе звонил. Это была не Настя. Ты с ней полгода не общалась.

Алена – Ладно мне Ликвид звонил. Не хотела тебя расстраивать.

Я – Опять ложь. Нет не он. Префикс не тот. Он же в Самаре живет, а тут ханты-мансийский автономный округ.

Алена – Ну у него там родители живут.

Я – Солнце он в Самаре, и его домашний номер другой. Тебе дорогая моя Вова звонил. Не надо отрицать и делать из меня дурака. Ты мне объясни, мне второго послышался, что ты с ним не будешь общаться. Солнце вот скажи тебе понравится если я с своей бывшей девушкой общаться буду.

Алена – Общайся, я тебе не запрещаю.

Я – Я говорю о том, что ты почувствуешь. Думаю ты будешь очень сильно волноваться.

Алена – Чего ты хочешь.

Я – Что бы ты с ним не общалась. Мне это не приятно. Когда я увидел его номер словно перенеся в тот день. Знаешь это не очень приятно. В моей голове стали мелькать образы того как ты это делала и это противно.

Алена – Хорошо я не буду говорить. Обещаю.

Я – Ладно посмотрим. Время покажет.

Алена – Какие у тебя планы на воскресенье?

Я – Мне с Сашей надо встретится завтра. Так что прогуляться не получится.

Алена – Зачем.

Я - Похоже у него раковая опухоль. Он уже ушел со службы. Теперь главное я тоже теперь бывший сотрудник Гб.

Алена – Так много новостей. Почему ты ушел со службы.

Я – На меня дело завели. У меня остался выбор либо уйти, либо сесть.

Алена – Какое дело? Что ты сделал?

Я – Превышения должностных полномочий. Так что теперь я ищу работу. Ты бы хотела лето провести только со мной в деревне?

Алена – давай на юг поедем к моей бабушке.

Я – Нет. Мне пока надо быть рядом. Да и на выезд мне нужно подавать заявление.

Алена – Там визы не нужны. И вообще почему обо всем этом я узнаю только сейчас. Спасибо у меня уже было как-то что к парню с обыском ходили наркотики искали, а я об этом узнала через пару дней и не от него.

Я – думаю ты об этом не узнаешь.

Алена – Конечно. Я не знаю где ты живешь, не разу не видела твоих документов. А нет один раз, ты показал мне удостоверение, но оно ведь может быть и поддельным. Твои родители ни разу не говорили о том где ты учился.

Я – Ха Ха. Ты пытаешься отбелиться и сказать, что скрыть твое общение с Вовой это нормально. На меня-то не смотри. Правда за мной в этом случае. Я с бывшей не общаюсь, а вот ты это делаешь. Надеюсь, ты поняла, что тебе надо делать. Не надо скрывать, надо просто не делать. Зачем причинять мне боль.

Алена – Боль.

Ее глаза наполнились блеском, а по правой щеке медленно потекла слеза. Она опустила голову и стала смотреть на мою руку.

Алена - Как будто это ты делал сам.

Я – Все успокойся надеюсь мы друг друга поняли.

Я крепко обнял ее. Мне самому не очень-то хочется вспоминать тот роковой вечер, но увиденная детализация заставила это сделать. Сложно забыть если тебе об этом напоминают. Ложь живет в сердце Алены, интересно когда-нибудь она умрет в нем. Стоит ли верить ее словам. Глупый вопрос, не стоит, но пожалуй лучше я закрою глаза. Надеюсь опухоль у Саши это лишь временные проблемы и ее будет легко удалить. Еще немного посидев в суше, баре с Аленой мы отправились к ее дому, настроение у нас снова было веселым, как и перед кинотеатром. После того как я ее проводил, отправился домой. Поздний майский вечер напомнил мне об вечере перед последним звонком. Была примерно такая же погода. Легкий ветерок развивал запах цветущей сирени, а солнце уже почти закатилось за крыши домов. Я был дома и готовился к последнему звонку, как внезапно позвонила одна из моих одноклассниц. Она спросила куда, выходят окна моего дома, и предложила выйти во двор за домом. Вскоре я подошел к качелям, на которой сидела Ирина и еще девушки из параллельного класса. Немного погодя почти все девчонки разошлись, и я остался с Надеждой, она предложила прогулять с ней ее собаку. До этого случая мы с ней почти не общались, да и внимания друг на друга почти не обращали. Мой круг общения в школе был достаточно замкнутым, чаще всего он был ограничен моим классом. Та наша прогулка оставила яркий след на всей моей школьной жизни. Это было чем-то не похожим на все остальное. Мы медленно пошли по небольшой узкой улочке под сотней теней могучих тополей. Изредка мимо нас пролетали мелкие лепестки цветков яблонь. Солнце медленно уходило на покой, оставляя за собой багровый след на голубом небе и маленькие огонечки на столбах. Город уже почти замер, лишь иногда нас освещал свет проезжавших машин. Со мной тоже оказался, не большой, светлый огонек, девушка в белоснежной одеянии, среди опустившейся ночи. Этот огонек горел гораздо ярче, чем тысяча холодных уличных огней. Тихий спокойный разговор между нами, оставил в душе так много тепла. Мы шли, разговаривая о школьных годах, о спорте, и еще много о чем. Надя рассказывала всякие веселые истории из ее жизни, а из своей. Улыбка не сходила с наших лиц. В какой-то мере она дала почувствовать меня собой. Вечер того дня нельзя сравнить не с чем другим, он единственный и неповторимый. Даже сейчас вспоминая этот вечер, на моем лице появляется улыбка. Вспоминая о последнем звонке, первым я почему-то вижу этот чудесный вечер встречи двух друзей. Как жаль, что больше мы не гуляли вместе, между нами есть только один вечер, и каждый вспоминает о нем по-разному. Я не знаю, как она вспоминает о нем, но знаю что для меня он особенный. Завтра у многих школьников последний звонок, мне бы очень хотелась, чтобы вечер передним они запомнили никак пьянку, а как что особенное. Чем ближе я подхожу к своему дому, тем отчетливее вспоминаю тот прекрасный день. Время оставляет лишь след в памяти, и некое чувство грусти. В моей жизни каждый момент можно передать музыкой, наверное, этот момент лучше всего передает эта песня THE CALLING - COULD IT BE ANY HARDER, она передает мелодию спокойного тихого вечера когда ты знаешь завтра будет все хорошо, все плохое уже позади. Завтра будет завтра. Таких вечеров в моей жизни так мало. Вскоре я зашел домой, немного погодя пошел холодный дождь. Он стал смывать мои следы. Мне всегда нравился дождь, это символ надежды, перерождения. Не многие могут сидеть под ним и наслаждаться, как капли падают на тела, разбиваясь на тысячи осколков. В детстве я много времени проводил на втором этаже моего дома, смотря на тысячи ручьев бегущих с гор. Иногда мы с Костей устраивали некий трофирейд на велосипедах под проливным дождем собирая тысячи луж. Грязь для нас была чем-то особенным, нам хотелось испытать свои силы. Сейчас дождь нагоняет грусть, и у нее есть веские основания. Я не знаю, что с Сашей и совсем не знаю, что теперь делать. Приказ ждать пока на меня внимания обратят, а сколько ждать. Да и Аленино общение с бывшим приятного не приносит. Интересно, что же все-таки было на записи. Надо вещи из кабинета забрать будет. Может посмотреть, не говорила ли она сейчас с ним. Так и сделаю. Я зашел опять сделал детализацию, из которой следует, что вечером она говорила с ним. Эх, скажука я ей, что встречался с бывшей, надеюсь все поймет. Правда, сам что-то не хочу видеть Катю. Глупа, но не хочу. Главное чтобы Алена все поняла, наконец. Мозг вымывать я ей пока не хочу. Капли Дождя за окном тихо разбивается об еще теплый асфальт, кто-то сейчас сидит и плачет, скрывая горькие слезы. Можно смыть слезы, но не боль. Мне кажется, что кто-то из моих близкий тоже сейчас сидит, проливая слезы. Вообще дождь на двадцать пятое мая это нормальное явления для Урала. Он сопровождал каждый мой последний звонок. Странно я никогда не отмечал этот день. Мне сложно сказать, что это были сверх особенные дни. Да и у нас в классе все было как-то разобщено. Не один из классов, где я учился, не был дружным, мы только грехи вместе скрывали. На последний звонок мы даже собраться не могли, чтобы пойти куда-то, так получилось что в одиннадцатом классе я отмечал последний звонок с девчонками из девятого класса на плотинке. Это было определенно весело. Девчонки ради веселия сначала забрались на детский надувной батут стоявший рядом с плотиной, а потом босяком стали гулять по береговым плитам, чуть затопленным водой. Их совсем не пугала холодная вода, она наоборот поднимала им настроение. К нам даже подошли фотографы, чтобы запечатлеть на вечность образ девушек бегущих по холодной воде. Но самым ярким моментом стала на дорога домой. Настя и Алена шли босяком, держа туфли в руках и опираясь на меня. Я сейчас бы посмотрел на себя со стороны. Это бы выглядело примерно так. По алее залитой теплым солнечным светом, идет парень, разгоняя оставшееся лужи после дождя, а с ним под ручку две высоких девушки одетыми в школьную форму и идущее босяком, держа босоножки в руках. Сложно передать все выражения лиц прохожих, некоторое даже хлопали ладоши, и кричали «молочина». Мы шли, постоянно встречая наших знакомых, на следующий день об этом знала уже вся школа. Эх, школа, школа где ты? Странно я всегда даже завидую некоторым американским школам, их культуре. В моей школе никогда не было ни выборов, ни мисс школы, никаких балов, и даже команды черлидеров. А что на соревнованиях они были бы кстати, очень было бы неплохо если бы тебя поддерживали красивые девушки в форме. У нас сейчас вообще нет как таковой политики вовлечения школьников в общественную жизнь. Этим занимаются редкие школы. Если бы каждая школа проводила подобную политику, то о значительной части детской преступности можно было бы забыть. Я кончено молчу про свою школу во многом. Моя школа самая сильная в спорте по всей столице Урала. В ней очень много учатся детей занимающееся спортом. Очень часто они большую часть времени проводят на тренировках, у нас доже отдельный спорт класс для этого. Многие сильные спортсмены учились в ее стенах. Со мной в одном классе учился чемпион мира по акробатики. Помню, как мы с ним в девятом классе изложение на экзамене писали, на последней парте у окна. Впервые десять минут у нас отобрали все шпоры, которые мы неудачно спрятали. После этого случая я старался больше не списывать. Пора спать. Еще немного поседев возле окна, я отправился спать.








Сейчас читают про: