double arrow

НАРТЫ – ЭПИЧЕСКИЕ СКАЗАНИЯ НАРОДОВ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА


ПЛАН:

1. Нартский эпос – как памятник национальной культуры народов СК. Его запись, изучение и публикация.

2. Соотношение мифа и истории в сказаниях о нартах.

3. Центральные циклы, сюжеты и главные герои.

1. С тех пор, как человек научился думать (мыслить), он стремился запечатлеть все свои мысли, желания, всевозможные эпизоды своей жизни или показать их с помощью какого-нибудь вида искусства, будь то живопись, музыка, танец или по средствам устного творчества: песня и сказание и др.

Так, в незапамятные времена появился фольклор – народное творчество, передающееся из уст в уста, из поколения в поколение. Folklor (англ.) – folk – народ, lor – творчество. Жанровое разнообразие фольклора многогранно: это и песни, и сказки, и легенды, пословицы и поговорки, загадки, частушки, сказания, былины и мн.др. Они появились очень давно и росли, а точнее совершенствовались на протяжении всей жизненной истории народа. С помощью всех изобразительных средств фольклора народ показал свою жизнь, мечты, думы, обычаи, жизненные условия…

У ранних видов фольклора было практическое значение:

- оградить себя от сил природы;




- поклонение богам;

- охотничьи байки или приключения;

- передача жизненного опыта старших – младшим и т.д.

Поэтому очень велико значение фольклора, благодаря которому мы узнаем историю народа, его этнографию, этику, эстетику и др. Фольклор является как бы «преднартовским» жанром культуры. Древний фольклор осетин, адыгов, балкарцев, карачаевцев, как и у других народов, стоявших на ступени патриархально-родовых отношений, выступает не самостоятельно, а в своем синкретическом единстве, когда разные его элементы – песни, пляски и музыка – составляли единое целое. Ритуальные и художественные формы народных зрелищ, календарных трудовых празднеств и религиозных церемоний у всех адыгов одинаковы. В адыгском (черкесском) фольклоре сохранилось много обрядовых и календарных песен, хохов, напевов символико-магического значения и стимуляционных речитативов. Особое место в фольклоре занимают древнейшие песни и хохи, посвященные различным родам трудовой деятельности людей.

Еще М.Горький писал, что нельзя знать историю народа, не зная его устного народного творчества. А перу великого Г.Гейне принадлежат слова: «Кто хочет узнать немцев, пускай читает их народные песни».

Так можно сказать и об осетинском народе. Наша история, лучшие человеческие качества, традиции и обычаи показаны в нашем эпосе, в наших песнях, сказаниях, былинах, пословицах и поговорках. Перефразируя немецкого писателя, так и хочется воскликнуть: «Кто хочет узнать осетин, пускай читает «Сказания о нартах».

«Нартский эпос» - одно из бесценных богатств, созданных человеческим разумом. Он стоит наряду с мировыми эпосами других народов: «Илиада и Одиссея» (греческий эпос); «Калевала» (карело-финские руны); «Песнь о Нибелунгах» (скандинавские сказания); «Давид Сосунский» и др.



ЭПОС – 1. Повествовательный род литературы;

2. Произведения народного творчества – героические

сказания, песни и др.

Издревле эпос рассказывался, а точнее исполнялся сказителем под сопровождение струнного инструмента. Сказители русского народа использовали гусли, а сказители осетинского фольклора – хъисын фандыр, напоминающий современную скрипку. Форма подачи напрямую зависела от красноречия сказителя, т.к. в эпосе объединялись мифы, легенды, история народа, его обычаи, нравы и др.

НАРТЫ - герои древних эпических сказаний многих народов Кавказа. Сказания о нартах в своеобразных национальных формах распространены как среди народов, именующих себя адыгами (т.е. у адыгейцев, кабардинцев, черкесов), так и среди осетин, карачаевцев и балкарцев, чеченцев и ингушей. Н. упоминаются в фольклоре некоторых народов Дагестана (напр., у тюркоязычных кумыков). Таким образом, нарты – это общекавказский монументальный героический эпос.

Нартовские сказания осетин и адыгов стали записываться с середины 19 в., другие национальные варианты — позднее. Пионерами этого дела были в Осетии — В. Цораев, братья Шанаевы, в Кабарде — Шора Ногмов, Кази Атажукин. Другие нац. варианты стали записываться позднее. Очень долго у различных народов существовали профессионалы памяти – черкесы их называют «гегуако», т. е. «играющие». Им-то и принадлежит заслуга сохранения этих драгоценных преданий. В Осетии эти сказания были записаны преимущественно в прозаической форме, которые исполнялись под сопровождение музыкального инструмента – «хъисын фандыр». У черкесов некоторые из них стали длинными традиционными поэтическими плачами, довольно устойчивыми по тексту, несмотря на разницу в диалектах. В советское время впервые изданы сводные тексты в оригинале и в рус. пер. Сказания переводились на немецкий, французский, английский языки.



Прошло немногим более столетия с тех пор, как собирателями были записаны первые сказания. В Осетии, благодаря Всеволоду Миллеру, основателю осетинской филологии, работа давно была поставлена на научную основу; филология других народов, к сожалению, не старше Октябрьской революции. Научная документация начала расти с 1880 г., благодаря тифлисским этнографическим публикациям.

Первые публикации о существовании у осетин национального эпоса мы находим у известного ученого ЮЛИУСА КЛАПРОТА. В своем «Путешествии на Кавказ и в Грузию» вышедшем в свет в 1812 году он упоминал о реке УРУП, замечает, что крепость УАРП ФИДАР была удивительным образом завоевана героем БАТЕРАСОМ, сыном ХАМЫЦА.

Первые попытки собирания и записи осетинского фольклора, а в частности «Сказаний о нартах» относят к 50-60-м годам 19 века. В то время среди горских народов выдвинулись первые энтузиасты, проявившие живой интерес к национальной культуре. Первыми собирателями принято считать братьев Шанаевых Гацыра и Дзантемира и Цораева Ельдзарико (Василия). Бескорыстный и плодотворный труд этих энтузиастов заслуживает благодарной памяти потомков. Быть может, не оценивая в полной мере значение проводимой ими работы, руководимые не столько научными соображениями, сколько инстинктивной фиксацией того, что творит, создает и хранит народ. Именно они дали науке наиболее ранние записи ряда популярнейших сюжетов народного эпоса.

Васо Цораев вместе с грузинским писателем Даниилом Чонкадзе записали значительное количество фольклорных текстов на осетинском языке. Академик А.Шифнер снабдил их русским переводом и примечаниями и опубликовал их в 1868 году в С-Петербурге в «Записках Академии Наук»(из нартского эпоса туда вошли материалы о Батразе и Урузмаге. К сожалению, осетинские оригиналы текстов, собранных братьями Шанаевыми не дошли до нас. Мы располагаем только русскими переводами, сделанными самими Шанаевыми и опубликованных в «Сборнике сведений о кавказских горцах». ( вып. V - 1871 г. С. 2-37.

вып. VII - 1873 г. С.1-21.

вып. IX - 1876 г. С. 1-64.)

Первым после А.Шифнера, обратившим свое внимание на нартский эпос и опубликовавшим содержание сказаний стал доктор Пфафф, известный своими «Материалами по древней истории осетин». Дилетант в области этнографии, фольклора, чуждый кокого-либо строгого научного метода, склонный увлекаться малообоснованными теориями собственного изготовления, он привлекает живым интересом и любовью к изучаемому предмету, хотя и пришлось преодолеть немалые в то время трудности.

Одним из самых весомых заслуг в собирании, толковании и анализа текстов принадлежит Всеволоду Миллеру – лингвисту, фольклористу, крупнейшему ученному, большому знатоку и ценителю осетинского фольклора. Его «Осетинские этюды», опубликованные в 1881 году, заложили прочную основу изучению языка, этнографии и истории осетин. Именно Всеволоду Миллеру принадлежит заслуга первого опыта научного истолкования некоторых сюжетов и мотивов нартовского эпоса в свете сравнительной фольклористики. Он первым провел параллели между нартовскими мотивами и скифо-сарматским миром. Например: а) обычай скальпирования у скифов и Нартов; б) Чаша героев у скифов и Уацамонга у Нартов; в) способы гадания у скифов, Нартов и осетин и др.

Совместно со Штакельбергом Миллер опубликовал несколько дигорских текстов с немецким переводом. Работы Вс.Миллера в большей степени стимулировали интерес к родному языку и фольклору среди интеллигентных осетин, среди которых можно назвать А.Кайтмазова, И.Собиева, С.Туккаева, М.Гарданова, Г.Гуриева, М.Туганова и др.

После Октябрьской революции собирание и публикация нартского эпоса получили новый размах. В 1925-1930-х г.г. Северо-Осетинский научно-исследовательский институт совместно с Юго-Осетинским НИИ издают «Памятники народного творчества осетин».

В 1932 году Б.Мункачи (венгерский ученный) издает осетинские тексты с немецким переводом и примечаниями, записанные от военнопленных осетин в первую мировую войну.

В 1939 году В.Абаев заканчивает работу над многолетним трудом «История осетинского эпоса» и издает его.

В 1941 году, в канун ВОВ, во Владикавказе создан «Нартский комитет», главной задачей которого было издание объединенного текста, который вышел в свет только в 1946 году, т.к. известные военные события не позволили более скорейшему выполнению поставленной цели. Над ним работали Васо Абаев и Дзанайты Иван, в литературных кругах известный под псевдонимом Нигер.

Жорж Дюмезиль перевел в 1930 году на французский язык и прокомментировал тексты. Работа очень объемна и значима, а материал систематизирован и проведены параллели:

1. роль лошади у скифов, нартов и у алан.

2. лошади, набитые соломой.

3. отсечение правой руки у врагов.

4. Отношение к старикам по АММИАНУ МАРЦЕЛЛИНУ.

Становление эпоса.Становление и развитие нартского эпоса охватывает не одно столетие. Его формирование началось на самой ранней стадии развития человечества – первобытно-общинного строя и продолжилось вплоть до феодализма. Каждая историческая эпоха накладывала определенный отпечаток на нартские сказания. Из их содержаний четко видно, при каких социальных условиях происходит то или иное событие, которое описывается в сказаниях нартов.

В генезисе Н. э. не всё ещё ясно. Несомненно, что ядром послужил древний аланский эпический цикл, восходящий к скифской эпохе 7—4 вв. до н. э. Национальные варианты эпопеи обогащались за счёт местного фольклора. Возникнув в условиях родового строя с пережитками матриархата, Н. э. вбирал в себя элементы последующих общественных формаций. Он сохраняет свою жизненность по сей день. В Осетии, Кабарде, Адыгее и др. живут десятки сказителей, исполняющих песни о нартах. Исследователи полагают, что эпос начал создаваться в VIII—VII веках до нашей эры, а в XIII—XIV веках разрозненные сказания стали объединяться в циклы, группируясь вокруг какого-либо героя или события.

В своем развитии (по В.И.Абаеву) эпос проходит три фазы:

1. Бывает отдельным произведением, об отдельных героях.

2. Вокруг главных героев начинает развиваться сюжет и из этих

произведений получаются отдельные циклы.

3. Эти циклы тоже объединяются, между главными героями появляются

родственные отношения, их подвиги происходят в одно и тоже время и

тогда из сказаний образуется эпопея.

По мнению Васо Абаева Нартские сказания прошли первые две фазы и находятся в центральной стадии третьей фазы.

Из-за отсутствия письменных источников невозможно восстановить полную картину того, как происходило развитие и формирование эпоса. Лишь отрывочные данные, содержащиеся в трудах Геродота и Марцеллина, а также в хрониках Армении и Грузии, позволяют судить об историко-культурной среде, в которой зарождались сказания о нартах.

В эпосе воспеты мощь и красота природы, жизнь и подвиги славного народа нартов, мужественных и отважных нартских воинов-героев, отстаивающих свое содружество, высокие нравственные идеалы, борющихся с великанами, олицетворяющими слепые разрушительные силы, грозные и враждебные людям, всему живому.

Вопрос о происхождении нартовского эпоса сложен. Языковед-иранист В. И. Абаев и французский историк-филолог Жорж Дюмезиль утверждают, что народом-создателем эпоса являются осетины.

1. Термин «нарт» заключает осетинский показатель множественности «т» и образован по типу осетинских фамильных имён: стало быть, к другим народам Кавказа он вошёл в осетинском оформлении.

2. Некоторые нартовские сюжеты, как показали Вс. Миллер и Ж. Дюмезиль, имеют полную аналогию в быте и обычаях отдалённых предков осетин, скифо-сарматских племён.

3. Имена Уархаг, Ахсар, Ахсартаг, Урузмаг, женское имя Ацырухс, название чудесной чаши Уацамонга — бесспорно иранского происхождения.

4. Имя главной героини Сатаны (Шатана), хотя и не вполне ясное по происхождению, неотделимо от имени аланской принцессы Сатеник, которое нам сохранили армянские расподы в связи с событиями II века (походы аланов в Закавказье), а также житие святых Армянской Апостольской Церкви о святых мучениках сукиасянцев, во главе с Сукиасом, алан по происхождению, которые сопровождали принцессу Сатеник в Армению.

5. Имя Сослан, будучи, по всей видимости, тюркского (ногайского) происхождения, свидетельствуется на осетинской почве с XII века н. э. (муж царицы Тамары Давид-Сослан был осетинским владетелем); имя Сосруко представляет «адыгизацию» имени Сослан с закономерным перебоем л-р.

6. Имя Батрадз образовано из Батыр-ас и означает «асский (аланский) богатырь».

7. Имя Кусаг, означающее «чаша»(см.Нартамонга), принадлежит герою, который основал род Кусагонта, являющегося родоначальником древних аристократических фамилий Осетии: Гассиевых,Саракаевых, Ботоевых и др.

Всё это не оставляет сомнения, что материальным ядром эпоса послужил древний аланский цикл, восходящий некоторыми элементами ещё к скифской эпохе и непрерывно обогащавшийся за счёт контактов с другими народами, в том числе народами Кавказа.

Согласно нартоведу Ахмету Мальсагову, имена большей части нартов имеют выраженное иранское происхождение, а многочисленные сказы о нартах группируются вокруг имён основных персонажей эпоса, образуя, тем самым, своеобразные циклы. В каждой национальной версии эпоса те или иные циклы занимают сравнительно большее или меньшее место, а национальные варианты эпопеи все время обогащались и дополнялись за счет местного фольклора.

Также есть сходства и различия в именах героев эпоса.







Сейчас читают про: