double arrow

Международные гарантии прав и свобод человека и гражданина.



Международная защита прав и свобод представляет собой возможность обращения в Европейский Суд по правам человека или иные международные правозащитные организации в соответствии с международными договорами России в том случае, если исчерпаны все средства правовой защиты внутри страны (пройдены все судебные инстанции).

Действующие универсальные и региональные международно-правовые акты можно разделить на четыре группы, отражающие определенные стандарты:

договоры, закрепляющие сотрудничество государств в сфере установления базовых - основных прав и свобод ( Пакты о правах человека 1966г., Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и др.);

договоры, касающиеся сотрудничества государств в борьбе с массовыми нарушениями прав человека(Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 г., Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г. и др.);

договоры о сотрудничестве в области защиты отдельных прав человека (регламентация вопросов трудовых отношении в конвенциях МОТ и др.);

договоры, регулирующие сотрудничество по защите прав отдельных категорий индивидов(Конвенция о политических правах женщин 1952 г., Конвенция о правах ребенка 1989 г. и др.)6




Конституция РФ предоставляет каждому право обращаться с жалобой в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека (ч. 3 ст. 46 Конституции РФ). Следовательно, жалоба может быть подана после отказа лицу во всех судебных инстанциях Российской Федерации.

Комитеты ООН. Жалоба подается в Комитет по правам человека, созданный в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах. Присоединение России к факультативному протоколу этого Пакта создает условия для реализации каждым своего конституционного права на обращение в этот орган. Комитет принимает жалобы, если они не анонимны и не представляют собой злоупотребления правом на жалобу; он проверяет, не рассматривается ли вопрос в соответствии с другой процедурой международного разбирательства и исчерпало ли лицо все доступные внутренние средства правовой защиты.

Процедура защиты нарушенного права состоит в том, что жалоба доводится до сведения соответствующего государства, а государство обязано в шестимесячный срок представить Комитету письменные объяснения или заявления, разъясняющие этот вопрос и извещающие о принятых мерах, если таковые имели место. Следовательно, Комитет не вправе выносить обязательные решения, но публикует ежегодный отчет о рассмотрении жалоб, что имеет негативные морально-политические последствия для государства, в котором нарушаются права человека.



Европейский Суд по правам человека. Другой формой международной защиты прав и свобод выступает Европейский Суд по правам человека, учрежденный в 1959 г. Суд состоит из такого числа судей, которое равно числу членов Совета Европы, он самостоятельно устанавливает свой регламент и правила процедуры. Юрисдикция Суда охватывает дела, связанные с толкованием и применением Конвенции, но лишь в отношении тех государств, которые признали ее для себя обязательной, т. е. и в отношении России. В состав Суда входит судья от Российской Федерации.

Обращение (петицию) в Суд вправе подавать как государство, так и физическое лицо. Признается, что обращение может быть подано только после того, как исчерпаны все внутренние средства решения спора. Суд, состав которого утверждается для каждого обращения отдельно, окончательный, и государства обязаны ему подчиняться. Потерпевшему от нарушения прав может быть назначено «справедливое возмещение».

Конституционно-правовое регулирование ограничения прав и свобод человека и гражданина.

Принципиально важным является конституционный запрет произвольного ограничения прав и свобод человека и гражданина в России. Свобода не беспредельна. Будучи членом общества, человек имеет и определенные обязанности перед другими людьми, обществом, государством (в том числе и обязанность пассивного типа - не нарушать права и законные интересы других лиц - ч. 3 ст. 17 Конституции).

Исходя из этого Основной закон российского государства предусматривает возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина в России. Однако такое ограничение не может быть произвольным и беспредельным и в соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции РФ обусловлено тремя условиями.

Во-первых, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом. Во-вторых, ограничение прав и свобод человека и гражданина возможно только в строго определенных целях, обеспечивающих защиту важных социальных ценностей. защита основ конституционного строя; защита нравственности;защита здоровья других лиц; защита прав и законных интересов других лиц;обеспечение обороны и безопасности государства.

В-третьих, даже при наличии указанных оснований ограничение прав и свобод возможно только в той мере, в какой это необходимо для достижения данных целей.

Помимо общих условий ограничения прав и свобод, Конституция РФ содержит и некоторые специальные условия. В частности, в соответствии с частью 1 статьи 56 такие ограничения в связи с введением на всей территории России или в отдельных ее местностях чрезвычайного положения могут устанавливаться с обязательным указанием пределов и срока их действия.

Говоря о средствах, используемых для осуществления ограничения прав и свобод человека, нужно отметить, что их можно разделить на правовые и неправовые. Если с правовыми средствами, к которым относятся, прежде всего, законодательные, акты (например, законы о введении чрезвычайного положения в том или ином регионе или в стране в целом, вследствие чего ограничиваются некоторые права и свободы человека), подзаконные акты наибольшей юридической силы (указы президента, постановления правительства и т.д.), более или менее понятно; то иная ситуация складывается относительно неправовых средств. Последние можно определить двояко.

Во-первых, под неправовыми, т.е. находящимися во внеправовом поле, средствами можно понимать силовые, в том числе, например, террористические, способы ограничения прав и свобод. В качестве иллюстрации можно привести массовые случаи незаконного ареста и удержания в следственных изоляторах в течение трех суток лиц кавказкой национальности в Москве после взрывов в сентябре 1999 г., что вызвало большой общественный резонанс.

Во-вторых, неправовые средства могут иметь правовую форму, однако цель, ради которой они используются, как и их конкретное содержание, оказываются фактически неправовыми, хотя и прикрытыми политически выверенными словами-лозунгами. Так, в этом же ряду находится и распоряжение мэра г. Москвы № 1057 о непостановке на учет в Москве беженцев и вынужденных переселенцев, приказ № 567 Комитета по образованию г. Москвы о неприеме иногородних детей в школы и т.д.

Таким образом, говоря об обеспечении правовой оптимизации соотношения цели и средств ограничения прав и свобод граждан, следует подчеркнуть, что законными (законно истинными) должны быть и цель осуществляемого ограничения, и используемые для этого средства как по содержанию, так и по форме. Применительно к понятию ограничения прав и свобод, вопрос о пределах ограничения стоит в наше время исключительно остро. Речь идет о том, что в законодательной и правоприменительной практике вопрос о предельности ограничений часто решается без опоры на прочный теоретический фундамент.

В международно-правовых документах, в конституциях государств практически невозможно встретить четких и ясных упоминаний о возможных пределах ограничений. В Международном пакте о гражданских и политических правах указывается, например, что в случае чрезвычайного положения возможны отступления от некоторых положений статей (ч.3 ст.4), однако, какова крайняя степень, предельная граница этих отступлений, не говорится.

Еще один пример. Статья 25 Конституции РФ гарантирует гражданам неприкосновенность жилища. Однако в этой же статье говорится: "Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения". Другими словами, законодатель оставляет за собой право предусмотреть возможность ограничения неприкосновенности жилища. Таким образом, возникает коллизия между естественным правом на неприкосновенность жилища и формальным допущением законодательного произвола в вопросе ее ограничения.



Сейчас читают про: