double arrow

Ценность и полезность


Точно так же неправомерно считать ценностью пользу (полезность), польза есть позитивное значение одного объекта для другого объекта, и потому она столь же объективна, как истина, научно обосновывается и научно опровергается, идет ли речь о пользе витаминов или изучения математики.

Таким образом, в сопоставлении с пользой ценность оказывается не практическим, а символическим отношением; потому-то ценность — феномен специфическикультурный, неизвестный жизни животных, тогда как польза характеризуетбиологический уровень бытия в такой же мере, как и социокультурный, — питаниеполезно и для животного, и для человека, а образование и обучение полезны длячеловеческой жизни также, как питание.

Как совершенно точно отмечал Г. Риккерт: "Сущность ценностей ... — в их значимости, а не в их фактичности", а "факти-чен" носитель ценности.

Так,полезность устанавливается на практике, истинность проверяется в практике, аотнесение к ценности происходит на основе переживания, производится духовным чувством человека и ни в какой сторонней проверке не нуждается — изменитьэстетическую, нравственную, религиозную оценку может только само переживание, иноесуждение совести, вкуса, религиозного чувства; потому оценку "прекрасно!","высоконравственно!", "священно!" и т. п. нельзя опровергнуть, ее можно только отвергнуть, если она вынесена другим лицом, или изменить, если это сделанособственным переживанием, которое нашло красоту, справедливость, священность вдругом предмете, в другом действии, в другом обряде, в другом произведении искусства.

Ценность и цель

Продолжая анализ особенностей ценностного отношения, приходится подвергнуть критике и частое сближение, если не примитивное отождествление, понятий "ценность" и "цель", "ценность" и "идеал", "ценность" и "норма". Необходимость их различения проистекает на сей раз из их принадлежности к разным видам духовной деятельности; "цель" и "идеал" — это разные модификации проектной, моделирующей, духовно- преобразовательной деятельности нашего "продуктивного воображения" (И. Кант), фантазии, способности "опережающего отражения" (П. Анохин) или "моделирования потребного будущего" (по уже приведенной формулировке Н. Бернштейна), а "ценность" — определение значения для субъекта чего бы то ни было, в том числе и "целей", которые бывают и благими, и дурными, и "идеалов" (они ведь могут быть и отрицательно оцениваемыми — скажем, ад в противоположность раю), и моделей не только "потребного", но и "непотребного" будущего (скажем, антиутопии в противоположность утопиям позитивного ценностного значения).

А в этом случае станет непринципиальным распространенное в аксиологии деление ценностей на "ценности-цели" и "ценности-средства", имеющее то же религиозно-идеалистическое происхождение (порожденное иерархической дихотомией "небесное / земное", "духовное / телесное", "священное / мирское" и т. д. как "высшее / низшее"). Аксиологический аспект отношения «цель / средство» имеет, конечно же, большое значение в функционировании и развитии культуры — достаточно вспомнить печально-знаменитый иезуитский принцип: "Цель оправдывает средства", сыгравший такую страшную роль в истории религии и политики, и попытки его опровержения с точки зрения морали — попытки, разумеется, наивные и безуспешные, ибо нельзя ценности одного рода измерять ценностными критериями другого рода.


Сейчас читают про: