double arrow

Культурная политика в период «оттепели»


Освобождение от тотального контроля, установленного дикта- турой над всеми сторонами общественной жизни, особенно ярко про- явилось в культурной, духовной сфере. Наиболее полную готовность к переменам проявила творческая интеллигенция. Еще в 1952 г. были опубликованы смелые очерки В. Овечкина «Районные будни», по- священные проблемам послевоенной деревни. Впервые за многие го-


ды в литературе была предпринята попытка обсудить не происки

«вредителей», а истинные причины удручающего положения в дерев- не, связанные с порочной командно-административной системой ру- ководства. Очерки стали важным общественным явлением и обсуж- дались на читательских конференциях, производственных и партий- ных совещаниях.

Идейной подготовкой к переменам в 1953–1955 гг. послужили статья В. Померанцева «Об искренности в литературе» и очерк Ф. Аб- рамова «Люди колхозной деревни», правдиво отражавшие ситуацию в стране. Началась публикация повести И. Эренбурга «Оттепель», дав- шей название эпохе.

Укреплялись международные связи советской культуры и науки. Многие писатели и ученые, деятели искусства смогли побывать в за- рубежных командировках и на гастролях, принять участие в между-




народных научных конгрессах. В 1954 г. впервые в советский период группа ученых приняла участие во Всемирном философском конгрес- се. Советский Союз вступил в международную организацию по во- просам науки и культуры ЮНЕСКО в рамках ООН.

В 1956 г. начал свою работу молодежный театр «Современник» под руководством замечательного режиссера и актера О. Ефремова. Его спектакли, пропитанные духом ХХ съезда, отличались современ- ной театральной стилистикой, отсутствием театральных эффектов, ложной патетики и пользовались необычайной популярностью. От- крытие театра и сегодня принято считать знаменем эпохи гласности.

Все большее влияние на общественную жизнь стала оказывать ли-

тература. В отличие от «лакировочной» официальной литературы пред-

шествующего периода, литература «оттепели» поднимала злободневные темы. Горячие отклики вызывали и «производственные» романы, и бы- товые зарисовки, и произведения, поднимавшие нравственные темы личной ответственности человека за все происходящее и с ним лично, и в стране. Среди них произведения Г. Николаевой, В. Солоухина, П. Ни- лина, В. Тендрякова, А. Яшина, Д. Гранина и многих других.

С середины 50-х гг. в обществе, особенно в молодежной среде,

возросло внимание к поэзии, которая позволяла в краткой метафо-

ричной форме высказываться на самые актуальные темы и вести

«диалог с вечностью». Усилилось ее общественное звучание, в жизнь вошло уникальное явление – «поэзия площадей». Выступления моло- дых талантливых смелых поэтов А. Вознесенского, Р. Рождествен- ского, Е. Евтушенко, Б. Ахмадулиной по тематике, нравственному




эмоциональному накалу зачастую опережали публицистику – самый оперативный литературный жанр, и собирали громадные залы и ста- дионы слушателей. Особенно были популярны поэтические вечера в Политехническом музее в Москве.

Там же родился популярный ныне жанр авторской песни, или, точнее, размышления поэтов «о времени и о себе» под собственный гитарный аккомпанемент. Вместе с молодыми поэтами со своими му- зыкально-поэтическими композициями выступал Б. Окуджава. Чело- век, прошедший фронт, честный, прямой, он пользовался авторитетом и влиянием среди людей искусства, науки, в обществе в целом как своеобразный духовный камертон «оттепели». Поэзия и творчество бардов стали самыми мобильными и демократически ориентирован- ными жанрами искусства. Именно в период «оттепели» под влиянием Б. Окуджавы, а также актера, писателя, поэта А. Галича рождалось уникальное творчество выдающегося актера, поэта, исполнителя ав- торских песен В.С. Высоцкого. Строчка стихотворения Е. Евтушенко

«поэт в России больше, чем поэт» стала символической для эпохи.

Собираясь не по приказу, а по зову сердца на поэтических вече- рах в закрытых аудиториях и на площадях Пушкина, Маяковского в Москве, многие люди, особенно молодежь, впервые слушали как бы свои собственные мысли, выраженные публично, теснее сплачиваясь в противостоянии прошлому. В связи с этим после ХХ съезда впер- вые за всю историю советского общества на поверхность вышла про- блема «отцов и детей». В воздухе, казалось, висел вопрос, обращен- ный молодежью к поколению отцов: «Почему вы молчали?». Про- блема была чрезвычайно острой, болезненной для общества. Тема



«молчавших отцов и вопрошающих непримиримых детей», личной

ответственности за все происходящее стала основной в кинофильме М. Хуциева «Застава Ильича». Его демонстрация в полном (2 серии) объеме была запрещена при личном вмешательстве Н.С.Хрущева под предлогом того, что фильм вносит раскол в советское общество.

Наибольший успех в либерально ориентированной среде выпал

на долю романа В. Дудинцева «Не хлебом единым». В нем были за- тронуты вопросы незаконных и несправедливых репрессий. Вслед за публикацией романа в журнале «Новый мир» начались открытые и неофициальные читательские конференции. Обсуждение романа на собрании писателей Москвы и особенно страстное выступление ста- рейшего русского писателя К. Паустовского в защиту романа распро- странялись по всей стране в списках. Однако ни руководство страны,


ни сам лидер не были готовы поддержать полномасштабную «отте- пель» в духовной жизни. Более того, Н. С. Хрущев неоднократно за- являл, что он является «сталинистом в культуре», имея в виду свою приверженность принципам социалистического реализма, созданию и популяризации прежде всего идеологически выдержанных подцен- зурных произведений литературы и искусства. А осенью 1956 г. в идеологическом журнале ЦК КПСС «Коммунист» появилась статья руководителя государства «За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа», которая фактически призывала к лакировке дейст- вительности и эту связь полностью зачеркивала.

В сложном положении по причине своей жесткой привязанности к политике и идеологии находились и гуманитарные науки. Робкие

попытки научного журнала «Вопросы истории» по-новому взглянуть на некоторые проблемы истории, в частности подвергнуть критике деятельность И.В. Сталина в 1917 г., вызвали не только возмущение Н.С. Хрущева, но и специальное постановление ЦК, жестко критико- вавшее позицию редакции журнала, которая вскоре была заменена.

Однако повернуть вспять ситуацию в стране было уже невоз- можно. Очередной важной вехой, обозначавшей либерализацию в ду- ховной сфере, стало назначение на пост главного редактора художе- ственно-публицистического журнала «Новый мир» замечательного русского поэта А. Твардовского, который значительно изменил тема- тику и стилистику журнала, укрепив тем самым его литературный и

общественный престиж.

«Новый мир» середины 50 – начала 60-х гг. стал знаменем либе- ральных веяний в обществе. Именно в этом журнале была опубликова- на знаковая для своего времени повесть А. Солженицына «Один день Ивана Денисовича», посвященная теме незаконных репрессий. Разре- шение на публикацию было дано самим Н.С. Хрущевым. Его непосле- довательность объяснялась желанием лично регулировать, направлять процесс либерализации, дозировать критику прошлого и настоящего, дабы она не вырвалась из-под контроля партийного руководства.

Для партийного лидера важно было продемонстрировать совет-

скому обществу и всему миру, что именно партия и руководство страны являются инициаторами перемен; что сталинское руководство извратило правильную систему, так называемые ленинские принципы партийного руководства и социалистическую законность. Поэтому партийное руководство разрешило в 1956–1957 гг. выпуск новых ли- тературно-художественных («Москва», «Наш современник», «Моло-


дая гвардия», «Музыкальная жизнь») и научных («История СССР»,

«Вопросы истории КПСС» и многие др.) журналов. Являясь подцен- зурными, они, тем не менее, стремились отражать противоречивую палитру общественной жизни.

Конец 50-х гг. знаменателен прорывом в области художествен- ного кинопроизводства. Закончился период так называемого мало- картинья рубежа 40 – 50-х гг., вызванный не только недостатком бюджетных средств, но и личным вмешательством Сталина в процесс кинопроизводства, крайне ограничивавшим творческий процесс. Поя- вился целый ряд художественных лент, вошедших не только в золо- той фонд советского киноискусства, но и внесших заметный вклад в мировое кино. Престижные международные награды получили такие фильмы, как «Летят журавли» М. Калатозова по пьесе М. Розова

«Вечно живые», постановкой которой был открыт «Современник»;

«Тихий Дон» С. Герасимова по одноименной эпопее М. Шолохова;

«Баллада о солдате» Г. Чухрая. Несмотря на непоследовательность в культурной политике, Н.С. Хрущев все еще пользовался уважением

творческой интеллигенции, которая была благодарна ему, по словам

А. Ахматовой, за то, что он «открыл ворота лагерей». Замечательная русская поэтесса была и лично признательна руководителю страны: был возвращен из лагеря и реабилитирован дважды отбывавший срок замечательный русский ученый-историк, географ Л.Н. Гумилев, сын А. Ахматовой и поэта Н. Гумилева, также несправедливо репрессиро- ванного в 1921 г.

В 1957 г. была четко обозначена граница между дозволенной и недозволенной антисталинской критикой. Произошло это на очеред- ной встрече руководителей партии и правительства с участниками

правления Союза писателей СССР, где были отмечены не только не- достатки, но и заслуги Сталина перед обществом. Этот тревожный поворот, обозначивший границы гласности, был вызван и «венгер- ским синдромом», и собственными хрущевскими принципами.

В следующем 1958 г. ситуация в культурной жизни усугубилась.

Произошло одно из самых позорных в истории советской культуры событий – кампания против крупнейшего русского поэта Б. Пастер- нака, автора прозаического романа «Доктор Живаго». Тема романа – судьба человека, не сумевшего определить свое место в годы Граж- данской войны, не была новой в советской литературе. Она является главной в эпопее М. Шолохова «Тихий Дон», ставшей классикой и русской, и мировой литературы. (Шолохов был представлен и награ-


жден Нобелевской премией без всяких препятствий со стороны со-

ветского руководства). Однако роман Пастернака даже редакция

«Нового мира» не решилась опубликовать. «Доктор Живаго» был пе- редан за рубеж и опубликован в Италии. Сам факт зарубежной пуб- ликации поначалу пытались замолчать, но присуждение Нобелевской

премии вызвало шквал негодования и злобную антипастернаковскую

кампанию в печати и в устных выступлениях со стороны чиновников и собратьев Пастернака по перу.

«Проработка» проводилась с ведома Хрущева, который романа не читал, а лишь просмотрел тенденциозно подобранные критические материалы. В конечном итоге Пастернаку был закрыт путь к офици- альной публикации в стране. Он подвергался многочисленным уни- зительным акциям со стороны литературных чиновников, был изгнан

из Союза писателей, что делало невозможным официальные заработ- ки, отдых, лечение и так далее. В последние годы этот величайший русский поэт жил, в прямом и переносном смысле, только литератур- ными переводами (его перу принадлежат замечательные переводы классики мировой литературы – произведений Шекспира, Гете и др.) и моральной поддержкой немногочисленных собратьев по перу. Не- достойная кампания была официально прекращена выступлением Н.С. Хрущева на III съезде писателей в 1959 г., однако она нанесла не- поправимый ущерб авторитету и режима, и лидера государства лично.

К началу 60-х гг. более четко определились две линии в идеоло- гии и культуре. Одна – либеральная, направленная на преодоление застоя и догматизма; на установление пусть и ограниченного, но диа-

лога власти и общества; на поддержание атмосферы, обусловившей само существование общественного мнения. Другая – линия консер- ватизма и административного произвола, плохо замаскированной рес- талинизации, нетерпимости к инакомыслию. В литературе, публици- стике первая линия была представлена редакцией журнала «Новый мир» во главе с А. Т. Твардовским, вторая – журналом «Октябрь» во главе с писателем В. Кочетовым.

Антисталинская, антибюрократическая тенденция на излете

«оттепели» была связана с решениями ХХII съезда партии. И сам Н.С. Хрущев в своих выступлениях 1961–1962 гг. неоднократно воз- вращался к теме сталинского культа с явным осуждением. Тема лаге- рей, тюрем, несправедливых, незаконных репрессий нашла отраже- ние в таких произведениях, как роман Ю. Бондарева «Тишина»; упо- минавшаяся уже повесть А. Солженицына; роман В. Гроссмана


«Жизнь и судьба». Но если произведения Ю. Бондарева и А. Солже- ницына публиковались, то роман В. Гроссмана постигла драматиче- ская судьба многолетнего забвения, что в очередной раз свидетельст- вует о дозированности антисталинской критики и непоследователь- ности, нелогичности поступков Н.С. Хрущева.

Большинство сочинений на эту тему выходили нелегально,

«самиздатом». Глубокий след в душах людей оставляли произведения

Е. Гинзбург «Крутой маршрут», «Колымские рассказы» В. Шаламова и другие, ставшие широко известными только в процессе перестройки.

И все же линия на демократизацию не была окончательно пере-

черкнута. Публиковались достойные литературные произведения,

выпускались в прокат замечательные кинофильмы. Международное признание получили в этот период такие высокохудожественные произведения советского кинематографа, как «Чистое небо» Г. Чух- рая, «Девять дней одного года» М. Ромма, «Живые и мертвые» А. Стол-

пера, «Иваново детство» А. Тарковского. В этот период свой непро- стой творческий путь начал выдающийся писатель, режиссер и актер В.М. Шукшин. Необычайно популярным стал новый московский Те- атр драмы и комедии на Таганке с главным режиссером Ю. Любимо-

вым, именно по причине социально-политической заостренности спектаклей и необычной театральной стилистики бывший своеобраз- ным символом инакомыслия. Всеобщее внимание в эти годы при- влекли мемуары И. Эренбурга «Люди, годы, жизнь»; первая офици-

альная в советских условиях публикация стихов крупнейшей русской поэтессы М.И. Цветаевой, осуществленная в 1961 г.

Консервативные круги пытались переломить общественную си-

туацию в своих интересах. Они умело использовали непоследова- тельность, колебания, недостаточную осведомленность и просто не- достаток образования Н.С. Хрущева. Символическими стали собы- тия, развернувшиеся вокруг художественной выставки в московском Манеже 1 декабря 1962 г. Руководитель государства после осмотра полотен официальных и понятных лично ему художников-реалистов был ознакомлен с произведениями абстрактной живописи и скульп- туры. Картины были охарактеризованы как «патологические вывер- ты», «плоды больного воображения» и вызвали крайнее возмущение Хрущева. Это была явная провокация. Его тенденциозно настроенные спутники пытались таким образом продемонстрировать, что именно свобода слова и творчества довела до подобных «извращений». Нача- лись бессмысленные и жестокие гонения на художников-абстрак-


ционистов, которые вызывали в стране и мире глубокое непонима- ние. В конечном итоге ряд мастеров были вынуждены оставить роди- ну и выехать за рубеж, где они с успехом продолжали работать.

В эти годы активизировалась антицерковная кампания, так как, по мнению партийного руководства, церковь «отбивала хлеб» у него в части идеологического влияния на общество. (В то время как в период войны сталинское руководство наладило отношения с церковью). Осо- бенно тяжело эти акции воспринимались на Украине, в Белоруссии, на- роды которых жестоко пострадали во время и после войны, в процессе необоснованных во многом репрессий, связанных с борьбой против на- ционалистов. Закрытие и даже уничтожение храмов вызвало недоволь- ство не только верующих, но и широких кругов интеллигенции.

Наконец, в 1963–1964 гг. Хрущев опять вернулся к теме «пре- данности» Сталина делу партии и правительства, пытался объяснить его преступления тяжелой болезнью, обострившейся к концу жизни. В его выступлениях звучал явный призыв к ограничению публикаций на эту «опасную тему».

Особое место в период «оттепели» занимает политика Н.С. Хру- щева и его сторонников по отношению к наукам, связанным с оборон- ной промышленностью и космосом. Еще в 1954 г. в подмосковном г. Обнинске была построена первая в мире атомная электростанция. В

1957 г. был спущен на воду первый в мире атомный ледоход «Ленин».

Один за другим открывались новые исследовательские институты и центры: Объединенный институт ядерных исследований в г. Дубне, в работе которого принимали участие ученые всех социалистических стран; Институт радиационной и физико-химической биологии; Ин- ститут физики Земли и физики атмосферы; институты по изучению автоматизации производственных процессов и многие другие.

Важным начинанием, связанным с именем Н.С. Хрущева, стало

создание Сибирского отделения Академии наук СССР и строительст- во крупнейшего научного центра недалеко от Новосибирска – Ака- демгородка. Идея такого строительства была высказана академиками М.А. Лаврентьевым, С.А. Христиановичем и С.А. Лебедевым при об- суждении директив ХХ съезда КПСС. В опубликованной в «Правде» статье академики обратили внимание на то, что ведущие научные ин- ституты сосредоточены в Москве и Ленинграде, вдали от важных производственно-сырьевых центров. Вскоре Советом министров бы- ло принято постановление о создании Сибирского отделения Акаде- мии наук СССР и 30 новых вакансиях академиков и членов-коррес-


пондентов для ученых, которые дадут согласие на постоянную работу в Сибири. Это позволило, кроме того, выбрать в Академию наук мо- лодых и талантливых ученых. Строительство Академгородка было объявлено ударной молодежной стройкой. Тема научных исследова- ний, особенно в сфере точных и естественных наук, была чрезвычайно актуальной в связи с новым этапом мировой научно-технической ре- волюции. Ей посвящались замечательные художественные киноленты и литературные произведения. До сих пор вызывает неподдельный ин- терес художественный кинофильм начала 60-х гг. «Девять дней одного года», снятый выдающимся советским кинорежиссером М. Роммом и посвященный самоотверженным усилиям ученых-ядерщиков.

Современники рассказывают о необычайной прозорливости Хрущева в отдельных областях научных исследований. Именно ему в нашей стране принадлежит приоритет в сфере развития вычисли- тельной техники. После Второй мировой войны в СССР были при- глашены двое американских ученых, которые в свое время оказали помощь советской науке информацией разведывательного характера. Ознакомившись с их планами, Н.С. Хрущев распорядился о создании особого научного центра в подмосковном Зеленограде. На его основе был создан научно-промышленный комплекс, названный советской

«силиконовой долиной», по аналогии с американским центром ком-

пьютерных технологий. Однако, к сожалению, с уходом Н.С. Хруще- ва с политической арены активные исследования прекратились. Дра- матически сложилась и судьба ученых, которые могли обеспечить нашей стране приоритет в области вычислительной техники. Они бы-

ли отстранены от работы и провели оставшиеся дни вне занятий про-

фессиональной деятельностью.

Наряду с явными успехами сохранялось отставание биологиче-

ской и сельскохозяйственной наук. Если кибернетика была частично реабилитирована, то генетика по-прежнему числилась в изгоях у со- ветского руководства. Н.С. Хрущев оставался под влиянием народно- го агронома-самоучки Т.Г. Лысенко, полностью отрицавшего необ- ходимость исследований в области генетики. Когда в 1959 г. при по- сещении Сибирского филиала Академии наук Хрущев узнал, что ди- ректором Института генетики назначен противник Лысенко выдаю- щийся ученый-биолог Н. Дубинин, он потребовал немедленно снять его с должности. Упорство руководителя государства в данном слу- чае достойно было лучшего применения. Однако оно объяснялось желанием немедленных успехов в подъеме урожайности, что посто-


янно и обещал Лысенко. А селекционеры-генетики подобных обеща- ний давать не могли, посему и не пользовались поддержкой руково- дителя, обуреваемого жаждой перемен и скорейших успехов во всем.

Развитие науки в стране не могло проходить успешно без ре- формирования системы среднего образования, являвшегося ее базо- вой ступенью. Такая попытка была предпринята в 1958 г. в записке Н.С. Хрущева «Об укреплении связи школы с жизнью», направлен- ной в ЦК КПСС. В ней справедливо критиковалось положение дел в советской школе, отказавшейся по воле руководителей страны в предшествующий период от политехнического обучения. В результа- те обострялось противоречие между школой и жизнью, между систе- мой народного образования и народным хозяйством. В начале 50-х гг. возродилась идея политехнического обучения. Однако Н.С. Хрущев при этом предлагал упразднить привычную общеобразовательную школу, а получение полного среднего образования предлагалось осуществлять в вечерних (сменных) школах с 3–4-летним обучением при 2–3 днях в неделю, свободных от производственного обучения. То есть ликвидировалась возможность выбора учащимися формы обучения; политехническое обучение и посильный производитель- ный труд школьников подменялись принудительным профессиональ- ным образованием с крайне ограниченными возможностями выбора профессии. Был принят закон «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР». Все же практика проведения закона в жизнь отличалась от предложе- ний Н.С. Хрущева. Основой среднего образования оставалась дневная средняя школа, в которой примерно 1/3 времени отводилась на про- изводственное обучение в старших классах. Однако в большинстве случаев перестройка оказалась формальной. Ухудшилось и качество обучения, и качество воспитания. Более того, через несколько лет бы- ло принято решение вновь вернуться к десятилетнему сроку обучения. Такие резкие колебания в организации системы образования, требую- щей уравновешенности, консерватизма (в положительном смысле), являются непозволительными, отрицательно сказываются на качестве образования.

В целом культурная политика советского руководства в период

«оттепели» характеризовалась едва ли не большей непоследователь- ностью, нелогичностью, чем на всех других направлениях. По своему мировоззрению, воспитанию, манере поведения Н.С. Хрущев был че-


ловеком прошлого, чего и сам не отрицал. Намерение освободиться от пут тоталитаризма было скорее душевным порывом, чем глубоко осознанным, мировоззренчески мотивированным решением. Именно поэтому духовная жизнь как самая тонкая подвижная материя испы- тывала на себе колебания лидера с наибольшей силой и амплитудой.







Сейчас читают про: