double arrow

В отношении других разделов языкознания

Литература

основная:

1. Русская грамматика, ч.1.– М.: Наука, 1980, § 172.

2. Шанский Н. М., Тихонов А. Н. Современный русский язык. – Ч. 2. – М.: Просвещение, 1981, § 1-3, 6.

3. Немченко В. Н. Словообразование. – М.: ВШ, 1984. – С. 4-12.

дополнительная:

1. Русский язык. Энциклопедия. – М.: Сов. энциклопедия, 1979. – С.305-307.

2. Цыганенко Г. П. Состав слова и словообразование в русском языке. – К.: Рад. школа, 1978.

3. Моисеев А. И. Основные вопросы словообразования в русском литературном языке. – Л.: ЛГУ, 1987.

4. Лингвистический энциклопедический словарь. – М.: Сов. энциклопедия, 1990.

I. Предмет дериватологии

Термин дериватология представляется более удачным для названия науки (лингвистической дисциплины), чем термин словообразование, который используется также для обозначения процесса образования слов. Этот процесс, в свою очередь, целесообразно обозначить термином деривация. У данных терминов общий латинский корень – derivatio – ‘отвод’. Таким образом, деривация – это процесс образования слов, а дериватология – наука, изучающая и описывающая слова со стороны их образования.

В пределах дериватологии можно выделить несколько разделов: морфемология, морфонология, словообразование и раздел о способах словообразования.

Дериватология как особый раздел языкознания стал складываться в 40-50 е годы XX века, прежде всего, благодаря трудам В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, А. И. Смирницкого, а приблизительно в 60-е годы XX века он выделился в самостоятельную лингвистическую дисциплину.




II. Объект и задачи словообразования

Как любой раздел языкознания, дериватология изучает слово, но слово как элемент словопроизводственного процесса. В этом смысле объектом исследования становятся не только производные слова – дериваты, но и непроизводные, если они являются базой для образования новых слов: лесной ← лес, подводник ← вода и др. В «Словообразовательном словаре русского языка» А. Н. Тихонова фиксируется 18 118непроизводных слов, из которых 12 542 (приблизительно 69 %) отмечены в качестве производящих. Но преобладающая часть словарного состава – это производные слова, их 126 690, то есть соотношение между непроизводными и производными словами 1:7.

Задачейдериватологии в широком смысле является выявление и описание значимых структурных элементов слова, определение формальных и семантических отношений между производящими и производными словами. Дериватология должна исследовать средства и способы образования производных слов, установить словообразовательные типы, категории, словообразовательные значения.



III. Дериватология синхронная и диахроническая

Итак, объектом исследования дериватологии является производное слово с учетом его структуры и мотивационных связей. Но дериват (производное слово) можно рассматривать с точки зрения современного развития языка, осуществляя синхронный анализ, а можно изучить конкретную историю данного слова, то есть использовать диахронический, исторический подход.

На необходимость отграничивать синхронное словообразование от диахронического указывали еще И. А. Бодуэн де Куртенэ и Ф. Ф. Фортунатов на рубеже 19 – 20 вв., исходя из общепризнанного положения о том, что факты одной эпохи нельзя объяснять мерками другой.

При синхронном и диахроническом подходах один и тот же термин может обозначать разные понятия. Например, понятие производности: в диахроническом словообразовании производной является основа, которая произведена от другого слова, независимо от того, сохранила она семантическую связь с производящей основой или нет. Так, с диахронической точки зрения слово коровай является производным от слова корова, слово животное от слова жизнь, слова дева и дитя восходят к словам доить, дою; исторически связаны слова голод и жажда, голос и звук, бал и танцевать, бульон и кипеть.

Историческую связь этих слов позволяет установить этимологический анализ. В отдельных случаях этимологические связи слов очевидны, и это затрудняет разграничение этимологического, исторического анализа и синхронно-словообразовательного, например, купец и купить, веять и веер, вежливый и невежа.

При синхронном анализе, если слово не объясняется через значение другого слова, то есть семантически независимо, – оно не производно. Значение производного слова всегда определимо посредством ссылки на значение соответствующего производящего: зайчонок ← маленький заяц, красавецкрасивый человек.

IV. Изоморфность словообразования

в отношении других разделов языкознания

Одним из общетеоретических вопросов, потребовавших разрешения в первую очередь, был вопрос о месте словообразования в языковой системе и в системе дисциплин науки о языке.

Традиционно словообразование относили к грамматике. М. В. Ломоносов, А. Х. Востоков, Ф. И. Буслаев, Ф. Ф. Фортунатов, В. А. Богородицкий, Л. А. Булаховский включали его в морфологию.

А. А. Шахматов, Л. В. Щерба, А. А. Реформатский, Г. О. Винокур, В. В. Лопатин рассматривают его как самостоятельный раздел грамматики наряду с морфологией и синтаксисом.

Уже в 1948 г. В. В. Виноградов в его книге «Русский язык. Грамматические учение о слове» отмечал, что «положение морфологии как науки о строении и образовании слов… оказывается непрочным» (с.4), а в его статьях 1951-1952 гг. сформулировано положение о связи словообразования с грамматикой и лексикой.

Однако А. И. Смирницкий, К. А. Левковский и др. ученые были склонны относить словообразование к лексикологии.

Конечно, связь словообразования с другими дисциплинами очевидна. Например, носителями грамматических значений, которые изучает морфология, значений рода, числа, падежа, времени, являются морфемы – единицы словообразовательного уровня.

С лексикологиейсловообразование связывает то, что деривация приводит к пополнению лексического состава языка. В то же время словообразовательное значение производного слова, с одной стороны, опирается на лексическое значение мотивирующего слова, с другой – определяет лексическое значение производного.

Связь с фонетикой проявляется в том, что разновидности одной и той же морфемы – алломорфы – отличаются друг от друга отдельными фонемами (другдружить, рука – ручной), чередование которых формирует морфонемы (морфофонемы).






Сейчас читают про: