double arrow
Чем отличается картина от иконы?

Этот вопрос может показаться наивным: ведь различие очевидно. Иконы писались на досках, темперными красками, содержание их связано со Священным писанием, тогда как картины пишут­ся маслом, на холсте и содержание у них светское. Однако здесь не все так просто. Главным отличи­ем является не характер технологии и даже не применение или не применение изображения в качестве предмета культа, а образный строи про­изведения. Чрезвычайно важны также чувства зрителей, пробуждаемые им, причем чем дольше существует произведение, тем большую роль в его функционировании приобретает история его восприятия, т.е. важно знать, как относились к тому или иному изображению люди в момент его созда­ния и в последующие времена.

Известно, что для первых христиан было дос­таточно старых античных изображении богов: фи­гура Зевса могла подменять им изображение Хри­ста, а Афина ассоциировалась с Девой Марией. Но по мере формирования христианского культа приходит осознание существенности различий меж­ду ними. Перед христианским миром возникает сложнейшая эстетическая задача — выражение в материальной форме духовной сущности персона­жей священного писания так, чтобы они были уз­наваемы, но в то же время заметно отличались от простых смертных.

Поначалу христианские идеологи пасуют перед такой проблемой, и в 306 г. на Эльвирском соборе принимается постановление о запрещении изобра­жений в храме. Позднее разовьется целое движение иконоборчества. Однако потребность верующих иметь наглядный образ Бога возобладала. Посте­пенно в рамках византийской эстетики вырабаты­вается форма иконы, приемлемая как для идеоло­гов церкви, так и для простых верующих.




Основой для эстетики иконописи становится символизм. Средневековое сознание, пронизанное идеей иерархии, формирует к XI - XII векам иерар­хию святых, символов, даже цвета. Не зная этой символики, мы не можем постигнуть содержание иконы полностью, оно будет от нас ускользать. Это одна из основ образного строя иконы. И если на картине цвет играет эмоциональную и информа­тивную роли, то в иконописной иерархии белый цвет, занимающий высшую степень в иерархии цветов, означает святость. Его используют на ико­нах очень скупо. Белыми могут быть одежды Иису­са Христа, душа Девы Марии, крылья арханге­лов. Затем следуют цвета голубой — приобщен­ности к святости, красный — страдания, им быва­ют отмечены мученики, зеленый и коричневый — цвета Земли и т.д. На иконах часто можно видеть позолоту. Золото на иконе символизирует собой свет. Низший цвет — черный, он ассоциируется с дьявольскими силами, его можно видеть на ико­нах, изображающих Страшный суд.



Следующая важная сторона иконописи — ка­ноничность. С признанием возможности украшать храмы иконами приходит проблема их тиражиро­вания. Найденная форма канона, закреплявшая ряд иконописных композиций в обязательных для всего христианского мира специальных, освящен­ных высшими церковными властями прорисях (кни­гах, в которых были начертаны силуэты основных действующих лиц на иконах), а также перечень строго соответствующих им цветов, делали задачу тиражирования большого количества образов вы­полнимой. Узнаваемость образов служила не толь­ко объединению верующих, но укрепляла и наци­ональное самосознание у православных народов, в первую очередь в России, Болгарии, Греции, где создаются самобытные иконописные школы.

В храме для иконы находится особое место — иконостас, служащий как бы и границей, и по­средником между миром духа и миром светским. Он отделяет в православных храмах алтарную часть. Иконы, как правило, располагаются на нем рядами (деисусный ряд, апостольский, праотеческий, праздничный, поместный). Верующий мог тысячи верст проехать по православным землям и, войдя в незнакомый дом или храм, увидеть зна­комые образа.

В католическом культе для украшения храмов и удовлетворения потребностей верующих в зри­мом воплощении персонажей Священного писа­ния чаще используются фрески и скульптуры. Ка­толичество не создает строгого канона для этих изображений. Некоторые скульптуры и живопис­ные изображения признаны памятниками религи­озной культуры, они служат предметом культа. А судьба других оказалась связана с частными кол­лекциями, музеями, и они являются частью совре­менной светской культуры. Но здесь нет четкой градации. В католических соборах бродят толпы туристов со всего света, рассматривая их как му­зейные экспозиции, а перед «Мадонной Литта» Леонардо да Винчи в Эрмитаже потихоньку осе­няют себя крестным знамением верующие люди.

С точки зрения церкви есть еще одно разли­чие между картиной и иконой. Икона должна быть освящена. Однако последнее слово остается за зрителем: если изображение внушает религиозные чувства, то перед ним — икона, а если его охваты­вает чисто эстетический восторг, то — картина.






Сейчас читают про: