double arrow

А. В. Иванов


Осторожно,

Фурсенко!

Интеллектуальная нищета и мо­ральное убожество нашей власт­вующей элиты не могут не пора­жать. Это - вообще характерная черта всех наших перестроечных и постперестроечных времен; один Черномырдин чего стоил. Однако рекордсменом является все-таки министр образования и науки - Ан­дрей Фурсенко.

Почти все, что он публично го­ворит - или ложь, или вредоносная глупость. Характерно, что его даже в последнее время по телевизору не показывают. Но ведь и с работы не снимают! Значит, действует в русле, так сказать, государствен­ной стратегии.

Последний перл министра - же­лание сократить число учителей на 200 000 человек, поскольку на них-де приходится меньше учеников, чем в США и в Европе. Главный же механизм улучшения качества нашего образования А. Фурсенко видит в улучшении школьного ме­неджмента.

Начну с того, что кому, как не министру, знать: избыток учителей в стране связан как раз с общей стратегией нашего правительства на сокращение числа школ и бюд­жетного финансирования системы образования. Но ведь даже тысяча безработных учителей - это позор для государства, если оно хочет быть культурным и проводить ка­кие-либо модернизации. Более того реальная модернизация страны напрямую связана как раз с увеличением числа учителей и ростом финансирования как сред­ней, так и высшей школы. История не знает примеров, кроме ны­нешней России, когда бы госу­дарство объявляло о своем же­лании встать на путь ускорен­ного развития, сокращая при этом расходы на культуру и об­разование. В Советском Союзе и в Японии после второй мировой войны при всех существовавших трудностях деньги на прогрессив­ное финансирование системы об­разования находились. Вот кого точно можно сократить на не­сколько десятков тысяч человек, так это чиновников от образования по всей стране, особенно из мини­стерства науки и образования.

Что касается количества уче­ников на одного педагога, то здесь министра уместно спросить - кто эти критерии и нормы вводил? На­верное, опять рыночные умники из Высшей школы экономики, ко­то­рым неизвестно кто и на каких ос­нованиях делегировал право мо­но­польно определять стратегию раз­вития образования в стране. А ведь там до сих пор работают те, кто идеологически обосновы­вал и практически разваливал страну в 90-ые годы прошлого века. Одна фигура Ясина чего стоит! В отли­чие от этих горе-экономистов, лю­бому, мало-мальски образован­ному и имеющему опыт работы, педа­гогу известно, что качество об­разования в первую оче­редь за­висит от личностных и про­фессио­нальных качеств педа­гога, а также от интен­сивности его общения с уче­ником. В идеале, процессы об­разова­ния и воспитания (о нравст­венном и гражданском воспи­тании власть, по-моему, во­обще забыла) должны при­ближаться к «штучному про­из­водству», и какую бы роль ни играли здесь технические средства обучения, приори­тетным остается передача знаний непосредст­венно от учителя к ученику. Это каса­ется и высшей, и средней школы. Кто побеждает на всех на­ших школьных олимпиа­дах? От­куда выходят самые та­лантливые аспиранты и уче­ные? Вовсе не оттуда, где полно компь­ютеров и моло­дые люди сутками пропадают в Интернете, а оттуда, где есть учителя и профессора, личным подвижническим при­мером приобщающие детей и молодежь к сокровищам зна­ний и к творческим таинствам профессии. В этом плане сам образ косноязычного мини­стра-рыночника Фурсенко - символическое подтвержде­ние того, кто получится на вы­ходе ре­формируемой им школы.




Теперь по поводу того, что глав­ное в успехе школы - это школьный менеджмент. Ска­зать подобную ерунду, это все равно, что заявить: главное условие творческой про­дуктивно­сти поэта - это рацио­нальное ве­дение домашнего хо­зяйства его супругой. Конечно, по­эта надо хо­рошо кормить и созда­вать ему ус­ловия для обретения вдохновения, как, безусловно, ди­ректору школы желательно быть хорошим органи­затором. Но все это - вторичные и несущественные факторы, далеко не определяющие эффективность творчества поэта, работы вуза или школы. Чтобы преподавание в них было качест­венным, нужно:

а) обеспечить достойные зар­платы педагогам и устойчивое бюджетное финансирование госу­дарственных вузов и школ, чтобы им хватало средств для оплаты коммунальных услуг, ремонта зда­ний, обновления школьного обору­дования. Зарабатывать деньги и платить государству налоги должны предприниматели - это их прямые экономические и социаль­ные функции. А директор школы должен в первую очередь обеспе­чить качественное преподавание школьных дисциплин и воспитание достойных граждан государства, чтобы из них рождались новые Вернадские и Флоренские, а не фурсенки;



б) если о каких-то приоритетных задачах менеджмента в школе и можно говорить, то только в плане создания в ней благоприятной нравственной атмосферы. В Школе должен царить дух сотрудниче­ства, а не конкуренции; взаимной помощи, а не конфронтации. Но ведь именно разрушительную кон­куренцию среди учителей и отрыв директора школы от остального коллектива яро насаждает мини­стерство Фурсенко. Проницатель­ные люди мгновенно вспомнили стратегию развала нашей про­мышленности в 90-ые годы. Там тоже отдали основной пакет акций и все властные приоритеты дирек­торам заводов, превратив их в единочасье из государственных служащих в полновластных хо­зяев. Мало кто из них выдержал это моральное испытание. Но ведь школа - не завод, и можно себе представить, какими страшными последствиями отзовутся властный произвол директора и конкуренция между учителями на моральном климате в коллективе, на отноше­нии учителей к ученикам и их роди­телям (теперь потенциальных ис­точников их личного высокого рей­тинга и денег!), и, неизбежно, на том же качестве образования. Вме­сто главной функции, которую она должна реализовывать - при­обще­ние к вечным ценностям зна­ний, творчества, взаимной челове­че­ской поддержки и участия - школа рискует превратиться в пи­томник по выращиванию малень­ких соци­альных волчат, озабочен­ных только личным «успехом» и день­гами. Страшно ведь, если все бу­дут «фурсенками», который вме­сте с Путиным и Якуниным от­строили себе особняки в коопера­тиве «Озерном» под Санкт-Петер­бур­гом, огородив забором выход к воде с явным нарушением приро­доохранного законодательства.

Это отгораживание своего быто­вого и властного пространства от жизненного пространства собст­венного народа очень символично. Вспоминается фраза Ф.М. Досто­евского из «Зимних заметок о лет­них впечатлениях», что в буржуаз­ном обществе все, что угодно, мо­жет делать тот, кто имеет миллион; а у кого, нет миллиона, - с тем де­лают все, что угодно.

От Учителя, в конечном итоге, зависит и будущее наших детей, и будущее науки, промышленности, сельского хозяйства (положение сельских школ - тема отдельного обстоятельного разговора), и эф­фективность функциониро­вания того же государства. И нет ничего более постыдного, заведомо обре­ченного на про­вал, чем принятие стратегиче­ских решений в области обра­зования узкой келейной кучкой губернаторов, высших чиновников и сомнительных экспертов из той же Высшей школы экономики при полном игнорировании мнения мил­лионов российских педагогов, их жизненного и профессио­наль­ного опыта. Но ведь именно такой характер носило заседание Госсо­вета 31 авгу­ста этого года по про­блемам реформирования системы среднего профессионального об­разования (его анализ размещен на сайте «За науку»), и явно отзву­ком принятых там решений про­никнуты мудрствования министра А. Фурсенко.

Главный вывод, который я хотел бы сделать и который очевидно напрашивается из всех рассужде­ний министра, предельно прост и давно очевиден для российской научно-педагогической обществен­ности: единственная цель, кото­рую преследует наша правящая элита, пораженная вирусом ры­ночного фундаментализма, это максимальное сбрасывание с государственного бюджета об­разования, науки и куль­туры. Все «реформы» на­правлены только на это и лишь маскируются очередной пустой болтовней о мо­дерни­зации. Как профессор выс­шей школы, который поработал и в Московском университете, и в ву­зах Алтайского края в об­щей слож­ности свыше 25 лет, могу ответст­венно заявить: все реформы по­следнего де­сятилетия ведут к пря­мому уничтожению некогда доста­точно качественной и доступ­ной системы российского об­разова­ния.

И есть один безошибочный кри­терий того образователь­ного раз­вала, который вам подтвердит лю­бой квалифи­цированный профес­сор, до­цент и даже ассистент лю­бого рос­сийского вуза (кроме, мо­жет быть, одержимых рыночников из Выс­шей школы экономики): об­ра­зова­тельный и интел­лекту­альный уровень российских школьников, поступающих на пер­вый курс, не­уклонно снижа­ется год от года. Скоро будет просто невозможно преподавать дисцип­лины государ­ственных стан­дартов, потому что ЕГЭ отучил студентов элемен­тарно рассуждать, а со­кращение числа часов на русский язык и литера­туру - грамотно и связно излагать свои мысли. Есть и пе­чальные со­циологические данные, по­лучен­ные специалистами из Ин­ститута экономики УрО РАН и оз­вученные на конфе­ренции в Бар­науле в ав­густе этого года: уро­вень пред­приимчивости у сту­ден­тов растет, а вот интел­лектуаль­ный и общий куль­турный уровни неук­лонно па­дают.

Так что, господа-това­рищи, у нас есть все ос­нования рас­смат­ривать деятельность Фурсенко и его ведомства как прямую нацио­нальную угрозу. И уж если апро­бировать на ком-то пресловутый закон об автономных госучреж­де­ниях (85-а), так это на ведомстве самого г-на Фурсенко: надо чтобы решение о госзаказе на его финан­сирование еже­годно оп­ределяла научно-педагогическая общест­венность страны.

И еще ряд штрихов на­последок, так сказать, для полноты картины. Нам постоянно говорят, что у госу­дарства нет денег на образо­вание. Но если денег на важней­шие сферы общественной жизни, действительно нет, то это - пря­мой результат безобразного го­сударственного менеджмента, и нужно срочно менять все руково­дство страны, начиная с А.Фурсенко. Но в том-то все и дело, что деньги в казне, безус­ловно, есть, коль скоро астроно­мические государственные суммы уже вложены в непонятно кому нужную сочинскую олимпиаду и вскоре будут вбуханы в мало кому понятный проект «Сколково». Не забудем и того, что Газпром, фи­нансирующий чуть ли не все фут­больные и хоккейные клубы выс­ших лиг, - наполовину государст­венная компания.

Голова и вовсе может пойти кру­гом, если подсчитать, сколько стоят многочисленные поездки первых лиц государства по стране, всякие там мало продуктивные, зато ПИАРОемкие выездные засе­дания правительства и Госсовета. Деньги налогоплательщиков идут на оплату их перелетов, питания и проживания в номерах люкс, на кормление многочисленной сопро­вождающей их охраны и челяди. Коммунистическим боссам и не снилась такая государственная расточительность.

Мы однажды полчаса вместе с сотнями других машин простояли на обочине трассы Барнаул - Бийск, ожидая, когда, наконец, проедет кортеж премьер-мини­стра. На дикой скорости мимо про­мчалось полтора десятка спецма­шин, а вдоль дороги через каждый километр стояли милицейские по­сты и маячили люди в штатском. Можно себе представить, во что обошлись стране недавние путин­ские исследования китов (навер­ное, весь тихоокеанский флот был приведен в состояние повышенной боевой готовности!) и путешествие на «Калине» по дальневосточным дорогам. Думаю, что затраченных на эту поезду денег с лихвой хва­тило бы на одно-двухмесячное финансирование всех образова­тельных учреждений Алтайского края. Было бы вообще неплохо правительству сначала допустить независимую общественность до подобной статистики, а уж потом иметь наглость сокращать расходы на образование и упрекать школы и вузы в неэффективной деятель­ности.

В последнее время в речах пре­зидента все чаще проскальзывает мысль о целесообразности воз­вращения к советскому опыту ор­ганизации среднего профессио­нального образования, охраны ле­сов, мелиорации, т.е. всего того, что было разрушено в 90-ые про­шлого века. Но тогда напрашива­ются два, совершенно логичных, вопроса:

1) Не пришла ли пора и в целом признать реформы конца про­шлого - начала нынешнего века, мягко го­воря, большой государст­венной ошибкой, а уж если гово­рить о мо­дернизации, то в первую очередь поставить вопрос о мо­дернизации общей стратегии раз­вития страны?

2) Если в советском опыте было столько хорошего, то зачем тогда ломать лучшее, что в нем было по признанию даже самых ярых про­тивников советского строя и что несмотря ни на что сохраня­ется по сию пору - его систему об­разова­ния?

Увы, логики и последовательно­сти, кроме логики разрушения и льготного самообеспечения за счет налогоплательщиков, у нашей вла­сти не наблюдается, особенно у министра А. Фур­сенко. Поэтому за­дача спасе­ния образования - дело рук самих педагогов и их родите­лей. Общественные слушания по проблемам образования прошли в Алтайском крае 31 августа (об­ращаю внимание на символиче­ское совпадение с упоминавшимся заседанием Госсовета по профес­сиональ­ному образованию!). На нем в качестве первоочередных мер были выдвинуты требования: а) отменить разрушительный закон 85-а об автономных уч­реждениях, как чреватого са­мыми печальными последст­виями для отечественного об­разования и б) провести по по­добию алтайского общероссий­ские слушания для объективной оценки происходящего в сфере об­разова­ния и определения страте­гических перспектив его развития, учитывая те серьезные предложе­ния, кото­рые сформулированы и неодно­кратно озвучивались педа­гогиче­ской общественностью, но кото­рые в упор не воспринимаются ру­ководством страны.

Об авторе: Иванов Андрей Вла­димирович, доктор философских наук, зав. кафедрой филосо­фии Алтайского государствен­ного аграрного университета, г. Барнаул.

------------------------------------------------------

Внимание!

Все номера бюллетеня и документы «Сталинского блока Красноярья»

выложены на страничке

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: