double arrow

КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫЕ БАНДЫ


Начиная с июня 1920 года все недобитые белогвардейские элементы -офицеры, прапорщики, старшины, объединившись с ненавидевшими молодую Советскую власть помещиками, кулаками и служителями церкви, стали создавать в глухих местах Павловского уезда противоправительственные банды. К ним вскоре присоединилась «зеленая армия» дезертиров, которые, не желая служить в армии, скрывались в труднодоступных местах Шипова леса и в прибрежных дубравах реки Дона.

К концу 1920 года продовольственный вопрос в стране встал со всей остротой. Не хватало хлеба рабочим Москвы, Петрограда и другим крупным промышленным городам. Народный комиссариат продовольствия вынужден был пойти на самые решительные меры: по его призыву были направлены в села сотни продовольственных отрядов из рабочих, возглавляемых преданными делу революции коммунистами. Перед ними была поставлена задача: реквизировать у кулаков и зажиточных крестьян все излишки хлеба, оставляя им только лишь на питание в расчете до нового урожая и семенной хлеб для весеннего посева. Но у крестьян Павловского уезда запасы хлеба были очень незначительные, потому что населенные пункты этой местности несколько раз переходили то к белогвардейцам, то к красноармейским частям. И при каждом очередном захвате территории Павловского уезда белогвардейские армии накладывали на население контрибуции по сдаче продовольствия или забирали его у населения сами грабежом. И когда продовольственные комитеты стали реквизировать у зажиточной части населения хлеб, то это вызвало среди них большое недовольство. Это недовольство еще более усилилось, когда отдельные агенты нарушали инструкцию по реквизиции хлебных излишков и нередко вместо небольшой части забирали в хозяйстве весь хлеб. 

На почве изъятия у населения излишков хлеба в октябре 1920 года в слободе Старая Калитва возник мятеж кулаков и эсеров, и образовалась самая крупная банда, которая впоследствии долгое время творила кровавые дела в Павловском уезде. Организатором ее сначала был вернувшийся с фронта хромой Марк Гончаров, а потом возглавил ее житель слободы Старая Калитва Иван Колесников. Он со своими единомышленниками ездил по соседним селам и хуторам и призывал вступать в его отряд тех, кто ненавидел Советскую власть и надеялся еще на скорое возвращение старого строя. Через некоторое время его отряд насчитывал уже 4 тысячи 500 человек конницы и 300-400 пехотинцев. Старокалитвянские коммунисты, сформировав из местных красноармейцев небольшой отряд, пытались уничтожить банду и подавить мятеж своими силами. Но сделать это им не удалось, потому что к тому времени в отряде Колесникова насчитывалось уже до пяти тысяч хорошо вооруженных бандитов. Павловский ревком для подавления мятежа в слободе Старая Калитва направил туда полк красноармейцев, вооружив их пулеметами и батареей из четырех орудий. Достигнув слободы Терновки, полк после длительного марша расположился там на ночлег и был полностью уничтожен внезапно налетевшей бандой Колесникова. Бандиты увезли в свой лагерь большое количество винтовок, пулеметов и четыре орудия. Из пяти тысяч бандитов Колесников создал дивизию, в которую входило несколько конных полков. При ней имелся свой штаб и особый отдел, выполнявший карательные меры. В него входили такие отъявленные бандиты, как Варрава, Макаров, Мышанский. Они планировали и осуществляли свои кровавые замыслы: внезапно налетали на продовольственные отряды и отбирали у них реквизированный хлеб, нападали ночью на сельские Советы и вырезали коммунистов и их семьи; детей активистов сажали на колья плетней, а самих активистов «пускали под стекло», то есть сбрасывали в прорубь под лед.

Чтобы покончить навсегда с таким кровавым разгулом контрреволюции, губернский исполнительный комитет поручил военному комиссару товарищу Мордовцеву уничтожить банду Колесникова. Бандиты избегали открытого боя, но красноармейцы все же вынудили их принять сражение в районе села Лафицкое, где во время боя у них были отбиты четыре орудия, пулемет и несколько десятков винтовок. Военный комиссар товарищ Мордовцев решил, что банда теперь уже разбита, преследовать ее далее нет смысла, и поручил частям Павловского гарнизона уничтожить ее остатки окончательно, а сам со своим отрядом направился к железной дороге. Он и Н.Е. Алексеевский были вызваны в Воронеж на Пленум губисполкома, назначенный на 12 декабря 1920 года. Выехали они рано утром 11 декабря; предполагали доехать на лошадях до станции Кантемировка, откуда должны были поездом ехать до Воронежа. По дороге решили сделать небольшой привал в поселке Скнаровке, где на них напала недобитая банда Колесникова, в бою с которой погибли воронежский губернский военный комиссар Федор Михайлович Мордовцев и председатель Воронежской губчека Николай Евгеньевич Алексеевский.

После этого поражения Колесников исчезает из пределов Воронежской губернии, и лишь 20 декабря 1920 года он снова появляется вОстрогожском уезде с отрядом в тысячу всадников и двумя пулеметами. Местные силы не в состоянии были разбить крупную и хорошо вооруженную банду Колесникова. Поэтому для ее ликвидации 10 февраля 1921 года были посланы 2-й кавалерийский полк и отряд курсантов пехотных курсов. В начале апреля 1921 года кавалерийский отряд Семенова настиг все же убегавшую от преследования банду Колесникова и вступил с нею в бой. Были убиты более двухсот человек, а тяжело раненный Колесников покинул своих сообщников и скрылся. Среди оставшихся бандитов появились разногласия: одна часть банды ушла в Харьковскую губернию, вторая - продолжала скрываться в Шиповом лесу Павловского уезда. В логове этих бандитов произошел бунт: одни предлагали возвратиться к мирной жизни, идти в Павловск и добровольно сдаться, другие настаивали на том, чтобы продолжать свое преступное дело. И в одну из ночей те, кто не хотел больше заниматься бандитизмом, перебили своих соучастников, приехали в Павловск и сдали оружие. Они рассказали, где скрывается Колесников, который вскоре и был схвачен. Так закончила свое преступное существование одна из самых мощных бандитских организаций в Павловском уезде. Кроме Колесникова в уезде были и другие банды, но по своим размерам они были значительно меньше.

Одной из таких банд, скрывавшейся в Шиповом лесу возле села Ливенка, и была банда атамана Курочкина. О том, как была разгромлена эта банда, впоследствии рассказал сотрудник УВД и краевед нашего времени Р. Литвинов.

В банду атамана Курочкина несколько раз посылали чекистов, которые приходили будто бы из «отряда батьки Ворона» и предлагали Курочкину соединиться с его бандой. Но Курочкин был очень осторожен и хорошо понимал, что малейший просчет - и он будет разгромлен. А потом все же согласился. Отряд чекистов под командованием Шматко И.П. «соединился» с бандой атамана Курочкина. В короткую летнюю ночь с 11 на 12 августа 1921 года на одной из опушек Шипова леса разыгрался жесточайший бой. Большая часть банды Курочкина была уничтожена чекистами, сам главарь, тяжело раненный, схвачен и доставлен в Павловск на допрос к председателю Воронежской губчека Дмитрию Яковлевичу Кандыбину.

В южных уездах Воронежской губернии, к которым относился и Павловский уезд, было много и других банд, но все они были более мелкие, и количество бандитов в каждой из них не превышало от 25 до 150 человек. Как правило, такие банды в большинстве случаев состояли из дезертиров, уголовников и не имели своей «политической платформы и стройной военной организации», какую имели, например, банды Колесникова из Павловского уезда и Антонова из Тамбовской губернии. Руководителями этих небольших банд были: Зверев, Каменев, Решетняк, Маньченко, Васька Карась, Зайцев, Плескачев, Найков, Рожнов, Барсучанский. А всего в Воронежской губернии в то время было 15 тысяч бандитов. К концу 1922 года все банды в Павловском уезде были полностью ликвидированы.



Сейчас читают про: