double arrow

Судебная экспертиза


Перед правоохранительными органами часто вста­ет задача идентификации автора текста (допустим, со­держащего угрозу), однако, как справедливо отмечают исследователи, одним из самых серьезных затрудне­ний является чрезвычайно слабая разработанность чет­ких экспериментальных процедур, позволяющих диаг­ностировать те или иные черты личности преступни­ка (Иванченко, Асмолов, Ентолопов, 1992).

Мы опишем, как применение программы ВААЛ (ПАТ) и учет эмоционально-смысловой доминанты представленных текстов позволили провести анализ и вынести суждения, отвечающие на сформулированные судом вопросы.

В распоряжении суда были печатные тексты одной религиозной общины (более 260 текстов, более 1000 стра­ниц дела). Предстояло выявить, содержатся ли в них признаки: разжигания религиозной розни (подрыв ува­жения и неприязнь к другим религиям); принуждения к разрушению семьи; посягательства на личность, пра­ва и свободы граждан.

Предстояло также выяснить, содержится ли в ана­лизируемых материалах побуждение граждан к отказу


Глава 4. Психологическое воздействие текста...



от исполнения установленных законом гражданских обязанностей.

Тексты были подвергнуты лингвистическому, пси­холингвистическому, литературоведческому анализу*.

Анализ показал, что в текстах планомерно прово­дится одна идея: человечеству и каждому отдельному человеку угрожает могущественный враг добра — сата­на. Он строит козни, вовлекает людей в грех, ведет че­ловечество к гибели и мучениям; в недалеком буду­щем настанет день последней битвы — Армагеддон. Человечество постигнет «великая скорбь» — голод, эпи­демии, войны, стихийные бедствия; единственное спа­сение для людей — обращение к Богу, который унич­тожит сатану, его приспешников, всех служителей зла, всех не являющихся членами сообщества; после Арма­геддона спасшихся ждет счастье, жители Земли будут подчинены справедливому небесному правительству.

В текстах преобладает тематика уничтожения не­верных людей волей и силами Бога. Спасутся лишь те, кто присоединится к общине. Они избегнут тяжелых бедствий, мучений и гибели. Это нагнетание страха формирует настрой, зловещие оттенки которого усу­гублены многократными описаниями человеческих бедствий вообще — бывших, нынешних и будущих.

Сознание воспринимающего должно «оцепенеть» перед фатальным ходом событий. Одновременно этот мотив готовит восприятие к деятельности в режиме катастрофически-военном, осадном, к дисциплинарно-организованному сопротивлению и наступлению.

Эмоционально-смысловую доминанту текстов об­разует насыщенность лексикой «печального» и «тем­ного» настроя. Автоматический обсчет с помощью экс­пертной компьютерной психолингвистической про­граммы ВААЛ показал следующее. «Светлая» лексика (Бог, верить, апостол, душа, человечество, вселенная, дове-

* Экспертное заключение по этому делу было написано в соавторстве с Д.А. Леонтьевым, С.А. Небольсиным и други­ми. Мы описываем ту его часть, которая преимущественно сделана нами.


268 Белянин В. Психологическое литературоведение

рие, истинная ценность, справедливость) составляет в названных текстах до 22%. «Печальная» и «темная» лек­сика (насилие, растление, уничтожение, страдать, гоне­ния, умирать, рабство, голод, холод, козни, ложь, клевета) составляет также до 22%. Тем самым контекст данной печатной продукции можно рассматривать как деп­рессивный, внушающий представление о мире как ан­тичеловечной системе вещей, нагнетающий тревогу, страх, подозрительность и озлобление.

Тексты в целом формируют у аудитории: настрое­ния беспомощно-пассивного ожидания, необходимос­ти спасительных инструкций; а также готовность к нервозно-взвинченному состоянию, поиску в мире и людях врагов, расположенность к агрессивно-озлоблен­ному противостоянию им.

Так, псалом 148:12,13 «Место молодежи в Божьем по­рядке» начинается как достаточно радостный («веселый») текст (строки 1—6 — нумерация наша. — В.Б.), затем сле­дует «печально-темная» вставка (строки 7—9) и завер­шается достаточно «светлым» текстом (строки 12—16).


Сейчас читают про: